Порочные существа

Когда заявился Кеноби, Асажж готова была атаковать. Проблеск разума за пеленой гнева поставил блок. Этот человек уже дважды за два дня спас её от Скайуокера. Лучше бы не спасал. Кеноби, конечно же, действовал из благих побуждений. То, что у джедаев своеобразное представление о благе, Вентресс поняла уже давно. «Лучше бы меня добили в ангаре!" — думала ассасин. Резонный вопрос о том, какого рожна надобно Оби-Вану, так и не успел прозвучать. В полном молчании джедай приблизился к койке и положил на простыню рукоять светового меча. Нет, не своего: Асажж сразу же узнала в оружии меч Кая Нарека. Будто усомнившись в реальности жеста Кеноби, девушка молниеносно сцапала меч, едва он коснулся ткани. Он, родимый! Очарованность новым учителем — графом Дуку — на какое-то время приглушило боль от потери первого наставника, а также от единственной оставшейся от него вещицы. Воспоминание о том дне, когда Кеноби умыкнул меч мастера Нарека прямо у неё из-под носа, неприятно резанули и без того настрадавшуюся за последние дни душу. Оби-Ван раскаивался в своём поспешном решении забрать световой меч из цитадели Вентресс. Внимания со стороны ассасина он получил, хоть отбавляй, но установлению дипломатического контакта только помешало. Совесть начала покусывать его в первый же день после побега, однако вернуть меч законной владелице без риска быть изрешечённым на месте не представлялось возможным. При малейшем упоминании злополучного меча Асажж впадала в такую ярость, что любой диалог с ней становился непродуктивным. Вентресс сжала рукоять в ладонях, готовая в любой момент активировать световой клинок. — Для меня прикончить тебя сейчас — сущие пустяки! — предупредила она. — Я убивала много раз, ничто не помешает мне сделать это снова. — Я знаю. И всё же, надеюсь, ты будешь столь добра, что позволишь мне ещё пожить, — невозмутимо ответил Кеноби. "Ты либо наивный дурак, либо пудришь мне мозги", — подумала Вентресс, бросая на джедая косой взгляд. Она в первую же секунду его появления считала, что свой меч Кеноби оставил за пределами палаты. Беззалаберная отвага джедая, буквально подставляющего ей незащищённый живот, подкупала. — Чего тебе надо? — в лоб спросила Асажж. — Во-первых, удостовериться, что твоей жизни ничего не угрожает, — начал Оби-Ван, на что ассасин закатила глаза, но, тем не менее, не перебила его. — А во-вторых, — продолжал Кеноби. — Необходимо твоё сотрудничество. Не получится привлечь Энакина к ответственности, если не предоставить убедительных доказательств. Мне доверили собрать их. — Тебе?! — истерично хохотнула Асажж. — Ты намереваешься копать под Скайуокера? Это что-то новое. Нет, быть такого не может, мне, должно быть, повышенную дозу наркотического анальгетика вкололи. Да я скорее поверю, что известные события мне просто померещились! — Ты не первая, кто удивился этому, — сказал джедай. — Буду откровенен с тобой, Асажж. Меня совершенно не радует перспектива упечь в тюрьму своего бывшего падавана. Если Энакин виноват, он понесёт наказание. Сама посуди: если бы я намеревался покрывать его, то просто умолчал бы о произошедшем. Но я не намерен ничего замалчивать. Я хочу понять, что его сподвигло. Надо отдать должное Кеноби: заливал в уши он складно. Асажж в мыслях согласилась с его доводами. Оби-Ван почувствовал, что хоть во взгляде девушки ещё читалось недоверие, слушать и вести диалог она готова. — Что происходило между вами, когда я был на миссии? Почему он вдруг... эм... — Кеноби пытался подобрать нужное слово. — Взбесился? — Да если б я знала! — развела руками ассасин. — До определённого момента всё было штатно. Обменялись парой любезностей — ничего необычного. — Совсем ничего? — переспросил Оби-Ван. Его взгляд был направлен на синеватое пятно на щеке Асажж. — Это ведь он тебя ударил? — спросил джедай. Ассасин кивнула. Она догадывалась, что у Кеноби уже есть какая-то информация, от дродида, с камер корабля или ещё откуда-то, следовательно, отпираться бессмысленно. — Странные у тебя понятия о штатности, — заметил Оби-Ван. Впрочем, он тут же начал жалеть об этом высказывании. О Вентресс он знал достаточно, так что мог и сам сообразить, что для неё такой "формат общения" долгое время был вариантом нормы. За свой джедайский путь Оби-Ван повидал множество ранений. Этих знаний, а также увиденного им момента преступления, хватило, чтобы прочувствовать всю жестокость, что Скайуокер вложил в учинённое им. — Это совсем на него не похоже, — невольно сорвалось с уст джедая. — Мда... — сочувственно протянула Вентресс. — А ты, оказывается, плохо знаешь своего Эни. Он не впервые проявляет садистские наклонности. Однажды он попытался меня утопить, и у него это почти получилось. Оби-Вану пришлось поверить ушам. Если отбросить все попытки самообмана, сообщение о жестокости Скайуокера не стало для Кеноби совсем уж новостью. Только вот он долгое время оставлял "звоночки" без внимания. Члены Ордена так часто взводили небылицы про Энакина по поводу и без, что его учитель привык делить все придирки на двое, а то и на трое. А следовало бы отнестись серьёзнее. С какого момента всё пошло не той дорожкой? Где и что он упустил, как наставник? Терзания Оби-Вана неожиданно прервала Асажж: — Знаешь, Кеноби, кое-что странное всё же в этом есть. Скайуокер, уж прости за прямоту, подонок, но половой интерес он проявил ко мне действительно впервые. Хотя к него уже была возможность сделать это, и не один раз. — То есть, могло иметь место ментальное воздействие? — предположил Кеноби. — Хочешь сказать, это я его приворожила? — вскипела Вентресс. — Кто бы сомневался! Всё-таки ты ищешь способ выгородить Скайуокера. — Я вовсе не это подразумевал, — попытался объясниться Оби-Ван, но его уже не слушали. Вентресс выставила мощный блок. Блок, впрочем, не продлился долго. Любопытство, что же всё-таки ей наплетёт джедай, победило. — Я хотел сказать, что это мог быть кто-то ещё. Кто-то достаточно могущественный, — закончил мысль Кеноби. — У тебя есть соображения на этот счёт? "Кто-то достаточно могущественный? — задумалась Вентресс. — Дуку?" Асажж понятия не имела, в прознал ли бывший учитель о том, что она не погибла при взрыве, но склонялась к тому, что нет. В противном случае, вряд ли граф позволил бы джедаям почивать на лаврах: до Корусанта не добрался бы никто. Версия о том, что к помешательству Скайуокера причастен Дуку, казалась Асажж неубедительной. Но был и ещё один кандидат — Дарт Сидиус. Что-то подсказывало экс-аколиту ситхов, что в принятии графом Дуку столь радикального решения насчёт неё не обошлось без этого хмыря. Как бы то ни было, Асажж не спешила делиться с джедаями догадками. Он ведь тут же начнёт расспросы про Сидиуса. Поведать Вентресс могла многое, но она не настолько ещё прониклась чувствами к давним врагам, чтобы выдавать им такую ценную информацию. Даже из желания насолить Дуку. — Нету, — с трудом соврала Асажж. Конечно, она не была уверена, что Кеноби поверил ей, однако дальнейшие расспросы на эту тему он прекратил. После недолгих раздумий, Оби-Ван снова обратился с вопросом: — Меня удивляет, почему он выдаёт такую реакцию на тебя? Даже упоминание Дуку не настолько будоражит его разум, как твоё имя. — Вот это как раз и не удивительно. Иначе и быть не может, — ответила Асажж. Кеноби вопросительно посмотрел на неё: — Что ты имеешь в виду? — Я давно отвыкла от какого-либо иного отношения. Для всех ваших я кровожадное чудовище, чего мне ещё ждать? Всё в порядке вещей, Кеноби. — Ты что такое говоришь? Кто наплёл тебе такое? Дуку, да? Нашла, кого слушать! Он ведь откровенно паразитирует на твоих чувствах. — А кого мне слушать? Тебя, что ли? Чем ты лучше? — Я тебе помочь пытаюсь! — Мне не нужна твоя помощь! — огрызнулась ассасин. — И жалость тоже не нужна. — Это не жалость. Это уважение. В первую очередь, как к живому существу. Она облокотилась на подушку и пристально посмотрела в глаза Кеноби. — А чего ж генерала Гривуса не спасаешь? — спросила экс-ученица Дуку. — У него история ещё печальнее моей будет. Оби-Ван просиял от радости: — Я ведь знал, я так и знал, что в тебе остался Свет! О несчастном киборге не забыла побеспокоиться. Это же отличная идея, можем потом заняться и Гривусом. «Да как ты вообще смеешь радоваться и шутить в подобных обстоятельствах?!» — хотела возмутиться Асажж, уже готовая физически покарать джедая. И вместо этого почувствовала, что совершенно не испытывает злобы к дурашливому джедаю. Вопреки удручающему положению дел, её душа вдруг почувствовала непривычную, давно забытую лёгкость. "Треклятый Кеноби со своим юмором! — про себя проворчала Вентресс. Харизма этого джедая всегда её подкупала. Порой подбешивала, этого не отнять (особенно, если Кеноби оставался в выигрыше), порой вводила в ступор наивностью и неуместностью. Было же в этом и своё очарование. Так и теперь: — Возвращаясь к начальной теме разговора. Ты поможешь мне добиться справедливого решения. — И каков план? — спросила бывшая ученица Дуку. — Сперва нужно заняться твоей раной. На этом пункте я настаиваю, — подчеркнул Кеноби, заметив, что Асажж собралась уже сказать что-то поперёк. — Второй пункт — медицинское освидетельствование. Госпожа Че — прекрасный, очень чуткий специалист. Она знает о том, что произошло, и будет максимально аккуратна. Вентресс медлила с ответом. Переварив сказанное Кеноби, она, без особого рвения, но кивнула. — Есть же и третий пункт, так? — спросила Асажж у джедая. — Тебе потребуется выступить перед Высшим Советом, а потом, скорее всего, в суде. И тамошние товарищи уж точно не проявят тактичности. Если, конечно, ты готова. В противном случае, если не будет доказательной базы, Энакин избежит наказания. Понимаю, как всё это тяжело, но иного варианта у нас нет. Оби-Ван не торопил Асажж с ответом. — А есть ли смысл? — пессимистично произнесла она по итогу. — Сомневаюсь, что меня даже слушать станут. Я неплохо осведомлена о законах Республики. Высшую меру мне дадут, как пить дать! Не такие воспоминания хотелось бы оставить о себе перед смертью. — Ты не будешь казнена! — заверил Кеноби. — И как ты собрался этому помешать? Предположим, Совет ты сможешь уболтать. Ваш Орден слишком сильно прогнулся под гражданские власти. Вопрос времени, когда они прознают о моём пленении. Если канцлер потребует моей выдачи, даже весь Высший Совет не сможет ему воспрепятствовать. — Найду способ! Да хотя бы сам помогу тебе сбежать. — А ты знаешь, что потом с тобой за это сделают? — Догадываюсь. «Он точно дурак!» — про себя заключила Вентресс. Оби-Ван не мог не знать, как сильна её неприязнь к Ордену. Предложение о помощи от врагов впору было засчитать за оскорбление. Асажж была готова пойти на такое только в самой отчаянной ситуации. Хотя, эта ли ситуация не отчаянная? В крайнем случае, как заметил джедай, можно будет и сбежать, если сосуществование с джедаями окажется невыносимым. — Ладно, Кеноби, — сдалась Асажж. — Давай опробуем твой план. — Я тогда схожу за целителем, а сам пойду... — Останься! — потребовала Вентресс. Она вцепилась в руку джедая, твёрдо намереваясь не выпускать даже под дулом бластера. — Асажж, дорогая, я не думаю, что моё присутствие будет к месту, — сказал Кеноби, зардевшись. — Тебя ведь будут детально осматривать, и... — Именно, — перебила его ассасин. Она перебарывала стыд и страх, голос сильно дрожал и прерывался местами: — Понимаешь, когда дроид прикоснулся ко мне манипуляторами, это напомнило мне протез Скайуокера. Я... я себя не контролировала. Меня захлестнула ярость. Если в меня полезут с инструментом... я не хочу, чтобы случилось тоже самое. Асажж ещё сильнее сжала руку Оби-Вана. — Как тебе будет угодно, я всё сделаю, — пообещал джедай. И тут же заверил: — Я не буду смотреть. — Вы всё обсудили? У меня, так, на минуточку, не один проблемный пациент, — раздался вдруг голос Вокары. Оказалось, главный целитель незаметно от беседовавших проникла палату и уже какое-то время слышала всё. Кеноби, хоть и возмутился бесцеремонностью тви'лечки, не решился высказать недовольство. По прошлому опыту общения с госпожой Че джедай хорошо знал, что из открытого противостояния с главным целителем на её же территории он вряд ли выйдет победителем. — Мне точно стоит остаться? — ещё раз спросил Кеноби. — Я тоже не уверена в удачности этой затеи, — высказала своё мнение Вокара. — Мне придётся задать пациентке несколько личных вопросов. Кеноби, всё же вы ей не отец, не супруг и даже не наставник. — Насчёт последнего, я надеюсь, всё скоро изменится, — сказал Оби-Ван. — Правда? — с изумлением спросила Асажж. — Ты не шутишь? Хочешь взять меня в обучение, несмотря на произошедшее? — Чистая правда. Я приложу для этого все усилия. Заливаться краской Оби-Вану не пришлось. Главный целитель ловко соорудила из одеяла, бортиков койки и прочих подручных средств подобие ширмы, так что джедай, даже при страстно желании, не смог бы ничего рассмотреть. — Я услышала часть вашего разговора, — призналась Вокара, обращаясь к Асажж. — Понимаю, вам сейчас может быть трудно. Возможно, целесообразно применить седативные средства... Исключительно с вашего согласия. — Вот и всё, — объявила главный целитель. — Осталось лишь применить средства экстренной контрацепции. — Нет нужды, — ответила Асажж. — Как это? — не понял Оби-Ван. — Я не могу иметь детей, мне ещё в раннем детстве провели стерилизацию. — Уж не знаю, расстрою ли я вас или обрадую, — вмешалась в диалог Вокара. — По данным сканирования внутренних органов, которые были переданы дроидом, нет ни единого признака, что на фаллопиевых трубах когда-либо проводили хирургическое вмешательство. У вас нормально функционирующая репродуктивная система. С учётом дня цикла, вероятность зачатия очень высока. — Это что же, я могу стать матерью? — спросила Асажж у тви'лечки. Тут же поспешно добавила: — Я не то, чтобы особенно этого желала... — На данный момент я не выявила никаких препятствий, — ответила Вокара. — Блеск! — саркастично прокомментировала Вентресс эту новость. — Намерены прервать беременность, если она подтвердится? — спросила тви‘лечка. — С дитём в падаваны точно не возьмут. Главный целитель поделилась соображениями на этот счёт: — Прошу прощения, что лезу не в своё дело. Как я понимаю, над вами висит угроза приговора к высшей мере. По законам Республики, смертная казнь не может быть применена к беременной женщине. Разделяю оптимизм мастера Кеноби по поводу принятия в Орден, но всё же... Поразмыслите над этим. Асажж, на которую разом вывалили кучу вводных данных, не могла дать ответ сразу. Оби-Ван, до сего момента смотревший на всё с надеждой на лучшее, тоже погрузился в нерадостные думы. — Я отмечу в заключении, что беременность не исключена. Сказать определённее возможно не раньше, чем через неделю. Зато эта пометка даст вам месяца полтора времени, до повторного исследования. А там, надеюсь, ситуация прояснится, — сказала Вокара. — Благодарю вас от всей души, — сказал Оби-Ван. Главный целитель принялась собирать свой инструментарий. Зоркий взгляд госпожи Че сразу выхватил несанкционированно принесённый предмет. — Вот это, — распорядилась тви'лечка, указывая пальцем на световой меч Кая Нарека. — Убрать отсюда! — Эта вещь очень важна для Асажж. Может, вы позволите, — начал Оби-Ван, но девушка перебила его: — Никаких проблем! Она протянула меч Кеноби. — Ты почти год не хотел его возвращать мне. Ничего страшного не случилось, если он побудет у тебя ещё немного. Столь неожиданный жест от "проблемной пациентки" удивил не только Вокару, но и Оби-Вана, который кое-что знал о её прошлом. Вентресс, оказывается, умеет решать конфликтные ситуации не только грубой силой. Госпожа Че, впрочем, за свой стаж повидала всякое, и опыт говорил ей, что главное "веселье" ещё только предстоит. Но за коллектив Медкорпуса ей стало немного спокойнее. И Кеноби можно было отпускать. Теперь, когда всё, что требовалось, было проговорено, Асажж согласилась на медикаментозное лечение. Уже через минут двадцать она почувствовала сонливость и дурманящую тяжесть в голове. Вокара на тот момент ещё находилась в палате, но всю напряженность, связанную с пристальным надзором целительницы, как рукой сняло. Организм требовал отдыха. Некоторые мысли, излишние сейчас, пока что проникали в голову. Хотелось бы, конечно, знать, с какой целью Хал’Стед солгал ей насчёт операции, но тот унёс ответ с собой в могилу. Раз правды всё равно не узнать, какой смысл забивать этим голову? Всё потом!

***

«Старый недоумок! Ничего поручить нельзя!» — бранился Дарт Сидиус. Его лихорадило от злости. Параллельно он проклинал и любвеобильного Скайуокера, который почти что спутал замаскированному ситху все карты. Выдворение юнца из Ордена было бы сейчас ох как не кстати. Увы, к величайшему неудовольствию Сидиуса, всё грозило именно этим и обернуться. Вдобавок, осознание, что он сам и запустил, по своей недальновидности, эту цепочку событий, только сильнее выводило Владыку из душевного равновесия. Когда Кеноби направился в Медкорпус, ситх с удвоенным усилием стал давить на магистра Винду, требуя, чтобы джедаи передали Вентресс в республиканскую тюрьму. В ответ глава Ордена интересовался, как обычные тюремщики собираются удерживать адепта Тёмной Стороны, которой к тому же надо как-то оказывать медицинскую помощь? Канцлер не сумел сочинить на ходу убедительной лжи. В конце концов они сторговались на том, что будут ориентироваться на состояние здоровья вражеской командующей. Как только оно стабилизируется, джедаи передадут пленную властям. Само собой, такой расклад не вполне удовлетворил Сидиуса, ведь за это время девчонка могла бы рассказать джедаям много интересного, но давить на Винду сильнее ситх не рискнул. Сидиус руку готов был дать на отсечение, что магистр заподозрил неладное, и никак не мог допустить, чтобы эти подозрения переросли в открытое обвинение. Наверное, и к лучшему, что у замаскированного ситха лишь к вечеру появилась возможность выйти с учеником на связь. Сидиус за это время всё же сумел взять себя в руки и побороть желание прикончить пожилого графа без права на обжалование. Поразмыслив на остывшую голову, ситх вспомнил, что Тиранус — вовсе не недоумок, а совсем даже наоборот. Чудесное спасение Вентресс вполне могло быть спланированным ходом, а не шуткой судьбы. Если уж на то пошло, и подложить свою девчонку под Скайуокера граф был способен. Сидиус пока не сумел сообразить, для чего бы это могло потребоваться Тиранусу, но сам факт, что это возможно, ситх счёл необходимым держать в уме. Если граф затеял подковёрные делишки против учителя, дело обретало скверный запашок. "А если девчонка сама "подложилась"? — вдруг посетила Владыку мысль. Если, помимо Тирануса, и Вентресс параллельно ведёт свою игру, то всё обстоит куда хуже. То, что Вентресс настраивала своего учителя против него, было Сидиусу доподлинно известно — стало быть, и ещё на какую гадость способна. Старого графа Сидиус успел изучить достаточно, а потому не слишком опасался возможного заговора, полагая, что без труда перехитрит ученика. Девчонку, к своему стыду, ситх-учитель длительное время недооценивал. Сидиусу в принципе плохо удавалось «читать» прекрасный пол (именно поэтому, вероятно, единственные его длительные отношения с женщиной потерпели фиаско). Только он обрадовался, что вовремя спохватился и прижучил зарождающуюся в ситхских рядах ересь, так на те, получите и распишитесь. Словом, произошедший анекдот ох как не нравился ситху. Не столь важна была причина, по которой Вентресс занесло к джедаям. Убирать девчонку оттуда следовало как можно скорее. Чтобы ученик не заподозрил неладное, Сидиус решил начать диалог в нейтральном тоне: — Удивительные вести дошли до меня, Владыка Тиранус. Твоя ученица жива. Сейчас её удерживают у себя джедаи. Изумление на лице графа выглядело правдоподобным. — Клянусь, Владыка, я не имею к этому отношения, — начал было оправдываться ситх-ученик. — Охотно верю, — ответил Сидиус. Он продолжил разъяснять положение: — Вентресс в плену. Если им удастся разговорить её, это будет катастрофа! Дуку и сам понимал, что его недоработка теперь обернётся для КНС крупными неприятностями. Вместо того, чтобы покарать графа за допущенную оплошность, Сидиус успокаивающим тоном продолжил: — Ничего-ничего, это дело поправимое. Твой учитель уже продумал всё за тебя. Скоро ты получишь девчонку назад. Делай всё, как я скажу, и тогда, возможно, последствия твоей досадной оплошности будут нивелированы. Граф поспешно закивал. Но не успел он вздохнуть с облегчением, как Сидиус вновь озадачил его неожиданной репликой. — Ты только учти, Тиранус. Твою деву воительницу вернут в несколько изменённой кондиции, — осведомил ситх и коварно хихикнул. — На что вы, Владыка, намекаете? — нахмурив брови, спросил Дуку. — Юный Скайуокер, как мне сообщили джедаи, её немножко потрепал. Дуку всё не мог понять, что имеет в виду Сидиус. — Снасильничал он её, — пояснил ситх-учитель. — Ч-что? — переспросил ошеломлённый граф. Если то была шутка, то слишком жестокая, даже для Владыки Сидиуса. Злорадство в жёлтых глазах ситха подсказывало пожилому аристократу, что Сидиус не пошутил. Дуку не успел ещё справиться с чувством вины за то, что своими руками убрал Вентресс. Почтенного возраста граф за последние двое суток спал-то всего часа четыре, посколько во снах его преследовал образ юной ученицы, и взгляд девушки из сновидений так напоминал ему юного Квай-Гона. Асажж никогда бы не призналась в открытую, что желала бы видеть в графе более наставника, чем сурового руководителя. Дуку по своему педагогическому опыту хорошо знал, что даже талантливейший падаван в девятнадцать лет — по сути ещё ребёнок, которому нужно плечо учителя. Оби оба лгали всем, и самим себе тоже. Просто у более мудрого графа это выходило гораздо лучше. Всего один раз девчонка попросила у учителя защиты. И что он ей ответил? "Учись сама постоять за себя, дитя!". Вот уже двенадцать лет Дуку старательно трудился над тем, чтобы все дороги назад в Орден были для него закрыты навсегда. Граф почти физически ощущал, как бывшие товарищи и почитатели один за другим превращаются во врагов. Даже сам Йода уже не обманывался насчёт бывшего падавана. Слишком лихо граф сжигал мосты: для себя он уже давно решил, что не обратится к Ордену ни при каком раскладе. Только вот с каждым годом действия нового учителя вызывали у Дуку всё больше вопросов. Мучительные сомнения, не поменял ли он шило на мыло, нападали на графа уже далеко не в первый раз. — Что за молодёжь пошла! — наигранно причитал Дарт Сидиус. — Срам в штанах вообще не держится! Ах, да! С чего бы ему быть другим, если учитель его ничуть не лучше? Седина в бороду, а бес в ребро, как говорят в народе. Вроде солидный дядечка, до магистра дослужился, а всё до молоденьких девок охоту имеет. Сейчас твоя девчонка уши развесит, да и выложит ему всё. Нельзя мешкать! Дуку спросил у Владыки: — И что же вы прикажете делать с моей ученицей, когда её вернут? Убить? — Изначально именно это я и собирался сделать, — ответил ситх-учитель. — Однако, если её связь со Скайуокером была плодотворной, результат может представлять интерес для нашего дела. Девчонка будет жить до тех пор, пока плод созреет, чтобы его без риска можно было бы переместить на искусственную сражу. И как только это произойдёт, само собой, я отдам приказ убить Вентресс. Сидиус вдруг прервал речь, нахмурил брови и с подозрением посмотрел на ученика: — Что я чувствую, Владыка Тиранус? Вас что-то не устраивает? — Меня совершенно не устраивает, Владыка, что уже второй мой ученик страдает в результате ваших планов, — ответил граф. Прежде учтивый и покорный Дуку преобразился до неузнаваемости. Слабый оттенок янтаря, что глаза графа имели по природе, стал интенсивнее в сто крат. — Я был лучшего мнения о тебе, мой ученик, — покачал головой Дарт Сидиус. — Был неважным джедаем, и свои дурные привычки сохранил до сих пор. Стыдобища, Тиранус! Столько шуму из-за какой-то девчонки. — Я вам прямо и сказал, учитель. Она важна мне. — Важна или дорога? — уточнил Сидиус. — Такие похожие, казалось бы, слова, но какой разный смысл они несут в себе, не так ли, Тиранус? Ох, лучше бы ты заговор против меня готовил! Ситх-учитель уже в открытую глумился над графом. Он напомнил ему: — Ты сам согласился убрать Вентресс. — Да, согласился. Но на изощрённые издевательства я не подписывался! — ответил Дуку. Почувствовав, что вот-вот не сдержится и сделает с Владыкой что-то не хорошее, граф захотел прервать разговор. Однако перед отключением связи ситх-учитель успел-таки вставить фразу: — Если хочешь кого-то обвинить, начни с себя. Значит, так «хорошо» обучал её, что позволила себя оприходовать! Оскорбления в адрес ученицы Дуку сыграли не на руку Сидиусу. Граф, не стерпев подобного, находился на грани бешенства. Он бесстрашно бросил в рожу ситхскому учителю: — А не напомнить ли вам, Владыка, что и ваш первый воспитанник не сдюжил против двух джедаев? Причём вражеский состав, хочу отметить, наполовину был тем же. Стало быть, из вас учитель тоже посредственный! — Да как ты смеешь! — разозлился ситх. Ученику, однако, его злобные гримасы теперь стали безразличны. — Стало быть, я напрасно трачу на вас время, Владыка! — добавил Дуку к сказанному ранее. Ситуация грозила выйти из под контроля Сидиуса. Многое ему хотелось высказать взбунтовавшемуся ученику. Холодный рассудок ситха, диктовавший тщательнее выбирать выражения и не доводить до греха, всё же взял верх над эмоциями. — Ты отказываешься? Тиранус, ты, видимо, забыл, что случилось, когда ты осмелился перечить мне, — как можно более сдержанно процедил Сидиус. — У тебя всё равно нет выбора. Девчонка не такая мямля, как ты. Она не просит твоего предательства. Вот увидишь, дитя попытается тебя убить, как только восстановит силы. Так уничтожь её первым!