Тайны замочных скважин

Эта большая связка ключей лежала прямо перед калиткой. Словно кто-то положил её тут нарочно, лишь минуту назад, на самом видном месте, чтобы она оказалась первым, что увидит мальчик, когда подойдёт ближе. Увесистая, тяжёлая, приятно холодящая детскую ладонь — она казалась чем-то извне, совершенно не от мира сего. И тем притягательнее она была для мальчишки. Кованая калитка была заперта, но в свои шесть с небольшим лет, Саймон уже прекрасно знал, для чего нужны ключи и как ими открываются замки. Ключ от калитки в связке нашёлся почти сразу. Большой, чёрный с причудливым вензелем, он идеально подходил к замку и с лёгкостью повернулся в замочной скважине. Калитка без единого звука отворилась. Конечно, входить в чей-то дом без разрешения нельзя, но мальчик считал, что ключи нужно отдать хозяевам сейчас. Как знать, быть может, эти ключи понадобятся им в самом скором времени? Саймон прошёл по мощёной дорожке к дому. Мальчик помнил, здесь жили мистер и миссис Мюррей. Приятная супружеская пара, не так давно приехавшая из Австрии. Мама всегда ставила их в пример и говорила, что именно такими должны быть отношения взрослых рассудительных людей. В последней фразе в силу возраста Саймон ещё плохо разбирался, но беспрекословно верил: мама знает всё. Он попробовал толкнуть входную дверь, но та не поддалась, и мальчик снова начал подбирать к ней ключ из найденной связки. Это оказалось сложнее. Ключ от калитки выделялся среди других, а вот остальные слишком сильно походили друг на друга. После нескольких попыток Саймону всё-таки удалось открыть входную дверь и пройти в дом. — Мистер Мюррей! — позвал он, оглядывая мрачный холл. Тяжёлая мебель из тёмного дерева, толстый ковер, заглушающий шаги, и кабанья голова прямо над высоким зеркалом создавали не самую гостеприимную атмосферу. А для шестилетнего мальчишки изнутри этот дом казался замком Синей Бороды. — Миссис Мюррей! — добавил он, поёжившись и уже не так громко, как в первый раз. — Ваши ключи… В доме было тихо, лишь глухое тиканье часов раздавалось за одной из дверей. Саймон посмотрел наверх. Высокая лестница, ведущая на второй этаж, на общем фоне выглядела не менее пугающей. Подниматься по ней мальчишке не особо хотелось. Но стоять в мрачном холле хотелось ещё меньше. Возможно, мистер и миссис Мюррей сейчас наверху и не слышат его. Можно подняться, достаточно просто перебороть страх. Это как со старым сараем, с крыши которого мальчик в последнее время любил прыгать прямиком в песочницу. Когда смотришь сверху, кажется, что сарай очень высокий, и до земли лететь и лететь. Но один прыжок вниз, у тебя перехватывает дыхание, а через мгновение ты уже стоишь по щиколотки в песке, и приземляться не так страшно, как ты думал. — Мистер Мюррей? — крикнул Саймон уже громче. Ответа по-прежнему не последовало, и мальчик медленно зашагал вверх по лестнице, затаив дыхание. Ковёр, устилал не только холл, но и лестницу, и все шаги мальчика заглушались толстым ворсом. Можно было подумать, что сам этот дом хотел зловещей тишины и нарочно лишал звуков всё живое, что проникало в его стены. — Миссис Мюррей? — снова неуверенно понизил голос мальчик. Чем дальше он шёл, тем сильнее дом пугал. Окна верхнего этажа были завешены тёмными портьерами и в коридоре царил полумрак. Тяжёлая мебель выглядела угрожающей, несколько портретов в овальных рамах — зловещими, а плотно закрытые двери наводили страх. Да и в целом этот дом совершенно не походил на дом, где бы могла проживать такая милая пара, как чета Мюррей. Мистер Мюррей всегда улыбается, поддерживает жену под руку и иногда что-то ласково шепчет ей на ухо. И если он разговаривает с кем-то, будь то взрослый или ребёнок, его голос всегда так мягок, а взгляд так добр. Он не может жить в таком мрачном, жутком месте. Как и его всегда тихая спокойная супруга. — Ваши ключи, — уже еле слышно произнёс Саймон. Детский голос потерялся в глубине дома, словно этот дом его проглотил, и вот-вот проглотит самого Саймона. Мальчик развернулся и бросился к лестнице. Оставаться в этом зловещем месте даже на минуту не хотелось. Он уже протянул руку к перилам, чтобы шагнуть на первую ступеньку, когда хлопнула входная дверь. Саймон вздрогнул от неожиданности и отшатнулся назад. — Тварь! — этот звук скорее походил на звериный рык. Кто бы ни был этот мужчина внизу, он напугал Саймона сильнее чем весь этот мрачный дом. — Тупая тварь! Как мозгов хватило проебать ключи?! — крик прервался глухим ударом. Следующую фразу он уже произносил вполголоса и его слова тонули в тишине дома, не доходя до Саймона. Спустя мгновение раздался ещё один звук удара, а потом и приглушенный ковром топот тяжёлых шагов. Кто-то поднимался по лестнице. Перепуганный мальчик развернулся и бросился вперёд по коридору, дёргая трясущимися от страха руками то одну дверь, то другую. Двери не поддавались. Лишь одна, последняя, в самом конце коридора, всё же приоткрылась, когда мужчина уже преодолел половину пути. Саймон юркнул в комнату и прикрыл за собой дверь, раньше, чем его успели увидеть. В этой комнате царил тот же полумрак, что и в коридоре. Мальчик растерянно огляделся, в поисках хоть какого-нибудь укрытия. Сердце бешено колотилось и дышать было тяжело. Очень сильно хотелось плакать, но детский страх оказался намного сильнее. В темноте очертания растворялись и мебель теряла первоначальный вид, хотя разглядеть ещё одну высокую дверь у противоположной стены Саймону удалось. Мальчик подбежал к ней и потянул на себя маленькую круглую ручку. Дверь легко открылась. Саймон нырнул внутрь и чуть не вскрикнул, когда его лица коснулось что-то мягкое. Как оказалось, это была верхняя одежда, свисающая с вешалок. Значит, он спрятался в платяном шкафу. Мальчик зарылся поглубже между платьев и пиджаков и испуганно посмотрел на закрытую дверь. Пока в комнате было тихо. Быть может, этот страшный мужчина не будет сюда входить или совсем уйдёт из дома? Ожидание пугало ещё сильнее. Саймон всхлипнул, размазывая слёзы и сопли по лицу, но не посмел разреветься в голос. Этот дом был заодно со страшным мужчиной. Значит, он выдаст Саймона, едва мальчик издаст хотя бы звук. А что с ним сделает этот мужчина, если его заметит? Что вообще сейчас делает этот мужчина? Послышался ещё один стук. Вспыхнувший в комнате свет тонким лучиком пролился в шкаф через замочную скважину и узкую полоску под дверью. Теперь голос страшного мужчины звучал совсем близко: — Забыла, сука, что такое благодарность? Забыла, что такое признательность? Сейчас я тебе напомню! Саймон ни жив ни мёртв от страха во все глаза глядел на дверь. Монстры, которые по ночам прячутся под кроватью, не такие страшные. Если крепко зажмуриться и попытаться заснуть, они могут исчезнуть. Только этот мужчина не монстр, и не исчезнет. Значит нужно посмотреть, когда он уйдёт из комнаты. Даже если очень страшно, нужно посмотреть. Он не заметит Саймона в шкафу. Затаив дыхание, мальчик приблизился к двери и заглянул в замочную скважину. Мистер Мюррей. В центре комнаты стоял тот самый приятный человек, который так любил свою жену и так вежливо со всеми разговаривал. Только лицо у него теперь было совсем другое. Перекошенное злобой и ненавистью. Это лицо вселяло ужас. И голос. Голос мистера Мюррея теперь невозможно было узнать. Словно он открывал рот, а кричал кто-то совсем другой. Там же была Миссис Мюррей. Она стояла перед своим мужем на коленях, сжимая руками тонкий шарф, плотно облегающий её шею. Саймон не сразу заметил, что второй конец шарфа был в руке у мистера Мюррея. Лишь когда тот резко потянул шарф на себя, а его жена упала навзничь на пол и слабо захрипела. — Ты ещё орать вздумала! — в несколько рывков мужчина сорвал шарф с её шеи и привычным жестом завязал на конце тугой узел. Первый взмах. Узел со свистом рассёк воздух и ударил женщину по спине. Второй взмах и удар. Третий… С каждым новым ударом мужчина, по слогам выплёвывал сквозь зубы: — Ты! Будешь! Меня! Слушаться! Тварь! Тело миссис Мюррей вздрагивало, от каждого удара, но женщина крепко зажимала собственный рот рукой, не позволяя себе ни произнести ни звука, и лишь захлёбывалась собственными слезами. Следов на теле не оставалось, хотя и так было ясно, что сила, с которой узел бил по телу причиняла невыносимую боль. Саймон, сам того не замечая, повторял все её движения. Вздрагивал от ударов, словно мужчина сейчас хлестал его, зажимал себе рот ладошкой и тихо плакал. Когда счёт ударам был давно потерян, мистер Мюррей тяжело дыша, опустил, наконец, шарф: — Это будет тебе хорошим уроком на будущее, тупая тварь! — произнёс он уже чуть тише. Теперь его голос звучал спокойно, как когда-то. Не хватало лишь прежней вежливости. Но теперь это ледяное спокойствие вселяло в Саймона дикий ужас. Миссис Мюррей беззвучно всхлипывала, скорчившись на полу. Мужчина выдохнул и направился в сторону шкафа, где прятался мальчик, на ходу развязывая узел своего галстука. Саймон в ужасе отпрянул назад. Сейчас мистер Мюррей откроет дверь и увидит его. Замочную скважину накрыла тень. — Ты что, ещё встаёшь, сука?! — снова рявкнул голос страшного мужчины совсем рядом с дверью. Мальчик пискнул, крепко зажмурившись, и вжался в угол шкафа. Послышались удаляющиеся звуки шагов и новые удары. Только бил, судя по всему, мистер Мюррей в этот раз не шарфом. Тогда чем? Звуки ударов стихли так же внезапно, как начались. Саймон открыл глаза и посмотрел на мягкий свет, который снова лился в замочную скважину. Тени не было. Значит мистер Мюррей отошёл от двери. А если он снова подошёл? Если он стоит с той стороны и ждёт, когда Саймон снова посмотрит в замочную скважину? — Ты чего разлеглась, тварь? Сдохнуть тут решила? — раздалось поодаль. Мужчина всё ещё не подходил к шкафу. Саймон беззвучно плача снова приблизился к двери и посмотрел в замочную скважину. Мистер Мюррей склонившись над женой, тянул её за волосы. Женщина, закатив глаза, почти не дышала. Свободной рукой мужчина схватил её за подбородок и притянув к себе вплотную произнёс вполголоса: — Даже если ты сдохнешь тут, тебя никто не найдёт. Тебе ясно, тварь? Тебя. Никто. Никогда. Не найдёт! Мистер Мюррей с силой сжал ладонью лицо своей жены и отшвырнул её в сторону. Женщина, отлетев, ударилась головой о кушетку, стоявшую рядом, и обмякла. — А теперь — в подвал, сука! И сидеть ты там у меня будешь до утра! И никакого ужина, — добавил он, выпрямляясь во весь рост. Миссис Мюррей не реагировала. Тогда мужчина подошёл к ней, снова схватил за волосы и волоком потащил прочь из комнаты. Приглушённые звуки шагов стали удаляться, пока, наконец, совсем не стихли. Саймон толкнул дверь и, щурясь от яркого света, вылез наружу. Его всё ещё трясло от страха. Нужно было как можно скорее покинуть дом. Мальчик огляделся и отпрянул, чудом не закричав. Когда он вошёл в тёмную комнату, он не заметил зеркала, и теперь до смерти испугался собственного отражения. На него смотрел исполненными ужаса покрасневшими глазами бледный, лохматый, зарёванный мальчишка. А ещё он обмочился, пока сидел в шкафу. Развернувшись, Саймон бросился вон из комнаты. На этот раз в коридоре горел свет. Но дому это не помогло. Тут по-прежнему было жутко. И обои слишком тёмные. И мебель слишком грубая. И окна… Их по-прежнему не было видно из-за тяжёлых портьер. Это был не дом, это была ловушка. Из которой нужно было выбираться как можно скорее. Сбежав по лестнице, Саймон с силой толкнул входную дверь. Она оказалась заперта. Детские руки от удара нещадно заболели. Мальчик принялся трясти тяжёлую дверь, снова расплакавшись, на этот раз в голос. Свобода была так близка. Куда он дел ключи? Оставил в шкафу? Обронил на втором этаже или в комнате, когда прятался? — Мама! — еле слышно произнёс Саймон сквозь слёзы, поднимая взгляд наверх. Из замочной скважины торчал ключ. У мальчика перехватило дыхание. Мистер Мюррей запер дверь, но оставил ключ в замке. Теперь не стоило мешкать. Всхлипывая, Саймон провернул ключ, распахнул дверь и бросился наружу. Даже если калитка будет заперта, перелезть через неё он сможет. К счастью, она оказалась открыта и легко поддалась вперёд, едва он её толкнул. Саймон стремглав бежал по улице, оставляя за спиной жуткий дом с его жутким хозяином. В ушах мальчика всё ещё звучали последние слова мистера Мюррея: «Никто. Никогда. Не найдёт». — Мама! — закричал Саймон в голос, чувствуя, как накатывает новая волна ужаса, а слёзы снова начинают его душить. — Мама! Мама говорила, что это самая приятная супружеская пара, которую она когда-либо встречала. Что мистер Мюррей добрейший джентльмен и сразу видно, как сильно он любит миссис Мюррей. Что миссис Мюррей за своим мужем, как за каменной стеной. Что они созданы друг для друга. Что именно такими должны быть отношения взрослых рассудительных людей. Мама знает не всё.