SujuVerse

Хань Гэн собирает волю в кулак и делает глубокий вдох, глядя на вполне удобно устроившегося у стенки Хичоля. Омега же, всё ещё тяжело дыша и время от времени убирая липнущие ко взмокшему лбу волосы, самозабвенно печатает что-то на телефоне и не обращает на парня рядом никакого внимания. - Хён, - нерешительно зовёт его китаец; к его удивлению, Ким реагирует моментально, переведя взгляд своих огромных глаз на него. - Ну какой я тебе хён, если ты меня уже три раза нагнул? - Я об этом и хотел с тобой говорить... - Поговорить, - поправляет Хичоль. - Поговорить. - послушно повторяет китаец. Омега нехотя откладывает телефон в сторону и поворачивается на бок, упираясь довольно тощей задницей в стену и начиная поглаживать альфу по плечу длинными тонкими пальцами: - Ну давай поговорим. Хань Гэн устраивается поудобнее, не сводя глаз с красивого омеги под боком, и всё так же нерешительно произносит: - Это уже третий раз. Может, нам стоит начать встречаться? Хичоль смотрит на него с нескрываемым удивлением, но его пальчики не замирают, продолжая выводить круги на плече альфы. - А просто по дружбе ты не можешь, что ли? - Не так воспитан, - честно отвечает тот. Кореец задумчиво закусывает губу, опуская взгляд на голую грудь Гэна; в его планы на сегодня явно не входили подобные предложения и размышления над ними. - Хён, я тебе не нравлюсь? - Ага, стал бы я с тобой спать, если бы ты мне не нравился. - фыркает Хичоль. - Я тебе столько всего позволил вытворять, что ты не встречаться - жениться на мне теперь должен! Китаец слишком очевидно меняется в лице и бледнеет, судя по гаденькому хихиканью его любовника: - Да шучу я, больно мне надо так рано замуж. А встречаться давай, а то мне альфы уже прохода не дают. Омега наклоняется к теперь уже своему парню, непривычно спокойно и мягко целуя; кончики его волос приятно щекочут шею и грудь. - Ну что, Ханни, - он улыбается в губы альфы, а затем отстраняется и одним быстрым, но плавным движением седлает его бёдра, - отметим начало наших отношений? И это ведь у него ещё нет течки, думает Хань Гэн, садясь на кровати и позволяя затянуть себя в гораздо более пошлый поцелуй.