Желание

- Люди каждый день уничтожают, выбрасывают и убивают животных! Общество прогнило так сильно, что мы совсем перестали заботиться о братьях наших меньших. Что будет потом? Начнете выбрасывать детей, когда они надоедят? Опять. Снова это началось. Как достало. Шигараки оторвался от книги, что так увлеченно читал минутой раннее, и перевел взгляд на стойку. Телевизор, взывающий людей к здравому смыслу, висел аккурат над ней. Наморщив лоб, Томура вглядывался в экран. Там мелькал мужчина средних лет, увлеченно и, стоит отметить, еще и агрессивно указывал человечеству на их жестокость и отсутствие сердец. Как драматично. - Выключи эту ахинею, - не выдержал парень, обращаясь к Изуку — тот смотрел передачу с пугающим воодушевлением, мысленно соглашаясь со всем сказанным в телевизоре. Глаза у подростка горели огнем, явно ничего хорошего не предвещая. Ужас. Изуку повернулся в сторону Томуры и, как можно мягче, возразил: - Но это все — чистой воды правда. Нам ли не знать, а? - недовольно спросил он, внезапно поднявшись с металлического стула. - Нам каждый день приносят изувеченных животных, либо же просто выброшенных. Они просто стали не нужны, и с ними так обошлись, понимаешь? Человечество гниет изнутри! - Говоришь, как твой скукоженный дядька из телека, - медленно проговорил Шигараки, возвращаясь к чтению. Оба они звучали, как поехавшие фанатики справедливости. Изуку не дождется от Шигараки сочувствия к "бедным братьям меньшим", неа, нет, нетушки. Работа есть работа, и если бы она заключалась не в спасании животных, а в их убийстве, Томура бы и на нее пошел. - Как хочешь, мне все равно на то, что ты думаешь. Просто выключи это. И ты, и тот занудный старикан меня одинаково сильно бесите. - Как скажешь, но тогда ты мне поможешь убраться в клетках, - бодро отозвался зеленоволосый. Томура неохотно кивнул только после того, как телевизор, щелкнув на последок, стих. Они с Мидорией не были друзьями. Вот приятелями или хорошими знакомыми - тут да, тут больше на правду походит. Просто одногруппники, просто знакомые, что устроились на подработку в приют. Они учатся в одном универе, на одном факультете и, выходя как то из здания вместе, что случилось, конечно, по чистой случайности, наткнулись на объявление о поиске сотрудников в приют для животных. Все, что требовалось от желающих подработать - любовь к животным и отсутствие аллергии. Первым Шигараки, в отличии от Изуку, не обладал от слова совсем. Животных он на дух не переносил, да и вообще он бы точно нашел себе что-то получше этой вонючей работенки, если бы не Мидория. Он, пользуясь тем, что стоит от Томуры в паре сантиметров, затряс одногруппника за плечо, когда тот, фыркнув, вздумал уйти. Глаза зеленоволосого мерцали воодушевлением. - Это отличный способ подработать на лето! Давай! В его голосе Шигараки отчетливо слышал оттенки тщательно скрываемого подростком волнения и нетерпения. Томура вздохнул, едва сдерживая гримасу отчаяния. Попал. - Работа с животными точно не для меня, - вкрадчиво произнес он, стараясь говорить спокойно. - Для тебя вот, например, это прекрасный вариант. Дерзай. Может, за своего там сойдешь. Шигараки хихикает в кулак, но юноша его колкость почти что игнорирует, только хмурится чуть чуть, отчего выглядит еще забавнее, чем до этого. - Нет, так не пойдет, - возразил Изуку с неожиданной для себя горячностью - Ты опять закроешься у себя в комнате на все лето и будешь играть в приставку. Это неправильно. - Тебя забыл спросить, - начал было протестовать Томура, но зеленоволосый снова прервал его: - И еще я, по правде говоря, - Мидория заметно смутился, чем вызвал у Шигараки легкое недоумение. - Я боюсь один идти на собеседование. И думаю, что не справлюсь в одиночку. Пожалуйста, тебе же не сложно! Теперь настала очередь голубоволосого смутиться под взором огромных, изумрудных глаз. Он никогда не мог смотреть в глаза парню без странного, раздражающего трепета где-то внутри. - И чем я там пригожусь, если я даже животных не люблю? - в пол голоса спросил Шигараки. Мидория помолчал немного, а потом вдруг улыбнулся. Широко и так ярко, что Томура поймал себя на мысли о том, что любуется им. Парень начал активно корить себя за это, пока Изуку вещал ему о том, что любовь к животным может прийти к нему со временем работы в приюте. Так они и дошли вместе до самой площади, где их пути вынуждены были разойтись. Томура хотел свернуть в знакомый переулок, чтобы пойти домой, но его вдруг схватили за запястье. Кто это был, гадать не приходилось. Шигараки напрягся, а Мидория, в свою очередь, продолжал сжимать чужую руку. - Ну так что ты решил? - не сразу спросил зеленоволосый. Томура отчетливо видел в его глазах искры надежды. У Шигараки не было особых причин отказывать. Нелюбовь к зверям можно и проглотить, а аллергии у него на них не было. Да и подработку на лето он искал. Да, определенно, он это делает не потому, что сердце стучит где-то в пятках из-за тепла чужой руки, а потому, что сам так решил. - Ладно, - не слишком уверенно произнес он, отводя взгляд. - Но имей ввиду, что я это не ради тебя делаю. Лицо Изуку снова озарила яркая улыбка. Он охотно закивал, крепче хватая руку Томуры. - Спасибо! - Не обольщайся. Так они и начали работать вдвоем. Начали летом, да так втянулись, что дорога от школы к приюту уже давно усыпалась яркими осенними листьями, а потом и толстым слоем пушистого снега, но оставалась всё такой же родной для обоих. Делить между собой работу оказалось куда проще, чем представлял себе Томура. Он принимал животных у посетителей и отдавал желающим зверей в дома. А на Изуку лежала ответственность за чистоту клеток и вольеров. В базу отданных или же наоборот, приобретенных животных, заносил, как правило, Даби. Это парень с противоположного факультета литературы, которого и Томура, и Изуку по началу сторонились. Он был сплошь покрыт ожогами и ходил вечно с ледяным взглядом. А его любви к черному юмору мог позавидовать любой злодей в этом чертовом мире — Даби хватило бы минуты, чтобы самого черствого хулигана заставить рыдать, как девчонку. Да еще и такие речевые обороты при этом использовал, угх, убить мало. Шигараки он бесил своей любовью цитировать различных авторов, видимо, указывая на необразованность самого Томуры - большую часть используемых писателей в обидных колкостях Шигараки не знал даже. В приюте же Даби мелькал редко, работая в основном из дома — по его словам, взломать базу было проще простого, поэтому брюнет имел возможность не появляться на работе. Все равно никто не проверял. Мидория с Шигараки были относительно спокойны касаемо этого — обожженный не мозолил глаза и не бесил своими выходками. Грязную часть работы Томура не любил. И вообще не считал честным то, что даже несмотря на то, что в его обязанности помощь с уборкой не входит, Изуку умудрялся уговаривать его насильно. Но Даби мнения голубоволосого не разделял. Он, если присутствовал на месте, то как правило сидел в интернете. И, видя сцену слезливых уговоров Изуку и просьб о помощи, всегда поднимал вверх указательный палец и с важным видом провозглашал: - Шигги, Мидория у нас омежка, ему, как никому другому, нужна помощь. После таких фраз оба недоумевающе затихали, а Даби посмеивался в кулак, говоря о том, что это клише из фанфиков, что читает его сестра. И, переводя на доступный обоим непросвещенным парням язык, это значило, что Изуку - слабый и хрупкий. Когда черноволосый объяснил им это впервые, Томура был ошеломлен. Мидория — хрупкий и слабый? Этот мелкий манипулятор с огромными глазами, которым и отказать то невозможно? Томура не помнит того момента, когда он вдруг начал считать Изуку привлекательным. Он не понимает, когда голос Мидории вдруг стал для него чем-то успокаивающим, а глаза — чем-то прекрасным. Думать об этом голубоволосый не любит больше всего. Как только он начинал размышлять, в его голове возникали такие мысли, какие и в самых потайных местах сознания не отыскать. А тут сами — взяли и ударили в голову, как гром среди ясного неба. Он предпочитал игнорировать желание разглядывать Изуку на парах, пока зеленоволосый, сосредоточенно глядя в тетрадь, записывал всё сказанное педагогом. Предпочитал не сталкиваться с ним на перерывах и на улице. Однако зачем-то всегда приходил в библиотеку к трем часам, чтобы посидеть с Мидорией вместе и обсудить книги, прочитанные ими на днях. Ну и чтобы взять новые — когда Изуку уходит, Шигараки по обычаю интересуется у библиотекаря, что его одногруппник брал последний раз, а затем выбирает тоже самое, чтобы для посиделок в этом переполненном книгами месте нашлась тема для разговора. Томура, почему-то, улыбался всякий раз, когда об этом вспоминал. Вот и сейчас, водя уже грязной тряпкой по прутьям вольера, он несмело улыбался в пустоту. И лишь через несколько минут в голову стукнуло осознание того, что в вольере сидит сутулый, облезший и, кажется, очень старый пес, которого голубоволосый прежде тут не видел. - Опять двадцать пять, - еле слышно пробормотал он, отходя чуть назад. Вообще-то работа была спокойная. Пару раз Томура даже заикнулся о том, что ему, видите ли, скучно. Но уже в скором времени он пожалел о сказанном. Примерно в тот момент, когда Мидория притащил к ним кошку прямо с улицы. Тощую, как сама смерть, больную и даже начавшую местами лысеть. На вопрос о том, что это за зверь уродливый, подросток лишь назвал Томуру бессердечным и гордо ушел. С кошкой. В отдел с вольерами. С того дня он регулярно таскал к ним животных, решив, видимо, что прочих посетителей им мало. Глядя на пса, Шигараки думал лишь о том, что в этот раз он на уговоры Изуку ни за что не поддастся. - Эй, брокколи! Дуй сюда, живо, - как можно более грозно позвал парень. Зеленая копна волос появилась в поле зрения в считанные секунды, немного даже припугнув Шигараки. Наверное, Изуку где-то совсем рядом возился. Изумрудные глаза смотрели пристально, в ожидании вопроса или упрека. - Объясни. Голос Томуры звучал резко, но подростка это, кажется, вообще ни разу не смутило. Он только нахмурился и уверенным шагом приблизился к Шигараки вплотную, а затем, метнув на вольер краткий взгляд, осуждающе ткнул в грудь Томуры пальцем. - Ты снова будешь меня упрекать в том, что я, в отличии от тебя, никого не оставляю в беде? Голубоволосый рассеянно заморгал. Да уж, будь в мире профессия героя, он бы с легкостью мог заявить, что веснушчатый полудурок на нее годится на все сто процентов. Томура отвернул голову, скрывая насмешливую ухмылку. При мысли о том, как Изуку похож на героев из фэнтези фильмов и комиксов, Шигараки почему то терял способность воспринимать зеленоволосого всерьез. Мидория всегда обижался, когда это замечал. Но сейчас ему было вообще не до того. - Томура, - Шигараки немного дернулся в сторону — Мидория редко звал его по имени. - Ну пожалуйста. Ты же можешь не говорить Даби об этом. Ах, да, важная деталь — большая часть уговоров подростка приходилась на то, чтобы Томура согласится не сообщать Даби о появлении нового жителя приюта. Брюнет не замечал новых животных, и если ему просто напросто не говорить, он и не узнает. Шигараки закатывает глаза, уныло потирая пальцами переносицу. Он уверен, что с таким коллективом он вот вот свихнется. Его положат в психбольницу, но даже там он не отдохнет толком, потому что если станет психом, то абсолютно точно полностью и окончательно помешанным на Мидории. Томура молчит слишком долго, думая совершенно не о том, о чём следует, поэтому Мидория резонно принял это на свой счет и предложил то, что Шигараки даже обдумывать не собирался: - Я сделаю всё, что попросишь. Пожалуйста. Голубоволосый замер, так и не отнимая от лица бледную руку. Он даже и не думал требовать у парня что-то, а тут бац, на тебе, топором в затылок. Вот и думай теперь, пользоваться ли этим юношеским максимализмом? Ведь если бы Изуку подождал немного, то вышел бы, как всегда, сухим и невиновным - Шигараки бы и так согласился, как бы он не пытался противиться самому себе и мольбам Изуку. Парень потер макушку, выглядя, наверное, слишком оторопевшим для вполне себе логичного предложения. Услуга за услугу называется, Томура, ну же, приди уже в себя. - Ладно, идет, - Шигараки в подтверждение своего вердикта вытянул вперед руку, закрепляя уговор рукопожатием с Мидорией. Не все же ему в минус уходить. Тут хоть поиздеваться над парнем сумеет. На лице растянулась победная улыбка, но поблекла она так же быстро, как в голову ударило осознание - Томура понятия не имеет, что просить. Если он сейчас поспешит, то просрет к чертям, может быть, последний шанс. А что за шанс? Томура не знал. Но точно был уверен, что ситуация требует размеренных раздумий насчет желания. Изуку его перепады настроения либо не замечал, либо игнорировал, как игнорировал шутейки Даби вплоть до их исчезновения. Нет, Даби не был бы самим собой, если бы перестал шутить, но стоит отметить, что Шигараки доставалось больше. Намного. Черт вас дери, когда Мидория научился игнорировать брюнета, Томуре досталась двойная порция издевок и он терпел за двоих. Ну вот, снова он страдает из-за этого лохматого недоразумения. - Что ты хочешь взамен? - интересуется наконец Изуку, раскрывая клетку и протягивая псу, ставшему причиной всего ранее произошедшего диалога, наполненную кормом миску. Потрепав его по макушке напоследок, он захлопнул дверцу и отряхнул руки, с умилением наблюдая за чавкающим созданием. - Гадость, - ворчит Шигараки, а чуть громче произносит - Я подумаю над этим. Вечером скажу. Он получил в ответ молчаливый кивок - парень даже от созерцания не оторвался. Ну и пожалуйста. Шигараки захватил уже почти полностью грязные тряпки и решив, что выбросит их по дороге, поплелся в зал. Сегодня был тот самый адский день, когда Даби выходил на работу лично, и Томура застал это чудовище прямо в дверях, когда копался в мусорном ведре, пытаясь вытащить из него застрявший пакет. Даби поздоровался кивком и повесил пальто на вешалку у входа. Этот ополоумевший гад либо действительно не мерз, либо просто выебывался, вышагивая по холодным улицам Токио в самых легких формах осенней одежды, в то время как Шигараки дубел, как не в себя, используя и шарфы, и шапки, и перчатки, и самые теплые вещи в его арсенале. И всё это, на минуточку, одновременно. - Что случилось, ты потерял что-то в помойке? Томура кривит лицо, слыша издевательский высер прямо над головой и пихает Тодороки в бок, попадая аккурат в живот. Даби сгибается, обхватывая руками бока и кряхтит что-то себе под нос. Шигараки может разобрать только гневное "изверг". - Лучше бы помог, - с укором произносит Томура и, дождавшись, пока Даби ухватится поудобнее за ведро, тянет пакет на себя. Парень тихо благодарит и сует выуженный пакет прямо в обожженные руки. - Эй, с хуя-ли, - выдержав недолгую паузу недоумения, возмущается Даби. - Ты опоздал. - Аргумент не доебешься конечно. Брюнет ворчит, но всё равно идет, не набросив даже пальто на плечи. Входная дверь звенит, оповещая о его уходе, а через минуту о возвращении - Даби приперся без мешка, но с женщиной средних лет. Шигараки натягивает улыбку и приветствует клиентку добродушным "добро пожаловать" . Так проходит час, второй, тертий и так по списку, и вот циферблат настенных часов уже оповещает об обеденном перерыве. Даби отрывает взгляд от монитора компьютера и ведет глазами до прохода в соседний зал, представляющий из себя место жительства для всех присутствующих тут животных. Там Изуку возиться с молодой девушкой примерно его возраста, которая в приют залетела буквально за пять минут до перерыва и всё еще занимает там порядком уставшего парня. Тодороки садится на стул с ногами и лезет в сумку за ланчем, только удрученно качнув головой, мол, "не завидую я Мидории". Шигараки ему тоже не завидовал, но от своего занятия не отвлекся даже - чтение Ремарка казалось ему куда более увлекательным, чем какой-то там обед. Да и он почти никогда его не носил с собой. Если везет, то парень успевает забежать в магазин за готовыми роллами, онигири или сэндвичами, а если нет, то сидит так на месте, не меняя даже позы и читает. На короткое мгновение он бросает взгляд на Даби, уплетающего рис так, будто он неделями до этого на одной воде и салате сидел и, выждав пару мгновений в раздумиях, наконец спрашивает: - Если бы тебе предложили услугу взамен на твою, - Томура ждет, пока брюнет прожует и обратит на него внимание и продолжает: - Что бы ты попросил? Даби молчит, видимо действительно задумавшись над триллионом изощренных вариантов, а Шигараки зачем-то решает внести немного ясности и конкретики, чтобы сузить круг идей: - И если бы этот человек тебе, предположим, нравится. Штопанный давится, хотя вроде он уже ничего не ел в тот момент и подрывается с места, спешно закрывая коробку риса пластиковой крышкой. - Ты что, втрескался?! Томура прячет лицо в ладонях. Нет, он не смущен вовсе, он раздражен и видеть этого ублюдка не хочет. Угораздило же спросить именно его, Боже, если Санта существует, Шигараки попросит мозги. - Ты на вопрос ответишь или нет? - голос звучит приглушенно за плотно сжатыми пальцами возле самого лица, но Даби слышит и снова плюхается на стул с характерным "бам". - Ну, я думаю, я попросил бы свидание. Шигараки отрывает руки от лица и сверлит парня заторможенным взглядом. - Свидание? - Ну да. Прогулку бы предложил, - брюнет выглядит совершенно серьезно, говоря это, а на лице не тени сомнения или издевки. Томура подпирает рукой подбородок и задумывается. Представить себе обстоятельства, при которых Шигараки на эту авантюру решится было где-то между "невозможно" и "только под дулом пистолета". Томура вовсе не хочет признавать свою слабость, особенно если она связана с Мидорией. Это было вдвойне унизительно. Шигараки вообще держался в обществе отшельником, предпочитая тихие места и ненавидя компании шумных, гогочущих подростков. Изуку был полной его противоположностью - такой наивный, солнечный и открытый, он всегда находил себе подходящее среди ровесников место и играл роль оптимиста и экстраверта, заряжая позитивом всех в округе. Даже Томуру можно было заметить иногда в библиотеке в компании зеленоволосого в добром здравии. К слову, Изуку был чуть ли не единственным, кто не избегал общества Томуры. Напротив, парень всегда старался быть к нему поближе: то едой поделится, то на паре рядом усядется, то в библиотеку попросит с ним сходить. А Шигараки соглашается и идет, с улыбкой выслушивая что-то на языке слишком умного Мидории про теорию вероятности. Не то, чтобы Шигараки не знал о ней, нет конечно, но Изуку всегда рассуждал так не банально и интересно, с такой воодушевляющей улыбкой, что Томуре в какие-то моменты было даже интересно обсуждать программу девятых классов, но в особенном ключе. К слову, алгебру он ненавидел. - А теперь окажи мне честь, - на лице Даби появляется широченная улыбка, будто у Чеширского кота. - Расскажи, кто твоя везучая избранница? Шигараки гордо оставляет вопрос висеть в воздухе и отворачивается с самым невозмутимым видом, на который он способен в данной ситуации. За его спиной слышится нескрываемое возмущение: - Несправедливо! Я тебе помог, дал прекраснейший совет, до чего бы ты сам за столетие не додумался, а ты вот так лишаешь меня возможности хотя бы немного поиздеваться над тобой! Да ты чудовище! Даби играет роль обиженного, отворачиваясь тоже. Теперь они сидят спиной к спине и играют в молчанку без правил и победителей. Детский сад. Но тут брюнет подрывается с места с озарённым вздохом, вынуждая стул с зачем-то прикрученными к ножке колесиками отъехать подальше и врезаться в стену. Парни уставились на него с тугим молчанием и, буравя взглядом стену в гробовой тишине, снова взглянули друг на друга. Даби принял это как предложение продолжить разговор и, не теряя времени на вступление или затянутые рассуждения, воскликнул: - Речь не о избраннице, а о избраннике! Я прав? Шигараки подавился воздухом и отчаянно закашлялся, скорее чтобы потянуть время и придумать ответ, нежели от сильного першения в горле. - Совсем крыша поехала, - загробным голосом пробубнил он, постукивая себя по груди кулаком. - Ага, тихо гравием шурша, - ответ ради ответа. Томура знает, что подобные высеры Даби использует только вместо игнора. - Расскажи, метелка, ну! Кто это? Тот пацан с факультета журналистики? О, о, или кто-то из моих однокурсников? У нас, знаешь ли, очень много классных кандидатов. Все, кто шарят за литературу очень горячие. Взгляни на меня, - с этими словами он раскинул руки, самодовольно улыбаясь под ахеревший взгляд рубиновых глаз. - Ты в конец ошалел, пельмень контуженный? Томура был обескуражен и одновременно зол, но первое чувство определенно брало верх. Даби погордился собой пару секунд, а потом вдруг негромко охнул, опуская руки. Юноша расплылся в хитрой, язвительной улыбке и заговорческим тоном зашептал: - Не говори, что речь о Мидории. На этом моменте Томура ясно понял, что пропал. Пора прекращать. Парень вскочил со стула, хватая ближайшую вещь, что попалась под руку, коей оказалась книга. Подкинув ее в руке пару раз, Шигараки замахнулся для вида и эффектом был удовлетворен - Даби моментально растерял свою выебистую натуру и ловко перемахнул через стол на противоположную сторону, поближе к выходу ( мало ли что, собственно ) и осел на пол, прячась за вешалкой с вещами. - Всё, довольно! Хватит меня мучать своими догадками, бесишь. Вали! Даби в ответ только засмеялся. - Как ты груб с человеком, у которого теперь имеется очень важная информация о тебе и твоих предпочтениях! Томура возмущенно выдохнул, выходя из себя еще больше. - Шантаж! - А ты хам! Да и к тому же, мне есть чем шантажировать! Думал, я упущу такую драгоценную возможность? - Так, ублюдок, - Шигараки упирается руками в деревянное покрытие стола, злостно сверкая глазами - Поди вон. - Нихуя ты скомбинировал, - присвистнул Даби - Мое уважение, геюга. - Пошел нахер! Книга всё таки отыграла свою роль снаряда и почти попала в раздражающую мину, но Даби успел перехватить ее в сантиметре от своего лица. - Оу, Ремарк, - ухмыльнулся он, бегая по обложке глазами, а затем с заумным видом провозгласил, цитируя писателя: - "Любовь не терпит объяснений, ей нужны поступки!" - Ой всё, закрой рот и положи книгу на место. Ты не достоин это читать, а тем более цитировать. - Сам же ее в меня кинул, - заметил Даби, но книгу всё таки бережно положил на стол. Всё же литература могла по праву занимать почётное место в списке самых важных вещей в жизни штопанного. Они просидели так еще пару минут, убирая упавшие со стола вещи, которые свалил непосредственно Даби своим "грациозным трюком". Складывая в ладонь разлетевшиеся по полу визитки, Шигараки уперся спиной в стену и перевел удрученный взгляд на выход. К немому ужасу именно в этот момент он наткнулся на две пары удивленных глаз: Мидории и посетительницы. Оба застыли в проходе с нечитаемыми выражениями лиц. - У вас тут, я смотрю, крайне нетипичные будни, - немного нервно подметила девушка, рассматривая двух парней, рассевшихся на плитке в полном хаосе. Шигараки мгновенно подорвался на ноги, стряхивая пыль, наличие которой на брюках ему гарантировало отсутствие тщательной уборки последние пару месяцев. Даби же не сдвинулся с места, энергично помахав девушке рукой. Она в ответ лишь заторможенно кивнула. Мидория окинул Томуру странным, но уже знакомым взглядом. Обычно он смотрел так, когда хотел сказать что-то по типу " я не удивлен ". И это, благо, не вязалось с нотками презрения. Скорее снисхождения. После такого Изуку обычно заканчивал ситуацию фразой "ну что с тебя взять". Зеленоволосый проводил посетительницу до выхода и, повесив вслед за ней табличку об обеденном перерыве, облокотился спиной на стеклянную дверь. - Вы решили устроить третью мировую войну? - Ага, кратчайшая война в истории. Продлилась три минуты. - Самая короткая война продлилась тридцать восемь минут, - Изуку потер переносицу. - Англо-занзибарская война в 1896 году. А у вас была обыкновенная анархия. Шигараки подвис, глядя на Изуку со смесью изумления и страха. Откуда он всё это знает? - Не анархия, - поправил Даби, всё еще не желая подниматься на ноги. - Это было кровавое, ожесточенное побоище. - В таком случае, после обеда поле боя сами убирайте. Шигараки промолчал, отходя в сторону за веником. Впрочем, отлынивать он и не собирался особо, сам же напортачил. Но то, что напортачил он дуэтом с Даби, который решил вдруг сконцентрировать внимание на крайне интересном потолке комнаты вместо помощи, было крайне несправедливым поворотом событий, который Шигараки вообще ни коем разом не устраивал. Но и это Томура предпочел игнорировать и потянулся за тряпкой, дабы протереть стол от следов разлитого антисептика, который теперь придется заново покупать в ближайшей аптеке у ворчливой старушенции, но его остановила чужая рука. Не слишком грубо, но достаточно напористо, чтобы юноша замер, сталкиваясь взглядами с Мидорией. Они простояли так немного, совсем чуть чуть, но даже когда Изуку убрал руку, Томура уже не мог продолжать нормально функционировать и фокусироваться на чем-то, помимо двух изумрудов напротив. Эти самые изумруды, к слову, горели недовольством. - Я же сказал, после обеда, - в общем и целом, чтобы отобрать роль заботливой няни у Изуку, надо приложить все усилия и чуточку больше. Это так, к слову. - Поешь, а потом уберитесь вдвоем. - Вот-вот, поедим, попердим, а потом уже ваши эти шмародрайки и уборки,- возник вдруг Даби, поднимаясь наконец на ноги и хватая порцию риса, с которой не успел расправиться. Парни синхронно моргнули, наблюдая за этим, и Шигараки разорвал тишину надменным фырком. С питанием у него были явные проблемы. С самого детства он потреблял меньше пищи, чем его ровесники. Потом он стал есть многим меньше возрастной нормы в принципе. Вот тогда то ему и сообщили о излишней худобе, склонности к резким потерям веса в случае мощного стресса или переживаний. Об угрозе анорексии его, правда, никто решил не предупреждать, но стоило самому догадаться, видя болезненно торчащие из под кожи ребра. Анорексией он страдал в возрасте десяти лет и с того момента совсем перестал питаться правильно, боясь непонятно чего, хотя стоило бы подтянуть режим питания, оставив его работать заменой хаотичному забрасыванию в себя пищи раз в день. Единственным человеком за недавний отрезок времени, кто мог заставить Шигараки поесть нормально, это... - Ты опять ничего не взял, - не вопрос, а утверждение. Томура слышит шуршание фольги и чувствует запах рыбы, смешанной с чем-то, напоминающим на запаху соус. Ему протягивают аккуратный онигири и миску рыбы в соусе, а на стол со стуком приземляется бутылка газировки. Той, которую Томура всегда брал после школы, но сегодня по не самым счастливым обстоятельствам немного не успел. Да, единственным, кто мог заставить Шигараки поесть, был Мидория. Полагаю, никто не удивлен. - Спасибо, - юноша неуверенно сжал руки на упаковках еды. Изуку улыбнулся в ответ на это своей ослепительной улыбкой, от которой Томуре плохело ( в хорошем для читателей смысле, разумеется) и полез в рюкзак за своей порцией. - Какая забота, надо же. Даби сидел, раскачивая ногами в хаотичном направлении и лыбился этой дурацкой ухмылкой, такой язвительной и ехидной, что врезать хотелось. Сейчас он выглядел как человек, который, если не знает наверняка, то хотя бы догадывается. Томура для себя решил устроить день игнора, поэтому и эта фраза штопанного осталась без ответа и всякого внимания - юноша просто демонстративно отвернулся от брюнета, вгрызаясь в онигири. Рыбу оставит на потом, чтобы вернуть Мидории, который без нее даже сытости не почувствует. Остаток рабочего дня прошел в относительном спокойствии: Даби спал, что, вероятно, и стало причиной умиротворения в приюте, Шигараки обслуживал клиентов, притворно им улыбаясь, а Изуку показывал животных и помечал в блокноте тех, кого забрали. Потом все эти списки станут работой для Даби на весь оставшийся вечер, которую он отложит на ближайшее никогда. - Сегодня еще конспекты учить, - обреченно воет Мидория, возвращаясь от клеток с животными в крайне измотанном состоянии. - Завтра точно спросят. - Препод по иностранным языкам вечно всех валит, - отзывается недовольством Томура, чуть опустив газету, чтобы видеть лицо парня напротив. Уставший и чуть сонный, он тер глаза кулаком. - Я не вижу практически никакого смысла в том, чтобы чахнуть над этим. - Тогда я резонно предлагаю вам двоим прогуляться. Шигараки и Изуку синхронно округляют глаза и пялятся в сторону Даби, пока тот с крайне флегматичным видом тянет паузу, расползаясь в улыбке. - Погода - чудо, - говорит так, будто это весомый аргумент. - Да и я мог бы вас подменить. На этом моменте он смотрит на Томуру и зачем-то подмигивает. Вот ведь догадливый ушлепок. Шигараки медленно закипает. Погода нихуя не чудо, а идея нихуя не супер. Внутри медленно рождалось желание убивать. Ну или хотя бы ткнуть штопанного лицом в самый вонючий вольер из тех, что есть в их приюте. - Так нельзя, - Изуку машет руками, отрицая предложение. - А если начальство придет? Комната заполняется смехом. - Да чтобы оно пришло, надо как минимум поджечь тут весь район. Приют включительно. И то, - Даби обращался к обоим парням, но смотрел исключительно на Шигараки, наблюдая за его реакцией. Парень не удостоил ублюдка такой честью и остался стоять с невозмутимым, насколько это было возможно, лицом. - Далеко не факт, что наша верхушка соизволит посетить сие заведение. - Но... - Ой всё, - брюнет перебивает Изуку, вскакивает с места и ловко перемахивает через коробку, оставленную на полу временно. Он подходит к парням и, уложив руки у них на плечах, вновь тянет лыбу. Шигараки закатывает глаза. - Идите спокойно. Развеетесь, поговорите. Уверен, вам есть о чем. Мидория мнется и колеблется, бегая глазами от пейзажа за окном к настенным часам, отображающим шесть часов вечера. Почти конец рабочего дня. Если они просто уйдут на часик, ничего ужасного ведь не произойдет? - Ну, - он мнется, прежде чем продолжить и чуть тушуется под тяжелым взглядом Томуры, однако все равно неуверенно говорит: - Если Шигараки не против, то я бы, наверное, действительно прошелся немного. - Вот! - Даби хлопает в ладоши пару раз, не дожидаясь ответа Томуры и отшатывается к вешалке, вручая парням их верхнюю одежду. - Давайте давайте, - торопит он, напяливая на красноглазого шапку. Неровно, натягивая ее прямо на глаза и закосив на бок. Шигараки терпеливо сглатывает и поправляет головной убор, метая в брюнета агрессивные флюиды, комбинируя их с убийственными взглядами. Даби замечает, но игнорирует. Только лыбится опять, уебок, оборачиваясь к Изуку и проделывая с ним тоже самое, что и с Томурой. - Не переживайте, я сделаю все возможное, чтобы не спалить это место до тла в ваше отсутствие. Мидория заторможенно приподнимает шапку руками, глядя на парня со смесью удивления и недовольства, пока тот обматывает его шарфом, словно заботливая мамаша. - Это очень обнадеживает, Даби, - выдохнул подросток, скрывая волнение. Кажется, они пожалеют, что оставили Даби тут одного. - Но почему ты так усердно нас выпрова... Договорить ему не дали - Даби намотал шарф прямо на лицо Мидории, закрывая тем самым рот и отряхнул руки, словно после тяжкой работы. Изуку растерянно моргнул, после чего снисходительно махнул рукой, как бы давая понять, что давно уже привык плевать на выходки штопанного с высокой колокольни. Изуку отошел, натягивая пальто, пока Даби подлез к Томуре, пряча за спиной руки и улыбаясь так, что походил на маньяка, которого никто не хотел бы встретить ночью и переулке. Шигараки отодвигается, глядя на парня в преувеличенным отвращением. Он правда не ненавидел Даби настолько, насколько показывал своим взглядом и поведением, но штопанный совершенно не обижался. Вот и сейчас, не обращая на суровый взгляд ровным счетом никакого внимания, он продолжил гнуть свое как ни в чем не бывало: - Потом отблагодаришь, страус. Шигараки уже хотел было начать возражать, мол, да за что тебя благодарить, огузок отвратный, но вместо этого завис, глядя на юношу непонимающе и удивленно. - Страус? Оживленный кивок. Томура нахмурился. - Почему страус? - У страусов мозг размером с глазное яблоко, - охотно пояснил Даби. - По моему скромному мнению, ты идеально подходишь на...Эй! Штопанный с усилием оттянул тканевый шарф, которым его уж очень злобно пытались задушить, подальше от шеи руками и попытался размотать его, однако лишь сильнее затянул ненароком, закашлявшись. - Ладно, ладно, твой мозг чуть больше глазного яблока! - сдался он, пытаясь одновременно с тщетными попытками освободиться, пнуть оппонента ногой в живот. - Всё, прекрати, ты же меня задушишь! Мидория наблюдал за происходящим в пол оборота, старательно застегивая многочисленные пуговицы пальто. До удушения, сожжения или убийства драки этих двоих никогда не доходили. Да и, признаться честно, разнимать их порядком надоело даже ему. Шигараки ослабил хватку и отпустил наконец Даби из своеобразной ловушки, вернув шарф на законное место - себе на шею. - Пошли, - небрежно качнул головой он и, одарив Даби испепеляющим взглядом, выдал, обращаясь к вновь повеселевшему брюнету: - Всё у тебя через жопу. - Зато от чистого сердца, - парировал штопанный, выставляя перед носом собеседника гордо поднятый средний палец правой руки. Шигараки ответил ему тем же и вышел на улицу. Изуку вышмыгнул за ним. Даби только что сохранил для Томуры желание - прогулка состоялась по его инициативе. Этим голубоволосый планировал воспользоваться. Погода стояла благоприятная. Шигараки щурился, глядя на яркий снег, отражающий солнечные лучи. Само солнце, к слову, совсем не грело, и парням пришлось усердно тереть руки, чтобы сохранить тепло. Томура пинал носками сапог ледышки, валяющиеся на дороге совершенно хаотично. Они не долго шли в полной тишине, но неловкости никто из них не ощущал. Шигараки лишь на миг задумался об этом, когда его внутренний голос прервал Изуку: - Скажи, Шигараки, - он смолк ненадолго, а потом вздохнул, расслабив плечи. - Ты чувствуешь себя комфортно, когда молча идешь со мной? Томура подвис, пугаясь столь неожиданному совпадению их мыслей, а потом напустил на себя как больше безразличия и пожал плечами. Он понятия не имел, для чего Мидория этим интересуется, поэтому осторожно подметил: - Сложно это определить вот так сразу. По крайней мере, я не думаю о том, как бы начать с тобой разговор и не ощущаю себя паршиво и неловко. Мидория слабо улыбнулся, но искренне и облегченно, поэтому Шигараки справедливо решил, что ответил правильно. - А к чему вопрос? - поинтересовался он, провожая глазами улетевшую на проезжую часть ледяную глыбу, которую он случайно пнул слишком сильно и криво. - Просто читал как-то, что когда людям комфортно друг с другом даже в тишине, то это очень хороший знак. Томура усмехнулся. Еще бы. Никому не нравится чувствовать себя стеснённо и скованно в компании кого либо. Вероятно, дело в том, что Изуку всем своими существом излучает позитив, поэтому в его компании и волноваться то не хочется особо, заряжаясь его безграничным хорошим настроением. И как он только не выгорает? Сколько бы Шигараки не прилагал усилий, он понимал, что находить во всем поводы радоваться, как это делал его крайне оптимистичный товарищ, он ни за что не сумеет. Хотя, это не было чем-то плохим. Сейчас Томура наслаждался размеренной ходьбой по заснеженным дорогам: солнце над головой щедро бросало яркие лучи на землю, а солнце по правую руку каким-то невероятным образом грело. Прекрасное комбо. Они не долго бродили по безлюдным, узким улицам города, наслаждаясь приятной тишиной, пока Мидория не предложил посетить площадь. Шигараки не оценил энтузиазма и рвения, с которым подростком ломанулся в противоположную сторону, из-за чего сам чуть не поскользнулся на льду, но все же поплелся за ним. Светловолосый так только в колледж бегал, чтобы ненароком не передумать или не опоздать. Так или иначе, купить кофе на площади и согреть о теплый стакан руки не казалось ужасной перспективой - напротив, будь Томура не таким безразличным флегматиком, он бы и сам предложил. Изуку заметно прибавил шаг и выглядел таким оживленным, что Шигараки, поначалу с интересом глядя ему в спину, решил таки поравняться с парнем и обратить на него недоумевающий взгляд. - Ты куда так полетел, летчик недоделанный? Мы куда-то спешим? Мидория отрицательно покачал головой. Он не выглядел менее радостным, но шаг все же сбавил и теперь Шигараки не должен был особо напрягаться, чтобы идти с ним вровень. В конце концов, спешить Томура никогда не любил - расслабленный темп жизни его устраивал куда больше. - Просто вспомнил, что сегодня площадь подготовили к грядущему новому году, - пояснил Изуку, улыбаясь каким-то своим мыслям. - Ее несколько дней украшали и всё это время никого туда не пускали. Я скучаю по латте из палатки у фонтана, - мечтательно произнес он. Шигараки не мог с ним не согласиться. Латте он, правда, всей душой ненавидел, но в той палате любой кофе был просто волшебным, поэтому Томура выбрал для себя эспрессо. Поход туда стал их маленькой традицией - площадь была местом, где их с Изуку совместный путь обрывался и вынужден был растащить парней в разные стороны: Шигараки огибал местный магазин сладостей и заныривал в симпатичный, как назвал его Мидория, переулок, а сам Изуку бодро шагал по площади до самого ее конца, откуда до его дома лежал путь еще в десять минут. Шигараки не понимал, почему подросток не садится на автобус, что тормозит буквально в минуте от их школы и едет ровно до его, Мидории, дома, но парень лишь отмахивался и говорил, что он комфортнее чувствует себя в компании Томуры, нежели в трясущемся, душном автобусе. - Когда я с тобой разговариваю, я чувствую себя живым и счастливым. Это явно занимательнее, чем трястись с автобусе. Это то, что сказал Мидория прошлой осенью, когда погода была отвратительной до ужаса и Шигараки пытался настоять на коротком для Изуку пути. Таким высказыванием светловолосый был ошарашен и поставлен в тупик, однако быстро пришел в себя и сумел уговорить Изуку хотя бы зайти в хозяйственный магазин напротив школы и прикупить недорогих зонтов. Дождь в тот день был мерзкий и холодный, но Мидорию это, казалось, совсем не волновало: он все так же что-то рассказывал шутливым тоном, улыбался и делал все тоже, что и обычно, пока Шигараки не уставал поражаться, ловя на себе исключительно счастливые и бодрые взгляды. Однако, несмотря на поистине промозглую и скверную погоду, Томура вспоминал этот день с нехарактерным ему теплыми ощущениями - именно тогда Мидория потащил его к палатке с кофе, сказав, что это именно то, чего хочется в такую погоду. Продавец ларька смотрел на них ошалело, как на двух сумасшедших, и Томура понимал, чем заслужил такие недоуменные взгляды: не часто встретишь на пустой площади, на которой невозможно было выискать глазами ни одного желающего насладиться столь "благоприятной погодой", двух отчего-то довольных подростков. - За кофе сквозь огонь и воду? - пошутил тогда мужчина, выдавая парням их теплые стаканы. Мидория тот час принялся греть об него руки, а Шигараки одарил продавца насмешливым взглядом. - А вы тут именно для таких чудаков и сидите, я смотрю, - ухмыляется он, пока Изуку изредка заинтересованно на него посматривает, выглядывая из-за стакана приятного молочного цвета. Мужчина за прилавком добродушно улыбается, потерев рукой короткую, аккуратную бороду. - Я здесь, чтобы вдоволь насладиться компанией самого себя. Знаете ли, я очень приятный собеседник. В тот день Шигараки подумал, что они стоят рядом с сумасшедшим, но мужчина, скорее всего, думал о них равно так же, поэтому Томура только кивнул ему коротко, будто бы понял, о чем речь и поплелся вдоль безлюдной улицы, задумчиво потягивая горький напиток. Сейчас Шигараки вспоминает об этом дне со слабой улыбкой, которую Мидория замечает лишь краем глаза, но никак не комментирует, продолжая рассказывать что-то про Древний Египет, о котором он читал интереснейшую статью в интернете. Томура его слушает только в пол уха, но все равно понимает, о чем ему толкуют. Изуку от него стопроцентного внимания и не требует. До площади они доходят быстрее, чем Шигараки ожидал. Вероятно, он слишком втянулся в начатый внезапно разговор о средневековых пытках, который сам же и начал. Мидория выглядел немного напуганным сменившейся в такое русло темой, но охотно ее поддерживал, хоть и бледнел на слишком ужасающих моментах. К любимому кофейному ларьку они подошли, обсуждая изощренные наказания, которые применялись для особо жутких грешников. Ирсу, как назвался продавец столь райского кофе, снова выглядел чуть опешившим, урвав обрывки их диалога, но все же активно пытался улыбаться менее растерянно, чтобы ребята не заметили его реакции. - Вам как обычно? - вместо приветствия он широко улыбнулся. Изуку ответил ему тем же, а Шигараки, как ему и подобает, смерил равнодушным взглядом и коротко кивнул. Они всегда брали одно и то же, хотя успели перепробовать уже все напитки в ларьке. Ну, если можно так выразиться, учитывая, что Шигараки наотрез отказался пить что-то слаще и безобиднее, чем капучино, а Изуку же наоборот - крепче, чем оно же. Остановились они на двух концах одного меню, где напитки шли от самых спокойных и безобидных, до самых крепких - Томура брал исключительно эспрессо, изменяя себе лишь тогда, когда оно отсутствовало, а Изуку неизменно выбирал рафы с самыми разными сиропами. Сегодня его, увы, в наличии не оказалось, поэтому выбор подростка пал на латте. Пока Ирсу возился с кофемашиной, Мидория заинтересованно рассматривал аккуратно выставленные на витрине рождественские пряники. К слову о Рождестве, стоит отметить, что Изуку был прав - площадь мерцала разноцветными огнями, мишурой и прочими яркими безделушками. Посередине стояла огромная елка, однако ее еще не успели нарядить до конца - только обмотали гирляндой, которая, вероятно, выглядит очень завораживающе поздним вечером. Томура понаблюдал за всем этим недолгое время, а потом отошел на пару шагов ближе в Мидории, задевая его плечом, дабы привлечь внимание. Подросток метнул в него вопросительный взгляд. - Ты хочешь вернуться потом на работу? Зеленоволосый призадумался ненадолго, неторопливо принимая из рук Ирсу уже готовый кофе. Шигараки последовал его примеру и сразу отхлебнул немного, чувствуя на языке приятную горечь напитка. - Честно? - Мидория снял со стакана крышку, выбросив ее в урно. Он всегда пил без крышки, чтобы быстрее остыло, и Томура всегда находил это чуточку странной привычкой, но уже перестал уделять этому внимание. Так или иначе, Изуку еще никогда не выливал на себя кофе по неосторожности, в отличии от того же Шигараки. - Не очень. А ты? Светловолосый отрицательно качнул головой. Возвращение в здание означало обязательный контакт с посетителями, которых, к счастью Мидории и разочарованию Шигараки было не мало изо дня в день, а так же с Даби, что расстраивало и злило даже больше, чем предыдущее. Только вот в отличии от Шигараки, Изуку не на шутку волновался за сохранность приюта под надзором Тодороки и собственного увольнения. Что, если начальство таки заявится сегодня? Их директор придет в ярость если узнает, что на работе остался один лишь штопанный. И то, кстати, не факт - оба парня отдавали себе отчет в том, что брюнет, вероятнее всего, тусуется где-то с банкой энергетика и чипсами, но уж точно не работает, огородив себя от нудного занятия табличкой на двери с кричащей записью " перерыв ". Шигараки хорошо понимал, что сейчас Мидория скажет, что им надо вернуться назад и будет совершенно и неоспоримо прав, но назад так не хотелось, что парень уже начал невольно подумывать о том, что Даби был прав, когда сказал, что Томура будет ему благодарен. Отстой. Когда Шигараки заметил на себе внимательный взгляд, то без труда понял, что последняя фраза вырвалась вслух. Он поспешил объясниться и, конечно же, приврать: - Это один из немногих дней, который я не хочу проводить в помещении. Юноша, к облегчению Шигараки, заметно расслабился после услышанного и снисходительно дернул плечами. - В моем случае, это один из многих дней, который я не хочу проводить в помещении. Парни одновременно фыркают. Уважаемая нервная система, крепись, сука, этот день еще не закончился и пока не планирует - на городских часах, закрепленных на кирпичной башне, что являлась самой высокой точкой этой площади, стрелка едва доходила до трех часов дня. Как бы не хотелось, а работу придется продолжить. От этой мысли ребята поникают. Путь от площади до приюта был недолгим и шёл через миловидную, узкую улицу, где, как правило, почти не встречались прохожие. Про этот переулок знали только те, кто там жил. И Изуку с Томурой, которые привыкли сокращать этой дорогой путь, предпочитая не тратить время на шумную трассу, вдоль которой шло огромное количество людей. Шигараки скосил глаза на часы в последний раз, прежде чем нырнуть за Изуку за угол дома. Дойдут минут за пятнадцать, не больше. Томура нагнал парня у конца первого жилого дома и поравнялся с ним. - Дай попробую, - неожиданно попросил Мидория, протягивая руки к его, Томуры, напитку, чем вогнал Шигараки в легкий ступор. - Это эспрессо, - не слишком уверенно пробормотал он, напоминая юноше о своих неизменных предпочтениях. - Я знаю, - Мидория наконец заполучил стакан, всучив Томуре в руки свой, уже почти остывший кофе. - Хочу попробовать. Я эспрессо не пил никогда. - Серьезно? - Шигараки скептически выгнул бровь, сжимая чужой стакан. - Вообще никогда? - Неа. Я его не рискую брать в ларьках и кафе, потому что знаю, что больше одного глотка не сделаю и только деньги выброшу. Резонно. Томура пожал плечами, соглашаясь с мыслями парня и перевел взгляд на светлый, через чур молочный напиток в своих руках. Ему приходилось пить латте, но это было так давно, что и не вспомнить уже тот приторный вкус. - Тогда я твой тоже попробую, - с неожиданным для себя запалом объявил он. Ужасно хотелось понять, чем же Мидории это молоко с кофе так сильно нравится. Ответом ему послужила широкая, одобрительная улыбка и резвый кивок головой. Парни синхронно сделали осторожные глотки и так же синхронно скривились, отплевываясь. - Нет, все так же невозможно противно, - возмущенно вскрикнул Томура, будто ожидал чего-то другого. - Будто тупо молока хлебнул! Гадость! Где вкус кофе?! - Гадость!? - теперь настала очередь Изуку возмущаться. - Ты на свой посмотри! Да его только чудовища пить могут! А ты хлыщешь и даже не кривишься! Они смолкли почти одновременно, когда за углом послышались шаги, вероятно, кого-то из местных. Шигараки, не удержавшись, продолжил, но уже на полтона тише, дабы не нарваться на гнев живущего тут незнакомого человека, хрустящего снегом неподалеку: - Как можно так издеваться над кофе? Куда ты столько сахара заебашил? - А ты, судя по вкусу, готов сухие кофейные зерна жевать, - парировал Мидория. Они не ссорились и прекрасно это понимали. Шуточная перепалка о вкусах и предпочтениях друг друга от чего-то вызывала лишь бурлящую внутри радость. Они чувствовали себя, будто знакомы так давно, что никакие споры не заставят их хуже относиться друг к другу. Пройдя еще несколько метров, они завернули за угол и обменялись напитками снова, возвращая все на свои места. Мидория тут же отхлебнул свой злоебучий латте, как прозвал его в своей голове Томура, и расплылся в улыбке облегчения. Шигараки, однако, пить не спешил и лишь сверлил взглядом пластиковую крышку, пытаясь огородиться от внезапных мыслей. В голове сразу же всплывает воспоминание недавних выходных, проведенных им дома с сестрой. Ханна всегда просиживала субботние вечера перед экраном телевизора. Шигараки редко составлял ей компанию, ибо выбор ее всегда был зациклен на романтике и драме, однако этот вечер был одним из исключений - настроение было лучше, чем предполагал сам Томура, а потому парню внезапно захотелось провести время с сестрой. Уже к середине фильма его сморило так, что юноша, не выдержав, задремал на плече Ханны, пока та вдруг не завизжала. Этот визг был тихим и умиленным, на эмоциях, но его хватило, чтобы прервать чуткий сон брата. Ханна мгновенно рассыпалась в извинениях. - Да забей ты, - отмахнулся Томура. - Я все равно не спал. - Ага, как же, слюней мне на кофту напускал, - беззлобно усмехнулась сестра. - Это не я. - А кто? - Дед Мороз. - Эй, я младше тебя, но не настолько, чтобы в это верить. Шигараки только рассмеялся ей в ответ - тихо и чуть хрипло. Как умел, собственно. - Чего визжала то хоть? - поинтересовался он, переводя взгляд на экран. Там девушка с парнем шли под руку по улице и, смущаясь каждого своего слова, постоянно отводили глаза. Томура скептически ухмыльнулся, отмечая для себя, что этот жанр фильмов он все же ненавидит так же сильно, как времяпровождение с Даби. Может, даже чуточку больше. - Стелла и Эдди выпили воду из одной бутылки, - охотно пояснила она, тыча пальцем в электронный ящик. Шигараки пребывал с легком замешательстве, не сразу поняв, что речь идет о главных героев драмы, а потом и вовсе затупил, поняв суть сказанного. - И что? - Как это и что? - возмутилась Ханна, будто это было таким очевидным, что за незнание подобного положен расстрел. - Это же непрямой поцелуй! Они глядели друг на друга молча, не обращая внимания на неловкие беседы персонажей фильма. Первым переглядки нарушил Томура, откидываясь на спинку дивана. - Бред. Ханна, это просто высосанный из пальца идиотизм. Если это работает так, то я тысячу раз пересосался с Даби. - А кто виноват, что вы одну воду на двоих таскаете? Ханна выглядела оскорбленной тем, что брат не разделил её энтузиазм. - Сухарь. Ты этого, - она снова махнула рукой в сторону телевизора, видимо, подразумевая всю романтическую историю. - никогда не поймешь. - И слава Богу. Ее слова Томуру ни коем образом не задели, и юноша, укутавшись в плед по самые глаза, завалился на сестру, вновь увлеченную происходящем на экране. В реальность его вернул тихий голос Мидории, интересующийся, все ли с ним в порядке. Томура не удостоил его даже взглядом и только кивнул, не отрывая глаз от бумажного стаканчика, что он так бережно сжимал в руках. Кажется, но помешался окончательно, но не это ли то, о чем говорила ему Ханна? Тот самый... - Непрямой поцелуй! Голос был знакомым и таким насмешливым и бодрым одновременно, что Шигараки, узнав его, аж дернулся, расплескав кофе на себя. Парень зашипел от боли и уставился на Даби испепеляющим взглядом. Штопанный совершенно точно видел, как они обменялись стаканами. Внутри него плескалось необъятное раздражение. Тодороки в свою очередь виновато смотрел на него в ответ, стоя посреди улицы. Так это его неторопливые шаги они слышали? - Ты что вообще тут делаешь? - Мидория въехал в ситуацию и теперь был страшно напуган тем, что рабочее место совсем пустует. - Да там проверка короче, - беззаботно начал Даби, но был прерван испуганным вскриком Изуку. - Проверка?! А мы не на месте! Ну все, нас точно турнут под зад коленом! Он начал ходить взад-вперед и, забыв о том, что Шигараки и Тодороки всё еще рядом, забормотал под нос что-то тревожное. Даби потер затылок и растерянно поправился: - Да не такая проверка. Санитарная. Директор написал, сказал, что мы все свободны и он подъедет на место сам, чтобы с ними все проверить и обсудить. Он не знает даже, что я на месте был один. Изуку замер и, простояв так с секунду, облегченно выдохнул. В глазах утих страх и подросток выбросил уже пустой стаканчик кофе в мусорку, бормоча что-то радостное так тихо, что содержания никто не услышал. Обратив внимание на сие действо, Даби хотел было переключиться на свою фееричную фразу, с которой он появился в их поле зрения изначально, но был прерван летящим в него крупным снежком. Штопанный испуганно ойкнул, покачнувшись от неожиданности - снег попал аккурат в лицо и засыпался за шиворот, вынуждая Даби вскрикнуть снова и, матерясь, запрыгать на месте, выгребая снег руками. Шигараки отряхнул руки и улыбнулся, довольный своей работой. Ближайшее время он может не бояться развития темы о "непрямом поцелуе", но заставить себя допить кофе он так и не сумел. Парень поспешно выбросил его в мусорное ведро, понимая, что пожалеет об этом, но немного позже. От внимания Даби этот жест не укрылся, и тот разочарованно качнул головой, но промолчал, всё еще ощущая холод в области шеи и спины. Вот ведь раздражающая меткость! - Тогда можем продолжить гулять, - оживился Изуку, отвлекая на себя внимание парней. - Да вы гуляйте, я хочу увидеться с Тогой и Игучи, - с широкой улыбкой вспоминая товарищей, оповестил штопанный. Когда Даби упоминал своих не менее чокнутых друзей, Шигараки невольно вздрагивал. Тога Химико была отбитой в край. О ней юноша и слышать то боялся, не то, что общаться. Шиучи был куда спокойнее и сдержаннее, но и с ним Томуре не хотелось пересекаться совершенно: Игучи был выше Даби на голову, весь в пирсинге, нескольких татуировках и с вечно забранным в хвост длинными светло-розовыми волосами. Неформал ебучий. Тодороки, заметив, как переменился взгляд Шигараки, лишь больше развеселился, но оставил это без комментария. - Я как раз шел к ним и встретил вас. Но, если вы хотите, можете присоединиться, - Даби откровенно издевался. Он смотрел на Шигараки, лишь больше веселясь его реакции и обретая всё больший энтузиазм, продолжил уже более воодушевленно: - Давайте, в самом деле! Они будут рады. Особенно тебе, Шигараки. Не успел Томура съязвить в ответ, как по правую руку оживился Мидория. Он, улыбаясь широко, во все зубы, хлопнул в ладони и восторженно воскликнул: - Прекрасная идея! Мне приходилось пересекаться только с Тогой и она, по правде, немного пугает меня, но я буду рад поближе познакомиться с твоими друзьями. Уверен, я в ней ошибался. - Ошибаешься ты только сейчас, - ворчливо подметил Шигараки, ловя на себе полный сожаления взгляд. Мидория виновато улыбнулся: - Ты не хочешь? - Да, Шигги, ты что, не хочешь чудно провести день? - встрял Тодороки, продолжая свою затянувшуюся издевку. - Поменяй ударение на "о" и ты попадешь точно в яблочко. Его ворчание и вялые протесты ни к чему не привели. Мидория слишком загорелся этой идеей, чтобы Томура отпирался увереннее, а потому они шли обратно на площадь втроем, где их уже ждала не самая приятная Шигараки компания. - Они около табачной ждут, в центре площади, - Даби закинул руку на плечо Томуры, насмешливо щелкнув его по носу в ответ на попытку высвободиться. Мидория активно закивал, четко давая понять, что построил в своей голове точный маршрут и сорвался с места, вприпрыжку скрываясь за поворотом. - Дети, - черноволосый смахнул несуществующую слезу с глаз. Шигараки снова завозился и наконец скинул с себя обгорелую ручищу. - Ты что творишь? Я их на дух не переношу, - возмущению Томуры, казалось, не было предела. Друзья Даби для него были настолько непостижимы, что аж неприятны до тошноты. Это были совершенно не его люди - шумные, грубые, вечно спорящие чисто ради спора. Сам Шигараки позволял себе такое исключительно с Даби, потому что сам штопанный был таким же. Но еще двоих его клонов Шигараки точно не вынесет! - Как что? - Даби развел руки в стороны, приняв самый удивленный вид из своего арсенала псевдо-эмоций. - Провоцирую тебя, конечно же! Томура уже готовил в себе гневную тираду. Он был готов взорваться в любой момент, но вместо этого лишь застыл с открытым ртом, так ничего и не выплеснув. В голове сидела макака с маракасами. Парень явно не понимал суть услышанного. - Че? Даби, явно не удовлетворенный ответом, наконец возобновил свой ход, догоняя Изуку. Томура поплелся за ним. - Ну смотри, - Даби полез в карман за сигаретой, попутно щелкая зажигалкой прямо у Шигараки перед носом. Из-за ветра огонь все никак не вспыхивал, и юноше пришлось оставить прикрывать пламя рукой, чтобы поджечь сигарету. Вышло лишь с третьей попытки. - Я, если говорить доступным тебе языком, делаю все, чтобы вывести тебя на эмоции. В порыве эмоций ты стопудово психанешь и ляпнешь Изуку что-то, что тебя спалит. - Смерти моей хочешь, урод? - Отношений, дружище. Хочу твоих отношений. Может, хоть подобреешь. - Тогда нахера ты мне все это сейчас рассказал? Эффект будет уже далеко не таким, - Томура закашлялся от густого дыма и замахал руками, пытаясь отогнать его от себя подальше. Даби насмешливо фыркнул, отворачиваясь от друга, чтобы не дымить ему в лицо. - Твою истеричную натуру даже моральная подготовка к ситуации не утихомирит. Ты все равно взорвешься. - Ты меня недооцениваешь. Даби ухмыльнулся, почесывая ожег на подбородке. Шигараки предпочел не смотреть, зная, как они болят. - А знаешь, швабра, ты прав. Давай поспорим. Если ты психанешь, то свое желание ты потратишь на приглашение. Позовешь Мидорию на свиданку. А если продержишься с нами три часа спокойно, то я отвалю от тебя и буду держать язык за зубами. - Даби молча протянул ему ладонь для рукопожатия, улыбаясь со все зубы, параллельно отмечая сменяющие друг друга эмоции на лице собеседника. Спустя несколько секунд Шигараки наконец пожал руку. Ему ужасно хотелось уйти, но это шанс обеспечит себе спокойные рабочие будни. Эта компания, этот спор - худшее, что он мог вообразить. Впервые оказавшись в таком окружении, Томура молился всем Богам, чтобы не оказаться там снова. Но, выйдя из-за угла многоэтажного здания и застав Изуку, вполне спокойно болтающего с Тогой и Шиучи, Шигараки хотелось взвыть. *** Томуру не устраивало все. Шиучи вел себя слишком шумно, Даби слишком много смеется, Тога слишком близко сидит к Изуку, Изуку слишком спокойно на это реагирует. Они сели в недорогом баре, атмосфера которого вызывала у Шигараки желание сбежать подальше и сотню раз принять душ. Темная мебель, шумная музыка, пиво, пиво и еще пиво, огромные по габаритам мужики, сидящие за соседним столом и ведущие себя в разы громче. Куча пьяных людей и прокуренные официанты. От запаха Томуру мутило. Его организм наотрез отказывался принимать существование табака, никотина, алкоголя и прочего. В этом отвратительном месте брать Шигараки было ровным счетом нечего, так что парень ограничился первым попавшимся в меню сэндвичем, который ждал уже двадцать минут. Даби видел, как Томура медленно выходит из себя, но не обращал на это совершенно никакого внимания. Лишь ждал момента большого взрыва. Они сидели тут уже час. Для Томуры, разумеется, всю вечность и еще дольше, но время шло неумолимо медленно. Шигараки держался и старался не смотреть на Тогу, по прежнему липнущую к Мидории. Томура чувствовал, как Изуку двигается все ближе к нему, чтобы увеличить расстояние между ним и Химико, но успехом это не увенчалось. Даже когда Деку почти вжался своим плечом в сидящего рядом Шигараки, Тога навалилась на него чуть ли не всем телом, опустошая кружку светлого нефильтрованного. Изуку кинул пристыженный взгляд на Томуру, молча извиняясь, но тот лишь махнул рукой. Наконец возле их столика притормозил официант с одинким сэндвичем на подносе. Томура впервые обрадовался чему-то в этом заведении. Вторая удача ему улыбнулась буквально через секунду, когда Тога выскочила из-за стола и ушла "припудрить носик", пока официант собирал грязные тарелки. Шигараки наблюдал за ним и чувствовал себя спокойнее. Высокий, широкоплечий и почти полностью татуированный чувак, на вид лет двадцати, может на пару лет старше, поместил на поднос последнее блюдо и вдруг полез в карман. Шигараки прищурился. Парень достал визитку. Аккуратная, квадратная карточка с номером телефона и именем, была зажата у него между пальцами буквально пару секунд, а после он протянул ее ошарашенному Изуку. Томура чувствовал, что это предел - ему хотелось биться головой о деревянный стол. - Позвони, когда будет скучно, - официант подмигнул и ушел под хохот невыдержевшего Даби. Шиучи вел себя тише и сдержаннее, но все равно широко улыбался, пряча лицо за кружкой пива. Оба ждали реакции Шигараки. Мидория отрешенно рассматривал визитку, явно не понимая, что с ней делать. Подросток был так забавно напуган, и Даби снова разразился очередной порцией смеха. У Томуры, казалось, скоро начнет дергаться глаз. - Дай сюда, - Шигараки вырвал карточку из чужих рук, не дав Деку даже опомниться. Парень удивленно моргал и выглядел до того беспомощно, что даже Шиучи посочувствовал юноше. По-своему, как умел. - Воу, Шигги, а ты не рассказывал нам о своих предпочтениях! - Даби не мог не внести свою лепту. Включив все свои сраные и так ненавистные Томурой актерские навыки, черноволосый продолжил, устроив подбородок на сцепленных в замок руках. - А ты ревнуешь Мидорию или симпатичного официанта? Шигараки чувствовал на себе выжидающий взгляд Изуку. Ужасно хотелось хлопнуть рукой по столу, наорать на Даби, на официанта, на Тогу, что уже возвращалась из дамской комнаты, пьяно пошатываясь в конце зала. Томуре на мгновение даже стало глубоко насрать на их с Даби спор. Парень открыл было рот, уперевшись руками в край стола, чтобы подняться с места, но Изуку, неожиданно для всех, опередил его, дернув за рукав и сажая обратно. Шигараки будто протрезвел, удивленно косясь на Изуку, вылезающего из-за стола и тянущего Томуру за собой за руку. - Знаете, мы, наверное, лучше пойдем. Нервничаю за приют. Не могу в полной мере наслаждаться вашей компанией. Хотя бы поверю, как там проверка, - юноша швырнул в Томуру шапку и шарф, накидывая попутно пальто на свои плечи. - Да ну, ты серьезно? Сбегаете из-за этого гадюшника? - Даби выглядел чуть ли не оскорбленно. Он откинулся на спинку кожаного дивана и, скрестив руки на груди, принялся укоризненно наблюдать за сборами парней. Шигараки был уже готов и нетерпеливо ждал, пока Мидория застегнет вечно заедающую молнию на пальто. - Прости, Даби, - Изуку виновато пожал плечами. - Ты же меня знаешь. Шиучи, - парень чуть дернулся от неожиданности, когда встретился взглядом с удивленной Химико. Подросток нервно улыбнулся ей. - Тога. Было приятно с вами увидеться, ребята. Надеюсь, до скорого. - Уже убегаешь? - слезливо спросила Тога, вешаясь к нему на шею. Мидория скованно приобнял ее за спину. - Останься еще хотя бы ненадолго! - Тога..., - парень напрягся, пытаясь осторожно выбраться из объятий. Поднявшийся с места Игучи мягко дернул Химико за локоть, оттаскивая ее от парня. - Не докучай, - Шиучи нахмурился, игнорируя обиженную гриммасу, что состроила ему блондинка. Парень протянул Изуку руку, широко улыбаясь. - Пока. Мидория пожал ему руку с весьма облегченным видом и чуть было не поблагодарил за помощь с Тогой, но вовремя опомнился. - Пока. Пошли, - Деку подтолкнул притихшего Томуру к выходу. На улице оба позволили себе расслабиться. Шигараки быстрым шагом дошел до тротуара и, со всей силы вмазав ногой по внушительному снеговику, разделил его на две почти ровные части. Верхняя часть развалилась, столкнувшись с землей. Томура встретил испуганный взгляд мальчишки лет восьми, сидевшего рядом в снегу с желтой лопаткой с руке. - Что ты пялишься, мелкотня? Пошел на-, Шигараки протестующе замычал, когда его дернули назад, закрыв рот рукой. Сзади послышался знакомый голос: - Прости его, пожалуйста. Возьми, - Изуку отпустил Томуру и полез в карман за конфетами. Он всегда носил их с собой в карманах брюк, толстовок, курток и вообще везде, где только можно. Сам парень говорил, что это для поднятия настроения и всегда пытался накормить ими Шигараки. Теперь же внушительная горсть конфет в разноцветных обертках едва помещалась в робко подставленных ребенком ладошках. - Спасибо, - мальчонка нервно сглотнул и, поднявшись на ноги, попятился назад от греха подальше. Глядя ему вслед, Мидория то и дело кидал на Томуру выжидающий взгляд: - Ну? Объяснишь? - Нет. Шигараки развернулся и уверенным шагом двинулся по площади к автобусным остановкам. Мидория поспешил за ним. - Ну, знаешь ли, во всем есть свои плюсы. - Да ну, - Томура скептически вскинул брови. - И какие же плюсы в этой ситуации? Я просто отвратительно, адски, уебански провел этот сраный, чтоб его, час! - Зато не сорвался. Иначе тебе бы пришлось звать меня на свидание. - Да, но я был так близок! Просто чертовски близок! Еще бы немного и... Стой, - Томура тормознул так резко, что шедший позади Деку врезался в его спину. - Что? - подросток невинно улыбнулся. - Что-то не так? - Ты прекрасно понимаешь, что! - Шигараки испуганно отшатнулся назад, чувствуя, как неумолимо быстро краснеет. - Откуда ты про это знаешь? - Про спор? - Да! И про свидание! Даби рассказал? Деку рассмеялся, прикрывая рукой рот. Напуганный, смущенный и загнанный в тупик Шигараки смотрелся максимально комично и совершенно не вязался со своим излюбленным, вечно недовольным образом ворчливого деда. - Вообще-то, я сам все услышал. Не так уже и далеко я шел. Ускорился только когда вы подходили к повороту. - Да ты издеваешься..., - Шигараки хотел провалиться сквозь землю прямо в Ад, служить Сатане и умолять его стереть Изуку память. Парень натянул шапку на лицо и, облокотившись о стену магазина чая, возле которого они стояли, сполз на землю. - Пиздец. - Да вовсе нет, - Мидория был немного растерян. Парень смутно понимал, что чувствует сейчас Томура. Он присел рядом на корточки, осторожно коснувшись рукой плеча. - Эй, простудишься же, вставай. - Ты же рад, что я выиграл спор, да? - голос Шигараки звучал приглушенно и тихо. Мидория понял, что юноша подразумевал под этим вопросом и не смог сдержать улыбки, что осталось для Томуры незамеченным. - Если честно, то да. Я очень рад, - парень выждал паузу, но ответа не услышал. ноги затекли и он, наплевав на все, плюхнулся рядом прямо на землю. - Потому что, по правде, я хотел позвать тебя на свидание первым. Было бы обидно, если бы ты решился на это раньше меня. Шиагараки медленно поднял голову. Округленные от удивления глаза в упор смотрели на Мидорию, отчего тот неловко съёжился. - Повтори? - Томура выглядел еще более напуганным, чем несколько минут назад. Словно боялся услышать, что это шутка или розыгрыш. Мидория видел этот страх во взгляде и прекрасно его понимал. Изуку вздохнул и , придвинувшись ближе, отчего Шигараки мгновенно напрягся, ожидая подставы. - Я хочу позвать тебя на свидание, Томура. Шигараки отвернулся, опустив голову в согнутые у груди колени. Изуку довольно улыбался, видя, как отчаянно парень прячет горящее от смущения лицо и уши, снова натягивая на себя шапку. Изуку поднялся первым, помогая встать и Шигараки, держа его под руку, дабы парень ненароком не разъехался на льду. - Куда пойдем? Хочешь, найдем тихое кафе? - поинтересовался Деку, стягивая надоедливую шапку с красноватых глаз напротив. Томура вздрогнул, получив осторожный поцелуй в лоб и, почувствовав тяжесть в ватных ногах, только и смог выдать: - Да.