Тёмные улицы моей души

Весь день перед мероприятием прошел в тишине. Тэхён носился по квартире, подгоняя портных и настраивая оборудование, а Намджун не отходил от мониторов, создавая для меня безупречную биографию: Мин Юнги, единственный наследник «M&S Tech», вернувшийся из-за границы, чтобы заявить права на активы, заблокированные после «смерти» родителей. Когда я надел сшитый на заказ черный смокинг, я не узнал себя в зеркале. Тот, кто смотрел на меня в ответ, не был наемником по прозвищу Инь. Это был Мин Юнги, чьи глаза горели ледяным спокойствием, а в жилах текла кровь, жаждущая возмездия. ​— Ты выглядишь как человек, готовый пойти на убийство, — заметил Намджун, поправляя мой галстук. — Постарайся хотя бы улыбаться. Шин не должен почувствовать твою ненависть до того, как мы нажмем на спуск. ​— Я не собираюсь убивать его сразу, — ответил я, поправляя запонки. — Я хочу, чтобы он увидел, кто пришел за ним. Здание корпорации «Эгида» напоминало крепость из стекла и стали. Сотни камер, датчики тепла, вооруженная охрана в штатском. Когда наш лимузин остановился у входа, я глубоко вдохнул, подавляя свой естественный запах альфы, чтобы слиться с толпой элиты. ​Тэхён, одетый как официант, уже был внутри. Его голос в наушнике был едва слышен: — Инь... то есть, Юнги, система безопасности взломана. У тебя десять минут, пока я имитирую «технический сбой» серверов корпорации, чтобы ты смог загрузить вирус. Действуй. ​Я вошел в главный зал. Ослепительный свет хрустальных люстр, звон бокалов, притворные улыбки — всё это казалось мне издевательством. В центре зала, окруженный свитой, стоял Шин Мёнхван. Он выглядел моложе, чем на документах: ухоженный, уверенный в своей безнаказанности. ​Я подошел к бару, заказал виски и, не сводя глаз с Шина, начал сканировать зал. ​— Ну же, — прошептал я себе под нос, — где ты держишь мою семью? Вдруг Шин поднял руку, призывая к тишине. Началась его речь о «безопасности будущего». Я воспользовался моментом, когда внимание всех было приковано к сцене, и, имитируя случайный телефонный звонок, направился в сторону служебных помещений, которые, по данным Тэхена, вели в приватный блок. ​Но едва я завернул за колонну, как в коридоре увидел то, от чего сердце пропустило удар. ​Из боковой двери вышла охрана, ведя за собой человека. Он был бледен, одет в простую больничную робу, руки были скованы магнитными наручниками. Это был омега. Высокий, с тонкими чертами лица, которые я помнил по своим детским снам. Мой папа, Мин Суа. ​Он был жив. ​Я замер, прижавшись к стене. В этот момент Шин, всё ещё стоя на сцене, мельком взглянул в сторону коридора и едва заметно кивнул своим псам. Он знал, что я здесь. Это была не просто благотворительная вечеринка. Это была приманка. ​— Юнги, — голос Намджуна в ухе стал тревожным. — Тэхён докладывает, что все выходы из здания перекрыты. Шин не ждал наследника. Он ждал тебя. ​Я понял: отец предал меня. Он слил Шину информацию о том, где я буду, чтобы спасти себя, обменяв мою жизнь на свою свободу. ​— Юнги, уходи! — крикнул Тэхён. — Мы взрываем систему пожаротушения, беги через черный ход! ​Но я не мог уйти. Папа был в десяти метрах от меня, в руках палачей. ​Я сорвал с себя галстук и отбросил его на пол. В руках блеснул нож, спрятанный в рукаве смокинга. — Намджун, — тихо сказал я в микрофон, — план «Б». Вырубай питание во всём здании. Сейчас же. ​В зале погас свет. В темноте, под крики испуганных гостей, я сделал первый шаг к своей цели. Темнота стала моим союзником. В одно мгновение элитный прием превратился в хаос: крики гостей, звон разбитого хрусталя и топот ног. В этой тьме я видел лучше, чем кто-либо другой. Мои альфа-инстинкты, отточенные годами тренировок, работали как радар. ​Я не побежал к отцу. Если я не выведу из игры Шина, его охрана просто казнит моего папу, как только поймет, что контроль над зданием потерян. Я двигался бесшумно, перепрыгивая через перевернутые столы. Охрана Шина перешла на ночное видение — я видел едва заметное свечение их тактических очков. Двое двинулись к сцене, двое — к служебному выходу. Шин был посередине. ​Я не стал играть в прятки. Я был быстрее. ​Первого охранника я достал, даже не замедляя шага — короткий удар в основание черепа, и он осел на пол, не издав ни звука. Второй услышал шелест одежды, но я уже был у него за спиной. Мой нож, смазанный паралитическим составом, вошел точно под бронежилет. ​Шин Мёнхван запаниковал. Я слышал его рваное, частое дыхание — он пытался нащупать путь к бронированной двери управления безопасностью. ​— Кто здесь?! — его голос дрожал. — Я заплачу втрое, если вы убьете этого выродка! ​Я появился прямо перед ним. В темноте мои глаза, наверное, светились тем яростным блеском, который бывает только у доминантных альф в момент полной охоты. Я схватил его за лацканы дорогого пиджака и с силой впечатал в стену. ​— Выродки обычно не приходят с подарками, Мёнхван, — прошептал я прямо ему в лицо. Шин дернулся, пытаясь достать оружие, но я приставил дуло своего пистолета к его подбородку. ​— Слушай меня внимательно, — мой голос был ледяным. — Ты сейчас откроешь мне доступ к главному серверу и разблокируешь все магнитные замки в здании. Или я сделаю так, что от твоей головы останется только воспоминание. ​— Ты... ты не посмеешь, — прохрипел он, но я видел, как по его лбу катился холодный пот. — Мои люди... они убьют его! Убьют твоего папашу, как только увидят, что ты меня тронул! ​— Твои люди уже мертвы, — солгал я, чтобы сломить его дух. — Намджун отключил системы слежения. Ты один в этой темноте. ​Я заставил его приложить ладонь к сканеру на двери серверной. Дверь со щелчком отворилась. Я ворвался внутрь, потащив его за собой, и бросил к консоли управления. ​— Тэхён! — крикнул я в микрофон. — Система моя! Выводи на мониторы всё здание! ​Через секунду экраны в комнате вспыхнули синим светом. Я увидел план этажей. И самое главное — точку «объекта». Мой папа находился в подвальном секторе, в блоке интенсивной терапии. Двое охранников стояли прямо у дверей. ​— Намджун, блокируй доступ к подвалу. Отправь туда подачу газа — усыпляющего, не летального. ​— Принято! — отозвался он. — Три... два... один... есть! Охрана внизу отключилась. У тебя есть три минуты, пока вентиляция не сработает обратно. ​Я посмотрел на Шина, который в ужасе жался в углу. ​— Твоя игра окончена, Мёнхван. Ты думал, что вырастил послушную собаку? Ты вырастил того, кто порвет тебя на куски за каждую слезинку моего папы. ​Я не стал его убивать сразу. Я ударил его рукоятью пистолета, вырубая, и пристегнул наручниками к тяжелому столу. Его время придет, когда я буду уверен, что мой папа в безопасности. ​Я развернулся и бросился к выходу из серверной. В наушнике прозвучал голос Тэхена: — Юнги, лестница Б свободна! Беги вниз, я перехватил управление лифтами, они не работают, только лестница! ​Я перемахнул через перила лестничного пролета, приземляясь на два этажа ниже. Мое сердце колотилось, как бешеный зверь, но в голове была лишь одна цель. Я почти добрался. ​Я ворвался в коридор подвального блока. Тяжелая герметичная дверь была приоткрыта. Внутри, в полумраке, на кровати лежал человек. ​Я подошел медленно. Это был он. Мой папа. Его дыхание было слабым, а на запястьях краснели глубокие следы от оков. ​— Папа? — мой голос сорвался. ​Человек на кровати медленно открыл глаза. Они были полны боли, но в них вспыхнуло узнавание. ​— Юн... Юнги? Это... это правда ты? ​В этот момент за спиной в коридоре послышались тяжелые шаги. Кто-то прорвался через газ. Кто-то, кто не боялся смерти. ​— Знаешь, — раздался сзади голос, от которого всё внутри меня сжалось, — я надеялся, что ты выберешь путь Шина. Но ты всегда был слишком эмоциональным, сынок. ​Я медленно обернулся. Мой отец стоял в дверях, держа в руках тяжелый пистолет с глушителем. Его взгляд был пуст. ​— Отойди от него, Юнги. Или мне придется закончить то, что мы начали восемь лет назад.