Белая лилия

Поднимаясь по лестнице, в самую верхнюю комнату дремучей и тёмной башни, Виски казалось, что каменные и холодные стены давили на него, заставляли бояться быть раздавленным. При свете мигающего факела, который грозился потухнуть, Виски преследовала мысль, каково было находиться нынешней принцессе в заточении, где кроме шёпота огня и завывающего ветра никто не мог стать собеседником и внимательным слушателем. Каково теперь находиться в этом месте подлиннику? Он тихо отворил дверь в комнату, в которой царил таинственный полумрак. Девушка, сидевшая в углу на кровати, спокойно читала и даже не взглянула на незваного гостя. — Химера?.. Девушка вздрогнула и наконец-то подняла свои большие глаза на Виски, опасливо прикрывая книгу. Виски удалось прочесть название, мысленно усмехаясь. Для такой зрелой, необычайно умной и почти всю свою юность проводящей за учёбой и ответственностью дочери королевских кровей держать в руках сборник детских сказок — стыд и срам. Виски никогда не любил сказки, потому что они так же пропитаны сладкой и желанной ложью, которую с детства вбивают людям, заставляя их верить в чудеса, которых не бывает. Практически в любой сказке заканчивается всё идеальным концом — концом, который удовлетворит читателей. Однако Виски знал, что реальность далека от идеалов, придуманных глупыми и наивными людьми. Никогда ничего не заканчивается хорошо и счастливо. Даже будь это история его самого, таинственного мистера Вита, жизнь вряд ли приведёт его к счастливому концу. Почему же люди так яро гонятся за счастьем? И счастье ли они находят в самом конце? — Прошу прощения, я Вас не заметила, мистер… — Мистер Вита. — Точно, мистер Вита. Вы что-то хотели? Виски лишь приподнял уголки губ в своей привычной лукавой улыбке, и девушка, нынешняя Химера, поверила в его доброжелательность, без сомнений на то, что в его намерениях может быть ложь. Она действительно необычный человек. Несмотря на страшное предательство, девушка по-прежнему не боялась доверять. Виски достал то, ради чего сюда пришёл. Небольшая склянка, так любезно отданная ему его Мастером, блеснула тёмным стеклом при мягком свечении тающих свечей. — Доктор передал Вам лекарство. — Лекарство?.. В глазах Химеры промелькнуло понимание. Предательство не закончится первым и единственным, за ним последуют и другие. «Лекарство», которое дано Виски Мастером, на самом деле слабодействующий яд, который не смертелен, но приводит к ослаблению и истощению тела. Господин по-прежнему делал вид, что боролся с «химеризмом» младшей сестры, хотя на самом деле всего лишь хотел незаметно и постепенно избавиться от неё, пускай сейчас перед Виски сидела совершенно иная девушка. Сидела девушка, идентичная принцессе, но жестоко обманутая собственной сестрой. Сидела старшая сестра — настоящая наследница, которая в одиночестве читает сборник сказок, некогда читаемый младшей сестре. — Я выпью это, если так сказал доктор, — кивнула девушка. Так наивно полагать, что Виски не знает о совершённой подмене. Эта девушка хорошо вжилась в свою новую роль, но Виски не понимает, почему она так легко готова принять свою вероятную смерть. Любому человеку было бы страшно представить, как его тело сгниёт в тёмной башне. И никто, совершенно никто, не знает о твоём существовании, кроме родителей, сестры-близнеца, доктора и его верного помощника. — Тогда, может быть, чаю? — любезно предложил Виски. — Буду рада любой компании, мистер Вита. Во время чаепития Химера приняла чай с «лекарством» под внимательным наблюдением Виски без тени обиды. «Что с тобой не так?» — промелькнуло в мыслях Виски, когда Химера поблагодарила его за визит с искренней улыбкой.

***

Люди — удивительные существа. Виски часто задумывался о том, насколько он отличается от них. Он не такой, совершенно другой. И все, такие же, как он, не могут стоять на одной ступени рядом с людьми. Виски думается, что люди лучше. По крайней мере, этот человек определённо был лучше, чем он, искусный лжец и лицемер, такой же криводушный, как и его отвратный Мастер. Если люди так хороши во лжи и предательстве, если люди позволяют себе заставлять других людей страдать, то почему он обязан быть честным? Доверять людям нельзя, но она доверяет, до сих пор во что-то слепо верит, ищет надежду, хотя она наверняка понимает, что выхода и спасения для неё больше нет. Есть только страшное одиночество и яд, который в скором времени, может спустя несколько месяцев или же спустя несколько лет добьёт её, заставит разлагаться в цепях. Опять же, в одиночестве. Почему она не такая, как все люди? Почему отчаяние, гнев и обида не овладевают ею? Почему она позволяет так обращаться с собой, даже не требуя в свой адрес извинений? Почему она не жаждет справедливости так же, как он? Почему она просто сдалась и… выпила тот яд? Виски в замешательстве.