Белая лилия

Мастер Виски — весьма прославленный своими медицинскими познаниями и открытиями человек. Доктор умён, находчив и лицемерен. Виски, его «преданный» помощник, недалеко отставал от своего господина. Они, как две крысы и змеи, искали выгоду из любой ситуации и запасались компроматами, душили неугодных себе личностей. Однако иногда всё же Виски видит границы и рамки, не решаясь через них переступать. Господин доктор такими качеством не обладал, и если он задался своей целью — он пойдёт до конца, что бы ему это не стоило. Даже если для достижения его цели нужно было ограничить свободу невинному человеку. — Что же, Мастер, с Вами представление становится веселее. Доктор улыбнулся, лениво рассматривая кипы бумаг. Его Мастер был доволен собой, и Виски предчувствовал, что этот гадкий человек задумал что-то ещё. — Представление или же достижение внимания маленькой и наивной девочкой, — задумчиво проговорил он. — Ей пока не стоит знать всех подробностей наших намерений. Ты же понимаешь, к чему я клоню, Виски? Манипуляция и очередное предательство — вот что имел в виду его Мастер. Виски кивнул со своею фирменной улыбкой, понимая, что он тоже погряз в этой грязной игре достаточно давно. — Вы ей очень дороги, Мастер, — протянул Виски. Но господин доктор только усмехался: — Это можно использовать в своих интересах, мистер Вита. И Вы мне уже в этом помогаете. Виски ухмыльнулся. Его Мастер слишком самонадеян, раз уверен в преданности своего последователя на все сто процентов. — Вы горите энтузиазмом, — отметил Виски. — Не поделитесь дальнейшими действиями со своим помощником? Доктор вскинул брови, словно не ожидал подобного вопроса, однако после секундного удивления мужчина взял что-то в руки и поднялся со своего места. Виски попытался разглядеть «что-то» в руках Мастера, пока перед его взором не открылась ещё одна маленькая склянка — прозрачная с такой же прозрачной жидкостью внутри. Глаза доктора горели странным и несвойственным ему безумством, и Виски насторожился, вглядываясь в жидкость, которая расплескалась по стенкам сосуда, стоило господину доктору её потрясти. — Яд? — предположил Виски с удивительным спокойствием. — Мир химии очень обширен, мой дорогой друг, — расплылся в широкой улыбке доктор. Виски согласен, пускай он и не питал такой ярой страсти к изучению химии и медицины. Если ты хочешь от кого-то избавиться — воспользуйся шансом и ядом, ведь тебе, в отличие от тех, кто предпочитает марать руки кровью, это подвластно. Мастера очернила власть. Виски не было никакой выгоды от содействия господину, но он, как его верный дух, следовал за ним. Хотя с каждым днём его всё больше и больше одолевали странные, никогда раньше не преследовавшие его сомнения. Зачем он всё это делает, если в конце так и останется пешкой своего господина, лишь его тенью и отражением? — Вы хотите убить короля и королеву? — прямо спросил Виски. — Это ради Лилии, — ответил Мастер. «Это ради власти», — исправил его в мыслях Виски. Лилия — нынешняя принцесса, которая так легко без тени совести украла титул, жизнь и имя у своей старшей сестры. Её лицо было совершенно такое же, но Виски не мог перепутать свои разные чувства по отношению к двум сёстрам. Они разные, если брать в счёт мимику, характер и поведение. Король и королева действительно слепы, раз не заметили, насколько сильно переменилась их «старшая» дочь. Она не достойна носить это имя так же, как настоящая принцесса не заслуживает называться Химерой. И доктор, стремящийся к власти, желая получить одобрение принцессы, как действующий регент, а после зайти дальше, действительно посягнёт на жизни правителей. Виски уверен, — когда выяснится причина смерти короля и королевы, Мастер останется вне подозрений. Он не зря всё это время работал на собственную репутацию, делая вид сказочного спасителя младшей дочери. Спасителем он был спорным. Виски с насмешкой смотрел на счастливую принцессу, которая думала, что доктор ради неё сделает всё. Это пока он делает ради неё всё, что только она попросит, но Виски прекрасно знает, что будет дальше. Дальше будет грандиозное представление! За эти несколько дней Виски часто виделся с Химерой. Изо дня в день он следил за тем, как она без страха принимала яд, улыбалась ему и благодарила за то, что он сокращает её одиночество хотя бы на жалкие пятнадцать минут. Один раз она призналась ему, что боится сойти с ума от одиночества, на что Виски только усмехнулся. Почему-то он, вечно уверенный и не заботящийся о чувствах других, не смог тогда сказать ей, что, вероятно, она действительно в скором времени потеряет рассудок от одинокого заточения. Он ей соврал. Всё же в мыслях он называл её Лилией, потому что это — её настоящее имя. Потому что девушка, так глупо оказавшаяся обманутой, соответствовала этому имени. Она была такой же белой, такой же чистой и невинной. Теперь Виски был уверен, что девушка отчается и сломается полностью, до конца, узнав о потере любимых родителей. Даже если бы он захотел ей соврать, она, настоящая Лилия, всё равно бы об этом узнала. Шумные банкеты, похороны и свадьбы никогда не проходили в этом огромном замке бесследно. Духи умерших короля и королевы ещё долго будут бродить в пределах королевской территории. Виски улыбнулся, отмечая, какими порой бывают жестокими люди. Доктор вряд ли потом будет сожалеть о содеянном, его не будут преследовать пугающие кошмары с участием правителей. Его не замучает совесть, потому что у него, прославленного господина доктора, её просто-напросто нет. Нет так же, как и у Виски нет понимания тягости многих совершённых преступлений, ведь он всего лишь марионетка — пешка на шахматном поле. Однако Виски уверен, что когда докопается до самой глубины своих сомнений и интересов человеческой жизнью, он не позволит собою руководить. Не позволит, пока не настанет экранное время для его особенной роли, в его собственной сказке. Сценарий написан давно, роли распределены. Виски наблюдает за спектаклем с удовольствием, зная, что и он не останется без внимания в скором времени. А вот какой конец у этой сказки, решать не ему.

***

Есть ли ему, что терять? Виски долго думал над этим вопросом, следя за происходящей суетой в замке. У Виски ничего не было — ни близких, ни родных, ни вещей, которые бы имели для него значение. Виски с момента своего призыва в этот мир послушно следовал за своим Мастером, даже не понимая, зачем он следует своим инстинктам. Но ведь духи еды для этого и призываются, верно? Покорно служить и делать то, что только попросит Мастер. Однако Виски сразу теряет мысль, когда дело доходит до мыслей о том, почему же люди находятся на верхушке иерархии, если настолько слабы, что для их защиты нужны они — духи еды. Люди имели личность. Духи еды — лишь отражение своего хозяина, смертельное орудие в руках людей, которое они сами же создали. Почему люди их создали такими сильными? Неужели они не боятся, что когда-нибудь низшее звено взбунтуется против них же самих? Виски всегда улыбается, когда в его голове зарождается мысль, что люди слишком глупы, раз так сильно доверяют тем, кого приютили под своё крыло. Потому что Виски давно не чувствовал себя обязанным перед своим Мастером, несмотря на то, что контракт заключён по всем правилам и традициям. Сила контракта для него была пустым звуком. Виски такой же подлый, как и его Мастер, поэтому доверять ему — ошибка. «Глупый, глупый господин», — красиво написал насыщенными чернилами Виски с улыбкой.

***

Несколько лет назад. — Ты очень дорогое удовольствие, мой дорогой друг, — улыбнулся доктор, оценивающе оглядывая его с ног до головы. — Его зовут Виски, — сказал консультант. — Виски, Виски, — задумчиво повторил его имя доктор. — Как иронично, мой любимый алкогольный напиток. Тебе нужно подобрать что-то другое. Виски только улыбнулся перед тем, как заключить контракт с этим тщеславным и до безобразия гадким человеком, который был уверен в своих дальнейших действиях. — Итак, что Вы потеряли, чтобы вызвать меня? — был его ключевой вопрос при контракте.

***

Представление начинается. Весть о загадочной кончине правителей разлетелась по всему королевству всего за несколько часов, и королевская свита с министерством по расследованию и закрытию преступлений пришли в дело. Виски лишь строил сочувствующее лицо и выражал соболезнования, когда суета затрагивала его. Мастер оказался хитрее и предусмотрительнее, чем предполагал Виски. Так подло подставить невинного человека, который по чистой случайности оказался не в то время, не в том месте. На казни «убийцы» Виски только смотрел на вопли разгневанного народа и палача, который замахнулся топором. В решающий момент он не отвернулся, наблюдая, как на балконе со страхом сжималась принцесса Лилия. Эта смерть будет на её плечах. И Виски даже не подозревал, что в этот момент, в тёмной и забытой башне замка, смотря в маленькое и единственное окно, задыхалась от слёз Химера. После казни по королевству кто-то распустил слухи о том, что маленькая принцесса подстроила смерть собственных родителей, но доктор не переживал по этому поводу, уверяя, что слухи на то и слухи, чтобы по-змеиному их распускать. Виски лишь согласно кивал, замечая, что саму принцессу инцидент со смертью родителей не сильно затронул. Что не скажешь о заточённой в цепи и пожизненные оковы вторую дочь короля и королевы — старшую дочь. Виски снова должен её навестить.