term per week

      Отзвук ускоряющихся шагов Хи Рен от одних каменных стен передавался к другим, и в этом непрерывном эхе, в этом гуле, усиливавшем ее торопливость, девушка продвигалась стремительно вперед. Она миновала длинный коридор и резко свернула налево, огибая ряд из трех машин, припаркованных вдоль стены здания.       Задерживаться было нельзя. Кан бежала так быстро как могла, не снижала темпа, на каждом четвертом шагу хватая глоток жгучего воздуха. После сигнала Минхо, девушка словно робот, запрограммированный на отсутствие мыслей, принялась непрерывно бежать. Если даже кислород кончится у выхода из очередного квартала, все равно это наверняка лучше, чем видеть в очередной раз избитое лицо Минхо. Кислород бил ей в горло холодной волной. Бежать было легко, по крайней так думала Хи Рен под влиянием адреналина, поверхность асфальта звонким звуком отталкивалась о ее подошву, отправляя ту вперед все дальше и дальше. Девушка уже приближалась к выходу последней улицы, ведущей к школе. Можно сказать, что та была уже практически у территории учебного заведения. Только вот недавно абсолютно чистое сознание Хи Рен стало заполняться ненужными на этот момент мыслями о Ли и о том, что сейчас происходит в том жутком месте. Они напали на него? Если нет, то говорят о чем-то страшном, запретном? Если да, то уже повалили его на землю или  он еще держится на своих двоих? Она знала, что впереди по крайней мере еще около километра, может меньше, поэтому пыталась собраться и вытиснуть из головы мысли, сбивающие дыхание от волнения за друга.       Где-то на восьмой минуте непрерывного бега у нее настал кризис. Сердце ощущалось, как жестокое, непреодолимое существо, которое раздирало и сжимало ее грудь, кислород жег горло пылающим огнем, в глазах мелькали искры, но самым плохим было то, что она начал спотыкаться. Однако Кан знала, что должна бежать, бежать дальше, чтобы привести друга Минхо ему на помощь. Несмотря на это, ноги уже отказывались слушаться. Все ее мышцы работали на пределе, все в ней кричало, требовало остановиться, стоять, а то и упасть на кажущийся таким холодным, таким безопасный асфальт. Она хотела посмотреть на чистое небо, чтобы отвлечь себя от желания рухнуть, отрезвить сознание, поэтому подняла голову вверх, но споткнулась и полетела вперед, едва успев выставить руки. Падение было резким. Тело Хи Рен словно пружина задребезжало вперед-назад.       Стоя разбитыми коленями прямо на крошечных крупицах дороги, впивавшихся в окровавленные колени заостренными ножами, девушка стиснула крепко челюсть, скрипя той от боли, сжигавшей ноги по всей площади. Ладони плавились, будто их поливают расплавленным металлом. Всхлипывая, она жадно глотала ледяной воздух, попутно замечая потемнение в сознании и глазах. Кан знатно напугалась того, что прямо сейчас может рухнуть в обморок и так и не добежать. На мгновение Хи Рен дала себе слабину и стала снижаться, приближаясь торсом и левой стороной лица к черной дороге. Еще больше ухудшало состояние девушки ощущение крови в носу и вкуса ее же во рту, разливаясь свинцом по глотке. Организм просил остановиться. В голове Минхо. Его рука на подбородке и взгляд исподлобья, смотрящий прямо в ее нутро. Он просит о помощи, вместе с тем уверяет в ее  безопасности. Просит спасти его.       Девушка потрясла головой, смахивая с себя усталость и соблазн упасть без чувств. С трудом приподнявшись, она встала. Пробежала несколько шагов, качаясь из стороны в сторону, снова возвратив нужный ритм, понесший ее вновь к школе. Кан Хи Рен уже потеряла ощущение времени. По ногам стекали ручейки алой крови, а легкие рвано сокращались. Как она вообще могла ориентироваться в этом глухом районе в пред обморочном состоянии? Мрак в сознании и боль во всем теле давили на нее, наливали кровью глаза, которые наконец зацепились, как за ориентир, за главное здание школы, находившееся примерно в двухстах метрах от нее. Соленый пот заливал лицо, она бежала из последних сил, думая о Минхо и о том, что нельзя терять ни минуты, увлекаемая силой вещества, которое давало ей последние силы, чтобы продолжать бежать.       Она и не заметила, как пробежала весь школьный стадион, на котором уже выстроились ученики для приветствия учителя физкультуры.       Она продолжала шататься, мотая руками из стороны в сторону, но не останавливалась. Ловила на себе десятки удивленных взглядов школьником, устремленных на растрепанную девушку, с залитыми кровью ногами. Хи Рен не обращала внимание ни на что, сконцентрированная на "3-B". В очередной раз потерявшись в пространстве, времени и самоощущениях, девушка уже из последних сил перебирала ногами по ступеням лестницы, ведущей на третий этаж. Глаза мотались по стенам коридор, цепляясь за каждую табличку с цифрой и буквой. "3-B". Она схватилась за косяк деревянной двери и громко рухнула в проеме на пол: — Со Чанбин и Банчан! — донесся рваный крик из уст брюнетки с опущенной от усталости головой.       Абсолютно каждый человек, находившийся в тот момент в классе "3-B" развернул голову в сторону двери, в проеме которой никого не было. Чуть погодя они поняли, что звук доносился снизу, а именно с пола. К Хи Рен подбежало пятеро школьников с удивленными воскликами, среди которых были те двое, чьи имена прокричала Кан. Тело Хи Рен судорожно дрожало от недостатка кислорода и слишком резкого приземления после длительного, изнурительного бега. — Со Чанбин и Банчан, — Кан приподняла голову, попутно открывая, смыкающиеся от слез и усталости, — Минхо... — Что происходит? — первым хрипло спросил ниже среднего роста парень, округлив темно-карие глаза, — Я — Со Чанбин! Что с Минхо?       Чанбин и еще один парень взяли под руки девушки и аккуратно понесли к близ стоящему стулу. Медленно усадив ее, второй парень бросил взгляд на окровавленные ноги и ужаснулся. Он громко вдохнул воздух через стиснутые зубы и взволнованно спросил: — Кто ты? Что произошло? — некоторые ребята из класса уже за это время раздобыли стакан воды. Передавая стакан из рук в руки, школьники выстроились в некий ряд. Блондин  выхватил воду и поторопился к сидящей брюнетке, — Я Банчан. Ты говоришь про Ли Минхо?       Кан ухватилась за стакан и резко преподнеся тот к сухим губам, жадно выпивая все содержимое. Немного отдышавшись, Хи Рен почувствовала себя легче и попыталась собраться с мыслями о том что произошло, что происходит в данный момент и о том, что еще предстоит сделать. Девушка подняла голову и встретилась уже отчасти трезвым взглядом с двумя напротив стоящими парнями. Тот что слева - обесцвеченный блондин, тот что справа - натуральный брюнет. Совершенно разные черты лица, однако совершенно по-одинаковому напуганные происходящим. Девушка выдохнула: — Минхо в опасности. Мы направлялись в школу, но нас окружили какие-то три больных мужика, как раз те, что вчера избили его. Они начали его прессовать, а тот самый главный вообще нес какой-то бред, — Хи Рен тороторила это все, ярко жестикулируя обеими руками, — Я не знаю о чем они говорили и зачем все это. Минхо выглядел относительно спокойным, — на ресницах Кан стали оседать кристальные капельки слез, ее голос дрожал, — Но Минхо позвал на помощь! Он сказал мне прибежать в класс "3-B" и отправить к нему Со Чанбина, а Банчана — позаботиться обо мне, — Кан цитировала слова парня, попутно всхлипывая от собственной безысходности, единственное, что она могла в этот момент — это только поторопить отправление Со Чанбина к Минхо. Парни, в этот момент крайне внимательно слушавшие трясущуюся, как банный лист девушку, переглянулись, давая друг другу понять, что все действительно серьезно. Брюнет выпрямился в спине и словно встрепенулся. По телу того прошел удар тока, оставляющий покалывания на концах пальцев рук и ног. Его удивленное и вместе с тем напуганное лицо сменилось на полное спокойствия и решительности. Он нахмурил черные брови, устремив взгляд в никуда. Второй же, Банчан, положил руку на плече девушки, легко похлопывая. — Веди к Минхо, — прорычал парень, стоящий рядом с остальными. Если внимательно всмотреться в спокойные со стороны глаза, то можно было увидеть пожар, огонь, хаос. Кажется эти двое были эмоционально близки.       Кан и ничего отвечать не нужно было, девушка, оперевшись о спинку школьно стула, встала и выпрямилась в спине. Взгляды теперь двух стоящих встретились, передавая друг другу сил и решительности. Хи Рен ощутила гнев Чанбина, который в этот момент прикусывал изнутри щёку, пытаясь сдержать рык. Девушка отряхнула пыльную после палению юбку и направилась к выходу из класса, совсем позабыв про жгучую боль в разодранных коленях, ссадины на которых уже успели немного затянуться. Сейчас она ощущала себя слегка подавленной и точно хотела остановиться на месте и тут же плюхнуться на пол. Внутри не бушевало воодушевление бежать, сломя голову к Минхо, ведь она знала, что после первой же попытке разогнаться рухнет вперед. Кан волновалась за парня, только не позволяла себе больше этого. Если бы сейчас Хи Рен поддалась бы чувствам, то несомненно бы разрыдалась от страха за нового друга, пробравшегося куда-то глубоко в душу. Их второй день вместе, а та уже боится его потеряться.       Провалившись в яму мыслей, Кан и не заметила как они втроем уже спустились на первый этаж школы. Позади идущие Чанбин и Банчан, никак не уступая в скорости брюнетке, молчали и скорее всего думали о чем-то своем. О Минхо.       Банчан, казавшийся самым спокойным из этой компании, на самом деле был самым напуганным и озлобленным в этот момент. Ему не нужно было знать имен этих уродов, видеть их в лицо, знать причину посягательства на спокойную жизнь Ли или чего-то другого, что могло, к примеру, понадобиться Чанбину, как рассудительному человеку в критических ситуациях, связанных с близкими или кем-то родным. Все что нужно Банчану и размазать любого об стенку неважно с какой силой и насколько серьезно. Он вполне мог убить их в той драке. Для него это было проблемой, осознание своих же намерений, поэтому Позиция нападающего была отдана Со, который может остановиться. Скорее всего, Минхо тоже это понял, поэтому сказал Хи Рен позвать Чанбина, а того оставить наедине с девушкой, чтобы присмотреть за чем-то, а точнее кем-то важным. Важным? Эта еле идущая девушка важна для Ли? Откуда она вообще взялась? — Скажи, а кто ты вообще? — начал блондин, переключаясь со своих мыслей на действительно важные вещи. — Я — Кан Хи Рен, — ответила девушка, указывая пальцем на нужный поворот парням, идущим уже по обе стороны от нее. Троица была довольно-таки близка к тому кварталу. — Хорошо, — вздохнул Банчан, давая понять, что  такой ответ не особо его сейчас устраивает, — Кто ты для Минхо?       Девушка встала в ступор. Что же ответить. В голове Кан сейчас был настоящий беспорядок. Все мысли, словно человечки носились по сознанию-городку, с воплями о помощи и испугом на лицах. Кто знал, что банальный вопрос может привести в кризисную ситуацию весь главный штаб и заставить нажать красную кнопку тревоги. Три мысли столкнулись лбами и упали на землю. Две из них были без сознания, а у одной мерцали звездочки на головой. Две из них бежали по делам - друг и никто, а третья бездельничала и бродила по городку уже как семнадцать лет без дела — девушка. Та, у которой мерцали звездочки, перешла первой в себя: — Девушка! — выпалила красная после мозгового штурма Кан.       Двое идущих позади парня вытаращили глаза. Их челюсть звонко упала на асфальт. Сказать, что те удивились - ничего не сказать. Ли Минхо - одинокой, замкнутый парень, явно не интересующийся отношениями и всем с этим связанным нашел себе девушку? Так еще и не рассказал лучшим друзьям? Конечно, не будем лукавить, он красив, да настолько, что несколько девочек только из класса порой глядели на него больше, чем ра доску во время уроков. Однако, подойти к нему никто так и осмеливался, ведь стоит только вспомнить о нее леденящем душу взгляде - сразу же все мысли о признании испарялись. Банчан повернул свою голову к уже пару секунд смотревшего на него Со, показывая всем своим видом, что еще немного и у него вспыхнет голова, а вместе с ним и расплавится мозг. — Мы пришли, — девушка резко остановилась, указывая арку, ведущую в темный переулок, из которого около получаса назад она сбежала. — Они здесь? — Да, один — толстый, противный мужик под два метра будет стоять самым первым, сразу за ним — Минхо, а позади него еще двое, не менее пугающих бандитов.       Чанбин нахмурил брови, заставляя искривиться все лицо от злости. Он начал разминать затекшие плечи, положив ладонь поверх, делая круговые движения. Много пафоса. Столько сколько исходит от боксёров, выходящих на ринг. Банчан же подошел к Хи Рен и положил той руку на спину, давая понять, что она будет в безопасности, что о ней позаботятся. У всех троих встал в горле сухой ком, не дающий пройти и так мало поступавшему воздуху. На висках выступили крупицы пота. Волнение захватило сознание каждого. Сейчас будет опасно, кто знает, что произойдёт. Стоит только надеяться на то, что покалеченными будут только враги, и никто из компании ребят. — Долго же вы... — голос эхом донесся из длинного коридора, окутанного мраком. Знакомый голос, — Поди засыпали вопросами Хи Рен?       Из-за стены неторопливо вышел совершенно здоровый Ли Минхо, спрятавший обе руки в карманах. Его лицо выражало явно смешанные чувства: хитрость, насмешку, радость от встречи близких и прочее. На нем же и разместилась ухмылка с приподнятым краем губ. Парень взглянул на друзей, довольно подмигивая каждому по разу, показывая всем своим видом, что ваша помощь и не понадобилась, а после перевел взгляд на ошарашенную Хи Рен, которую, действительно, в ближайшее время хватит удар. Парень прищурил кошачьи глаза, а по лицу расползлась нежная улыбка. Если бы не Чанбин и Банчан, стоящие прямо сейчас рядом, то Хи Рен бы рванула с места и вцепилась в теплый торс Минхо, обвивая жадно его грудь и спину руками, с целью вдохнуть запах Ли и дать себе до конца понять, что с ним все в порядке, что он здоров, что ему ничего не угрожает. Кан ответила на нежность брюнета скривившейся от желания расплакаться улыбкой и налившимися слезами глазами. Еще бы секунда и девушка тут же бы рухнул там же, где стояла все это время. Разрыдалась бы, в голос.       Что бы кто ни думал, а внутри ее груди все это время каждая нервная клеточка сдерживала свирепого зверя, наровившегося испепелить все живое в ней за все то время, что Кан была поодаль от друга. — Какого черта произошло Ли? — первым не вытерпел Со. В его голове просто не укладывался тот факт, что в переулке отсутствовали все, о ком ранее предупредила их с Банчаном сейчас плачущая девушка. Это все неправда? Где бандиты? Что могло угрожать парню настолько, что он вызвал сюда его и Банчана. Особенно последнего, — Где эти придурки? — Ушли, — спокойно пожал плечами Минхо, отвечая другу на вполне логичный вопрос. — Что значит ушли? Как? — То и значит. Мы поговорили, обсудили вопрос, с которым они вчера и сегодня они подходили, нашли решение и разошлись. — Послушай, Минхо, — начал было уже Банчан, — Так просто "такие" вопросы не решаются. Хи Рен примчалась к нам в класс и просто молила о помощи, говоря, что твоей жизни угрожает огромная опасность. Мы не знали что и думать, — парень развел руками, ожидая внятного ответа на свои вопросы, — Стоило только посмотреть на Хи Рен, как кровь в жилах начинала кипеть. Да и к тому же, эта девочка разбилась, пока бежала до нас. — Все так, как я сказал, — сначала Минхо перевел взгляд на ноги Кан, которые та пыталась прикрыть за друг другом, вертясь на месте. Ей явно не хотелось, чтобы Ли видел разодранные колени и окровавленные ниже ноги. Выглядело все это жалко, настолько, что ей хотелось провалиться под землю. Только не для Минхо. Его ужаснули раны Кан, ясное дело, выглядевшие куда хуже, чем вчерашние ссадины на лице Ли. Парень сжал кулаки и рвано выдохнул кипящий воздух внутри него, — Они с тем и приходили, Банчан. Они приходили поговорить, а вас я позвал, чтобы перестраховаться и спрятать Хи Рен. Я не умею читать мысли, поэтому не могу понять в каком русле думали эти здоровяки. — Ладно, проехали, — сказал, как отрезал Чанбин, — Главное, что ты в порядке. Чего не скажешь о Хи Рен, — Со озадаченно взглянул на ноги девушки, заставляя ту еще сильнее засмущаться, — Раз на тебя напали, так почему ты — невредим, а Хи Рен еле стоит на ногах, — расставив руки в боки, спросил брюнет, — Раз ты ее парень, то здоровье твоей девушки — твоя ответственность.       По спине девушки пробежал табун ледяных мурашек, а ноги и руки задрожали в разы сильнее, чем раньше. Она туго прикусила нижнюю губы и задержала дыхание, боясь увидеть негативную реакцию на лице парня, на глупость, сказанную ею с горяча и перепуга. Как же теперь объясниться перед всеми? Что подумают о ней Чанбин и Банчан? Что подумает Минхо? Словно кувалдой, мыли, стучали по голове девушки, раскалывая череп пополам. Только бы Минхо не посчитал ее глупой совратительницей-извращенкой, которая то и наровит, что заполучить себе свободного красавчика. Только бы не рассмеялся в голос перед ней, махая руками в разные стороны, указывая на то, что она никто и ничего не значит. Только бы не закатил глаза, попутно скрещивая руки на груди, думая о том, с какой дурой ему повелось познакомиться. — Да, — твердо и вместе с тем тихо прошептал Ли, – Здоровье моей девушки и ее самочувствие — это моя ответственность. Хи Рен под моей ответственностью.       Парень нерешительно заглянул в напротив располагающиеся глаза удивленной Кан, которая ответила взаимным взглядом. Он сглотнул вязкую слюну, и расправив плечи подошел к Хи Рен. Его движения были четкими, без ничего лишнего. Каждый шаг был ровно метр длиной, а дыхание не позволяло себе сбиться хотя бы от того, что внутри зарождался ураган чувств. Самых разных.и непонятно откуда взявшихся. Минхо схватил под ноги девушку и расположил ее на своей спине, придерживая под коленями ту. Прикоснувшись в горячей, теплой, нежной коже, иногда подрагивающей от всего, что волновало ту, он почувствовал вяжущее чувство в зоне груди, которое словно сжималось в маленький клубочек. Всей спиной он чувствовал совсем не сопротивляющуюся греющее его самого тело девушки, ощущал обжигающее дыхание в зоне затылка и боялся растаять прямо как сливочное масло на разогретой сковороде.       Не сказав ничего друзьям, Минхо двинулся вперед, позабыв обо всем что было, что происходит, и что произойдёт дальше. Алмаз сознания чист. Хи Рен на руках, такая податливая и уставшая от нервов и физически.       Ли чувствовал по отношению к ней страшное чувство заботы и желания укутать ее теплым пледом, усадив на свою постель, давая той понять, что она в безопасности и может наконец-то расслабиться. Вроде бы все ясно. Он хочет ее оберегать, хочет дарить радость и такие милые моменты, как вчерашним вечером.       Только Минхо было непонятно одно — как он так быстро влюбился?