term per week

      Рваные вздохи раздавались противным эхом в черепушке. Взгляд не мог сфокусироваться на чем-то одном, точно объектив камеры, мечущийся среди отдалённых и рядом находящихся объектов. Картинка ночного неба вперемешку с силуэтами идущих людей, чуть ли не наступающих на хрупкое тельце ребенка, становилась мутной от накопившихся слез в глазах.       Мальчик шести лет проваливается в черную пучину, массу сошедшихся вместе людей, вытягивая руку вверх, чтобы ухватиться за невидимый выступ, делает последние попытки запустить как можно больше кислорода в легкие. Еще мгновение и он проскальзывает между плотно прилегающих тел внутрь, оказывается в самом низу, под ногами десятков людей. Он падает на хрупкие колени и запрокидывает назад тяжёлую от усталости и изнеможения голову, а после заливается громким плачем. Горячие ручейки слез беспорядочно скатываются по покрытому пятнами от натуги лицу, вниз по шее и прямо под тонкую белую футболку. Густые черные ресницы часто подрагивают, как и грудная клетка, то поднимающаяся, то опускающаяся с характерным всхлипыванием и детским завыванием. Удивительно, не так ли? Окруженный множеством людей всех возрастов маленький мальчик оставался полностью обделенным вниманием или каким-либо сопереживанием. Ни один прохожий так и не решался подойти к горько плачущему ребенку.       Страшно. Малыш меняет позу и усаживается на холодный асфальт своими тонкими льняными шортами и прижимает к дрожащей груди опухшие под давлением его же тела колени. Он прячет голову в руки. Прекращает плакать и прячется от пугающей толпы. Кто же мог подумать, что остановка возле удивительной красоты витрины детского магазина станет причиной потери малыша и их расставания с родителями и старшим братом. Минхо вовсе не хотел отставать, теряться. Хотел всего лишь помечтать о том, как мамочка и папочка подарят ему на день рождение эту красивейшую модельку желтой "Chevrolet" прямо как из любимого мультфильма. Представлял то, как будет хвастаться перед друзьями в школе на переменах и думать о том, кому же сегодня он разрешит ее хотя бы потрогать. Брови малыша сожалеюще изгибаются, а нижняя губа блестящая от соленых слез оттопыривается вперед, показывая, что Минхо вот-вот снова пустится в плачь.       Вдруг, все переживания, бесконечный поток людей и наворачивающиеся слезы исчезают, словно тех и не было, когда чьи-то руки загребают крохотное дрожащее тельце в свои объятия. Горячие, бережные объятия. Намокшие ресницы взмывают вверх, веки наконец распахиваются, пропустив свет, режа глаза яркостью, пестротой ночных улиц и горящих баннеров. Все вокруг замирает, а замерзшее тело мальчика обмякает в руках родного человека. Минхо по одной только манере объятий понимает, что он наконец в безопасности. Что он не один. Что его нашли: — Хен, — пальцы ребенка плохо слушаются, они слабо сжимают плотную ткань серой кофты мальчика чуть старше него самого , — Я так напугался!       Малыш поднимает вверх голову – перед ним все те же добрые щенячьи глаза. Пухлые губы расплываются в нежной улыбке, что появляется на бледном лице всякий раз, когда Минхо совершает незначительный проступок, после чего долго корит себя. От паренька, сидящего прямо напротив исходит упоительная забота. В груди малыша тут же поселяется чувство защищенности, а на глаза наворачивается новая порция слез. Однако на этот раз слез счастья. — Я же просил тебя быть рядом и держать меня за руку, — старший ловит виноватый взгляд и обреченно вздыхает. Минхо резко прячет лицо в ладонях, чтобы скрыть охвативший его стыд. Сынмин, в свою очередь, не медлит и тут же хватает тоненький мизинчик, сцепляя его со своим. Мальчик поднимает их руки на уровне лиц и устанавливает прямой зрительный контакт с бегающим взглядом малыша. Заставляет все внимание, чаще всего неусидчивого ребенка, сосредоточиться на себе и тихо начинает, — Мама с папой очень испугались, когда заметили, что ты пропал, — младший в очередной раз опускает взгляд, но продолжает все так же внимательно слушать, — Я тоже перепугался, Хони, — Сынмин еле слышно прошептал имя брата, выделяя последний слог. Малыш медленно поднял неуверенный взгляд на брата и стал внимательнее вслушиваться в его слова, — Обещай, что больше не отпустишь руку братика?       По спине мальчика пробегает сильный табун мурашек, вызванный неожиданной ответственностью перед словами, которые ему предстоит сказать старшему брату. Минхо задерживает дыхание и резко кивает головой: — Обещаю, хен! — он серьезно отвечает брату, — Сынмин! — малыш тянет руку старшего на себя и радостно спрашивает, — Сынмин, и ты мне обещай, что больше не уйдешь вперед без меня! — старший округляет глаза, в его горле застревает сухой ком, — Что всегда будешь рядом!       На тот момент Ли Сынмин еле заметно кивает, побоявшись дать честный ответ Минхо.

≪━─━─━─━─◈─━─━─━─━≫

— Вы меня слышите? — Что?       Парень распахивает глаза, какое-то время пытается привыкнуть к частым миганиям белого цвета, после чего направляет свой взгляд на впереди стоящего мужчину лет сорока. Незнакомец, недавно представившийся Биршей, плавно двигал бокалом, заставляя вращаться внутри классического бокала "олд фешен" крепкий виски.       Пальцы, которыми он придерживал бокал, были обезображены множественными шрамами, ожогами, порезами, оставленными на смуглой коже, скорее всего, в ходе поножовщины или чего-либо более пугающего. Он выглядел крайне расслабленным, немного склонивши голову на бок. Одна рука была заведена за чужую спину. Бирша прижимал к себе рельефное тело горячей афроамериканки, которая в свою очередь, уже долгое время не сводила взгляда с Ли, бегая взглядом с его в меру широких бедер на глубокий разрез шелковой рубашки. Ее зрачки были заметно расширены, а уголки губ приподняты в лисьем оскале.       Красотка сделала показательный глоток шампанского, затем разместила свободную руку под пышной грудью, точно привлекая внимание парня к своему бюсту. Минхо еще немного позволил себе взаимно порассматривать иностранку с глубоким сечением платья до пупка. В его голове не укладывалось то, каким образом ее грудь до сих пор не выскользнула из умопомрачительного выреза. — В качестве кого Вы здесь? — повторил ранее заданный вопрос Бирша.       Минхо концентрируется на мужчине, который уже успел где-то раздобыть толстую сигару, что сейчас тлела на конце, зажатая меж его губ. — В качестве участника, — Ли принялся снова отвечать, будучи неестественно спокойным, в то время как мужчина сменил незаинтересованный взгляд на хитрый прищур. — Так перед нами творец! — Бирша показушно повернулся к спутнице и взмахнул руками, — Не терпится увидеть ваши творения. Знали бы Вы, как я предвкушаю начало показа, — его глаза мимолетно расширились и так же резко вернулись в исходное положение.       В груди парня слабо защемило, точно несуществующая пуля прошла насквозь его сердце. Ли Минхо явно не по душе этот подозрительный тип, выглядящий точно хищный зверь выбравший свою жертву, роль которой явно играет Минхо. — Под каким номером выступаете, если не секрет? — брюнет почувствовал, как по его спине прямо сейчас стекает ледяная капля пота. Прямо сейчас в голове поселилась навязчивая мысль о том, что этот "случайный" собеседник далеко не обычной посетитель подобных мест, с целью напиться в хлам и перетрахать каждую встречную сучку. Язык развязывается, попав под влияние намазанной ядом пули, потворствуя выдать сокровенную информацию, которая на анонимном мероприятии является разрушительным оружием. — Надеюсь, что я вам не помешаю, — знакомый голосок привел в чувства остолбеневшего Ли.       Его обладательница еле ощутимо прикоснулась к выступающим косточкам позвоночника парня, перешагивая по ним пальцами, точно ножками вверх. Рука по-хозяйски обвила талию Минхо. Девушка в белом роскошном платье, усыпанном словно алмазной крошкой, озарила тёмное место, где как раз-таки находилась компания.       Ли узнал в ней хорошо знакомую Чхве Ха Юн, которая сейчас выглядела неподражаемо. Она широко улыбнулась. — Я уж-то думал, что вы здесь – одинокий волк, — попивая напиток, сказал Бирша, — Ваша спутница? — он оценивающе прошелся по выступающим ключицам блондинки, приподнимая вопросительно плешивую бровь.       Парень так и не промолвил ни слова, с того момента, как напугался попасться под коварный гипноз. Только он захотел промолвить слово, как девушка переняла на себя инициативу: — Чаги, — протяжно выговаривая каждый слог, сказала Ха Юн, — Мне так долго пришлось тебя искать!       Минхо вытаращил глаза и резко развернул голову к уже некоторое время смотрящей на него Чхве. Та, слегка задрав голову, в силу их разницы в росте, лучезарно улыбалась, точно ангел, не совершивший ничего странного, а уж тем более недопустимого. Выражение лица, запредельная близость, которую девушка никогда себе не позволяла – все это поставило Ли в замешательство, заставило вопросительно поднять бровь, да так, чтобы это не заметила парочка напротив. Ха Юн же, зазывающе подмигнула парню, подначивая того подыграть ей. Чхве с точностью в сто процентов была довольна подобным исходом и не могла не воспользоваться подвернувшейся возможностью воплотить в реальность свои мечты и мысли о том "какого это быть девушкой Ли Минхо?". — Что же Вы так со своей спутницей, — голос мужчины неприятно поскрипывал, хоть и поначалу казался запредельно монотонным и бархатным.       Ли напрягся еще пуще, а перед глазами Хи Рен. К чему это? Почему-то руки задрожали, будто сопротивлялись неизбежному. На него давят. Со всех сторон. Минхо обвил рукой талию девушки, обернувшись к Бирше. Вдруг, он ощутил что-то мягкое и слегка влажноватое на своей скуле. Ха Юн перешла черту. — Так-то, — веки полностью скрыли глаза, оставляя на их местах тонкие щелки, складка бровей нависла над верхним веком, сильнее утяжеляя взгляд, рот же сильно растянулся и неестественно выгнулся, став похожим на оскал то ли демона, то ли дьявола.       Мужчина странным образом выгнулся спиной назад и схватился за зону диафрагмы. Складывалось впечатление, что он только этого и ждал. Живот, который был не особо заметен, надулся. Мужчина раздулся, как шар, переполненный черт знает чем. Сейчас взорвется, а что еще хуже разразится злодейским смехом. Бирша доволен.       Волна ужаса стремительным потоком обдала парня, заставляя волоски на его теле не просто подняться, а встать дыбом. Ужас! Минхо не хочет играть в эти грязные игры, тем более хотя бы еще раз в жизни встретить этого монстра после показа.       Ха Юн все так же продолжает заполнять собой весь уголок, в котором находились они все. Корча на лице наигранную детскую мордашку, она разворачивается обратно к Ли, поднимается на носочки и кладет руки на плечи парня. Он снова разворачивается. Однако теперь на лице далеко не смятение, а злость, которая при любом малейшем движении перерастет в ярость. Что движет этой девчонкой?! Одно лишь для Ли Минхо понятно – он не отступит, вытерпит все проделки Ха Юн, продержится в односторонней схватке с Биршей – он должен продать хотя бы одно платье. Он должен спасти брата.

≪━─━─━─━─◈─━─━─━─━≫

— Какого черта? — Хи Рен стиснула бархатную ткань бордового занавеса.       После того, как Ха Юн отправилась приводить себя в порядок, Кан осталась в одиночестве наедине со своим отражением в огромном зеркале. Девушка прикладывала руки к коже, всячески вытягивая ее в разные стороны. Она не могла поверить, что может выглядеть настолько красиво. Порассматривав себя не один десяток минут, Хи Рен подошла к вешалке, на которой чуть ранее Минхо оставил серый чехол с нарядом. Ей было настолько волнительно расстегивать молнию, что сердце чуть ли не выпрыгивало из груди: — Ох, — Кан рвано выдохнула последние остатки воздуха.       Девушка сделала неуверенный шаг назад, прикрывая руками лицо. Ей понадобилось время на то, чтобы вновь взглянуть на платье. Чуть приспустив ладони, Хи Рен опасливо выглянула из-за пальцев на содержимое чехла – роскошное бордовое платье. Ткань, точно соответствующая своему названию, походила на блестящие спелые зерна граната. Бегая взглядом по подолу, в глазах девушки непроизвольно запестрило – материал был усыпан с виду драгоценными камнями. — Невообразимо!       И ведь так. Невообразимо! Зная о чувствах Хи Рен к Минхо, зная о чувствах Минхо к Хи Рен, Чхве Ха Юн прилюдно поцеловала парня, так еще, словно предлагая себя, повисла на его плечах.       Прижимается своей грудью к его, дышит ему в шею, чувствует его сердцебиение, ощущает его тепло! Злость и незнакомое до этого времени чувство охватило девушку, заставляя кулаки сжаться, а щеки налиться кровью.        Кан стиснула зубы, думая о том, как хочет сейчас вернуться в ту гримерную, где подлая Чхве расспрашивала ее о Минхо, об их отношениях, и сразу поставить ту на место. Конечно, Кан и Ли никак не признавались друг другу, даже не думали об этом. Между ними не было каких-то определенных отношений, в силу совсем недавного знакомства. Друзьям было комфортно проводить вместе время, пусть у каждого и были на сердце некоторые недосказанности. Минхо и Хи Рен не стремились влюбить одного в другого, не стремились поскорее раскрыть друг другу свои чувства. Их отношения стоят вовсе на другом уровне, значительно выше опошленных, романтизированных телесных утех и вечных ложных признаний. — Лицемерка, — прорычала Хи Рен, прожигая взглядом висящую на Минхо Ха Юн.        Туго закусив губы, Кан запустила руку в свисающую челку и раздраженно сжала волосы. Что-то переломилось в сознании девушки. Вместо того, чтобы, как раньше проглотить обиду и притвориться, что все в порядке, Кан иронично улыбнулась. Перед глазами тонкие пальцы Минхо, медленно расстегивающие пуговицы рубашки Хи Рен одну за другой. В ушах его шепот :"Расслабься". В груди все снова трепещет, а губы нехотя пропускают горячий воздух. Кан прикасается своей рукой к щеке и ненароком ощущает суховатую ладонь Ли, которая совсем недавно была на том же месте, согревая своим теплом пустую Хи Рен. Девушка не может позволить источнику ее счастья просто исчезнуть в руках другой.

≪━─━─━─━─◈─━─━─━─━≫

      Вдруг во всем помещение гаснет свет. Бесконечный шум пропадает и тут же сменяется громкими хлопками и визгами. Громкие возгласы и аплодисменты заставляют Минхо вздрогнуть. Парень бегает глазами по темному помещению, после жмурится от загоревшейся напольной подсветки извилистой сцены. — Кажется начинается, — Ли стягивает чужие руки со свои плечей, облегченно выдыхая. Он кивает головой все такому же манерному Бирше и его спутнице.       Наконец избавившись от вязкого, противного чувства грязи, появившегося сразу после появления мужчины и Чхве, Минхо полный сил и энергии спешит занять лучшее место перед сценой. Им движет профессиональный интерес, и конечно, желание увидеть кого-то особенного. Парень замечает единственный свободный красный диванчик в первом ряду перед сценой и тут же плюхается на него. Ли оглядывается по сторонам и замечает прибавляющееся количество зрителей, что не может его не радовать. Он с неподдельным интересом устремляет взгляд на приоткрытый занавес и с нетерпением ожидает начала. Раз народу становится больше, соответственно и толстых кошельков, то шанс продать платье понемногу возрастает, а цель по спасению брата мало по малу близится к исполнению.       Ведущий, одетый в черный приталенный смокинг, выходит на первую сцену и объявляет долгожданное начало мероприятия. Оханье публики возвращает на землю слегка призадумавшегося Минхо и заставляет перевести взгляд на сцену, по которой уверенно ступают девушки, облаченные в парный наряд. Одна из них придерживает шифоновый подол, а другая держит руку на талии. Обе ритмично вышагивают по подиуму, прямо в такт музыке.       Модель за моделью сменяются на сцене, ведущий продолжает объявлять дизайнера и его работы, а парень продолжает оценивающе наблюдать за нарядами. Каждое облачение отличалось от предыдущего, создавая явную конкуренцию, что довольно сильно заставляло волноваться, пока неопытного в этой области деятельности Минхо. Он был переполнен чувством восхищения, понимая какое количество талантов собралось в этом месте. Ли давно мечтал поучаствовать в таком грандиозном показе. — На очереди главное платье коллекции "Гранат", заявленное нам Господином LIHO и Госпожой HYU! HANN (Alone in winter) – (G)I-DLE       Свет снова пропал, однако зрителям приходится недолго ждать его очередного появления. Зал слабо освещается перебегающим светодиодным прожектором, который еле поспевает за десятком других таких же. Объединившись лучами с остальными, полосы света прожекторов образовывают белое кольцо вокруг силуэта одиноко стоящей девушки. У зрителя не было возможности разглядеть ни ее лица, ни позы, в которой она продолжала неизменно стоять.       Клавиши пианино тяжелым боем раздались по просторному помещению, приковывая взгляды всего зала к поворачивающейся лицом к зрителю девушке. Чуть погодя, она делает первый шаг и направляется в глубь зала. Лучи прожекторов, точно спокойный ручеек завиваются за ее спиной, повторяя траекторию и скорость ее движений. Модель, пройдя еще немного вперед, останавливается на круглом подиуме. Основное освещение легкой пеленой стекает с потолка прямо на разведенные в стороны плечи девушки. Наконец, видно ее лицо. Выражение лица полное равнодушия к вниманию каждого в этом зале. Равнодушное ко всему, кроме янтарных глаз напротив, интерес и любопытство в которых всякий раз заставляют все тело вздрогнуть, а дыхание предательски прерваться.       Минхо жадно глотает свежий воздух и затаивает дыхание. Парень ловит на себе тяжелый взгляд Кан Хи Рен, такой прекрасной и невероятной. Он жмурит глаза и тут же распахивает веки, дабы не упустить ни единого движения девушки. По коже пробегает табун крупных мурашек. Ее глаза смотрели прямо в его. Строгий и такой холодный. Минхо даже и не заметил, как Кан уже была прямо перед ним на небольшое круглой сцене посередине всего зрительного зала. Она точно мраморная статуя – такая величественная, идеальная. Парень поднявши голову, наблюдал замершей в неестественной позе Хи Рен. Её руки были подняты вверх, расслабленно проводили друг по другу подушечками пальцев, а голова чуть склонена в бока. Выгнувшись в пояснице, она была похожа на элегантную хищницу, облаченную в наряд для кровавого пиршества. Девушка искусным образом демонстрировала красоты платья, открывая каждому из зрителей наилучший вид для любования дерзким блеском бордовых страз и переливами дорогого шёлка. Несмотря на эту необычную позу, девушка все так же продолжала смотреть прямиком в глаза Минхо, не на мгновение не отводя взгляда. Её настойчивость и безэмоциональное выражение лица заставляли на висках брюнета выступать десятки соленых капелек пота.        По началу парень испытывал необъяснимое восхищение, Минхо был в восторге от того, насколько это платье хорошо сидело на Хи Рен, подчеркивало ее прелестную фигуру. Однако, находясь под пристальным взором Кан, Минхо почувствовал, будто сейчас за действиями, мимикой наблюдает не он, а именно девушка. Она давила своим тяжелым взглядом на сознание парня, заставляя воздух в легких нагреться до запредельных температур. Все это вызывало некое чувство тревоги и страха. Ли в очередной раз зажмурил глаза и на мгновение отвел взгляд. Парень, повернув голову в сторону, заметил удивительной силы интерес к происходящему на сцене. Публика, сидящая поодаль сцены стала присвистывать, а те, кто были чуть ближе расплывались в довольных улыбках. Минхо вопросительно изогнул бровь и повернулся к сцене: — Ох...       Свесив длинный шелковый подол с круглой сцены, Кан Хи Рен, разместив свою голову на одной руке, ухватила парня другой. Она крепко сжав большим пальцем подбородок Ли, приблизила его лицо к своему. Запредельно близко! Минхо округлил глаза и тяжело сглотнул сухой ком. Прямо сейчас горячее дыхание девушки обжигает его дрожащие губы. Еще пара миллиметров и их рубы соприкоснутся. — Ты мой... — Кан медленно шептала букву за буквой, будоража стайки бабочек в животе Минхо.       Паника. Ли сейчас переклинит. Он буквально готов подпрыгнуть и сбежать из зала, упасть в кровать, и точно маленькая школьница забиться в подушку, и кричать долго и громко. Последней каплей стал тяжелый взгляд Хи Рен прямо в глаза. "Ты мой" – спектр эмоций. Из уст парня вырвался еле слышное "Ах". Кан усмехнулась. В ее зрачках сейчас происходило невообразимое. В ее глазах полыхало адское пламя. Точнее его видел парень. Пленяюще.       Минхо и подумать не мог, что скромная Кан Хи Рен может облачиться в роковую обольстительницу и сотворить подобное с ним на глазах у десятков людей, с его сердцем. Восторг!       Девушка медленно скользила холодной подушечкой пальца по кипящей коже Минхо вниз по шее, после, дойдя до конца выреза на груди, она слабо толкнула парня. Ли, не сумев удержать равновесие на ватных ногах, плюхнуся на диван. Кан Хи Рен покидала помещение, а восхищенная публика провожала ее горячими овациями. — Вам тоже стало не по себе после этого номера?! — из ниоткуда появившийся ведущий зазывающе начал диалог с публикой. Получив однозначный ответ на свой вопрос, он продолжил, — Это было платье "Гранат" из мини-коллекции Господина LIHO и Госпожи HYU!       Минхо особо не реагировал на происходящее в зале. Точно в прострации он продолжал смотреть в сторону, куда ранее ушла Хи Рен. Перед глазами спокойное лицо девушки, что прошептала ему слова покровительства. Он не мог с точностью ответить самому себе на вопрос "Что я к ней чувствую?", которым он не раз задавался в те дни, когда работал над платьем, отстранившись от друзей и Хи Рен. В самом деле та неделя далась ему нелегко. Ли ежедневно спал не больше четырех часов в сутки, перешивая платье под мерки Кан, отказывал себе в еде, всякий раз откладывая прием пищи на "чуть позже". Однако кто бы мог подумать, что самым сложным для него будет вовсе не отсутствие полноценного сна, а разлука с дорогой Кан. Просыпаясь с мыслью оней по утрам, он проводил целые сутки за изготовлением платья для нее, после, засыпая с ее именем на устах. Дабы справиться с неприятной пустотой в груди, Минхо каждый вечер следил за тем, как догадливый кот пробирался в комнату девушки. Ли представлял, что он сейчас там, на месте Дуни, сидит на белом столе и внимательно наблюдает за занимающейся девушкой. Он скучал, да так, что хотел волком выть на луну, только бы увидеть снова ее в окне на против. Хотя бы на мгновение. — Восхитительное шоу!       Минхо распахнул глаза, в тот же момент, когда услышал ненавистный голос. — Вы случайно не знаете, — Бирша просунул руки в карманы заутюженных брюк, — Где могу найти дизайнеров последнего платья? — Позвольте узнать, для чего они Вам? — Моя кофетка, — он положил руку на округлую половинку своей спутницы и крепко сжал ее, — Хочет себе это красивое платье. Вы знакомы с авторами этого наряда? — Прошу, пройдемте в более укромное место.       Минхо не ожидая одобрительного ответа, развернулся и направился в самый дальний угол мало освещенного помещения. Парень занырнул за резную деревянную ширму. — Господин LIHO – это я. Госпожа HYU не смогла прити нае мероприятие, — пораскинув мозгами, Минхо решил, что раскрывать личность Ха Юн столь подозрительному человеку будет неправильно, поэтому он решился на мелкий обман. — Неужели! — Бирша наигранно удивился. Минхо никак не реагировал на его клоунаду, — Это значит, что мне крупно повезло?! — его вопрос звучал больше риторически, — Сколько вы хотите за это платье?       Ли продолжал стоять с каменным лицом, однако в этот момент, в его груди был настоящий переполох. Он не мог поверить, что его платье решится кто-то купить настолько быстро. Минхо не покидало ощущение, что все происходящее сегодня случается с ним не с проста. Несмотря на дюжину личностных опасок, парень буквально заставляет себя, точнее свой внутренний голос, замолчать и отбросить любые сомнения. Скоро Сынмин будет в безопасности! — 3 000 000 Вон.       Вдруг, из-за ширмы выглядывает чужая рука, держащая серебряный кейс. Бирша протягивает руку, забирает чемодан и ставит его на стойку неподалеку. Крепления отсоединяются, чемодан открывается. Минхо открывает рот и не может поверить собственным глазам. Перед ним кейс, наполненный ровно той суммой, которая была необходима для погашения долга брата. Он затаивает дыхание. — Здесь 2 778 160 Вон. На самом деле, я рассчитывал на меньшую сумму, — мужчина расстегивает пуговицу пиджака. Приоткрыв его, он протискивается полной рукой во внутренний карман и достает толстый сверток денег, — Но так уж и быть, отдам оставшееся наличными.       Теперь даже самый глупый человек на планете мог с легкостью догадаться, что это "случайная встреча" перед показом вовсе не случайна, как и уже подготовленный заранее чемоданчик с деньгами. Ли Минхо в ужасе. В самом настоящем ужасе. Его руки, ноги, тело дрожат, а сердце замедляет свой ритм. Сейчас Минхо маленький мышонок, загнанный в угол голодным котом.       Он пытается сдерживать свою тревогу и не показывать испуг. Парень протягивает руку и забирает денежный сверток, после берет в руку кейс и уважительно кланяется довольному Бирше: — Благодарю, — набравшись смелости, он выпрямляется в спине и слегка улыбается мужчине, — Надеюсь, Ваша спутница будет довольна Вашим подарком! — Несомненно, — он скалится, — Что ж, было приятно иметь с Вами дело, — мужчина разворачивается в сторону выхода, — Господин Ли Минхо.