Дурацкие моменты

      Дима второпях складывал последние вещи.       — Сколько там до поезда, Олеж? — прикрикнул он.       — У тебя ещë три часа, — лениво отозвался Душнов.       Дух умирал от скуки. Побрацкий суетился потому, что уезжал в гости к маме и сëстрам. Душнову некуда было деться. Его никто, кроме Димы, не видит.       Но думать о плохом было невозможно. Дмитрий уже много Олеже успел рассказать: и про горнолыжный курорт в Сочи, и про свою семейку, и про лучшие кафе в городе. Предвиделся грандиозный отдых.       Побрацкий наконец захлопнул лëгкий жёлтый чемоданчик.       — Ура, каникулы!       Кажется, Дима не был так рад с прошлого лета.       — Ты любишь лыжи? — спросил Олежа, пока хозяин закрывал дверь комнаты с номером "213".       — У нас хоть и шумная семья, но дружная. Мама водила нас с сёстрами на лыжи, когда я подрос.       — А это не слишком дорого? — снова задаёт вопрос Олегсей, кутаясь в потрëпанный шарф, чудом сделанный из половой тряпки.       — Не все сестры любят кататься. Вот, например, София...       Побрацкий осëкся.       — Чëрт, я забыл, что тебя никто не должен видеть.       Дмитрий живо запихал конспект под куртку и побежал по длинному коридору, стуча сапогами под возмущëнное бухтение Олегсея о том, что с ним неаккуратно обращаются.       — Не кипишуй, — сказал Побрацкий в беспроводной наушник, залезая в такси. — Там такие горы! Вот увидишь.       Олежа мягко опустился на сиденье рядом с другом и тихо произнёс:       — Дим... Там точно весело будет?       — Обижаешь. Конечно да! — подмигнул Дима и затем быстро добавил в наушник: — Да, видео сниму, покажу.

***

      Дмитрий вывалился на перрон с толпой спешащих людей. Студент размялся и зевнул. Ночь прошла хорошо, но они почти не разговаривали с Олежей, потому что взяли билет в плацкарт, где по обыкновению набралось много отдыхающих.       — Как ты? — быстро спросил Дима, на всякий случай нацепив наушник.       — В порядке. Я хорошо отдохнул.       Олегсей не выглядел заспанным, — да призраки и не умеют спать, — только его бегающий взгляд и поникшие плечи немного настораживали.       — Ээ, Олеж. Ты выглядишь нездорово.       — Мне не терпится увидеть твою семью.       Душнов попытался улыбнуться, но вышло как-то грустно.       "Не хочешь перекусить?" — хотел задать вопрос Дима, но быстро одумался. И как при таком ограниченном взаимодействии угодить духу заучки?       Побрацкий быстро договорился с таксистом и уже через десять минут ехал мимо знакомых ему с детства домов.       Олегсей оставался отстранённым и напряжённым, будто думал о чём-то своëм.       И Дима дал себе слово во что бы то ни стало поднять ему настроение.

***

      После шумной встречи, объятий и поцелуев родственники, толпившиеся в коридоре, волной унесли Диму за стол. Перекусив, тот принял душ и уже во всю болтал с двумя сёстрами. Несколько девушек помогали матери семейства, но одна отсутствовала. Из разговора Дима выяснил, что она не смогла приехать. Олежа наблюдал за этой картиной из-за угла, так как Побрацкий сложил конспект на тумбочку рядом с чемоданом в той комнате, где он будет спать.       Часы равномерно отсчитывали минуты. Душнову вспомнилась мамина старая квартира, и он понурил голову. Дух опустился на холодный пол с грустным вздохом и свернулся калачиком у стены. Слезы выступили на его прозрачных щеках.       — Представляешь, Софа оказывается работает на повышение в эти праздники!.. Ой, а ты чего тут лежишь?       Дмитрий, вошедший в комнату, заметил призрака на полу.       — В-всë в порядке, — всхлипнул Олежа. Нет, далеко не всë.       — Что-то ты совсем скуксился. Ну зачем ты так?       Дмитрий присел на корточки и погладил духа по руке. Олежа приложил усилия, чтобы ощутить это прикосновение. Из-за концентрации он немного успокоился и перестал ронять слëзы на паркет.       — Просто вспомнил свою семью. Тебе, наверное, хорошо... Я скучаю по ним, — тихо закончил Олежа.       — Ладно тебе, то ли ещё будет? Вернёшься к своим родителям, да и к сестре. Зуб даю!       — Не верю я в это.       — Ну, может и не получится, — заметил Дима, — но мы-то с тобой всë перепробуем, чтобы ты вернулся домой. А если не вернёшься, я твоих родоков буду убеждать, что ты ещё здесь. Пока не поверят, я не отстану.       Дима взял холодную ладонь Олегсея в свои руки и произнёс:       — Я обещаю тебе, что мы справимся. Обещаю.       Душнов свободной рукой вытер слëзы с глаз.       — Ладно, раз уж ты пообещал.

***

      Зимнее солнце блестело в снегу живописных гор. Олежа с открытым ртом рассматривал пейзажи.       — Вот ты какой, город Сочи...       — А я тебе о чём! — прикрикнул Дима. — Давай живее, сейчас самое интересное будет.       Побрацкий был одет в спортивный костюм, который подчёркивал его фигуру. На его голове красовалась шапочка и приподнятая маска. Олежа крутился вокруг лыжника, рассматривая его форму.       — Тебе идёт, — выдохнул призрак с улыбкой. После того разговора он стал более жизнерадостным.       — Спасибо. О, смотри: то, что нам надо.       Прямо перед ними вниз падал относительно крутой спуск.       — Я их так боялся при жизни, что ужас, — сообщил дух, отпрянув от края.       — Сейчас перестанешь. Ну-ка, хватайся за меня сзади и поехали.       — Сзади?..       — Можно и спереди, конечно. Просто я имею в виду, что так тебя не унесёт встречный ветер.       Олежа покорно обхватил товарища руками и мысленно приготовился ко второй смерти.       — Прицепился? Отлично, тогда поехали!       Дима оттолкнулся и понёсся вниз. Надо сказать, парень не терял равновесие и не сбавлял скорость, что показывало его отточенное мастерство. Олежа боялся открыть глаза первую минуту, но затем решился и...       Горы по обеим сторонам дороги проносились мимо словно кинолента, скорость захватывала дух. Олегсей расслабился и ощутил, как воодушевление окутывает его с ног до головы.       — Ну, как тебе? — Дима затормозил в конце спуска, крутанувшись на сто восемьдесят.       — Просто потрясающе!       Душнов отлип от спины Димки и подлетел к его лицу.       — Я же говорил, что балдëж.       — Кстати, ты классно катаешься. Когда я воскресну, я обязательно съезжу сюда с тобой.       Он больше не боялся мечтать о том, чего даже не в силах был изменить. Надежда заставила его поверить в чудо. Надежда, которую ему дал один прекрасный сосед. Даже если он просто исчезнет, это будет не напрасно: столько эмоций, как в последний год, с Димой, он не получал за всю свою жизнь.       — Ну, что стоишь? Давай скорее наверх. Мне очень понравилось!       Дима вгляделся в призрачного приятеля через очки. Он смотрел на Олежу и понимал, что будет очень сильно скучать по восторженному ботанику, который превращает самые простые вещи в самые лучшие воспоминания.