Тебя послала мне преисподняя

Намджун с самого утра хлопочет. Он заказал вещи для омеги, чтобы тому не пришлось заезжать домой перед работой. Хотя то место уже не назовёшь его домом. Юнги услышал трель будильника и открыл глаза. Тело ещё отчётливо помнит вчерашние ласки, метка, что красуется теперь на ключице, слегка жжёт. Юнги встал с постели. Альфы в спальне не было, поэтому омега собрал одолженные Лиёном вещи и прошмыгнул в ванную. По-быстрому приняв душ, парень оделся и вышел в спальню, где его уже поджидал альфа. – Доброе утро. – Намджун подошёл к омеге вплотную и притянул к себе за талию. – Доброе... – смущённо пробурчал Юнги, отдаваясь приятным ласкам. – Я отвезу тебя на работу. – говорит альфа, а после оставляет на лбу омеги лёгкий поцелуй. В груди у Юнги что-то обрывается, потому что кажется, что это всё. Кажется, что он уедет на работу и больше никогда не встретится с альфой. – Мне нужно домой, переодеться. – голос его дрожит. – Не нужно. Я заказал вещи для тебя. Их уже доставили. Сейчас мы позавтракаем и я отвезу тебя в клинику вместе с Лиёном. – Хорошо. Счастлив ли он это слышать? Определённо да. Потому что он не хочет видеть Сынги после того, что случилось. И вряд-ли захочет. Особенно теперь. За большим обеденным столом их уже ждёт Лиён. Парень улыбается, завидев смущение Юнги. Место Намджуна – во главе стола. Слева от него Лиён сидит, а Юнги альфа усадил справа от себя. Младший Ким глаз не сводит с пары брата. Да, он видит, что они – действительно пара. Запах и след на ключице говорит сам за себя. – Ну и... Чего мы ждём? – альфа прерывает эту одностороннюю битву взглядов, призывая уже, наконец, приступить к завтраку. Повторять ему не пришлось. Омеги принялись поедать омлет с ветчиной и сыром. Юнги до сих пор чувствовал на себе пристальный взгляд Лиёна, отчего было не по себе. Но Лиён, уже с чашкой кофе в руках, крайне удивил, выдав: – Ну... И что вы собираетесь делать, голубки мои? Мин покраснел, жутко смущаясь. Он чуть-ли чашку не опрокинул на себя. Омега глянул на альфу, ожидая злость или раздражение. Но Намджун улыбался во все тридцать два. – Ну как что? Определённо он останется здесь. А мне предстоит встретиться с его мужем. – И что ты ему скажешь? Такое ощущение, что Юнги и вовсе здесь нет. Омега старается отвлечься, так как слушать такое выше его сил. Сейчас без него решается его судьба. Свихнуться можно. – Это моё дело. – голос мужчины похолодел, а лицо приняло серьёзный вид. – Готовьтесь. Скоро выезжаем. – проронил альфа и первым вышел из-за стола. Он подозвал прислугу и спросил, всё ли вещи для госпитализации Лиёна собраны. Бета ответил кивком. Юнги надел на себя приятную блузу с коротким рукавом, нежно-розового цвета и белые брюки, слегка обтягивающие стройные ноги. Он обул белые туфли и поспешил вниз, где его уже ждали Намджун, Лиён и его помощник. По дороге в клинику Юнги много думал. Да. Он действительно счастлив сейчас. Но...что будет дальше? Ему, ведь, необходимо самому поговорить с Сынги и отцом. Как альфы отнесутся к его решению? Ладно Кан... Он смирится. Ему придётся... Но отец... Намджун же враг его... Вдруг Кихён вообще откажется от сына? Столько мыслей... Омега и оглянуться не успел, как они уже подъехали к больнице. Намджун нёс сумку Лиёна, помощник вёз кресло а Юнги просто плёлся сзади. Он проводил людей в приёмное отделение, попросил омегу-регистратора принять их без очереди и развернулся было в сторону лестницы, но альфа схватил его за запястье и притянул к себе. – Вот так просто возьмёшь и уйдёшь? – в глазах Кима чёртики озорные пляшут. А омеге хочется сквозь землю провалиться. Они, ведь, на виду у всех. К ним столько взглядов приковано... Щёки его румянцем залились. – Мне пора... Хорошего дня тебе... До встречи? – пробурчал он, пытаясь выбраться из объятий. Ким отпускает его, заявив на последок, что заедет за ним вечером.

***

Лиёна определили в VIP палату на втором этаже. Намджуну об операции не было сказано ни слова. Просто обследование. Лиён уверен в Юнги. Как и сам Мин в себе. По статистике, шанс на удачную операцию составляет всего лишь 10,9 %. Это малые цифры. Но Юнги и этого достаточно. Лиён доверяет ему свою жизнь, а доктор Ли мирится с их решением. Разумеется, главврач сам будет присутствовать при её проведении, как и ещё несколько специалистов. Переодевшись, омега направляется к посту дежурного медбрата. Он берёт со стола карты пациентов и идёт обратно в кабинет – готовиться к обходу.

***

– Уже устроился? – доктор Мин зашёл к Лиёну. – Да. Палата прекрасная. Так... Каковы наши дальнейшие действия? – Лиён уже на кровати лежит полусидя, оперевшись спиной на две мягкие подушки. Его переодели в больничную одежду. – С завтрашнего дня у тебя будут брать анализы. Получив результаты, мы решим, можно ли приступать к операции. – Юнги встал прямо возле койки Кима. – Хорошо... – омега кивнул, – Юнги... – Да? – Приглядывай за Намджуном. Я переживаю. Как бы он не натворил дел из-за тебя. Юнги голову опустил под чужой непринуждённый взгляд. Но что-то внутри ёкнуло... Неужели Намджун что-то "натворит"? Юнги не хотел конфликтов. Никогда. – Не волнуйся. Я обязан приглядывать за ним. Ты же, думай о себе. Настраивайся на лучший исход. Мы обязательно встанем на ноги, правда? – Юнги улыбается ему самой чистой и искренней улыбкой. Лиён снова кивнул, улыбаясь в ответ. – Ах да. Справа от тебя кнопка вызова медперсонала. Что-то понадобится, нажимай. Даже если просто станет скучно. И звони мне в любое время. Сейчас зайдет медбрат и объяснит распорядок дня. – Хорошо, хорошо. – И, кстати. С сегодняшнего дня ты на особом питании. Это необходимо перед операцией. – Ох... – омега закатил глаза с улыбкой. – Как скажете, доктор. Омеги смеются и Юнги уходит к следующему пациенту, не прощаясь.

***

В течении дня Юнги ещё несколько раз заходил в палату Лиёна. Омеги много болтали на разные темы. Юнги многое рассказал о себе, что вызвало печальный взгляд у собеседника. Лиён же, много рассказывал о детстве. До аварии. Рассказывал о Намджуне, о его характере, повадках, привычках и предпочтениях в еде. В целом – о его светлой, домашней стороне, которую видит лишь младший брат. Вечером, в конце рабочего дня, Юнги пришло смс от Намджуна о том, что тот ждёт его у ворот клиники. Омега переоделся, зашёл к Лиёну, чтобы попрощаться и направился к лифту. Уже в регистратуре его окликнул охранник. – Доктор Мин, Вам передали пакет. – альфа передаёт бумажный пакет омеге. Омега в недоумении принял с чужих рук пакет и глянув в глаза мужчине спросил, кто и когда его принёс. – Минут двадцать назад, доктор Мин. Это был какой-то альфа, высокого роста в черных очках и деловом черном костюме. Брюнет. Я попросил его снять очки, но он проигнорировал мою просьбу. Сказал лишь, что внутри что-то важное для Вас. – Понятно. Спасибо вам. Всего доброго, до свидания. – До свидания, доктор. Лишь омега переступил порог клиники, лишь двери за его спиной закрылись, он заглянул в пакет и ахнул: внутри лежали все его документы, которые последнее время находились в тумбочке их спальни с Сынги. Юнги замер, не зная: радоваться ему или нет. Муж отдал ему его документы. Он всё знает? Намджун разговаривал с ним? И опять миллион вопросов в голове. Омега закрыл пакет и двинулся к воротам, за которыми его уже ждал Ким. – Добрый вечер, мальчик мой. – альфа тут же прижал к себе подошедшего омегу. Намджун заметил пакет у Юнги. Он знал о содержимом этого пакета. – Ты ничего не хочешь мне сказать? – спросил младший уже на пассажирском сидении автомобиля. – Во-первых: сбавь тон. – альфа бросил на него хмурый взгляд и тронулся с места, заводя мотор. Юнги и сам не заметил, как нагрубил. Ну, разумеется, Намджун сам бы всё объяснил ему. Не к чему было злиться. Но омега злился. Возможно, на Сынги. Он просто так отпустил его? Даже не позвонил? Не выяснил отношения? А как же кресло отца? Чёрт... Почему всё так сложно. Это напрягает. – Во вторых: да. Я хочу что-то сказать тебе. – он вновь смотрит на дорогу. Юнги смотрел на него в ожидании. Он весь напрягся, так как альфа, кажется, был чем-то обеспокоен. – Я поговорил с ним и всё объяснил. Он понял меня, извинился перед тобой и принял правильное решение. Это всё. Бумаги о разводе на днях пришлёт его адвокат. – в его голосе слышалось раздражение. Ложь. Омега видит это. Что-то здесь не так... Не может быть всё так гладко, чёрт возьми. – Ты что, убил его? Намджун на это лишь рассмеялся. – О боже... Что же тебе такого наговорили обо мне, что ты задаёшь такие вопросы? Юнги молчит в ответ. – Юнги. Чтобы я убил, нужно очень, ооочень сильно разозлить меня. – И... Многие разозлили тебя? – омега собственный голос не узнаёт. Он в окно смотрит, пейзажи сменяющиеся разглядывает. Боится услышать ответ, но это нужно ему. – Многие. Я не считал. Господи... И он так спокойно об этом говорит? Омега снова замолкает. Он ошарашен услышанным. В голове не укладывается. Пусть Юнги и понимает, что у мафии далеко не чистые руки, но то, что твой человек убил "многих", очень пугает. Юнги весь оставшийся путь глядел на вечернее небо. Над горизонтом оно приобретает оттенок его волос. Безумно красиво. И вот они въезжают во двор знакомого особняка. Только сейчас омега заметил, как здесь волшебно. Фасад его кремовым цветом выкрашен. С обеих сторон на втором этаже лоджии красуются, усеянные цветами в горшках, одна из которых пренадлежит их спальне. Вторая, кажется, пустая. По территории особняка гармонично рассажены кусты роз разных оттенков: от белого, до, кажется, бордового. Омега так и стоит, разинув рот, пока его за запястье не дёргает сильная рука Намджуна. – Ты ещё успеешь налюбоваться. Пойдём. – он тянет омегу своего ко входу, где их уже поджидает прислуга. Войдя в дом и сняв обувь, альфа нежно целует парня в губы и просит принять с ним душ перед ужином. Омега тушуется, но не отказывается от предложения. Нужно привыкать к нему. К тому, что они теперь принадлежат друг другу и душой и телом. Его плечи широкие, влажные от пота, его руки горячие, сильные. Не дают упасть, крепко держа под ягодицами. Омега спиной прижат к кафелю, стонет от удовольствия, граничащего с болью. Намджун сегодня более груб, чем вчера. Он будто вбивает омегу в стену, остервенело трахая на весу. Рычит, губами, зубами нежную плоть обхватывает так, что точно пятна останутся наверняка. Правую ключицу лижет, засасывает кожу вокруг ещё не зажившей метки. Омега с криком-стоном кончает, альфа выходит из него и помогает себе рукой, чтобы через несколько секунд тоже излиться. Юнги жутко испугался, когда альфа, прямо с порога спальни набросился на него. Омега смутно помнит, как оказался обнажённым в его крепких грубых руках, зажатым между ним и стеной в ванной комнате . Эта власть и сила возбуждала. Сейчас они друг друга натирают мочалками с гелями душистыми. Омега смущён, но Намджун искоренить это стеснение планирует. И чем быстрей, тем лучше. Пара в спальню возвращается, и Юнги понимает, что идти вниз попросту нет сил. Ноги совсем не слушаются. – Мы спустимся. Ты конечно дорог мне, но есть в спальне не позволю. Одевайся и пошли. Злюка. Омега надевает новое чистое бельё и лёгкий шелковый халат сиреневого цвета, подаренные альфой. Последний убедил, что внизу уже никого нет, что никто не увидит его в таком виде. В таком... Подол халата еле скрывает бёдра, но альфе это дико нравится. Он любуется мальчиком своим немного, вызывая у того дикие эмоции. Будто его, словно желанную добычу разглядывают. Намджун на руках омегу к столу принёс, на стул усадил аккуратно и велел приступать к ужину. В каждом его слове, в каждом действии чувствуется власть и превосходство. С одной стороны это не приятно. Но с другой... После ужина молодые в постели лежат. Голова омеги на широкой вздымающийся груди покоится. Ему так хорошо... Так приятно... Но один вопрос беспокоит... Не даёт расслабиться рядом с ним. – Намджун... А как же... мой отец? – спрашивает Юнги, не поднимая головы, глаз не открывая. – Ему придётся смириться. Ты получишь развод и мы зарегистрируем брак. И мне плевать, как Кихён отнесётся к этому. Он продолжает удивлять... Лиён явно не всё о нём рассказал... Или же... он знакомится только с его тёмной стороной. Вскоре альфа заснул, а Юнги не смог выкинуть все мысли из головы, которые не давали покоя. Омега тихонько встал с постели и двинулся из спальни, чтобы попить воды. Он спустился с лестницы и пошёл на кухню, желая заварить успокаивающего чаю. По дороге через гостиную он увидел свой пакет с документами, что покоился на журнальном столике. Юнги сделал пометку в голове - забрать его в спальню и положить в прикроватную тумбочку. Вскоре кухня заполнилась ароматом ромашкового чая. Омега с наслаждением вдохнул его пары, сел на стул у окна и неспеша тянул кипяток. На обратном пути Юнги, как и задумал, взял документы и понёс в спальню. Он поднялся по лестнице, на цыпочках зашёл в комнату и двинулся к тумбочке. Открыв её, парень замер. В выдвижном ящике лежали украшения. Явно принадлежащие омеге. Юнги вдруг громко захлопнул этот ящик, разбудив тем самым Намджуна. – Юнги... Ты чего не спишь? – сонным голосом спросил он. – Я... Я документы хотел в тумбочку положить... Но тут... – с этими словами омега снова выдвинул ящик. – Чьё это, Намджун? – он уставился на дорогущие серьги с бриллиантами, кольца и пару подвесок на золотых цепях. Альфа встал с кровати и подошёл к омеге сзади, обняв его за талию и глянув через хрупкое плечо на украшения. – Они принадлежали моему бывшему. Прости. Забыл убрать. Серьёзно? Бывший?! Вопросы напрашиваются сами собой. Как давно он здесь жил? А вдруг он захочет вернуть Намджуна?! Кто же он? И где он сейчас? Омега молчит, не шевелится в его руках. Он всё-таки кладёт документы на тумбочку и задвигает этот злосчастный ящик. Парень разворачивается в альфьих руках и смотрит в чужие глаза, в которых отражается огонёк ночника. Намджун невозмутим, будто ничего не произошло вовсе. Однако, сомнение омеги он насквозь видит. – Не волнуйся. Он никогда не встанет между нами. – спокойно шепчет, целуя любимого в лоб, крепче к себе прижимая. – Почему ты так в этом уверен? – тихо спрашивает Юнги, зарываясь носом в его грудь. – Потому что я убил его за предательство. Омега замирает в чужих руках, всё сильнее сжимающих его хрупкое тело. Он хочет отстраниться, убежать, завыть. Этот человек омегу убил. Убил своего бывшего. Что бы там тот парень не натворил, разве он заслуживает смерти? Разве кто-то вообще её заслуживает? Намджун не отпускает. Чувствует, как Юнги трясёт в его руках, успокаивает, поглаживая по голове. – Пойдём спать. Тебе, ведь, на работу завтра. Всю ночь омега не спал. Его крепко обнимали руки, которые отнимали жизнь. Руки, что в крови несчастных запачканы.