Тебя послала мне преисподняя

Намджун весь город прочесал, всех своих людей поднял, но Чонёля нет нигде. Будто он сквозь землю провалился. Как знает, что его сам Король ищет. Намджун стоит около автомобиля, докуривая очередную сигарету. За его спиной вилла Чонёля. Это последнее место, где тот мог оказаться. Но и там пусто. Киму кажется, что Паку о всех его шагах докладывают, предупреждают. Ким своих людей оглядывает, крысу ищет среди них, по лицам прочесть предателя пытается. Но ни у кого, к сожалению, заветной надписи на лбу не появляется. Альфа злится, с рыком бычок в сторону бросает, распускает людей и собирается домой. Бином, к слову, всё это время за ним следом таскался, от опрометчивых поступков оберегал. Ведь Намджун, неоднократно, намеревался сжечь до тла ту или иную недвижимость Пака. – Он просто так не отступит. Обязательно высунется. Езжай домой, отдохни, как следует, – проговорил Бином, пожимая руку Кима. Альфы разъехались. Намджун по пути позвонил Юнги и сообщил о скором прибытии. По интонации омеги альфа понял, что тот обижен. Но Ким ничего тут поделать не может. Это месть. Он не мог не отомстить за смерть родителей. Столько лет искал убийцу, столько лет по ложному следу шёл. А он, сука, совсем рядом был, в глаза врал, руку пожимал каждый раз, без зазрения совести. Намджун ему адские муки обещает. Клянётся сердцем своим, что Пак о смерти молить будет. Иначе Ким Намджун не Король вовсе.

***

Юнги и Лиён поужинали. Ким отправился к себе в спальню, а Мин помог прислуге убрать со стола и уселся на диван в гостиной, чтобы дождаться альфу. От ужина тот заранее отказался, ссылаясь на плохое самочувствие. По голосу альфы омега понял, что что-то не так. Намджун был весьма раздражителен и зол, на вопросы отвечал резко и холодно, поэтому Юнги решил поговорить с альфой и выяснить, что его так тревожит. Омега старался не интересоваться его делами, но сейчас он чувствовал, что это не просто разборки. Нечто большее, серьёзное, как никогда. Настроение у Юнги совсем на нуле от недавней беседы с Лиёном. По началу они разговаривали ни о чём. Смеялись, перемывая кости Намджуну, улыбались, строя будущее Лиёна. Но тот, вдруг, внезапно стал серьёзным и спросил: – Юнги... Ты ведь знаешь, что это твой отец сбил меня? У Мина ком в горле встал от этих слов. – Прошу, не делай такое лицо... Я это спросил лишь чтобы узнать, уж не из-за него ли ты возишься со мной? Ты, ведь, мог отказаться от меня. Но вместо этого провёл операцию, занимаешься со мной, оставив работу... – Лиён... – Юнги невыносимо было слушать это. Он перебил младшего, намереваясь поскорее закрыть неприятную тему, – Я лечу тебя не потому, что в твоём состоянии виноват мой отец. Да, я чувствую некую вину... И мне очень жаль... Но ты не чужой мне человек. Ты брат моего альфы, и ты просто прекрасный друг. Я хочу, чтобы ты ходил. И... В конце концов, это, как ты помнишь, моя работа... – Юнги улыбнулся, настолько тепло, насколько позволяло настроение от тяжёлого разговора, но Лиёну хватило этой улыбки, чтобы понять, что Юнги говорил искренне. Из воспоминаний омегу вырывает шум за окном. Через некоторое время на пороге появляется Намджун. Мин с самой гостиной его состояние чувствует и уже сомневается, стоит ли заводить разговор. Ким прошёл в гостиную и уселся на диван рядом с Юнги, тяжело вздыхая. Он прикрыл глаза, накрыв ладонью чужое колено и непринужденно поглаживая, будто это успокаивало. Хотя, скорее всего так оно и есть. – Как прошёл день? – Всё же начинает издалека омега, накрывая его руку своею и слегка сжимая, поглядывая на чужой профиль. – Отвратительно. Я так сильно проебался... – ответил альфа прикрывая глаза и откинув голову на спинку дивана. – Что-то случилось? – Я нашёл убийцу своих родителей, Юнги. И этот человек так много лет рядом находился. Я разочарован в себе настолько, что мне тошно. Тошно от самого себя. От того, что не распознал, не разглядел заклятого врага в лице товарища. – Ты не всемогущий. Не вини себя. Очень тебя прошу, будь осторожен, береги себя, Намджун. Омега крепче его руку сжимает, поддерживает безмолвно, с теплотой и любовью в его глаза смотрит, что смотрят в ответ. Напряжение и злость потихоньку отступают, сменяясь спокойствием и нежностью. Юнги из самой пропасти на свет тянет, нежностью и любовью своей окутывает, согревает. Льнёт ближе, голову на плечо кладёт, продолжая манипуляции с намджуновой рукой. Альфа забывается рядом с ним. Омега все его мысли занимает сейчас. О Паке Ким подумает завтра, а сейчас будет наслаждаться теплом и уютом рядом с любимым. – Лиён отдыхает? – Юнги лишь кивает в ответ и тихонько спрашивает: – Может чаю? – Намджун на это улыбается и отвечает согласием. После они оба принимают душ и ложатся спать, прижавшись друг к другу.

***

Дни проходят. О месте нахождения Пака не известно до сих пор. Намджун использовал все связи, подключил и глав соседних территорий, а так же и своих людей в органах. Ни его самого, ни его людей никто найти не может. Так же Киму известно, что тот не покидал страну. Единственная, пока, хорошая новость. Юнги так же регулярно занимается с Лиёном и парни наблюдают прогресс. Омега уже встаёт на ноги и с помощью Мина делает первые шаги. Но Намджуну омеги об этом пока не говорят. Хотят сюрприз ему устроить. Альфа дар речи наверняка потеряет от увиденного. Он, ведь, так занят своими проблемами, что не замечает их тренировок. Не видит, что брат его, медленно но верно, встаёт на ноги.

***

Юнги надевает белую рубашку и серый костюм. Он вертится перед зеркалом и улыбается самому себе. Нет волнения, нет тревоги. Он точно знает, что сегодняшний экзамен он сдаст на отлично. Лиён ждёт его в гостиной, тепло улыбается и желает удачи. Омеги обнимаются и Намджун провожает Юнги к автомобилю. Он сам лично отвезёт омегу в институт. Альфа тормозит у ворот ВУЗа и поворачивается к любимому. Тот смотрит в любимые глаза и убеждается, что сделал правильный выбор, не смотря ни на что. Молодые обнимаются, сливаются в нежном поцелуе и альфа желает омеге удачи и выходит из авто, чтобы открыть ему дверь и проводить взглядом, полным любви и гордости за свою половинку, до самых дверей института.

***

Намджун заканчивает дела в штаб квартире и спешит в особняк. По пути он набирает омегу, ведь тот уже должен быть дома, но телефон его не отвечает. Ким убирает смартфон и прибавляет скорости. Не терпится поскорее увидеть любимого, обнять после, наверняка, тяжёлого дня. В гостиной особняка Намджуна встречает взволнованный Лиён и сообщает, что Юнги ещё не вернулся. Альфа настораживается, ведь Юнги никак не мог задержаться. А если это и так, то он обязательно оповестил бы об этом. Намджун жалеет, что не забрал омегу сам. Что, хотя бы, не послал за ним водителя, ведь омега уверял, что, как освободится, вызовет такси и самостоятельно доберётся до дома. Лиён окончательно заставляет взволноваться, когда говорит тихо, что пол дня уже звонит Юнги и не может дозвониться. Что сначала шли гудки, но трубку Мин не брал, а после его телефон и вовсе оказался отключён. Альфа молча разворачивается и идёт к выходу. По пути он набирает своих людей и велит искать омегу. Везде. На улицах, в барах, ресторанах, в клубах, находящихся неподалеку от института. Намджун очень надеется, что всё же омега отмечает успешную сдачу экзамена. Об ином он и думать себе запрещает. Альфа садится за руль своего авто, заводит мотор и, как только загораются фары, видит перед собой то, чего не хотел бы видеть даже в самом ужасном кошмаре. Его омега еле на ногах стоит. На его порваном помятом костюме тут и там пятна белёсые, что вызывают ещё больший шок. Альфа не понял, как оказался напротив Юнги. Он разглядывал его при свете фар и ужасался всё больше. Внюхиваясь невольно Ким понял, что от омеги разит альфами. От многочисленных запахов тошнит, хочется извергнуть всё, что съел за последнюю неделю. Ким, наконец, глаза поднимает и сталкивается с пустым и стеклянным взглядом напротив. Омега не в себе. И Намджуну крышу срывает. Он ударяет Юнги по щекам, снова и снова, будто разбудить пытается. Альфу убивает увиденное. На омеге нет следов борьбы и побоев. А значит, тот не сопротивлялся вовсе. Затуманенное яростью сознание отвергает тот факт, что кто-то мог попросту накачать омегу наркотиком и воспользоваться ситуацией. Но у Кима лишь одно сейчас в голове. Его омега предал его. Намджун не видит и не слышит никого вокруг. Ни людей своих, что что-то говорят, ни прислугу, что пытается поднять омегу, что лежит уже без сознания на коротко стриженном газоне. Ни Лиёна, что плачет, прикрыв ладонью рот от шока.

***

Юнги просыпается с ужасной болью в голове. Затуманенным взглядом он окидывает комнату, в которой находится, и после недолгого осмотра понимает, что находится в гостевой спальне особняка Кимов. Омега кое-как поднимается с постели и на ватных ногах идёт в ванную, чтобы принять душ. На автомате он включает свет, воду и направляется к зеркалу, чтобы оценить свой внешний вид. Надо быть полным глупцом, чтобы не понять, что произошло. Кто-то явно отравил его. И по виду в отражении омега понимает, что его не только отравили. Его щёки горят и светятся красным, костюм в ужасном состоянии, в непонятных пятнах и даже порван в некоторых местах, как и рубашка, что болтается поверх расстёгнутых брюк, на которых, как оказалось, и вовсе сломана вдребезги ширинка. С затуманенным слезами взглядом Юнги раздевается и идёт в кабинку, встаёт под тёплую струю воды и пытается вспомнить произошедшее. Вот он прощается с одногруппниками и спускается по ступенькам, попутно доставая телефон, чтобы вызвать такси. Вот он видит машину у ворот, водитель которой призывно машет рукой. Омега убирает телефон в брюки, так и не совершив звонок, подходит к незнакомому альфе, который сразу кланяется учтиво и с улыбкой сообщает, что его прислал господин Ким, чтобы отвезти домой. Водитель открывает омеге заднюю дверь авто и тот тут же садится, снова доставая из кармана брюк телефон, чтобы набрать Намджуна и сообщить, что он едет в особняк. Но сигнал на смартфоне отсутствует, и Юнги, не придав этому значения, просто убирает телефон обратно. Водитель трогается с места и омега откидывает голову на спинку сиденья, чтобы немного расслабиться после нескольких часов нагрузки на мозг. Он прикрывает глаза и желает мысленно поскорее оказаться дома. Намджуна там наверняка сейчас нет, но Лиён точно ждёт и волнуется. Внезапно Юнги слышит непонятный шум и открывает глаза. Перед ним возникает стена, что отделяет его от водителя, а через секунду он видит непонятный дым, что постепенно заполняет салон. Омега в панике кричит и бьёт ладонями в эту стену, но его тело постепенно слабеет, в глазах темнеет а лёгкие сжимаются от ядовитых паров. Последнее, что помнит Юнги, это остановку, открывшуюся справа дверь и несколько незнакомых людей, на лицах которых улыбки-оскалы хищные.

***

Юнги выключает воду и надевает махровый халат, что неизменно висел на вешалке. Он выходит из ванной и так и замирает, вжавшись лопатками в дверь. В спальне у окна стоит Намджун. Его тяжёлый запах моментально лёгкие заполняет, прибивает намертво к месту, давит. – Сдачу экзамена отмечал? И как... Понравилось? – Намджун... Я не знаю, что произошло... Я... Не помню ничего. Помню только, что вышел из института, сел в машину и... – Заткнись! – Ким оборачивается и омеге сквозь землю от его взгляда провалиться хочется. На него смотрят кровавые глаза, в которых тоннами ярость плещется. – Ты соберёшь все свои вещи и свалишь из этого дома сегодня же, иначе, я клянусь... я убью тебя, Юнги.

Омега на это лишь рот открывает, но тут же закрывает в испуге, потому что альфа молнией мимо него пронёсся к выходу, с грохотом закрывая за собой дверь. Юнги опускается по двери на пол и заливается слезами, воет от отчаяния и несправедливости, свернувшись калачиком на прохладном паркете.

***

Намджун садится в машину и покидает особняк. Невыносимо больно. Хочется залить нутро самым крепким алкоголем и захлебнуться им насмерть. Альфа направляется в клуб, чтобы забыться. Чтобы вытравить из головы образ его омеги, тронутого чужими альфами. Сколько их было? В каких позах они брали его? Отдавал ли себе отчёт в это время Юнги? Ему нравилось то, что он чувствовал? Ким поднимается сразу в вип комнату и заказывает омег и виски. Сегодня во все тяжкие. Ему это жизненно необходимо сейчас. Он сидит на кожаном диване и пьёт алкоголь прямо из бутылки, морщась от горечи. Со всех сторон его облепили легкодоступные омеги, лучшие в этом заведении. Они трутся об него своими телами, мурчат, скулят от желания и он отдаёт им своё тело. Светловолосый стройный парень спустился на колени у его ног и уже пробирается проворными руками к ширинке альфьих брюк, успешно расстегивают ее и достают вставший член, ласкают его и вбирают во влажный горячий рот. Альфа шипит от удовольствия, зарывается в светлую шевелюру и глубже на свой член натягивает, трахает чужой податливый рот, сверху вниз смотрит на сосущего ему омегу, давящегося от немалых размеров члена и любуется этой картиной. Красноволосый, что расположился справа от Кима, тоже скулит, внимания требует и Намджун отталкивает сосущего ему парня, чтобы разложить на диване следующего. Он стягивает с того кожаные брюки вместе с бельём и сразу вгоняет свой член в его подготовленный анус. В быстром рваном темпе он трахает омегу, жёстко в кожаный диван вбивает, как никого и никогда ранее. Не насыщается даже самую малость, не чувствует и толику того, что чувствовал с ним. – Все вы шлюхи неверные, которым только деньги нужны и толстые члены... – рычит Ким. Омега, которого альфа трахает остервенело, даже не слышит слова эти. Они и не такое слышали. И не такое терпели. За деньги, что заплатил за них этот альфа, они на всё готовы. Без исключений. Вип комнату заполняют смешанные запахи и громкие стоны-крики. Рубашку с плеч альфы снимает черноволосый омега, и Ким желает и ему внимание уделить. Он прямо на полу ставит парня в колено-локтевую, прямо на ковре персидском врывается в податливое тело, награждая жгучими шлепками упругие ягодицы, на которых тут же расцветают красные пятна. Сколько он уже трахает этих шлюх, альфа понятия не имеет. Но не испытывает удовольствие, которое испытывал с одной конкретной. В голове снова образ его омеги всплывает и Ким рычит утробно, вгоняя член до упора в ни в чём неповинного омегу. Будто на нём свою боль, свою злость вымещает.

***

После, кажется, получаса самоистязаний, Мин всё же поднялся с пола и вышел из спальни, чтобы собрать свои вещи, но у самой лестницы его окликнул Лиён. Младший увидел опухшее от слёз лицо и своих слёз сдержать не смог. Мин ожидал увидеть осуждение и разочарование в его взгляде, но тот лишь с сожалением смотрел. – Я не верю, Юнги. Прошу тебя, расскажи мне, что произошло вчера? И Юнги рассказал, как оказался в чьей-то жестокой ловушке. – Это наверняка враги Намджуна. Не уходи, пожалуйста. Прошу, давай объясним ему всё. Он должен понять. Наверняка поймет. Мин всё же соглашается с ним и падает в его протянутые для объятий руки. Омеги навзрыд плачут, прижавшись друг к другу.

***

Юнги моментально просыпается и вздрагивает от криков, доносящихся из гостиной. Он не может понять, кому принадлежат пьяные весёлые возгласы и встаёт с постели, чтобы взглянуть на нарушителей покоя. Омега глаза в ужасе распахивает, когда видит альфу своего на диване в гостиной, в сопровождении трёх полуобнажённых омег. Те так и трутся об него, один уже на колени его взобрался, расстегнул чёрную рубашку и по груди мощной руками бродит. Юнги от этой картины выть охота. Хочется выйти и прокричать во всё горло, что это не честно, не правильно по отношению к нему. Мин и сам не понимает, как оказался у злосчастного дивана. Он сквозь пелену слёз на альфу смотрит, который ласкает сейчас другого омегу, ягодицы его лапает своими сильными руками. Ким видит губы влажные перед собой и впивается в них голодным грубым поцелуем. Желание нарастает с немыслимой скоростью. А всё от того, что среди всех запахов он различает и его. Запах своего омеги, что стоит сейчас и с замиранием сердца за происходящим наблюдает. Юнги башню сносит окончательно. Он хватает за волосы шлюху, что целует его альфу и отшвыривает с его колен, кричит во всё горло, чтобы те убирались отсюда. – Ох. Вот и главная шлюха пожаловала! – хрипло, но довольно громко говорит альфа, и тут же шипит от обжигающей пощёчины. Он с дивана тут же подрывается и прямо к Юнги подходит, бьёт его по лицу с несдержанной силой, отчего тот на пол падает и сворачивается калачиком от ударов ногами в живот. Трёх гостей и след простыл, будто их и не было вовсе. – Намджун! Старший замирает, услышав крик брата. Альфа оборачивается и глазам своим не верит. Его младший стоит около инвалидного кресла, прикрыв ладонью рот. С его глаз дорожки слёз стекают. Он на ватных ногах к Юнги подходит, что лежит без сознания на полу. – Лиён... Ты... Намджун не двигается, за действиями брата наблюдает, трезвеет вмиг от произошедшего и тут же осознаёт, что натворил. Он падает перед Юнги на колени и за плечи дёргает, пытаясь привести в сознание. Лиён не мешкая телефон брата со столика кофейного хватает, чтобы вызвать водителя и отвести Юнги в больницу. – Я встал на ноги. И это полностью его заслуга. – Лиён, роняя слёзы горькие, Мина по волосам ладонью гладит, ожидая машину. Намджун молчит. Понимает и осознаёт свою вину. – Ты, ведь, даже не выслушал его. Это из-за тебя произошло, Намджун. Это сделали с ним твои же враги. Ты упал в глазах моих, брат. Альфа так и остался сидеть на коленях на полу. Юнги поднял на руки водитель и повёз вместе с Лиёном в круглосуточную клинику. Намджун поднимается с пола и идёт в кабинет, чтобы выпить ещё бокал крепкого и закурить сигарету. Альфа садится в кресло и откидывает голову на спинку, прикрывая глаза и утопая в мыслях. Что, если Лиён прав? Что, если Юнги и вправду стал всего лишь пешкой в игре врага? Кто так по-крысиному ударил в самое больное?

***

Юнги приходит в себя и не спешит открывать глаза. Не хочется быть в сознании. Не хочется помнить и осознавать произошедшее. Лиён, что сидел на стуле рядом с койкой, сразу заметил пробуждение Юнги. Его ресницы подрагивали, а с глаза к виску потекла одинокая слеза. – Юнги, – тихо зовёт младший Ким, – Юнги проснись, пожалуйста. Мин всё же открывает глаза и видит перед собой Лиёна. Взволнованного и уставшего, с припухшими покрасневшими глазами. – Как ты? Позвать врача? – Не надо. Я в порядке. – Слава Богу. Я так испугался, Юнги. Даже пошёл. Сам дошёл до тебя на своих ногах. – Ким улыбается, а с его глаз снова слёзы текут. – Боже... – омега про собственную боль душевную забывает, – я так рад за тебя. Надо было ему ещё раньше избить меня, ты бы уже бегал. Юнги смотрит уже в потолок стеклянным взглядом. Снова перед глазами пылающий гневом взгляд альфы и острая боль. Юнги отчётливо помнит каждый удар и ненавидит Намджуна. – Он раскаивается, Юнги. Ему очень плохо, поверь мне. Он больше и пальцем тебя не тронет. – Я вернусь домой, Лиён, – дрожащим голосом говорит Мин. – Конечно, – Лиён оживляется, слёзы утирает, – утром тебя отпустят, если всё будет в порядке, и мы заберём тебя. – Нет, Лиён. Я вернусь к себе домой. Улыбка с лица младшего сползла мгновенно. – Прости... Ты в праве сам решать, как поступить. Я, наверное, жуткий эгоист... ведь надеялся, что ты останешься с нами. Юнги на это не отвечает ничего. В особняк Намджуна он не хочет возвращаться, не хочет видеть и знать этого человека. Всё, что произошло с Юнги, полностью его вина. Измена и побои были финишем.

***

Намджун на себя не похож. Он не спал всю ночь, а рано утром сидел в гостиной и стеклянным взглядом наблюдал, как водитель вывозит чемоданы Юнги. Лиён с братом не разговаривает. Сказал лишь, что Юнги возвращается в дом покойного отца. Киму выть хочется, ведь без Юнги невыносимо. Осознание того, что он потерял своего омегу бьёт набатом в голову. Намджун не едет к нему. Потому что виноват и признает свою ошибку. Он не заслуживает прощения. Юнги входит в этот дом и воспоминания разом накрывают его и так больную голову. К большому удивлению омеги, в особняке отца по-прежнему работает прислуга. Дворецкий тепло поприветствовал хозяина и на вопрос, почему они всё ещё работают здесь, тот ответил, что денег, которых заплатил им перед смертью покойный, хватит на месяцы обслуживания. Юнги попросил ромашкового чаю и уселся в гостиной, оглядывая отчий дом. На стенах висели портреты его семьи, от которой, к слову, остались лишь тёплые и не очень воспоминания. Взглянув на большое фото папы, омега не сдержал слёз. Как ему одному жить в этом доме? Что делать дальше? Нет ни цели, ни желания вовсе. Нет рядом никого, с кем можно было бы просто поговорить, кому поплакаться в жилетку и излить душу, к кому обратиться за советом. Он один в этом огромном доме, и в мире в целом. Бета принёс Юнги чашку горячего ароматного чаю и спросил, нет ли каких пожеланий. Юнги лишь отрицательно качнул головой в ответ. Ему ничего не нужно. Прислуга уже подняла в спальню его вещи и омега решил вздремнуть. Отдохнуть от мыслей и тревог хоть немного. С завтрашнего дня он снова приступит к работе и станет легче. С этими мыслями Юнги ложится на кровать в своей спальне и отдаётся сну. Ему снится Ким Намджун, что ласкает своими крепкими руками и окутывает таким родным запахом, что смотрит в глаза с любовью, шепчет слова нежные. Омега просыпается к вечеру с ужасным чувством опустошения. Будто его сердце, его душу из тела извлекли. Омега понимает, почему это происходит с ним, но он запрещает себе тосковать по альфе, борется с сущностью своею, запирает чувства свои. Он сможет без него. Он должен.