Второй шанс?

      Шум трибун пробирал до самых кончиков пальцев, вспышки прожекторов ослепляли, а жар, что распространился между кожей и формой, мог расплавить даже кости. Дыхание стало невыносимо тяжёлым, лёгкие кололо от бега и нагрузки, но расслабляться было рано. За ними следили с каждого уголка корта, не давая и шанса на ошибку.       Они не могли облажаться, только не сегодня.       — Какого чёрта ты туда лезешь?! — закричал Натаниэль, сжав пальцы на древке клюшки и бросившись вперед.       Нападающий Лисов врезался в него, так и не добравшись до ворот. Треск клюшек пробрал до самого нутра, и Натаниэль стиснул зубы, откинув от себя Сэта Гордона. Один его взмах отправил мяч на другую сторону поля, где его подхватил их капитан.       Слаженная, отточенная работа, достигнутая бесконечными тренировками на этом самом поле.       Рико так и не забил. Вратарь лисов, с настоящим остервенением отбил мяч, отправив его на противоположный конец поля. Натаниэль выругался и их взгляды с Эндрю пересеклись, когда лис отсалютовал ему двумя пальцами. Эта насмешка каждый раз вызывала ничто иное, как волну гнева. Чужое самодовольство хотелось пресечь на самом корню.       Натаниэль оторвал взгляд, проследив за мячом. Губы скрасила ухмылка, когда Сэт нахмурился, видимо пытаясь понять, с какой стороны его обойти. Агнет, их голкипер, оглушительно застучала клюшкой по паркету, дав призрачный намёк на то, что будет дальше. Лис бросился вперёд, но его сбил второй защитник — Ричер, оставив Сэта хрипеть под своим мощным телом.       Не теряя ни секунды, Натаниэль поднял откатившийся мяч, перекинув его в клюшку Вильямса. Тот бросился к лисьим воротам, которые в момент загорелись красным. Вратарь бесстрастно оглянулся на покатившийся мимо него мяч, а после закатил глаза на возмущения своего тренера. Натаниэль встретился с Эндрю взглядом, отсалютовав. Характерный ответ в виде среднего пальца растворил в груди горячее удовлетворение. Сегодня у них ещё будет возможность доказать первенство.       Игра закончилась счётом 6:11 в пользу воронов. Натаниэль довольно прикрыл глаза. Другого он и не ожидал.       Журналисты уже были готовы проникнуть на поле, но Натаниэль был более чем уверен, что в этот раз никто не подпустит его к микрофонам ближе, чем на метр. Слишком много мнения имел он после игры с лисами, но для общего блага команды, оно останется при нём. Поэтому, как только к репортерам отправили Рико и Вильямса, он благоговейно прикрыл глаза, немного расслабившись. Наслаждение сегодняшней игрой разлилось по венам, а вместе с этим пришла и ужасная усталость.       — Хорошо сыграли, — Жан Моро, его напарник, оказался рядом, одобряюще похлопав по плечу.       Натаниэль фыркнул, подкинув клюшку в руке. В раздевалке стояла ужасная духота, и дабы не создавать ещё большую толпу, он сразу проскользнул к душевым, где ледяная вода охладила его пылающее жаром тело. Не проведя там и пары минут, он вернулся обратно к шкафчикам, поторапливаясь. Телефон издал жалобную вибрацию из глубины, напомнив о том, что на сегодня его дела ещё не закончены.       Несколько поворотов по бесконечным коридорам Эдгара Алана и тяжесть ожидания покинула его плечи, пустив на своё место предвкушение.       — Сколько можно плескаться, пташка? — сказал Эндрю, нервно крутя в руках пачку сигарет.       — А ты, смотрю, не мог дождаться встречи со мной? — Натаниэль лукаво улыбнулся и, оттолкнув того от двери в кладовку, принялся подбирать ключи из связки.       Захламлённая комната раньше использовалась под инвентарь, но сейчас была завалена различным мусором. Воздух наполнился сыростью подвальных помещений, однако, это место идеально подходило для их уединения, пока остальные заняты послеигровой суматохой.       Только зайдя, Натаниэль ощутил, как на поясницу легла тяжелая рука, потянув за собой к их укромному уголку. По телу разлилось приятное тепло энергии, заполняющей каждый кусочек тела. Эндрю никогда специально не показывал своих намерений, но Натаниэль уже жаждал увидеть хоть что-то скрытое под этим помутненным взглядом. Ощутить немного желания со стороны и запечатлеть под кожей было потребностью, не всегда поддающейся к исполнению.       Не уступая своим привычкам, Эндрю завалил его на пыльный стол, проигнорировав небольшой диван, что стоял совсем рядом.       — Осторожнее, — зашипел Натаниэль, впившись пальцами в его волосы.       — Руки, — одёрнул Эндрю и перехватил его кисти, заведя высоко над головой. — Не вынуждай меня применять старые методы.       Натаниэль нахмурился, но замер под гневными карими глазами, послушно расслабляясь. Он не для того ждал неделями, чтобы его сейчас отшили. Тело требовало этого, и сопротивление становилось откровенно бессмысленным.       — Да или нет?       — Да, — ответил Натаниэль, сорвав последнюю границу между ними. Эндрю в то же мгновение припал к его губам своими.       Их прикосновения никогда не имели и намека на нежность, но желанны до боли. Связь пар делала их сверхчувствительными, посылая под кожу сотни иголочек и выманивая из горла Натаниэля приглушенные звуки. Эндрю сцеловывал их, будто не желая, чтобы хоть кто-то узнал, чем они здесь занимаются. Его горячие руки проскользнули ниже, огладив спину и заставив Натаниэля прильнуть ближе, дабы не упустить и малейшего касания. Огладили бедра, сжав чувствительную кожу, и исчезли, умело проигнорировав пах.       Возбуждение стянуло внизу живота, и Натаниэль толкнулся бёдрами вперёд к уходящей ладони.       — Эндрю, сделай что-нибудь с этим, — взмолился он и его член грубо пережали прямо через одежду.       — Что ты хочешь, чтобы я сделал? — усмехнулся Эндрю, наблюдая за его не скрытым желанием. Натаниэль поёрзал под ним, пытаясь заполучить как можно больше контакта, но замер под тяжелой рукой, надавившей на грудь.       — Успокойся. — повторили ему.       — Слишком долго ждал, — оправдался Натаниэль, потянувшись вперед и поймав губами пульсирующую венку на шее Эндрю, проскользнул выше, ведя языком к самому уху. — Я хочу большего.       — Ходячий разврат, — недовольно оскалился Эндрю, оторвав его прямо за волосы. — Не сегодня.       — Просто прикоснись ко мне, — Натаниэль задохнулся своими же словами, когда тот провёл пальцами по кромке его штанов и проскользнул внутрь, обхватив член через ткань тугих боксеров.       Чужие губы заткнули его рот, не дав вырваться больше ни одному звуку. Эндрю отодвинул ненужную ткань, наконец полностью обхватив его возбуждение, и сжал покрасневшую головку до боли, вырвав из его горла низкие хрипы.       Натаниэль зашипел, впившись в ладони ногтями, чтобы случайно не прикоснуться к Эндрю, и выгнулся, поддавшись ближе. Тело сгорало, впитывая и откладывая эти чувства далеко в голове. Натаниэль пытался насытиться этим как можно больше, компенсируя отсутствие пары столь долгое время.       Несколько жёстких движений, и он излился себе на живот, открыв рот в немом стоне. Тело мгновенно превратилось в вату, пока пальцы Эндрю продолжали гладить его опадающую эрекцию. Он оторвался от чужих губ и откинулся головой назад, ударившись о твёрдую поверхность затылком.       — Последние мозги вышибешь, — весело сказал Эндрю, убрав свою руку и беззастенчиво вытерев её о чужую одежду.       Натаниэль фыркнул и перевёл на него взгляд. Тяжёлое дыхание заставило грудь Эндрю вздыматься сильнее, а расширенные зрачки почти полностью заполнили медовую кромку, что при этом свете выглядела непривычно тёмной.       — Позволь помочь, — Натаниэль надавил коленом на его возбуждение. Эндрю шумно выдохнул и, схватив его ладонь, направил вместе со своей в брюки. Потом заткнул появившуюся на чужих губах улыбку поцелуем и мгновенно кончил. Его голова упала на плечо Натаниэля, что воспользовался этим и прижался губами к чувствительной шее. Запустив пальцы в блондинистые локоны, он притянул Эндрю за очередным поцелуем. Тот поддался, лениво ответив, но уже совсем скоро отстранился.       Натаниэль хотел наслаждаться этим вечность, но время не щадило никого. Сейчас Эндрю уедет обратно, и они не увидятся ещё чёрт знает сколько. От этого внутри оседало что-то тяжёлое. Он готов на многое, лишь бы не ощущать эту пустоту.       — Эндрю, поцелуй на прощание? — Натаниэль позвал его ближе и, заглянув в карие глаза, почувствовал, как замерло сердце, когда он наткнулся на что-то во взгляде блондина.       — Мне нужно идти, я почти трезвый, — нахмурился Эндрю, но запустил руку в его волосы, притянув за последним, достаточно грубым поцелуем.       — Напиши, как доедете.       Эндрю что-то напел, кивнув и отсалютовав двумя пальцами.       — Удачи, пташка.       Натаниэль закатил глаза и, глубоко выдохнув, огляделся вокруг, не желая покидать это место. Он уселся удобнее на небольшом столе, притянув колени ближе и дав мыслям собраться в кучу. Пару мгновений, и вся дымка оргазма отпустила его, позволив думать более трезво. Натаниэль поморщился, увидев грязь на своей одежде, и пару раз проклял Эндрю за его дурацкую привычку.       Он покинул кладовку сразу же, заперев её и убрав ключи в карман от лишних глаз. Взгляд зацепился за чёрную тень за углом, но тревога растаяла под осознанием, что это не кто иной, как Жан.       — Всё в порядке? — Натаниэль мгновенно переключился на французский, поравнявшись со своим напарником.       — Все ушли по комнатам, тебя никто не искал, — Жан настороженно огляделся на выходе из дальних коридоров. — Когда-нибудь Рико заметит это.       — Когда-нибудь — это не значит скоро, — отмахнулся он и отпер дверь в их общую комнату.       — Ходишь по тонкому льду, — упрекал Жан, расслабленно раскинувшись на своей постели. — Почему ты не попросишь Эндрю забрать тебя отсюда?       Натаниэль замер посередине комнаты, задумчиво обернувшись на брата. Безусловно, эти мысли появлялись в его голове, но в краткие моменты полного истощения. Он не оставит здесь дорогих ему людей. Как бы это ни влияло на него самого, но он будет рядом столько, сколько это возможно.       — Потому что сначала это сделаешь ты, — Натаниэль схватил с тумбочки бутылку воды, осушив сразу половину.       — Боже, Нат, пока я найду свою пару, мы оба сдохнем тут, — Жан перевернулся на кровати, уткнувшись лицом в подушку и неотрывно проследив за его действиями.       — Вместе веселее, чем ты это сделаешь один, — отмахнулся от него он, не желая поднимать эту тему, — не заходи ко мне, — предупредил Натаниэль и, подхватив со стола пачку сигарет, скрылся за дверьми ванной.       Здесь было его место уединения. Он опустился на холодный кафель, одновременно благодаря бога за то, что вытяжка работала здесь просто идеально, и прикурил сигарету, откинувшись головой на стену. Раньше он курил намного меньше, но сейчас это единственное, что успокаивало. От Эндрю всегда пахло никотином, и Натаниэль пытался обмануть свой мозг, будто это могло даровать ему немного энергии.       Со стороны могло показаться, что они выглядят как та самая влюблённая парочка, но оба понимали, что это не так. Если бы не обстоятельства, они бы и в жизни не прикоснулись друг к другу. Тело Натаниэля ломило от долгого отсутствия пары, и от этого чувства хотелось блевать.       Они оба пользовались друг другом, пытаясь утолить вечную жажду их сущности. Натаниэль отдал бы всё, чтобы они не встретились в тот день. Не потому, что ему противен Эндрю, а потому, что это ниточка, привязывающая его, как марионетку. Натаниэль это ненавидел. У него есть люди, которых он поклялся не бросать и он не собирался нарушать свои обещания.       Безусловно, его тело было бы счастливо, будь он с Эндрю постоянно. Университет Эдгара Алана разрешал парам забирать своих соулмейтов без каких-либо проблем, но ни один из них не готов к этому. Натаниэль ни за что не оставит Жана здесь, рядом с Рико. Пока его брату нужна его защита, он будет тут, не задумываясь ни о чём другом.       Натаниэль устало потёр глаза и, не желая думать о том, сколько он спал за последние сутки, бесшумно вышел из ванной. До тренировки оставалось достаточно времени, но Тетсуи ещё не устроил разбор полётов, что обещало новым тянущим ощущением на рёбрах. Он устало разлёгся на собственной постели и поддался нежным ласкам сна.

***

      — Ты опять пропал после игры, ты с кем-то из воронов? Забыл про сделку? — голос Аарона проник сквозь толщу мыслей и тумана в голове Эндрю. Он скривился, оторвав взгляд от пейзажа за окном автобуса, и посмотрел на своего близнеца.       — Съебал отсюда, — выслушивать сейчас капризы брата было тошно. Эндрю боролся с новой дозой, и бог свидетель тому, насколько он сдерживал желание проблеваться. Аарон не сдвинулся с места, и, дёрнувшись вперёд, Эндрю схватил его за руку.       — Не смей трахать мне мозги, тебя это ебать не должно так же, как и меня не ебёт, что ты постоянно путаешься со своей пляшущей сукой.       Аарон выдернул свою руку из его хватки и, чертыхнувшись, отошёл, оставив Эндрю одного. Блаженство.       Тело ужасно болело от нескончаемого стояния на поле и помешанных воронов, что каждые пару минут долбили его ворота. В голове промелькнул образ Натаниэля, что салютовал ему после очередного удавшегося гола, и Эндрю неосознанно сжал кулаки. Шрамы под повязками противно стянуло, затмив разум желанием стереть это ощущение собственными ногтями.       — Хочешь, я подержу тебя за руки, пока это не пройдёт? — голубые глаза внимательно вгляделись в его собственные, и Эндрю выдернул свои кисти из чужих ладоней.       — Не смей трогать меня.       Натаниэль поднял руки, чтобы они оказались перед лицом Эндрю, как бы показывая свою безоружность.       — Найди лучше того, кто сделает это для тебя, — Эндрю безошибочно положил свою ладонь на бедро ворона, где прятались такие же шрамы.       Взгляд напротив сменился на что-то холодное. Натаниэль поднялся с места, перестав вторгаться в его личное пространство.       — Не пташка, а ошибка вселенной.       — Катись к чёрту, Миньярд.

***

      Тело Натаниэля наполнилось свинцом, а каждая его клеточка активно противилась поднятию с тёплой постели. Казалось, вчерашняя игра растворила в нём все мышцы, превратив их в нечто, что невозможно собрать воедино. Натаниэль впервые в жизни поблагодарил судьбу за то, что в их комнатах нет даже окон, ибо лишний свет сейчас был бы похож на игру дьявола, хотя до тренировки с Рико явно ещё оставалось время.       Жан копошился где-то рядом, расхаживая по комнате, что и разбудило его. Натаниэль был полностью уверен, что сейчас нет и пяти утра, но его ленивые планы забыться опять во сне рухнули, когда Моро в своей истинной наглости стянул с его лица одеяло.       — Скажи мне хоть одну действительно стоящую причину, почему твоя задница не лежит в кровати, — Натаниэль прикрыл глаза, не имея сил сконцентрироваться хоть на чём-то другом.       — Не могу уснуть. Думаю о том, что сегодня хозяин будет разбирать нашу игру, — Жан поник, присев на полу и положив голову на его постель.       Натаниэль вытянул из-под одеяла руку и зарылся пальцами в тёмные, почти чёрные в окружающей темноте волосы.       — То, что случилось, уже не изменить.       Жан рядом огорчённо вздохнул, выглядя как побитая собачонка.       Натаниэль с трудом поднял голову с подушки и, перевернувшись на спину, приглашающе раскинул руки. Брат неуверенно поднялся, но залез на постель в его тёплые и успокаивающие объятия. Нат под ним поёрзал и, переложив его голову со своей груди на плечо, начал отплевываться от волос, что лезли в рот.       — Приятного аппетита, — довольно проурчал тот под его фырканье.       Жан в такие моменты пах своим успокаивающим чаем. Он пил его, если даже малейшая угроза появлялась в его беспокойном сознании. Он всегда загонялся по пустякам, что не могло не раздражать. Натаниэль давно научился не поддаваться этому влиянию, веря, что проблемы нужно решать, а не погружаться в отчаяние.       В этот раз они заснули вместе, растворяясь в столь необходимых касаниях.       Трель будильника была тем, что проникало в самую душу, оставаясь вечным катализатором. Этот звук мог разбудить мёртвого, и Натаниэль правда не знал, зачем люди придумали это бесовское творение.       — Просыпайся.       Натаниэль повернул голову в сторону голоса и поморщился — шею неприятно потянуло от долгого лежания в неудобной позе, что означало новый дискомфорт на протяжении длинного дня. Он приподнялся, осмотрев беспорядок вокруг, и стоило лишь догадываться, когда Жан начнёт чесать ему мозг о надобности уборки.       До тренировки оставалось ещё достаточно времени, что просто обязано быть потраченным впустую. Подхватив с тумбочки початую пачку сигарет, Натаниэль направился в ванную, промолчав, когда Жан проскользнул за ним следом, чтобы занять место у раковины. Утро в гнезде всегда было чем-то зябким и неприветливым. Сна недостаточно, а дел в графике так много, что не оставалось времени, чтобы жаловаться.       Натаниэль прикурил, почти засыпая прямо там на полу. Голова пуста от мыслей, а глаза прикрывались под сильнейшей тяжестью век. Лень пропитывала всё изнутри, и, стряхнув обгорелый бычок в импровизированную пепельницу, он нехотя поднялся на ноги, принявшись раздеваться.       Холодные струи душа не пробуждали ни на крупицу, мурашки покрыли спину и ноги, а с волос неприятно закапало на лицо. Натаниэль поморщился, окончательно избавившись от дрёмы. Рядом послышалось недовольное бухтение, побудив его обернуться. Жан собирал с пола всю сброшенную Натаниэлем одежду, ворча на непонятном французском.       — Подай полотенце, — попросил Нат, выйдя из душа. Жан, не скрывая, закатил глаза, увидев на плитке лужу.       — Невоспитанное животное, — беззлобно выругался он, бросив полотенце.       Натаниэль вернулся в спальню, вытерев волосы, дабы не накапать ещё больше, и откинулся на постель, надеясь стереть ощущение прохлады. Простынь прилипла к коже, и, поморщившись, он встал, чтобы хотя бы одеться.       — Завтрак через пятнадцать минут, — оповестил Жан.       Натаниэль кивнул, увлечённый поиском своей сумки, и перевёл взгляд на напарника в полном замешательстве.       — Где моя сумка?       Жан нахмурил брови, пытаясь припомнить хоть что-то со вчерашнего дня.       — Посмотри в кладовке, где ты развлекался с Миньярдом.       Столовая наполнена мёртвой тишиной. Вороны были либо слишком сонные, либо морально готовились к тренировке, которая не обещала ничего хорошего.       Натаниэль медленно прошёл на своё место, где уже стоял завтрак на красном подносе. Жан присел рядом, поморщившись на сомнительное блюдо в тарелках.       — Ешь давай, — Натаниэль засунул в рот ложку с кашей, которую видел на протяжении всех лет пребывания здесь.       — Да, мам, — Жан вздохнул, принявшись за свой завтрак.       Другие вороны уже вставали со своих мест, не обратив на новоприбывших никакого внимания.       — Хорошо сыграли вчера, — Агнет, что сидела прямо напротив них, сдержанно улыбнулась.       — Да, не думаю, что они этого ожидали, — усмехнулся Натаниэль, оглядев девушку. Вечно собранные волосы сейчас было спутаны ото сна и заплетены в одну косу, а на лице оставшаяся усталость, что граничила с полным безразличием в серых глазах.       Натаниэль не хотел думать, как он сам выглядит сейчас. Его тело нуждалось в полноценном отдыхе не первую неделю, но ему придётся потерпеть ещё немного, хотя бы до дня благодарения или Рождества, когда Рико сжалится над ними на несколько суток.       С мыслями о возможных выходных, он закончил свой завтрак, допив остывший чай и ожидая Жана, с которым по их парной системе они не могли разлучаться.       Воздух в раздевалках сквозил предвкушением и некой раздражённостью со стороны старшекурсников. Парни всегда смотрели свысока, не позволяя самому опускать голову и заставляя всегда быть начеку. Держать это дерьмо под контролем удавалось только благодаря тройке, высеченной на скуле, и, возможно, паре ножей, припрятанных под одеждой. Сын мясника не собирался забывать про свои «благородные» корни, частенько пользуясь данным преимуществом. Пусть это работало не всегда, но Рико это останавливало. Хотя, возможно, его останавливало нечто другое, но Натаниэль не собирался в это лезть. Пока он и Жан охранялись именем его отца, можно немного расслабиться.       Чёрная форма охладила кожу, а вес давящей защиты будто собирал его в одно целое, обхватив крепкими путами и не дав развалиться прямо на поле. Клюшка приятно легла в руки, призрачно дав Натаниэлю почувствовать вчерашние удары Гордона по ней. Он проверил натяжение сетки, будто за ночь могло что-то измениться, и, кивнув, вышел за остальными воронами.       Команда постепенно собралась в полукруг на поле, окружив тренера и Рико. Капитан сидел на полу, расслабленно наблюдая за сборами команды. Он встал, когда последние игроки заняли свои места, и хитро улыбнулся, краем глаза заглянув в тетрадь Тетсуи.       — Поздравляю с победой, — без грамма радости или истинной похвалы сказал тренер. — Все, кто не был на поле, могут начать разминку, — в основном все младшие покинули их сбор. — Рико, Вильямс, Натаниэль, Тревор, свободны. Основные игроки первой половины за мной, вторая половина на тебе, — Тетсуи обернулся к Рико, на что тот согласно кивнул.       Натаниэль закатил глаза, услышав разочарованный стон Жана сбоку.       — Когда-нибудь я попаду к избранным, — еле слышно пробубнил он на французском, проследовав за своим капитаном.       Натаниэль схватил парня за руку, заземлив, на что тот благодарно выдохнул.       За ними также следовали Агнет и Ричер. Девушка держалась ровно, даже не смотря на своего напарника. Старшекурсник же словно забавлялся всей этой ситуацией. Он был одним из приближенных к Рико Морияма. Высокий широкоплечий брюнет, что занимал с Натаниэлем одну позицию на поле.       Они прошли за Рико к командной раздевалке, куда тот пропустил их первыми, но в тот же момент рука капитана преградила Натаниэлю дорогу.       — Я тебя не приглашал, — Рико казался недовольным, но блеск в глазах выдавал его забаву.       — Жан мой напарник, мы не можем разделяться, — напомнил Натаниэль.       — Тренер тебя отпустил, — капитан коснулся пальцами его подбородка, — но, так и быть, можешь понаблюдать за нашим весельем.       Натаниэль мотнул головой, избежав касания, и занял место со стороны, не наблюдая за «воспитанием», которое проводилось перед ним. Вороны, живущие в гнезде, не заслуживали награды за матчи, в которых они всегда побеждали. Большее, на что они могли надеяться, — что их игра будет достойной, дабы избежать наказания после.       Старшекурсники не задержались и на пять минут. Уходя, Агнет встретила взгляд Натаниэля, словно не понимая, зачем он лез сюда, если оказался помилован после вчерашней игры.       — Хей, Жан, твоя игра оставляет желать лучшего, — Рико сместил центр его внимания. Натаниэль увидел, как Жан поморщился, будто его кошмары за сегодняшнюю ночь ожили. — Не хочешь объясниться?       Рико был японцем, немного обогнав небольшой рост Натаниэля, но ему все равно не сравниться с Жаном. Он схватил его за ворот джерси, чтобы француз склонился ниже и оказался с ним на ровне. Натаниэль в то же мгновение вцепился в запястье капитана, грубо оттолкнув от своего напарника.       — Я не люблю, когда трогают мое, Рико, — прошипел он, подойдя почти вплотную.       — Неужели вновь решил поиграть в мамочку? — Рико рассмеялся и толкнул его в грудь, припечатав к шкафчикам.       — Ты не тронешь его, — прошептал Натаниэль в сантиметре от чужого лица. — Играй в свои игры где-нибудь в другом месте. Ни я, ни он не собираемся ползать и объясняться перед таким ничтожеством, как ты.       Жан рядом издал звук немощности, отвлекая его, чем Рико, как крыса, воспользовался, замахнувшись и ударив Натаниэля по лицу. Во рту появился вкус крови. Тело Натаниэля по инерции бросилось вперёд, а небольшой нож оказался в крайней близости рядом с сонной артерией Рико. Тот послушно замер.       — Ещё не наигрался? — не сдерживал свой гнев Натаниэль. Его руки тряслись наконец оборвать жизнь младшего Мориямы, и он надавил на клинок сильнее. — Я сказал, ты не посмеешь трогать ни меня, ни Жана, как бы твоя дрянная натура этого не хотела.       — Нат, оставь его, — прошептал француз рядом, осторожно подойдя и опустив ладонь на его плечо.       — Не трогай меня, — Натаниэль сбросил чужую руку, но отошел в сторону. Нож в его руке исчез так же незаметно, как и появился.       — Когда-нибудь я доберусь до вас обоих, — взгляд капитана потемнел, встретившись со льдом в голубых глазах Натаниэля. Рико ухмыльнулся, ненароком коснувшись шеи, и дёрнул головой, вылетая из раздевалки.       Натаниэль вышел следом. Внутри бурлила злость вперемешку с отвращением, он мечтал прекратить всё в одно мгновение, уверенный, что тогда сама жизнь станет легче.       Остальная команда разбрелась по всему полю, разминаясь или уже приступая к тренировкам у ворот. Стук мячей отдался эхом в затуманенном сознании, и, коротко выдохнув, Натаниэль пустился трусцой по периметру поля.       Ноги приятно зажгло, пока мышцы возвращались в рабочее состояние после вчерашнего матча, а взгляд вокруг воспроизводил картинку минувшего вечера.       Вот он здесь, а лисы на противоположной стороне. Эндрю стоял на воротах, ожесточённо сжав клюшку, и следил взглядом за маленьким мячиком. Казалось, если обернуться, то карие глаза встретят его с усмешкой и вызовом, но на другой половине поля сейчас не он, а один из младшекурсников, и это немного огорчало, осев где-то под рёбрами.       Тело было благодарно вчерашней, пусть и короткой, встрече со своей парой. Недельная усталость больше не сидела в нём отяжелелым камнем, а стремительно вываливалась наружу, заполняя после себя пустоту лёгкостью и расслаблением. Этого должно хватить на какое-то время, но в крайнем случае они смогут что-то придумать.       Натаниэль уверен в этом.       Пусть Эндрю под влиянием лекарств не нуждался в этом так сильно, но он обещал и это обещание было единственной его надеждой. В любом случае выбора у Натаниэля нет. Это бремя тянуло его на дно, но они смогут выбраться. Нельзя останавливаться, когда это между ними имело шансы однажды стать чем-то нормальным.

***

      — На сколько процентов ты уверен, что тренера сейчас здесь нет? — Кевин неуверенно мялся на лестничной клетке, пока Эндрю вскрывал чужую дверь.       — Хватит ныть, — оборвал его он, открыв замок и победно ухмыльнувшись.       Кевин рядом обессиленно простонал, но, приметив шум лифта, ступил следом на не совсем законную для них территорию. Эндрю хозяйски охватил взглядом квартиру, заметив, что Ваймак удосужился спрятать от него алкоголь.       Его наркотическая улыбка стала шире, когда он заметил цель своего визита — мягкое, пусть и старое, кресло, обитое коричневым кожзамом. Находка радовала, и, не сдержавшись, Эндрю опустился в это творение богов.       — Тренер не оставит это просто так, — Кевин подал голос, наблюдая за этим безобразием.       — Буду считать это поздним подарком на мой день рождения, — его руки погладили мягкую обивку. Эндрю мечтательно прикрыл глаза, уже представив, как идеально впишется кресло в его пейзаж на крыше общежития.       Кевин рядом простонал, опустившись на такого же цвета диван.       — Поднимайся, Ваймак здесь будет примерно через полчаса, так что мы в своём распоряжении, — сказал Эндрю, ударив ботинком по его коленям.       — Чёрт возьми, я больше не поведусь на твои уловки. — Дэй замотал головой, будто пытаясь скрыться от своей участи.       — Если что, это полностью твоя идея.       Буквально через несколько минут кресло оказалось на свободе. Они погрузили его прямо в любезно одолженный фургон, намереваясь слинять с места их маленького преступления как можно скорее.       Эндрю с размаху стукнул по лобовому стеклу, разбудив уснувшего за рулём кузена.       — Отправляемся, — не сдержал собственного довольства он, опустившись на пассажирское рядом с окном и потянувшись к оставленному в бардачке виски.       Эндрю считал этот день идеальным. По-другому и быть не могло, а тление сигареты в пальцах подтверждало данный факт.       В салоне пело радио, что-то из попсы 80-х. Затуманенный разум Эндрю не останавливал себя в желании начать качать головой и бесшумно двигать губами, подпевая.       Он позволил себе не чувствовать ничего, пока это возможно.