You're so needy, Yoshi-kun.

— Ох, Мия-чан, а ты и вправду перебрал, — сказал почти спокойным тоном Сасаки, подхватывая возлюбленного за талию и не давая упасть. Тот валился с ног после приличного количества алкоголя, влитого в организм. Изначально они просто хотели отметить поступление Мияно в колледж. Шуумэй учился там же и имел право присутствовать на вечеринке для первокурсников, а потому пара без проблем пришла вместе. Конечно же, там был алкоголь. Сасаки, зная свою непереносимость к нему, тактично отказывался от любого предложения выпить и коротал вечер, потягивая из трубочки ананасовый сок. В принципе, всё могло бы пройти без происшествий. Могло. Если бы не желание Мияно Ëшикадзу доказать всем, что он самый сильный и самый стойкий человек на земле. Как жаль, что он не всемогущий главный герой из яой манги, которую юноша так любит читать. Сначала он хотел выпить лишь пару рюмок. Потом ещё парочку, и ещё. И так дошло до целой выпитой бутылки. После этого Мияно пить больше не мог, а Сасаки, всё это время наблюдавший за возлюбленным, но не в состоянии остановить того, наконец-таки выдохнул. А сейчас они стояли на улице. Шуумэй, помогающий своему парню идти, попутно доставал карточку для оплаты проезда за метро. Он планировал отвезти Мияно к нему домой и уложить спать. Дорога до метро оказалась сложной и полной препятствий, но преодолимой. В вагоне было достаточно пусто: какой-то мужчина средних лет читал газету, подростки в школьной форме клевали носом. Видимо, они ехали с подготовительных к экзаменам. Мияно, приземлившись на одно из свободных мест, рухнул на плечо парня и пробыл в таком состоянии всю дорогу. Возлюбленные ехали довольно долго. Сасаки, смотря из окна вагона на чернеющие в темноте улице, слегка задумался. Вдруг, раздался телефонный звонок. Увидев на экране имя контакта, он удивился. Это была мама Мияно. — Алло? — Привет-привет, Шуумэй-кун! Ëши-кун с тобой? Он не отвечает на мои звонки. — Здравствуйте! Да, он со мной. Просто… — Сасаки, напрягая извилины, старательно пытался придумать отмазку, — просто у него зарядка села. — Ох, понятно. В таком случае, я спокойна. Если Ëши-кун с тобой, то будет в порядке, ха-ха! Хотела предупредить его, что ушла к одной подруге в гости. Приду поздно. Передай, пожалуйста. — Конечно. Будьте уверены, он доберётся до дома в целости и сохранности! И хорошего Вам времяпрепровождения! — Спасибо. Пока-пока. С этими словами женщина отключилась, а Сасаки выдохнул. На самом деле парень был почти уверен, что мама возлюбленного не станет ругать и наказывать его за употребление алкоголя, но перестраховался и соврал. Вообще, зная её, она задержаться в гостях на долго. За это время он точно успеет скрыть всё признаки опьянения и уложить Мияно спать. Наконец, они доехали до нужной станции. Всё так же еле-еле передвигаясь в сторону ряда домов, среди которых находилось и жилище Ëшикадзу, младший из юношей вдруг открыл глаза и заговорил. — Шуумэй-сан? — О, оклемался-таки. — Со мной всё в порядке! И почему я заснул…? — Мия-чан, ты пьян. — Нет. Ну, как и ожидалось. Пьяные люди никогда не признают, что они напились. Подойдя ко входу в дом возлюбленного, Сасаки нехотя оторвал того от своего плеча и заставил прислониться к стене. Порывшись в сумке весьма послушного на данный момент Ëшикадзу, он открыл дверь и, подняв пьяного парня за талию, внёс в помещение. В прихожей всё ещё пахло женскими духами недавно ушедшей матери Мияно. Она зачастую перебарщивала с парфюмами. Старший кое-как снял с парня обувь и посадил на диван в гостиной. Тот благополучно задремал и вёл себя спокойно. Благодаря алкоголю от него знатно воняло, поэтому Сасаки решил искупать возлюбленного, да бы точно всё скрыть. Пока ванна набиралась, юноша успел приготовить полотенце и сменную одежду. А потом подумать кое о чем и смутиться. Ему ведь придётся…раздевать Мияно? Можно было бы подумать, что он стесняется увидеть парня голым. Но, на самом деле, проблема не в этом. При том факте, что близость у них уже была, Ëшикадзу краснел только при мысли о некоторых вещах, а потому раздевался сам и просил заниматься сексом исключительно в темноте. Его желаниям безусловно потакали и не переступали границы. А сейчас произошло это. Смирившись со своим положением, Шуумэй подошёл к спящему Мияно и, просунув одну руку под колени, а второй подхватив за спину, отнёс в ванную комнату. Ванна уже была наполнена чуть ли не до самых краёв, а на поверхности скопилось много пены. Сасаки, выключив воду, слегка толкнул Мияно, заставляя того открыть глаза. — Мия-чан…ты сможешь раздеться? Парень, взглянув куда то расфокусированными зрачками, усмехнулся и сказал: — А ты что, не хочешь раздеть меня самостоятельно? Оу. Похоже, алкоголь хорошо дал ему в голову. В обычное время Ëшикадзу такого бы точно не сказал. И точно не состроил бы такое наглое и соблазнительное выражение лица. Правда, оно быстро растаяло и превратилось в самое обычное красивое и милое личико Мияно, так как тот снова уснул. Сасаки вздохнул и стал раздевать парня. Снимая рубашку, он сглотнул и ответ взгляд. Первое, на что он обратил внимание, были соски. Слишком сильно они выделялись на фоне почти что белоснежной кожи человека, предпочитающего сидеть дома. Телосложение Мияно было даже слишком типичным для укэ из bl манги. Отгоняя желание прикусить их, обхватить губами и провести языком по кругу, Сасаки стал снимать брюки возлюбленного. Нижнее бельё ему пришлось снимать с закрытыми глазами из-за собственной нерешительности. Наконец, усадив младшего в ванну, Шуумэй выдохнул. Пока он спокойно намыливал Мияно голову, тот проснулся и забурчал: — Шуумэй-сан, шампунь глаза щиплет. — Ох, прости. Промыв ему глаза, Сасаки продолжил мыть голову. Он уже почти закончил с купанием и стал сушить волосы возлюбленного, как вдруг Ëшикадзу весьма настойчиво наклонил его к себе и потянулся за поцелуем. Старший на него, конечно, ответил, но довольно быстро отпрянул. На языке остался вкус алкоголя. — Мия-чан, ты чего так внезапно? Давай сначала оденем тебя и уложим в кровать. — Не хочу, — упрямо вякнул младший и надул губы. Сасаки от этого рассмеялся. — А чего же ты хочешь? — Чтобы мы занялись… — видимо, характер Ëшикадзу все ещё не позволял говорить так смело, как хотелось бы, а потому продолжение фразы он сказал чуть ли не шепотом, — сексом. — …Ясно. Не то чтобы Сасаки сильно удивился. Казалось, сегодня всё шло именно к этому. Пока он размышлял, Мияно уже стал тянуться к ремню и пытаться растегнуть ширинку. Из-за того, что один юноша сидел в ванне, а второй стоял рядом, выпрямившись, зона паха была прямо на уровне лица Ëшикадзу. Это смущало ещё больше. — Мия-чан, давай хотя бы дойдем до твоей комнаты? — Шуумэй нежно улыбнулся, однако в его глазах читалась паника. Не дожидаясь ответа, он набросил на своего парня полотенце, и, взяв на руки, унёс из ванной комнаты. Войдя к кромешную темноту, он положил Мияно на кровать и отошёл включить свет. Когда лампы в комнате наконец загорелись, перед глазами Сасаки предстала весьма соблазнительная картина. Его возлюбленный лежал на постели, поджав колени и стараясь выставить на обозрение худые ноги и ягодицы. Одной рукой пощипывая собственные соски, а второй словно подзывая к себе, он томно смотрел на старшего из-под полуопущенных ресниц с подëрнутым дымкой взглядом. Сердце Шуумэя застучало как бешеное. И чем же ещё сегодня Мияно удивит его? Старший подошёл к последнему, снимая на ходу свитшот, после чего сразу же припал к губам. Во рту опять появился привкус алкоголя, но более это не волновало. Целовать Мияно казалось важнее чем что-либо на свете, и плохая переносимость к спиртному отошла на второй план. Укусив на последок нижнюю губу парня и отстранившись, Сасаки стал снимать остальные элементы одежды, после чего заговорил: — Мия-чан, мы ведь ничего не можем использовать в качестве смазки. Может я лучше просто… — Можем, — прервал его речь Ëшикадзу, после чего открыл ящик прикроватной тумбы и вытащил от туда баночку с прозрачным содержимым. — Это гель алоэ. — Зачем он тебе…? — в не понимании спросил Шуумэй. Ему не пришло в голову, что он мог использовать субстанцию для борьбы с акнэ и другими подобными вещами. Но младший не стал отвечать на вопрос. Лишь зачерпнул пальцами приличное количество геля из кое-как открытой баночки и приставил к своему анусу. Тяжело дыша, он стал двигать одним пальцем внутри, постепенно растягивая стенки и стараясь как можно быстрее вставить второй. Скользнув взглядом по своему парню он смутился, что проявилось в его краснеющих ушах и шее. Будто бы Мияно хотел сделать что-то давно засевшее в фантазиях, но не мог из-за собственной застенчивости. Тем не менее, алкоголь, посеявший неразбериху в мыслях, подталкивал к желаемому. Поэтому юноша, зардевшийся чуть ли не до состояния помидора, продолжал пристально смотреть в глаза партнёру. Сасаки, наблюдающим за этим действом, жадно сглотнул уже какой раз за вечер. Где-то на периферии сознания зазвучали слова старшей сестры о самоконтроле и сдерживании собственной силы, которые заставляли его подчиняться разуму. Но этот парень. Этот Мияно Ëшикадзу. Весь смущённый, нуждающийся, до невозможности милый. Который хочет, чтобы он вошёл в него прямо сейчас. С этими мыслями Шуумэй тоже потянулся к баночке, вытащил пальцы Мияно из ануса и вставил собственные, после чего наклонился к шее и закусил нежную кожу зубами. Это произошло довольно резко, из-за чего Ëшикадзу удивлённо вздохнул. Из его груди раздался неприличный сдавленный стон. Оставляя темно-бордовые засосы на шее, Сасаки стал спускаться к выступающим ключицам, аккуратным острым плечам. Зацеловывать их. Разводя и сводя пальцы внутри прохода, он нашарил комок нервов и надавил на него. Худые ноги Мияно задрожали, а сам он томно вздохнул. Продолжая стимулировать эту точку, Шуумэй припал губами к соскам возлюбленного, второй рукой спускаясь к его уже давно вставшему члену. Сомкнув руку в кольцо, он стал быстро двигать её вверх вниз. Из-за этого Ëшикадзу застонал чаще и громче. — Ах…! Постой, я ведь так…ах! Шуумэй-сан…! Не выдерживая стимуляции, Мияно выгнулся всем телом и кончил со звёздочками перед глазами. Опомнившись, он заметил, что старший уже вытащил из него пальцы. Потеряв всякий контроль, он снял нижнее бельё и приставил головку своего члена ко входу, медленно водя ей по кругу. — Шуумэй-сан, пожалуйста, — попросил Ëшикадзу, всё ещё пытаясь отдышаться. Однако Сасаки с помрачневшим лицом и голодными глазами не исполнил его просьбу, продолжая водить головкой вокруг ануса. — Сэмпай…? На этих словах старший усмехнулся, его взгляд будто бы смягчился. Он вошёл в Мияно, но лишь на пару сантиметров. Второй же, не зная, что ещё предпринять, решил идти ва-банк и выпалил: — Сэмпай, пожалуйста, трахни меня! Сасаки, удивился столь несвойственной смелостью и произнес издевательским тоном, от которого по всему телу шли мурашки, а кровь закипала: — Грязные словечки, да? Похоже, тебе действительно очень нужен мой член внутри. Ты такой нуждающийся, Ëши-кун. После чего перевернул возлюбленного на живот и вошёл на полную длину в его нутро. Бедра от столкновения издали громкий хлопающий звук. Мияно и так был довольно чувствителен. Сейчас же, благодаря алкоголю, его ощущения усилились в десять раз, и член, так удачно проехавшийся по простате, заставил парня протяжно застонать, а глаза закатиться. Пытаясь вернуть самообладание, он закусил губу и старался стонать тише, но из-за переизбытка эмоций сделать это казалось невозможным. Ноги Ëшикадзу начали дрожать от каждого толчка. Он упал лицом в подушку из-за невозможности более держаться на локтях. В тот же момент почувствовав, как голову заполнили не самые приличные слова, так и рвущиеся наружу, проговорил: — Сэмпай, мне так нравится твой член! Пожалуйста, будь грубее…ах! Ты так прекрасно меня заполняешь… Он прекрасно знал, как старший реагирует на это обращение после того, как младший перешел на ласковое, личное имя в их отношениях. Теперь слово «сэмпай» использовалось лишь во время секса. Отвечая на просьбу, Сасаки стал с животным энтузиазмом вбиваться в своего парня. Спустя примерно два десятка толчков, второй вдруг стал отстраняться. — Погоди, погоди… — Что такое…? — Шуумэй вдруг опомнился и мгновенно остановился. В сердце начал зарождаться страх. Возможно, это было через чур грубо? — Слишком, да? Прости… — Нет, всё хорошо. Ляг, пожалуйста, — попросил Ëшикадзу и слегка толкнул партнёра в грудь. — Зачем? — Нужно… — ответил младший и ответ глаза. Его уши вновь покраснели. Наконец, не задавая более вопросов, Сасаки принял объятья одеяла и подушки, ожидая действий от возлюбленного. Тот же резко припал к нему с поцелуем. Довольно быстро отпрянув, он запрыгнул на бёдра к Шуумэю и, устраиваясь поудобнее, нашарил член рукой, направляя в свой вход. — Ты… Ëшикадзу не дал ему договорить. Пытаясь приноровиться к новой позе, он поднялся и опустился. Снова. И снова. Ему показалось, что так орган входил в него глубже. Постепенно собственный член Мияно снова поднялся. Сасаки, всё ещё в ступоре, сжал ягодицы парня и стал подмахивать бёдрами в ответ. — Продолжаешь удивлять, хах… — заметил он. В ответ на это младший стал лишь быстрее подниматься и опускаться. Будто скача. Шуумэй же, чувствуя, как на него накатывают волны оргазма, предупредил. — Мия-чан, я сейчас… — Давай, сэмпай. В меня. И тот кончил, заполняя дырочку Мияно спермой. Младший всё ещё продолжал скакать на нём в бешеном темпе. Почувствовав, как что-то начало заполнять его и осознав, что именно это было, он тоже предался оргазму через какое-то время, забрызгивая спермой свой и чужой животы, и простонал настолько громко, что голос могли бы услышать в соседнем доме. Ëшикадзу кончил несколько раз, из-за чего выдохся и почти сразу заснул крепким сном на груди старшего, крепко обняв. Последний, удивлённо пялясь в потолок, погладил его по голове. «Ох, что это было?» — задавался он вопросом. Тем не менее, очень скоро придя в себя, Шуумэй вытер все жидкости с них обоих и уложил Мияно в кровать, укрывая одеялом. Старший засмотрелся на милое лицо кохая. Усмехнувшись, он поцеловал того в лоб и сказал в ночную тишину: — Думаю, завтра утром ты захочешь провалиться под землю со стыда, Мия-чан. Вдруг зазвучал рингтон на телефоне, уведомляя о сообщении. Писала мама Мияно. «Здравствуй, Шуу-кун! Я задержусь в гостях до утра. И кстати, врать — это плохо. Я же прекрасно понимаю, что у вас произошло на той, вечеринке:) Надеюсь, у вас всё хорошо и ты довёл моего сына до дома» Снова улыбнувшись юмору женщины, Сасаки написал быстрый ответ и, отложив телефон на тумбу, лёг в кровать с парнем и тоже заснул.

***

Утро. Первое, что увидел Шуумэй, разлепляя глаза после хорошего и долгого сна — это ладони своего возлюбленного, закрывающие его нещадно рдеющие щеки, уши, шею — вообще всё. — Мия-чан…? Тот, услышав голос, вздрогнул. — Пожалуйста, прости меня, Шуумэй-сан! Прости-прости-прости! Мне очень стыдно… Аааааа! Прости! В ответ на это Ëшикадзу лишь услышал заливистый смех и почувствовал, как руки парня крепко сжимают его в объятьях. — Ха-ха-ха! Мия-чан, какой же ты милый. Эхе…ладно, — сказал старший и, прекращая хохот, хмыкнул. — Скажи, помнишь ли ты хоть что нибудь? — Нет. Но проснувшись и анализировав окружающую обстановку, я…сделал выводы, — признался юноша. — Хочешь послушать? В ответ на это Мияно кивнул. И Сасаки рассказал ему во всех красках события прошлой ночи, особенно ярко и экспрессивно описывая все неожиданные слова и действия Ëшикадзу. Как и ожидалось, тот засмущался ещё сильнее. Он свалился с кровати и свернулся калачиком на полу, повторяя слова извинения так, будто они помогут забыть всё это. — Убей меня, пожалуйста! Я не смогу жить с этим позором… —Ох, Мия-чан, ну не надо. Иди сюда, — сказал Сасаки и поманил в свои объятья. Ëшикадзу не отвечал. — Ну, давай. Всё хорошо. Завтра я сделаю вид, что ничего не было. — Правда? — Ага. После этого Мияно всё же лёг обратно в кровать и прижался к груди своего возлюбленного, чувствуя, как его целуют в макушку и нежно гладят по спине. Вдруг поверхность, на которой он лежал, завибрировала, и раздался голос. — Я могу у тебя кое-что спросить? — Можешь. — Я понимаю, что на тебя сильно повлиял алкоголь. Но всё же, что у трезвого на уме, то у пьяного на языке, поэтому… — Я понял, не продолжай, пожалуйста. Дело в том, что недавно я читал одну bl мангу, где главная пара была чем то похожа на нас. Не внешне, а характерами! И, в общем-то, меня очень заинтересовала эта манга. Ближе к концу там была постельная сцена, где укэ, несмотря на свой застенчивый характер, оказался довольно…смелым в своих действиях и речах. Мне показалось это удивительным, я восхитился его умением переступать через собственное смущение. Ну и…вот. — А, понятно! Мия-чан, послушай меня. Ты всегда можешь сказать мне, чего хочешь. Любая сексуальная фантазия имеет возможность воплотиться, если поговорить с партнёром. Хотя согласиться он или нет — загадка… Но я бы точно согласился! Поэтому в следующий раз не надо напиваться до беспамятства, хорошо? Алкоголь — это, всё-таки, вредно. — Я приму твои наставления к сведению, Шуумэй-сан! — послушно сказал Мияно. — Эй, почему так формально? Они оба рассмеялись и вскоре замолчали. Неожиданно, Сасаки нарушил тишину. — Мия-чан, а тебе и вправду так нравится мой член? — Ты…! Ëшикадзу ударил кулаком откровенно смеющегося старшего, снова сползая с кровати в смущении. — Ну, сэмпай! Похоже, забыть это не получится.