Обоюдная зависимость | История Николь

— Мне кажется подобное предприятие вполне подходит для финансирования, — сидя за рабочим столом в кабинете, Роджериан разбирал личную почту, знакомясь с возможными вариантами сотрудничества. Не обремененный бедственным положением, виконт предпочитал отдавать денежные средства в оборот, приумножая все то, что имелось на руках. — Текстильная фабрика, прежде одна из лучших, но после появления Артура Сандерсона и проведения масштабной кампании по привлечению клиентуры, несколько просела. Николь очень внимательно слушал Роджериана, искренне пытаясь помочь в делах. Для него многое еще представлялось сложным, документы по типу расписок и всяких чеков он откладывал в сторону, передавая Роджериану. Но простенькие пригласительные письма Николь брал на себя. И, честно говоря, Николь просто нравилось смотреть на задумчиво перебирающего бумаги виконта. Склонившись над очередным письмом, подперев голову рукой, Роджериан то чуть хмурился, то дергал уголком губ в намеке на улыбку. Погруженный в привычную работу, он становился задумчивым и самую малость далеким, находящимся в далеких далях. — У Сандерсона выкупают ткани для самых разных ателье, — припомнил Николь. — Даже, прости уж, самые простые люди могут себе позволить купить изделия. Он работает на всех сразу — Все верно. Дело в том, что у него есть категории изделий, которые в дальнейшем расходятся на продажу. Но предложение мистера… Харрингтона, — сощурившись взглянул бумаги в руках Роджериан, — кажется подходящим. Прочти, пожалуйста, его просьбу. Письмо перешло в руки Николь и тот пробежался по выверенным строчкам взглядом. Безо всяких излишеств и расшаркиваний мистер Харрингтон направил практически официальное прошение. Многие пытались получить ссуду из рук виконта Фаррелла, особенно сильно любившего заниматься финансовым покровительствам. Мало того, что он периодически занимался безвозмездной поддержкой представителям творческого мира — художникам, театралам, музыкантам, он пытался развивать промышленные предприятия. Было что-то умилительно прекрасное в том, что Роджериан не собирал богатства на счету в банке и не хранил бессчетное количество чеков в сейфе стоящим в кабинете, а постоянно находил кого-то нуждающегося в помощи. Легко получая, Роджериан также легко расставался с деньгами, но внимательно вел учет, будучи разумным человеком. В прошлом, в нищие годы, сводя концы с концами вместе с Майклом, Николь тщательно хранил каждую копеечку. Далее он понял, получая в руки чеки от старшего брата, успешно занимавшегося работой в клубе, не ощущает хотя бы толики того, что чувствовал зарабатывая монету в конце тяжелого рабочего дня. В отношениях с виконтом Фарреллом, Николь не было нужды заниматься работой. Сладко потягиваясь по утрам он не спешил отправиться по делам, а выходил в сад или отправлялся на конюшню. Размеренная, лишенная трудностей жизнь постепенно возвращала уверенность молодого человека. Он мог позволить себе делать что угодно, но не обязательно плохое, не обязательно предаваясь греховным привычкам. Николь с большим удовольствием проводил время с Роджерианом и помогал ему. Та, другая сторона жизни осталась позади и общество незнакомых ему блудниц, готовых развлекать клиента за деньги, сменилось. Покупая чужое внимание, Николь стремился искоренить подбирающееся колючим холодом одиночество. — В отличии от других, мистер Харрингтон просит вначале посетить его фабрику. Он хотел бы, что ты увидел во что он просит вложиться. Безо всякого «дайте денег, а мы сделаем как нам нужно», — увидел самое главное для себя Николь. — Мне кажется это разумным. — И я также думаю. Мистер Харрингтон в недавнем стал руководить семейным предприятием, но его подход мне нравится. Он решительно нацелен на улучшение имеющегося в распоряжении дела. Необходимо отправить положительный ответ для дальнейших переговоров, — потянувшись на месте решил Роджериан. — Давай сделаем перерыв? — Конечно, — кивнул Николь. Они занялись разбором корреспонденции еще утром, а время близилось к обеду. Летний сезон неуклонно шел к закату, уступая место осенней поре. Август выдался душным, влажным. По утрам стоял туман, оседающий легкой поволокой на траве. Николь с удовольствием ожидал красочных листопадов, прихода холодного ветра и долгих, темных ночей. Кошмары возникающие в его сердце постепенно тускнели в объятиях Роджериана. Устроившись в саду, Николь и Роджериан дождались легкого предобеденного перекуса от кухарки. На маленьком столе расположились блюдца с джемом из сезонной ягоды, горячие пампушки, фарфоровые чашки и чайничек полный ароматного черного чая. Маленькая традиция с тех пор, как Николь вернулся в место, что искренне стал считать домом — чаепития полные спокойствия и разговоров. — Май спрашивал по поводу нашего приезда в следующем месяце. — Уже в следующем? — неторопливо намазывая ножом на кусочек пампушки джем, протянул Роджериан. — Мне казалось, что еще есть время. В нем особенно ярко проявлялось нежелание выбираться во внешний мир. Он мог провести месяцы в обожаемом им доме, в окружении людей не вызывающих в нем скорейшую надобность спрятаться от взглядов и разговоров. Малое количество слуг, только самых нужных, нанятых годы назад и честно работающих на виконта, привыкло к его нелюдимости и замкнутости. Роджериан принимал в гости лишь избранных и сам выбирался в город только в особенных случаях: на деловые переговоры, в театр на постановку. — Бесспорно в запасе еще несколько недель, но да, уже в следующем месяце, в первых числах, Майкл ожидает наш приезд. — Мой хороший, ты готов к тому, чтобы провести несколько дней вместе с братом? — отложив украшенный джемом кусочек булочки на блюдце, откинулся в кресле на спинку мужчина. Его голос был полон нежности и участливости. Николь мой улыбаться говоря о старшем брате, но в нем все еще хранились боязнь, неуверенность и стыд. — Не говори ерунды, — отмахнулся Николь, но взгляд его бегал, а плечи заметно округлились, словно он пытался съежиться, — конечно же готов. В конце концов я по нему соскучился. В последнее время он пишет о том, что много времени проводит в новом клубе и… и Генри… помогает ему… Николь не врал, он основательно изголодался по особенной заботе Майкла, временами превосходившей всякие мыслимые границы, но все равно желанной. Но беспокойство из-за ошибок, совершенных в недавнем прошлом, не позволяло раскрыться молодому человеку, отказаться от тревоги. Николь был жесток, строил козни человеку, который посмел затронуть его эго, пытался через силу доказать правоту. Поведение далекое от взрослого человека, больше подходящее не способному задумываться о последствиях ребенку. До сих пор Николь показывал себя как ребенок, требующий любви и поддержки. Оставленная обида зажила, но стыд жуткой раной остался на сердце. Генри — супруг Майкла, стал главной ошибкой Николь. Встретив окруженного святым сиянием Генри Зеро, Николь потерял голову от внезапной жажды обладания. Неправильно истолковав чувства, он принял манию за влюбленность и совершил поступок далекий от правильного. Жизнь сама расставила все по местам, но стыд от осознания предосудительности совершенного пророс шипами. Ладонь Роджериана нашла ладонь Николь и ласково сжала. — Все будет хорошо. Обязательно.