Обретая счастье

Мишель было скучно. Она вздохнула, перекатившись на другой бок. Ей казалось странным прибывать здесь. Кровать была такой большой и просторной, что они спокойно умещались тут с братом и даже не мешали друг другу. Непривычно, правда, что кровать совсем не скрипела под их движениями. Матрас был таким толстым и мягким и, когда они лежали, казалось, будто тонут. Справа от девочки заворочался Мигель, и из-под одеяла показалась его лохматая голова. Мальчик сонно посмотрел на сестру и уставился в потолок. Мишель улыбнулась такому виду брата и поняла, как соскучилась по этому. Она соскучилась по виду не до конца проснувшегося брата. В приюте они спали в разных комнатах и виделись только тогда, когда уже переодетые и умытые выходили на завтрак. Мигель перевел взгляд на прикроватную тумбочку. Он вытянул руку и потянулся за телефоном. На треснувшем экране высветилось время. Ночь. Три часа семнадцать минут. — Эй, — заспанным голосом Портер позвал сестру. — Ты чего не спишь, звезда? — Я просто думала, — шепотом ответила Мишель, словно боялась разбудить кого-то, пусть в комнате они и были одни. — Когда все закончится? Я идею ввиду, когда наш «отец», — девочка показала пальцами кавычки на последнем слове. — Перестанет так хорошо относится к нам. В том смысле, я конечно не думаю, что Эдди Миллс, кумир миллионов, тиран и деспот, но у него ведь работа. Я уверена, что он перестанет много времени проводить с нами, станет раздраженным и возможно будет кричать на нас или еще хуже, — на последней фразе девочка повернулась к брату. — В таком случае, — с полной серьезностью начал брат. — Мы сбежим. А пока давай наслаждаться компанией кумира. Этим летом Мигель Портер готов был простить вселенной все годы преследовавших его самого и его сестру неудач, потому что они наконец-то смогли повеселится спустя столько времени. После смерти родителей мальчик сам себе поклялся защищать и оберегать свою сестру, ведь он как-никак мужчина и обязан это делать. Портеров как-то брали в семью, хотели усыновить, говорили, что любят, но они точно знали, что это не так, ведь брали близнецов совсем не из-за любви, а просто потому что это «прикольно». «Прикольно» иметь детей-близнецов, брать их с собой куда-то в гости и одевать в одинаковую одежду так, словно это какие-то куклы. Правда, долго они в этой семье не пробыли, сбежали пару раз, после чего «родители» сами вернули детей назад. И, казалось бы, все стало более-менее хорошо, вокруг них перестали крутиться взрослые, как курицы наседки, но все было не так. Пара нетрадиционной ориентации решила взять подростков к себе, по понятным причинам, ведь своих то детей иметь не могли. От них сбежать было сложнее. Женщины заставляли называть себя «мама 1» и «мама 2», что очень не понравилось Портерам. Обе были очень строги по отношению к близнецам и даже запрещали гулять с друзьями (которых, кстати, не было). Долго это не продлилось, ребята смогли сбежать, просто пойдя вместо школы к Стейси и буквально умоляя забрать их назад в приют. Мишель тяжело вздохнула и улыбнулась. Мигель пододвинулся ближе к сестре и накрыл их обоих одеялом, обняв ее. Портер не помнил, когда они с сестрой уснули. В один момент, обнимая сестру, смотрел в потолок, а в другой уже открыл глаза в ярко освещенной комнате. Он моргнул и попытался открыть полуприкрытые глаза. Парень понятия не имел какой сейчас час и сколько он проспал, но, судя по затекшему телу понятно, что проспал достаточно. Мигель еле слышно застонал, медленно поднимая руку, чтобы нащупать телефон. Он включил экран и, прищурив глаза, проверил время. Восемь часов сорок восемь минут. Глаза, которые едва открылись, уже снова начали закрываться. Как только он осознал, что сейчас почти девять, резко вскочил с места, чтобы сесть прямо. Парень ругнулся про себя и поспешно осмотрел кровать, только чтобы обнаружить не спавшую сестру. Мигель вздохнул от досады и устало потер лицо. Его тело затекло и болело от неудобного сна. — Я хочу пить, — тихо сказала Мишель своему брату. — Я хотела сходить сама, но боюсь. — Давно? — спросил мальчик и встал с кровати. — Минут двадцать, — девочка улыбнулась брату и тоже поднялась с постели, следуя за ним. Портер подошел к двери и медленно открыл ее, опасаясь, как бы она не заскрипела, и они с сестрой вышли. Мишель подумала, что они пытаются украсть что-то, задним умом понимая, что делать так не стоит. Мигель оглядывался по сторонам и вспоминал дорогу к кухне. Они шли тихо, бессознательно стараясь не издавать никаких звуков. Подростки спустились по лестнице и обошли гостиную, после чего перед ними предстала широкая, пустая и абсолютно чистая кухня. Ребята остановились на месте и встали почти неподвижно. В голове Мигеля двигались мысли о том, что теперь делать. Легко можно было заметить, насколько высококлассным является это помещение. Блестящая мраморная плитка выглядит красиво и современно. С одной стороны, стоял большой обеденный стол, за которым они вчера сидели. С другой стороны, находилась все приспособления и места приготовления пищи: кухонная стойка, духовка, электрическая плита, множество шкафов на полу и под потолком, а также очень навороченный холодильник. Мигель переходил от одного шкафа к другому, гадая, где в этих многочисленных хранилищах находятся чашки для питья. Парень осторожно открывал их один за другим и только хотел дотянуться до третьего. — Вы рано встали. Мигель буквально подпрыгнул на месте, при этом прикрывая собой сестру. Ребята узнали голос Эдди и повернулись к нему лицом. — Ну, — сказал мужчина, моргнув. — Не хотел вас пугать. — Мы… — Мигель говорил быстро, но четко, по привычке пытаясь придумать оправдание. — Мы просто… Эдвард непринуждённо подошел к детям. Мигель не мог не вздрогнуть, мгновенный страх заполонил его сознание и закричал защитить Мишель. Мальчик знал, что Эдди, скорее всего, не собирался их ругать или того хуже бить, но старые привычки готовится к худшему просто так не умирают. Не то чтобы в приюте их конечно били… Просто с приемными семьями как-то не везло Миллс на мгновение остановился и посмотрел на Портеров. Казалось, он заметил дискомфорт подростков и уже что-то хотел сказать, однако промолчал и легкой походкой прошел вперед. — Похоже, вы что-то ищете, — сказал мужчина, протягивая руку к кофеварке на стойке, перед которой стоял Мигель. Парень отступил в сторону, чтобы дать Эдварду пространства, но продолжил закрывать сестру собой. — Мы просто искали воды. Эдди повернулся к одному из шкафов наверху, в частности, к тому, который был рядом с тем, что Мигель открывал, когда пришел мужчина. Он достал три кружки, поставил одну рядом с кофеваркой, а с другими подошел к холодильнику и налил холодную воду из небольшого резервуара, установленного внутри него. Мишель просто стояла на месте все это время, судорожно сжимая руки и наблюдая за происходящим. Эдвард вернулся к детям и протянул кружки. Мигель нервно взял их, после протягивая одну сестре. — Спасибо, — поблагодарил Портер. В ответ Эдди улыбнулся и непринужденно вернулся к кофе, а Мишель поднесла чашку ко рту и начала пить воду. — Что бы вы хотели на завтрак? — спросил Эдвард у детей, которые даже не смотрели на него. Мигель нахмурился и поставил кружку на стол. — Не знаю, — ответил мальчик. — Тосты? Яйца? Бекон? — стал предлагать мужчин. — Я могу приготовить вам блинчики, если хотите. Я почти уверен, что в холодильнике были вафли. — Я голосую за блинчики, — Мишель расслабилась и села за стол. Мигель поддержал ее и плюхнулся на стул рядом с сестрой, перестав загораживать ее. Эдвард кивнул и стал доставать все, что пригодилось бы для приготовления блинчиков. Было немного неловко, что дети как-то пытались сторониться его. Вчера ведь все было хорошо. Ну или он так думал. В этот момент Эдди в голову закралась мысль о том, что он вчера мог что-то сделать или сказать не так. Этих детей ведь достаточно легко ранить, они пережили слишком многое и любое его действие могут воспринять не таким, какое оно было на самом деле. — Планы то не изменились? Пляж? Вчера Портеры и Миллс счастливые вернулись домой, поужинали и долгое время увлеченно болтали обо всем на свете. Мишель даже не казалась такой отстраненной, как в самом начале, а Мигель все также тараторил и шутил на пару с Эдвардом. Потом какое-то время они пообсуждали фотографии, их позы на них и смешные рожицы, после чего обговорили планы на завтрашний день и довольные легли спать. Сегодня они должны были ехать на пляж. — Конечно, — улыбнулся Мигель и сложил руки на столе. Эдвард вертелся у стола туда-сюда, беря разные ингредиенты и замешивая тесто для блинчиков. Мишель украдкой поглядывала за действиями мужчины, а Мигелю было все равно, он сидел за столом с закрытыми глазами, подперев голову рукой. Когда Эдди вылил тесто на сковородку, и оно зашипело, девочка встала и подошла к мужчине, в открытую наблюдая. Она так давно не наблюдала за готовкой обыкновенного завтрака, что просто не могла удержаться. Миллс посмотрел на Мишель и улыбнулся ей и, получив ответную улыбку, перевернул блин. Портер, как загипнотизированная смотрела за этими действиями, словно это было для нее чем-то невообразимым. Когда все блины были готовы, девочка толкнула брата, от чего тот чуть не свалился со стула на пол, но зато больше не выглядел как сонная черепаха. Мужчина тихо посмеялся с того, как ведут себя близнецы, но ничего не сказал, просто поставил тарелки с завтраком перед ними. Подростки с радостью стали уплетать то, что им приготовили, а Эдвард лишь сидел и пил свой кофе с конфетами, которые брал из пиалы с середины стола. Блинчики оказались божественные! Мягкие, в меру сладкие, нигде не подгоревшие. Есть их было одно удовольствие. Когда с блинами было покончено ребята загрузили посудомоечную машину и побежали наверх собираться. Оказавшись в комнате, подростки неожиданно поняли, что у Мигеля нет с собой плавок, а у Мишель купальника. Вот это была проблема. Было немного неловко говорить Эдварду о такой проблеме. Глупо, что они не вспомнили об этом вчера, когда шло обсуждение о пляже. — И что теперь делать? — спросила Мишель и грустно выдохнула, плюхаясь на уже застеленную кровать. — Сказать, как есть и отменить поездку? Думаю, мистер… то есть Эдди против не будет, — пожал плечами Мигель и пошел к мужчине, дабы рассказать, что они с Мишель никак не могут поехать на пляж. Парень вышел из комнаты и направился дальше по коридору в комнату к Миллсу. Подойдя к двери, он постучал. Услышав приглушенное «входите», Портер отворил дверь и вошел в хоромы мужчины. — Что-то случилось? — спросил Эдди, задумчиво глядя на кровать, где были аккуратно разложены пляжные рубашки. — Да, — Мигель почесал затылок и только сейчас понял, как глупо будет звучать то, что он собирался сейчас сказать. — Мы не сможем поехать на пляж. У Мишель нет купальника, а у меня… — Заедем в магазин, — перебив мальчика, ответил Миллс. — Лучше помоги мне рубашку выбрать. Мигель улыбнулся и ткнул пальцем в рубашку синего цвета. Именно ее и взял мужчина. *** Мишель бежала, оставляя следы своих пяток на песке. Мигель пытался ее догнать и проучить. Ведь кто так делает?! Она только что забрызгала его в воде. А теперь они оба мокрые носились друг за другом. Эдвард стоял в стороне и лишь смеялся. Дети побегали еще какое-то время, вовлекая в свои догонялки Эдди, а потом устали и улеглись на полотенца под зонтом, постеленные на пляже. Эдвард и Мигель стали разговаривать о физике, о том, что он читал с сестрой в день их знакомства. А Мишель, не любившая тему науки, ушла к воде и стала ходить вдоль берега в поисках красивых ракушек на память. Кто знает, когда они снова попадут в приют. Когда у них еще будет такая возможность побывать на пляже и поискать сокровища? Мишель вообще относилась ко всему с некой скептикой. Ей никогда не нравились люди, хотевшие усыновить их, однако, в Эдварде было что-то такое цепляющее, что очень нравилось Мишель. Девочка вообще сама была удивлена тем, что могла спокойно разговаривать с ним. Раньше ее всегда сковывал страх при разговоре с кем-либо, кроме брата. Она даже не говорила с работниками приюта, предпочитая этому незамысловатые понятные всем жесты. Мишель ушла достаточно далеко от брата и Миллса и увидела покрытую водой полосатую ракушку, скрученную в причудливую форму, выглядящую, как самый красивый сувенир, который захотелось забрать и увезти с собой. Под ракушкой она увидела кучу ярких камушков, которые прям так и кричали о том, чтобы она взяла их. Девочка, не разбирая, просто набрала себе в ладони небольшую кучку, возложив сверху ракушку и направилась к Мигелю с Эдвардом, чтобы показать свои находки. Когда она дошла до них, то услышала, как они смеются от чего-то ей непонятного. Мальчишки, что с них взять? — Хэй, — попыталась обратить на себя внимание девочка. — Смотрите, что я нашла! — Вау! — подскочил Мигель. — Какая офигенская ракушка! Где ты нашла ее? Я тоже такую хочу. — Где взяла, там больше нет, — усмехнулась Мишель и показала брату язык, после чего уселась на полотенце и начала перебирать камушки, которые она заберет себе, а какие отдаст брату. Мигель не был согласен с тем, что его сестра не хочет делиться ракушкой и, громко смеясь, схватил ее и побежал к воде. Мишель не успела опомниться, а когда поняла, что случилось, соскочила и побежала за похитителем ее сокровища. Мигель ушел в воду уже достаточно далеко от берега, а Мишель спешила за ним. Эдвард не хотел вмешиваться в перепалки Портеров и просто сидел на берегу. Он сегодня вообще не хотел идти купаться, предпочитая сидеть на суше, наслаждаясь теплотой песка и свежим запахом воды, несмотря на то, что прямо позади них город. Эдди, честно говоря, не помнил, когда последний раз отдыхал и был на пляже, но точно знал, что влюблен в эту атмосферу, царящую сегодня. Мужчина улыбнулся своим мыслям и откинул голову назад, подставляя лицо солнцу. Дети, полностью промокшие то смеялись, то возмущенно кричали друг на друга в дали в воде. Миллс попытался прислушаться, о чем там говорят Портеры. — Ты уронил мою ракушку! — по голосу девочки понятно, она была крайне возмущена и недовольна действием брата. — Зачем ты ее вообще украл?! Мигель кисло улыбнулся и виновато посмотрел на сестру, после чего пообещал, что сейчас же достанет ее и нырнул под воду. Эдди посмотрел в сторону подростков и обнаружил лишь паникующую Мишель. Мигеля нигде не было видно. Миллс резко поднялся с лежака и подбежал к воде, вглядываясь вдаль. — Мигель?! — Эдди увидел оглядывающуюся девочку. — Мигель! Тут Эдвард понял. Ждать нельзя и сорвался к Мишель, быстро подплывая к ней. Девочка увидела оказавшегося рядом мужчину и в истерике сказала ему: — Мигель не умеет плавать, — ее голос жалко дрожал. — Он окунулся за моей ракушкой, но он совсем не умеет плавать, — проговорила девочка и тихо добавила. — И я тоже. Миллс, больше не слушая подопечную, нырнул под воду и сразу же увидел мальчика, правда, подальше от Мишель, в обрыве под водой, видимо, он шел в воде, упал туда и не смог всплыть. Парень не двигался, словно мертвый, было понятно, что тот не дышит, потому что наглотался воды. Мужчина подхватил ребенка и всплыл с ним на поверхность, скомандовав Мишель направляться к берегу, так она и поступила. Эдвард выбрался из воды с телом Мигеля на руках и положил того на песок, сразу же начиная делать сердечно-легочную реанимацию. Паника охватывала его с ног до головы. Было страшно, что Мигель умрет прямо на этом пляже, прямо на глазах сестры, прямо у него на руках. А ведь дети всего второй день под его опекой! Он попытался собраться. Так. Зажал нос. Тридцать нажатий на грудь. Искусственное дыхание. Снова тридцать нажатий, снова дыхание. Эдди продолжал все делать в одном темпе до тех пор, пока мальчик не задышал и не пришел в сознание. Он дал ему возможность прокашляться и крепко сжал в объятиях. Мигель, очнувшись, почувствовал, как из него вышибло воздух, когда пара мускулистых рук заключила его в объятия. Он застыл на несколько секунд, глаза угрожали вылететь из орбит, потому что чертов Эдди Миллс, кумир миллионов, обнимал его. Мишель все это время нервно стояла в стороне, не понимая, что делать. Она считала себя виноватой в том, что ее родной брат чуть не утонул. Ведь это из-за ее ракушки он полез под воду. Миллс отстранился от объятий, встал и строго посмотрел на детей, после чего таким же тоном сказал, смотря на Мигеля: — Чем ты думал, когда, не умея плавать, полез под воду?! — Я… — Мы собираемся домой, — сказал Эдвард голосом, не терпящим возражений, и начал складывать лежак и собирать полотенца. *** Всю дорогу к дому они провели в полнейшей тишине. Никто не сказал друг другу ни слова. Каждый чувствовал вину. Мишель за то, что из-за нее брат нырнул под воду, Мигель из-за того, что не умеет думать головой, а Эдди, потому что не уследил за детьми. Теперь он очень сомневался в том, что сможет хоть кому-то стать отцом. Близнецы у него всего лишь второй день, а один из них уже чуть не умер. По приезду домой, на Эдди не было лица. Он попросил детей идти в дом и ждать его в гостиной. Так они и сделали. Когда они только сели на диван, Мишель крепко-крепко обняла брата и заплакала. Мигель замер и тут же обнял сестру в ответ, поглаживая по спине в успокаивающем жесте. В этот момент зашел Эдди и прервал их нежности. — Мигель, — обратился он к мальчику. — Ты меня сегодня напугал. Не только меня, — сделал он акцент, взглядом указывая на Мишель. — Ты буквально чуть не умер сегодня, — Миллс старался сохранять спокойствие и не кричать на Портеров. — Поэтому я буду вынужден наказать тебя. Мигель опустил голову, как бы принимая все, что сказал Эдди. –Я запрещаю тебе сегодня пользоваться телефоном и десерт ты не получишь. А еще ты напишешь мне сочинение о правилах безопасности поведения на пляже. Мигель то и дело хлопал своими ресницами и шмыгал носом. Телефон он в итоге отдал Эдди и ушел наверх в комнату. Мальчик считал, что наказание Эдди вполне справедливое. Только он терпеть не мог писать сочинения…