Обретая счастье

Портеры уже стояли на крыльце приюта и сильно переживали, когда машина Эдди Миллса остановилась у их приюта. Стейси, заприметив приезд мужчины, вышла из здания и, перекинувшись несколькими фразами с ним, подозвала ребят. Она прочитала им небольшую лекцию о том, что они не должны себя плохо вести в гостях у Эдварда и отпустила с мужчиной. Подростки молча забрались на задние сидения автомобиля и мило улыбнулись Миллсу. — Вы правда хотите нас усыновить, мистер Миллс? — прямо спросил Мигель и получил тычок в бок от сестры и ее убийственный взгляд. — Ну-у, как сказать, — Эдвард на самом деле не знал, что ему говорить. — Вы хорошие дети, — Мишель забавно фыркнула на его запинку, но ничего не сказала. — И если вы конечно не против, то мы могли бы попробовать стать семьей. — Здорово, — Мигель улыбнулся самой счастливой улыбкой в мире, а его кудряшки забавно упали на лоб, из-за чего он нахмурился и попытался пригладить их на голове. — Не то, чтобы мы хотели возвращаться назад, но как долго мы будем у Вас? Хотя какая разница? — спросил мальчик сам себя и, сморщив свой нос от неудачной борьбы с волосами, прекратил ее. — Везде хорошо, если не в системе. Уверен, с Вами нам будет гораздо лучше, верно? Вы ведь миллиардер. Вы не бьете детей просто так, — Портер на мгновение осекся и посмотрел на Эдди. — Не бьете же, да? Потому что это просто извращение, если такой человек, как Вы, злоупотребляет статусом, и это очень плохо скажется на вашей рекламе, и мне, наверное, стоит прекратить говорить такие вещи, если Вы действительно бьете детей, — речь мальчика ускорялась с каждым словом, он говорил так быстро, что казалось вообще не дышит. Эдди лишь саркастично глянул на него. — Сделаем вид, что я не слышал этого, — сказал он, — Хотя уточню, что нет, я не бью детей. Мишель захихикала с вида своего брата. — Ну, тогда это другое дело, — пробормотал Мигель и стал рассматривать пейзажи, проносящиеся за окном. — О! — Портер снова вернул свое внимание к мужчине за рулем. — А та милая дама, с которой Вы приходили к нам вчера, Ваша жена? — Так, — спокойно ответил Эдвард, не сводя глаз с дороги. — Во-первых, хочу попросить называть меня на «ты», а во-вторых, нет, это не моя жена, просто хорошая подруга. Мишель не было интересно слушать, о чем они говорят, да и самой говорить тоже. Вообще, на людях она не была разговорчивой, лишь наедине с братом могла позволить себе словесный понос, а вот Мигель нет. Он любил говорить и в особенности тараторить, когда волнуется, чем, собственно, и занимался сейчас. Девочка открыла свой рюкзак и со скучающим видом достала наушники, попутно выбирая музыку в своем старом потрёпанном телефоне. Пришлось приложить немного усилий, чтобы распутать их, но это ее вовсе не заботило, и когда юная Портер нашла подходящую музыку на своем гаджете, то сразу включила ее, в надежде заглушить разговоры. — Расскажите о себе, — попросил в один момент Эдди, поворачивая руль в сторону. Мигель уставился на него, как будто тот сказал что-то совершенно безумное и абсурдное. Затем он, казалось, что-то обдумал, прежде чем нерешительно произнес: — Вам, то есть, тебе правда интересно? — Да, и я бы хотел, чтобы это сделала Мишель, — сказал Миллс, подумав почему девочка не разговаривает с ними. Парень, казалось, немного замешкался, прежде чем сказать: –Она не будет с тобой говорить. — Почему? — удивился мужчина и посмотрел в зеркало заднего вида на девочку. Та даже не обращала на них внимания, тыча что-то в телефоне и улыбаясь. — Типа, — с неловкостью начал парень и провел рукой по волосам, — Мишель ни с кем никогда не говорит, тебе разве не сказали? Стейси должна была. — Нет, — Миллс нахмурился, потому что ему действительно никто ничего подобного не говорил о девочке. — Ладно, это не страшно. Похоже она нас не слышит. Машина заехала на территорию дома Эдварда и остановилась прямо возле двери. Мишель оторвала взгляд от телефона и, поняв, что они на месте отключила музыку, и вместе с братом покинула авто. Эдди не стал вылезать, лишь попросил ребят идти в дом, а сам решил припарковать машину в гараж. Ребята оглядели место своего временного пребывания сверху донизу. Дом был в два этажа, не такой каким они себе представляли. Детям казалось, что он должен быть больше, ведь это дом миллиардера, но не суть, он все равно классный. Зато гараж был большой и там точно было много-много других машин. Вокруг дома было много растительности, что очень понравилось подросткам. Портеры взволнованно подошли к двери и открыли, удивляясь тому, что она не заперта. — Здесь здорово, — с восхищением сказала Мишель, когда они вошли внутрь. — Не верится, что мы будем тут какое-то время. — Да, мне тоже, — согласился Мигель и стянул свои кроссовки, после чего присел на корточки перед сестрой, помогая развязать шнурки ей. Было не понятно почему он это делает, ведь с девушкой все было в порядке, и она могла спокойно сделать это сама. Брат с сестрой неловко огляделись и, взявшись за руки, прошли дальше. Обстановка была шикарной. Ребята двинулись вперед, где располагалась гостиная, чтобы там дождаться Эдварда. Мишель плюхнулась на диван, отпуская руку брата, и стала устраиваться поудобнее среди кучи подушек, когда позади прозвучало веселое «Привет». Мишель вздрогнула и повернулась в сторону, откуда это прозвучало, заметив, что Мигель напрягся. Карие омуты обоих подростков изучали незнакомого мужчину с такой проницательностью, что тому пришлось приложить все усилия, чтобы не поежиться. Они анализировали незнакомца, искали информацию, которая могла выдать хоть один намек на то, кто он. Неожиданно для подростков, с другой стороны от них раздался кашель. Ребята обернулись и, увидев Эдди, заметно расслабились. Как он там оказался? Дверь ведь была в той стороне, в которой стоял незнакомец. — Я зашел через дверь, что ведет в гараж, — на непонимающий взгляд своих подопечных, пояснил мужчина. — Это мой друг Николас, — представил Миллс незнакомца. — Но вы можете называть его вонючим носком, я не против. Мишель негромко захихикала, а Мигель просто улыбнулся и плюхнулся на диван, поближе пододвигаясь к сестре. — Надеюсь вы все же не будете меня так звать, — произнес Николас и подошел к подросткам, протянусь свою руку Мигелю. Мальчишка только опустил взгляд на ладонь, не предпринимая никаких попыток пожать ее. Поняв, что парень не будет жать ему руку, Ник неловко улыбнулся и убрал ее в карман, поворачиваясь к своему другу. Эдвард на эту сцену лишь задорно улыбнулся и спросил зачем, собственно, тот пожаловал. — Мне Мэри сказала, что ты сегодня забираешь детей, и я хотел бы с тобой поговорить, — серьезно сказал Ник, глядя в глаза Миллса. — Наедине, — добавил он. Эдвард посмотрел на Николаса и кивнул. Гордон, поняв, что от него ждут, без слов направился в гараж, обходя диван и самого Эдди. — На втором этаже есть комната с белой дверью, она ваша. Временно поживете вдвоем. Думаю, вы не против, — сказал мужчина и неловко потер свою шею. — Идите пока разложите свои вещи, а я не на долго отойду. Когда вернусь, перекусим что-нибудь и поедем развлекаться, — миллиардер еще раз улыбнулся перед тем как уйти туда, куда минуту назад ушел его друг. Мигель нахмурился и посмотрел на сестру. Та лишь пожала плечами и встала с дивана, подбирая свой портфель с пола. Мальчик решил последовать ее примеру. Портеры без малейшего труда отыскали лестницу на второй этаж и нужную дверь. Их новая комната была среднего размера с окном во всю стену и оформлена в бежевых тонах. Также была дверь, ведущая в ванную. Стены были украшены парой картин с изображением пасмурных пейзажей, вея скукой. Посередине у стены стояла большая двуспальная кровать, застеленная пушистым коричневым пледом и с горой подушек на ней. В углу расположился небольшой диван и письменный стол с шикарным компьютером. Сбоку от входа находился большой шкаф, куда подростки могли сложить свои вещи, а чуть подальше него была еще одна дверь, судя по всему ведущая в небольшую кладовку. — Слишком идеально, — буркнула девочка и прошла в комнату. — Мы что? На одной кровати спать будет? — сложив руки на груди и посмотрев на брата, спросила Мишель. — Мистер Миллс сказал, что это временно, — пожал плечами Мигель и подошел к письменному столу, разглядывая чудо техники. — Ты не спрашивал, как к нему обращаться? — поинтересовалась Портер, открывая шкаф и начиная раскладывать свою одежду на полках, хотя было ее немного. — Нет, — ответил брат и прошёлся к большому окну, отдергивая светлую штору с незамысловатыми узорами. — Но попросил говорить с ним на «ты». — Чудно, — девочка потерла руки друг о друга и закрыла шкаф, закончив свое дело. — Тогда мы с ним точно найдем общий язык. Мигель улыбнулся и тоже решил разложить свои вещи. Мишель же упала на кровать и стала разглядывать красивую люстру на потолке. Она не была большой и слишком вычурной, но все равно привлекала внимание. Тонкая работа, выполненная в классическом стиле с нотками новизны, всегда смотрелась хорошо практически в любом интерьере, особенно неплохо вписавшись в комнате подростков. — Вы здесь? — послышался стук и голос за дверью. — Да! — откликнулся парень, складывая футболку в своих руках. — Хорошо! Собирайтесь и спускайтесь на кухню, — Эдвард не стал заходить в комнату, ограничившись общением через дверь. — Буду ждать вас там! — Ладно! — за двоих ответил Мигель и, закончив со своей одеждой, захлопнул шкаф. — Мне здесь нравится, — улыбнулась Мишель, которая еще лежала на кровати, приподнимаясь на локтях и смотря на брата. — Надеюсь все так и будет и нам не придется сбегать. Парень лишь улыбнулся в ответ сестре и подошел к кровати, протянув ей руку, за которую она тотчас ухватилась, и помог ей подняться. Девочка поправила свою, слегла задравшуюся футболку, и пошла на выход из комнаты. Мигель последовал за сестрой, отпуская ее руку. Перед тем как спуститься на первый этаж, подростки решили осмотреть второй, ведь если внизу они более или менее что-то рассмотрели, сидя в гостиной, то наверху они еще ничего не видели. Мишель прошла вперед, тыкая пальцем в соседнюю дверь, и сказала: — Ставлю десять баксов, что эта комната принадлежит ему, — задорно произнесла девочка и прищурилась. — Ты не угадала, — послышался голос за спиной Мишель, отчего та вздрогнула. — Это всего лишь я, — улыбнулся Эдди и поднял руки в жесте «сдаюсь». Эта комната на ремонте, — решил рассказать он и открыл ту самую дверь, Портеры отошли в сторону. — И скоро она будет принадлежать кому-то из вас, ну тут вы сами решите, — мужчина пожал плечами и вошел в совершенно пустую комнату, в которой еще даже стены не покрасили, дети прошли за ним. — Не будете же вы вечно в одной жить, — сказал Эдвард и подмигнул ребятам, — Вы кстати идете есть? — Эм, да, — с запинкой ответил парень и первым вышел из комнаты, следом за которым последовала Мишель, а после и сам Эдди, закрывая дверь. Все трое спустились по лестнице и вошли в совершенно пустую кухню, хотя подростки ожидали увидеть того мужчину, которого они встретили в гостиной. Тарелки с приготовленной рыбой и овощами уже стояли на столе и ждали, когда их съедят, излучая прекрасный аромат. Вымыв руки, Портеры и Миллс сели за стол, начиная трапезу. Сидя за столом и о чем-то переговариваясь из раза в раз, они походили на обычную семью. Подростки выглядели по-обычному, словно никогда никого не теряли в своей жизни, они просто сидели за столом, обедали и искренне улыбались друг другу и своему возможному приемному отцу. Эдвард был счастлив не меньше. В его груди разливалось тепло от мысли, что у него возможно будут дети. — Чем бы вы хотели заняться? — спросил Эдди, отодвинув от себя пустую тарелку. — А разве Вы не решили заранее, чем хотите заняться с нами? — слегка непонятливо спросила Мишель, а Мигель удивленно на нее уставился, ведь обычно девочка не любит разговаривать в присутствии посторонних. — Во-первых, не «Вы», а «ты», договорились? — поправил ее мужчина. — А во-вторых, да, ты права, я действительно думал о том, как мы могли бы провести время, но я хочу услышать вас, — мужчина поднял одну бровь, с улыбкой смотря на подростков. — А что Вы хотели предложить? — скромно спросил Мигель и отложил свою вилку. Эдвард, услышав обращение, решил молчать. — Мистер Миллс? — позвала его Мишель. — Я Эдди, — вздохнул мужчина и вылез из-за стола. — Если вы будете называть меня мистером, сэром и на «Вы», то я отзываться не буду, — он прошелся вдоль стола, собирая пустые тарелки детей. — А что ты хотел предложить? — изменив обращение, повторил вопрос Мигель. — У меня была идея поехать в парк развлечений или зоопарк, — ответил Миллс и загрузил тарелки в посудомоечную машину. — Мне больше нравится парк развлечений, — сказал парень и встал из-за стола, глядя на мужчину щенячьим взглядом. — Мне тоже, — согласилась Мишель и встала, собирая со стола кружки и вилки, которые после отправились в мойку за своими собратьями тарелками. — Не люблю смотреть на животных в клетках. — Отлично, — Миллс улыбнулся, давая понять, что полностью поддерживает решение детей и, когда стол был вытерт, а вся посуда убрана, они отправились в гараж, чтобы сесть наконец в машину и поехать развлекаться. Никогда еще Эдвард не ездил в парк развлечений, будучи таким взбудораженным. Мужчине очень хотелось увидеть, как дети радуются, катаясь на различных аттракционах. Всю дорогу Мигель и Мишель о чем-то восторженно шептались и Миллсу очень нравилась мысль, что причина их радости — он сам. Как же ему хотелось быть отцом этих славных детей, а ведь знает он их всего лишь пару дней. Однако, это ему не мешало уже представлять, как они каждый день завтракают и ужинают, как он будет помогать им с уроками, как они будут ходить на семейные прогулки и шопиться. Но все это было лишь пока что в мечтах Эдварда. Но! Это ведь пока что! Это значит, что когда-то это может стать реальностью! Эта мысль очень будоражила Эдварда. Припарковавшись у входа, они вышли из машины и вошли на территорию парка внушительных размеров. День был солнечный, народу достаточно. Детские, и не только, крики заполняли все окружение. С одной стороны — русские горки, с другой — колесо обозрения, всякие туннели неподалеку, палатки и лавки со сладостями, шариками и прочими безделушками, которые так любят дети. Прямо по дороге стояла палатка с игрой «Попади в цель». Мигель, заметив, что один из призов — игрушка Человека-Паука, захотел получить такой, но сыграв целых шесть раз, у мальчика ничего не получилось. Мишель, каждый раз, когда парень не попадал в цель, подшучивала над братом и строила ему смешные рожицы. Пойти в комнату страха ребята напрочь отказались, а Эдвард не стал и уговаривать. Мишель, увидев палатку с художником, сразу захотела свой портрет и попросила Миллса немного раскошелится для нее, а тот и против не был, он ведь миллиардер или кто? Ради этой девочки он может спокойно заказать картину у самого лучшего художника в мире. Пока художник старательно вырисовывал образ Мишель, Эдди с Мигелем решили сходить за чем-то холодным, чтобы немного освежиться, ведь погода стояла жаркая. Они около получаса бродили по парку и искали лавку с мороженым, пока наконец не нашли ее. Когда они уже купили три одинаковых лакомства и вернулись к Мишель, художник все еще не закончил свою работу, выполняя какие-то штрихи карандашом. Когда работа наконец-то была сделана, девочка недолго посмотрела на свой портрет и передала его брату, перед этим естественно показав его Эдди. Мужчина оценил детальное изображение Мишель и предложил ребятам попозировать втроем, чтобы художник нарисовал их совместный «семейный» портрет, но девочка категорически отказалась, объяснив это тем, что устала долгое время находится в одной позе и, что гораздо проще им будет сделать несколько снимков в будке для фотографий. Мигель поддержал свою сестру, сказав, что очень любит фотографироваться, а Эдди не стал препираться с детьми, ответив, что фотку, которую они сделают, он повесит в рамку и на холодильник и еще несколько запихает в семейный альбом, который они купят позже. — Как насчет прокатиться на роликовой каталке? — предложил Миллс, указывая на большой аттракцион позади себя. — Да! — очень быстро согласился Мигель и побежал вперед. Вся шайка подошла ко входу к горкам. Обменявшись пару словечками с проводником, Эдвард рукой пригласил всех на аттракцион. Все сели на свои места, Эдди и Мишель спереди, а за ними сел Мигель рядом с какой-то девочкой чуть младше него, которая строила ему глазки, то и дело перешептываясь со своими подругами позади. Эдди ухмыльнулся умоляющему взгляду мальчика и расслабленно уместился в кресле, запрокинув на голову солнцезащитные очки, в которых пришел, и одной рукой ухватился за раму. Мишель же держалась обеими руками, изредка оборачиваясь на брата. Девочка оглядела высоту горки, на которую им предстоит въехать, а после и быстро съехать, вопя от веселья, потом повернула голову в сторону большой толпы, которые ждали своей очереди. Аттракцион завелся. Дети сзади начали возбуждающе шептаться то ли от грядущего экстрима, то ли от того, что экстрим они будут получать вместе с Эдди Миллсом в одном вагоне. Пока все шло медленно, Мишель не напрягалась, лишь перебирала пальцами, держась за ручку спереди. Мигель смотрел то вперед, то на девчонку, что сидела рядом, но заметив, как она вроде бы потеряла к нему интерес, лишь улыбнулся и расслабился, приготовившись к адреналину, что ожидал достаточно долго. Вагончик въехал на верхушку. Последний момент и он резко заскользил вниз. Скорость, эмоции. Ничего не слышно кроме ветра в ушах и визга подростков на заднем плане. Чувства переполняли, вроде и страшно, а вроде и хочется смеяться от веселья. Мишель тоже кричала, хохотала, отпускала руки в свободном полете и уже забыла про страх. Когда все закончилось, все выходили немного пошатываясь, но с довольной улыбкой на лице. — Неплохая развлекаловка для мелких детишек, — Миллс, спускаясь по лестнице ко входу, спустил очки на нос и поправил прическу. — Да уж! Неплохо, — Мигель широко улыбнулся и посмотрел своими карими глазами на мужчину. В них буквально засияли искорки веселья. — Ну что, дети, — обратился к подросткам мужчина. — Фотографируемся и домой? Уже вечер. — А как же колесо-о? — Мишель щенячьими глазками, какими еще совсем недавно смотрел Мигель, уставилась на Эдди. — Точно! — согласился Мигель и указал на большое колесо обозрения. — Пожалуйста. Это последний аттракцион на сегодня. — Ладно, негодники, трудно сопротивляться вашим глазкам, — быстро согласился мужчина и все трое со счастливыми улыбками пошли вперед. Очередь, к счастью, не была большой, и они легко пробрались к кабинке. Вид был шикарен. Ненавязчивые глазу последние лучи солнца скрывались за горизонтом, давай проход мягкому синеватому оттенку, что расположился в небе, украшаясь сияющими огоньками где-то вдали. Троица расслаблено смеялась, вспоминая сегодняшний день. — Кстати, — Мигель улыбнулся и, порывшись в кармане джинс, выудил оттуда свой телефон, открывая какое-то видео, после чего отдал телефон мужчине, сидящему напротив. Эдди скептически глянул на пацана, но принял вещь, нажав на воспроизведение видео, откуда сразу послышались крики с горок. «Этот малец все заснял?» — взорвалось в голове у Миллса, когда увидел свое напряженное лицо. Да что там лицо, все тело! Он мертвой хваткой вцепился обеими руками за раму, сцепил зубы, глаза на лоб полезли, в то время как Мишель, сидящая рядом, смеялась во весь голос, отдавая себя ветру. Кабинка залилась дикими смехом, а в Мигеля полетел какой-то орешек, который Эдвард нашел у себя в кармане. Смех прекратился, но, когда близнецы посмотрели на угрюмое выражение лица мужчины, новая волна хохота накрыла их с головой, и орешки полетели не только в мальчика, но и в его сестру. Проехав свой круг на колесе обозрения, Портеры и Миллс вышли из кабинки, направляясь в будку для фотографий. Ребята кривлялись и ставили друг другу рожки. Фотографии вышли замечательным, а их лица украшали довольные улыбки. Когда снимки уже были сделаны, они направились к выходу из парка развлечений. В машине, когда они ехали домой, ребята шутили и что-то увлеченно обсуждали на заднем сидении, втягивая в разговор Эдварда. А тот и не был против, наоборот ему нравилось, что дети хотят с ним разговаривать, а это вполне могло означать, что они нашли общий язык.