Ну ты и придурок, дракон!

      Не хотелось признаваться даже самому себе, но слова Деварда меня всё-таки задели. Я действительно был сиротой, которого в младенчестве нашли в лесу недалеко от столицы. Я лежал закутанный в какие-то тряпки рядом с мёртвой молодой женщиной. Видимо, роды начались преждевременно и она просто не успела добраться до помощи, а сама не справилась. Меня определили в приют при монастыре, там же похоронили маму. Раньше я часто посещал её могилу и разговаривал с ней. Сейчас это происходит реже, потому что из Академии выпускают нечасто.       Попав в Академию из-за силы воздушного дара, я так и остался безродным сиротой, и сейчас я не уверен, нужно ли такое «счастье» Гору. Я не успел задуматься, как уже стоял, смотрел в родные глаза, в которых плескалось волнение, и тыкал в его грудь пальцем. Я безумно боялся увидеть презрение в его взгляде, и меня несло:       — Ну что, дракон, страшно? Не о такой истинной паре ты мечтал? — но мне ответил совсем не Рейдар. Услышав голос наследного принца Аладара, я вздрогнул, но взгляд не отвёл.       — Гор, а ты что, не объяснил своему, кхм, другу, что внутреннему дракону абсолютно наплевать на социальный статус, положение в обществе, достаток, возраст и, как теперь оказалось, даже на пол?       — Я ему не друг, — буркнул я, не зная, как реагировать на услышанное, и опуская взгляд.       — Он мне не друг, — тихо услышал от дракона. Но не успел я упасть в пропасть тоски и душевной боли, как меня прижали к груди, поцеловали в макушку и намного громче произнесли: — Он мне не друг! Он моя истинная пара! Мой любимый! Часть моей души и моя жизнь! Не безродный и не сирота! Он моя семья и станет частью моего рода! — последнее мой дракон буквально проревел, и казалось, что его услышала вся Академия. А я обнял его за талию и зарылся носом в ключицу, чтобы никто не увидел мою счастливую морду.       — Придурки! — сказал Лест, и они с Алом заржали.       — Лест, тсс, не смей оскорблять Его Высочество принца Рейдарии, — подколол наш принц моего друга, а я аж воздухом подавился.       — Принца?       — Ал, я тебя убью! Ну вот кто тебя просил? Что я буду делать, если он испугается и сбежит? — мой дракон говорил весело и шутливо, а в глазах проскользнул страх. Он, такой большой, сильный, огненный, родовитый, боялся моей реакции.       «Огонёк?!»       А я, я после публичного объявления меня парой дракона уже не боялся ничего и верил ему как себе. Поэтому притянул его за воротник мантии и заглянул в глаза. «Не бойся!», а вслух:       — Я не сбегу. «Но ночью обязательно отомщу! Готовь свою венценосную задницу». — «Рас, так венец же носят совсем не там».       И мы захохотали, прижимаясь друг к другу лбами.       — Ал, я ж тебе говорил, что они придурки! А ты: «Принц, принц», — и двое наших друзей захохотали вместе с нами.