Путешествие

***

Darlak       Веран остановился и оглядел то, что когда-то было яблоневым садом. Всё пространство занимало вспаханное поле, в центре которого, под тремя кривыми яблонями, курился небольшой дымок. Измученный приключениями, Веран как стоял на ногах, так и повалился в бурьяны, дабы его не заметили раньше времени - хотелось немного поплакать и пожалеть себя, а потом уже являть миру. Ухо нещадно пекло, зад - тоже, ущемлённая гордость рыдала в истерике в уголке сознания. Вдохнув побольше воздуха, Веран кое-как поднялся на ноги. Если тут живут люди, то вполне вероятно, что маленькой семьёй, а то есть, вряд ли будут гнать с порога. По крайней мере не должны. По крайней мере не должны напасть. Солнце уже палило во всю, стремилось в зенит, и Веран, собрав себя всего, решительно пошагал к домику, оказавшимся скорее шалашом в пещерке, с разведённым возле костерком. Над огнём дымился казан, неподалёку в тени меланхолично жевала траву белая коза. Осторожно ступая, друид приблизился к жилищу, вслушиваясь - изнутри донеслось приглушённое хихиканье. Потом хозяин смолк, повисла напряжённая тишина, не обещающая ничего доброго, и Веран, повинуясь развитой интуиции, инстинктивно попятился назад, как вдруг босую ногу прошила острая боль, а в затылок с треском прилетело нечто. Ойкнув, друид схватился за лысину - как бы шишки не было… Тряпьё в шалаше распахнулось и Веран обомлел, не зная, бежать ему, что-то говорить или продолжать натирать ушибленное место. Со всем гордым видом, на него смотрел его брат, не скрывающий удивления, но больше самодовольный и преувеличенно гостеприимный. Харка сложил руки в замок на груди, будто ожидая объяснений. Веран, для верности, потёр затылок. - Какими судьбами, братик? - первый не выдержал столь драматичной паузы Харка. - Я ждал тебя… немного в иных обстоятельствах. - Всё против нас, - неопределённо отозвался тот. Рефлекторно прижал руки к груди, когда старший сделал шаг в его сторону. - Проходи, присаживайся, - растерянно говорит Харка и подбирает деревянные грабли, на которые Веран уже наступил. - Будешь картошку? - Картошку?.. - переспросил Веран. Он не был уверен, что его не отравят, но жрать хотелось безумно, хоть после пережитого кусок в горло не лез. - Картошку. Раньше тут яблоньки росли, но это не выгодно. Нужно двигаться вперёд. Будущее - за картошкой. Она впитывает свет солнца и, скорее всего, силу земли, - рассказывал увлечённо Харка, попутно увлекая Верана к костру. Друид нервно оглянулся - Авла ни видно, ни слышно не было. - Вот смотри: я сажаю её одну, потом она вырастает в кучку, я её выкапываю, а потом угощаю тебя - кушай, кушай. На ещё пахучих трав. Так вот. Картошка - это низпосланный дар богов, чудо, которое должно объединить людей и питать армии! Это то, что нужно каждому человеку! Веран наблюдал за братом, как за одержимым, особенно, насколько вдохновлённо тот вещал о клубнях. Тем не менее, потрескивание пламени успокаивало, картошка оказалась на редкость вкусной штукой, а Харка вот уже десять минут как не пытался к нему приставать, и Веран постепенно расслаблялся. Насколько вообще это было возможно. Он поморщился, поёрзав. Дискомфорт после встречи с римлянином давал о себе знать, оттого картошку пришлось отставить на потом. - Я могу попросить тебя об одном одолжении? - не поднимая глаз, глухо и как-то обречённо заговорил Веран. Он чувствовал, что Харка внимательно слушает. - Чисто по-братски. - Я весь во внимании, - отозвался тот, по-змеиному испытующе разглядывая любое изменение в мимике. - У меня… там… серьга, - выпалил Веран и нервно затеребил край своего платья. - Сам я её не вытащу. Тишина и молчание со стороны Харка заставляли думать о худшем. - Там - это где? Веран выдохнул сквозь зубы - ну неужели нельзя без этих уточнений?.. Просто взять и помочь, без унизительных вопросов и прочего? Просто засунуть пальцы ему в жопу и вытащить серьгу, да, ничего же сложного.... Вот он второй день спасает её от посягательств, а сейчас сам просит вторгнуться, да ещё кого! Единственного, кто не пытался его изнасиловать уже дольше пятнадцати минут! Позор-то какой, о, боги… Веран медленно повернулся к брату спиной, приподняв зад. - Здесь. Пауза затягивалась. С одной стороны, беспокоиться вроде бы было не о чем - беспокоиться, в конце концов, стоило Харке; с другой - сама ситуация была какой-то сюрреалистичной. Видимо, это были очередные испытания богов, не иначе, потому что Харка вдруг беспардонно заржал в голос, повизгивая на вдохе. Но согласился. Катался по земле, избивая её рукой в припадке смеха, и кивал. Кажется, на глазах у него появились слёзы. - Ладно, братишка, поворачивайся, - всё ещё икая, он похлопал по изогнутой коряге, на которой сидел сам. - Ложись задницей кверху, вот сюда, чтоб мне было виднее. Помявшись, Веран лёг. Задрал подол некогда парадного платья, грудью вниз, чувствуя себя распластавшейся лягушкой на ветке. К испещрённым шрамами щекам прилила кровь. Харка копался за его спиной, отчего Веран настороженно выгнулся посмотреть, как оттянули одну ягодицу и в ложбинку внезапно плеснули водой. Веран сцепил зубы чувствуя, как вода стекает по яйцам, и по вдруг задрожавшим ногам. - Расслабься, брат, - едва ли не нараспев посоветовал Харка и с каким-то интересом надавил на распухшие мышцы. От холодной воды всё сжалось и Веран почувствовал, как клипса продвинулась ещё глубже. А потом ощущение пальца заставило прикусить ребро ладони - чересчур свежее воспоминание об Авле. Харка действовал осторожно и с каким-то нехорошим энтузиазмом, прощупывая стенки, разминая, и потихоньку проталкивая глубже. Когда палец влез почти по костяшку, Харка радостно оповестил: - Нашёл! Но радоваться было рано. К первому пальцу тут же присунули второй, без предупреждения, отчего Веран рефлекторно дёрнулся вперёд, пытаясь уйти от боли. Его придержала жёсткая рука. - Так надо, братишка, так надо, - успокаивал его Харка, туго раскрывая пальцы на манер ножниц. - Потерпи немного. Натерпелся Веран уже достаточно… Но попытался смириться со своей участью - в конце концов, он действительно не справится самостоятельно, а так хотя бы клипсу вытащат, на место её потом прицепит… Пальцы внутри раскрылись очередной раз, вгоняя до упора резким движением, и Веран ахнул, прогнувшись - что-то они зацепили такое, отчего стало… приятно? Но с общей болью это не сравнится. По свежим ранкам это было слишком остро, зато, кажется, брат зацепил кончиками клипсу, однако, от непроизвольного движения всем телом, та скользнула ещё дальше, окончательно скрываясь в кишечнике. Веран это чувствовал и стыд заливал кончики ушей. Харка вынул пальцы с характерным хлюпающим звуком. - Так дело не пойдёт, - тоном профессионала констатировал он, будто делал это сотни раз, и исчез из поля зрения Верана. Тот приподнялся на коряге, стараясь сохранить равновесие, как тут же оказался вжат обратно навалившимся телом. В панике дёрнувшись, друид чуть не свалился с бревна, но Харка нежно, почти ласково, обнял, ложась сверху. От увеличившегося веса тазовые кости больно врезались в дерево. - Не бойся, всё хорошо, - погладил по ягодице старший, притираясь, и, странно, но угрозы от него не ощущалось. Он притёрся теснее. - Я знаю другой способ. И облизал целое, пылающее ухо. Рука с задницы нащупала ещё мягкий член, погладив, на что Веран зашипел на брата, скаля сточенные зубы. Но ощущения оказались не столь мерзкие, как до этого его хватали остальные; какие-то… другие. Аккуратные, что ли. Харка же, довольный результатом, начал активнее жать в руках плоть, приговаривая: - Так братишка у нас - девственник? Верховный друид-недотрога? - Подожди… что ты делаешь? - прохрипел Веран, когда сопротивляться возбуждению уже было поздно, да и тяжело. - Применяю другой способ. Он тебе понравится, - и, на секунду задумавшись, добавляет, - наверное. Веран интуитивно чувствовал, что дело - жопа. Причём его. Его жопа сейчас будет снова страдать, боги, когда ж уже это закончится!.. В попытке извернуться, братья только съехали на землю. Харка снова подмял его под себя, задирая подол платья и попутно развязывая свои штаны. Когда в анус упёрлось что-то побольше пальцев, Веран, тяжело хватая ртом воздух, с непонятным визгливым звуком сделал последний рывок, на что его только притянули за вывернутые за спину руки обратно, и зажмурился, стоило Харка толкнуться в него. На глаза навернулись предательские слёзы - который по счёту раз уже?.. Но спустя пару движений он вздрагивает - тот снова цепляет что-то очень чувствительное внутри, отчего Веран рефлекторно прогибается в пояснице, сам не зная, как это объяснить самому себе. Харка сверху старается, чтобы не сделать больнее, чем есть, однако под конец уже не сдерживается - ебёт как в последний раз, с оттяжкой, притягивая поскуливающего друида к себе за руки, елозя им по листве. Краем сознания Веран думал, что, в принципе, могло быть и хуже, как - лучше не представлять, а когда чужая рука заставила его кончить с немым криком - что всё вполне себе даже приемлемо. Они откатились на бок, тяжело дыша. Верана клонило в сон после всего пережитого. Он только успел спросить: - А как же клипса?.. - А, это… Сама выйдет, - похлопал его по бедру Харка, разваливаясь поближе к костру. Где-то в лесу орал взбешеный Авл Плавтий.       … Если когда в жизни Веран и хотел люто убивать, то сейчас: проклятая клипса все никак не цеплялась на ухо, голодный бык ревел белугой, а выстиранное в холодной воде ручья платье мерзко липло к продрогшему телу. Наконец, он чуть сильнее сжал пальцы, и зажимный механизм щелкнул на распухшем хряще. Веран посмотрел на свое несчастное отражение в луже по дороге к повозке. Кажется, этот день все-таки заканчивается, а он все еще в своем уме. Посмеялись ли над ним боги, или прокляли – это еще стоит понять. - Как съездил? – радостно встречала его Уилла. - Да что могло со мной случиться за двадцать миль пути, - преувеличенно спокойно ответил друид и отвернулся, скрывая дергающийся глаз.