Умраж.

11 ЯНВАРЯ понедельник — Умраж! — А? — сонный демон сладко потянулся. — Слышишь? — прошептал я. — Что? — Вот и я ничего не слышу. Может, они наконец-то поняли друг друга? — А ты хотел, чтобы они и в день свадьбы ругались? — игриво провел он пальцами по моему бедру, явно думая уж о другом. — Главное, чтобы это не было затишьем перед бурей, — несколько недовольно буркнул я, поднимаясь с кровати. — Это ты куда собрался? — потянул на себя Умраж, заставляя упасть на кровать. — А утреннее приветствие супруга? Из кровати мы выбрались где-то через полчаса. Сытые, умиротворенные и… потные. — Первым в душ я, — хотелось бы рвануть, но так лень вообще двигаться… — По старшинству, — выдал Умраж, при этом змейкой прошелестев рядом и скрывшись за дверью в ванную. — Старикашка! — мстительно крикнул я вслед. — Мелочь хвостатая! — пришло в ответ, вызвав смех. — Господа! — раздался стук в дверь. — Хозяева просят вас спуститься в обеденный зал. Завтрак подан. Я не успел ничего ответить, слуга уже отправился обратно, видимо, посчитав, что свое дело он сделал. — Умраж! Нас зовут завтракать! Так что придется тебе потесниться! — сообщил я супругу. — Зайдешь — быстро отсюда не выйдем, — предупредил он меня. Секунду на раздумье и сожаление, что немного опоздаем, и с расплывшийся во весь рот улыбкой шагаю к своему демону. — Вот ты и попался, волчонок! — обхватив руками, притянул меня к себе. — По идее Красной Шапочкой ты должен быть, а у нас все наоборот. — Красной Шапочкой? — Я тебе попозже расскажу эту сказку. А пока… Кто-то мне чем-то грозился? — Ах, ты! — рассмеялся Умраж, моментально исправляясь. Поцелуй вышел долгим и сладким… — Не томи… — Тогда развернись, — попросил меня он. Дрожь от предвкушения пробегает по телу, когда я прикасаюсь к холодной плитке руками и ощущаю движение его рук. Его пальцы порхают по шее, плечу, переходят на грудь, огибая сосок, и плавно опускаясь к паху. Но когда я непроизвольно напрягаюсь, ожидая приятной ласки на своем члене, они проскальзывают дальше, слегка затронув внутреннюю сторону бедер и останавливая свой бег в самом сокровенном месте… — Амх! — вырывается из моего горла одновременно с желанием прогнуться сильнее, чтобы не потерять ощущение его рук. — Малыш, ты такой ласковый, — мурлычет на ухо. — Не тяни, — сквозь зубы почти рычу я. — Как скажешь… Я не успеваю ответить, лишь застонать от его проникновения… — Прекращай издеваться, — шиплю я между стонами. Его медлительные сводящие с ума ласки… Движения… неторопливые, мягкие, нежные… — Умраж, я тебя сейчас покусаю! — рявкаю я, сам резко подаваясь к нему. — Плохой волчонок, — грозно произносит мой демон, при этом чувствительно хлопнув меня по заду. — Сам напросился… — Ууу! Аааа! Да! Так! — Как просил, малыш… О, да! Звериная сущность во мне просто ликовала. Агрессивность, напор, сила так и перли от моего демона. Я подчинялся и плавился под его натиском… Я смутно понимал, что, кажется, уже вою, а не издаю стоны. Плитка вся покрылась бороздами от моих проступивших когтей, и даже хвост торчал трубой, чтобы Умражу было удобнее. Попадающая на мои волчьи ушки вода заставляла постоянно их подергивать, чтобы стряхнуть влагу… — Мой, волчонок, — прорычал он в порыве страсти, сжимая меня сильнее, отчего я побоялся сломанных ребер в дальнейшем. — Да! — выкрикнул он, выгибаясь и входя в меня особенно жестко до самого основания. Его страсть захлестнула, переплетаясь с моей. Вибрации внутри меня дали последний толчок, и с протяжным всхлипом-воем я кончил. Ноги стали ватными, совершенно не в силах удержать своего ослабленного хозяина, и я стал сползать вниз. — Куда? — с усмешкой спросил Умраж, тут же притянув меня к себе. — Мне так хорошо, — пьяно ответил я, жалея, что мурлыкать не умею, а то бы… — Ты сегодня был особенно горяч, — чмокнул меня в нос супруг. Помыв мое расслабленное тельце, меня подхватили на руки и отнесли на кровать. — Так не хочу никуда идти, — поканючил я. — А надо… Пришлось встряхнуться, бодро подняться с кровати и присоединиться к Умражу, который одевался, постоянно прерываясь на то, чтобы погладить или поцеловать меня. Вот так дурачась и подталкивая плечами друг друга, мы и вошли в обеденный зал, где нас ждали. — Привет всем! — махнул я рукой. — Вы задержались, — хитро улыбаясь, произнес Пашка. — Извините, — покраснел я, выдавая нас с потрохами. — Надеюсь, вы не забыли, что сегодня у меня свадьба? — внимательно следя за мной, спросил Пашка. — Не забыли, — передразнил я друга. — Главное, чтобы ты замок до нее не успел разрушить. Все тихо хихикнули. Пашка смутился, при этом хитро лыбясь. — Матир, я бы хотел покинуть Ваш замок после свадебной церемонии, — произнес Шурик совершенно серьезным тоном. Наступила тишина… — Сынок, куда ты собрался? — заволновалась мама. Отец в поддержке накрыл ее руку своей и молчаливо посмотрел на сына. — Я хочу увидеть этот мир, — мечтательно улыбнулся брат. — Сидеть в стенах замка не по мне. Мам, ну ты ведь и раньше знала, что твой сын бредит путешествиями и приключениями. — Знала, — сдалась она. — Но не думала, что это произойдет настолько скоро. — Ты уверен в своём решении? — четко спросил отец. — Да, — не менее твердо ответил Шурик. — Шур, но мир-то совсем чужой, — мне стало боязно за брата. — Без денег, без основных понятий об устройстве этого мира? Саш? — Не боись, братишка, папуасы крокодилов не боятся, — снова вернулось привычное веселое выражение на его лицо. — К тому же Матир мне уже дал немного денег. В долг. — Если ты так решил, и твои родные не против, то как я могу запретить? И деньги я дал не в долг, а как подарок для друга. — В долг, Матир, в долг. Я привык сам зарабатывать на себя. Да и всегда возвращать долги. — Хорошо, в долг, — неожиданно поддержал моего брата Пашка. — Будет лишний повод вернуться. — И куда ты собрался, в какую сторону? — спросил молчавший до этого Умраж. — За ворота замка выйду и решу. Кстати, я прошу, не убивайте русалок, лучше переселите их куда-нибудь или подкармливайте. Они, как я понял, едят нечасто, но много. — Юный гринписовец, блин, — буркнул я. — Сынка, я препятствовать тоже не стану, — сказал отец под тяжелый вздох мамы, — но давай договоримся. Если что-то случилось и тебе нужна будет помощь, неважно какая, ты вернешься. Держать тебя насильно никто не станет, и упрекать, что вернулся, тоже. Не надо ненужных геройских выходок, ладно, сынок? Ты же нам не чужой. — Сашенька, будь осторожен, — мягко попросила мама. — Буду, мам, — он нежно поцеловал ее в щечку. — Как же ты быстро вырос, — с теплотой погладила она его по голове. — Шур, и про нас не забывай, — попросил Пашка. — В гости почаще заглядывай. — Заметано, — хлопнул он фея по плечу. — И девчонок не порть, — разряжая обстановку, подмигнул я брату. — Завидуй молча, — гадёныш показал мне язык. — Придушу, мелкий, — пообещал я шутливо, чем вызвал смех присутствующих. — Прошу прощения, господа, но пришло время одеваться к торжеству, — с поклоном появился перед нами старший слуга. — Ну что же, — поднялся Матир, — пора так пора. Пашунь, мы идем? — И не надейся, что отвертишься от меня, — принимая предложенную руку, парировал фей. Вампир счастливо улыбнулся, показывая небольшие клычки под верхней губой. Интересно, а когда они целуются, то он Пашку не ранит ими? Фу, какие глупые мысли лезут в мою голову… — Собственник, — фыркнул Шурик, тихо посмеиваясь над Пашкой. — Влип вампирчик. Мне его даже жалко. — Ты следующий на очереди, — прозвучал спокойный голос Умража. Все посмотрели на моментально вытянувшееся лицо Шурика и, не удержавшись, рассмеялись в голос. — Ох, сыночка, видел бы ты себя со стороны, — выдавила из себя мама. — Жениться тебе надо, — добавил или добил его отец. — Все. Я пошел собираться. А то с вас станется, сейчас под шумок и меня жените, — беззлобно высказался брат и шустро покинул обеденный зал. Смех сам по себе прекратился. — Как думаешь, с ним ничего не случится? — мама переживала и ничего не могла с собой поделать. Впрочем, как и все мы. — Он большой мальчик, — ответил отец. — И умный, — добавил я. — Все с ним будет в порядке. — Пусть так и будет, — вздохнула мама. — Пойду, наверное, немного прогуляюсь по саду. — Я с тобой. Не помешает и мне успокоиться, — поднялся следом за ней отец. — Господа, ваши костюмы уже готовы. — Снова нарисовался перед нами очередной слуга, стоило нам остаться в одиночестве. Свадебная церемония была шикарной. Столы ломились от ароматных блюд, вина было вдосталь, хоть улейся. Вокруг все усыпано цветами, кроме алтарного камня. Пашка все же его не тронул. В черном костюме стоял вампир, держа за подрагивающую руку нашего фея, который, казалось, искрит серебристыми вспышками в своем белоснежном костюме. Зеленые волосы собраны в замысловатую прическу и просто усеяны маленьким бутонами цветов. Приглашенные вампиры с любопытством поглядывали на пришедших без приглашения фей. Как они узнали о церемонии, не понятно, но пришли, наверное, все феи, что были поблизости, отчего поляна пестрела разноцветием красок и была наполнена шумом подрагивающих крыльев. Поклявшись в верности друг другу и получив после закрепления союза поцелуем небольшую метку на запястье, Пашка и Матир с трудом высидели положенное время за столом, что организовали прямо под открытым небом, и по-тихому скрылись из виду. Все, хоть и заметили их бегство, виду не подали, лишь понятливо улыбнулись и продолжили веселье. — Я так рад за них, — прижался я головой к плечу Умража. — Ты видел, как на вампира смотрел Пашка? Он же готов был отдать себя всего ему. — Они будут прекрасной парой. — Да, так и будет. Но знаешь, это как-то пугает. Как начинаю думать о произошедших переменах в наших жизнях за такой короткий срок, становится страшно. — Ты хотел бы все изменить? — напрягся Умраж. — Ни за что! Это я просто так сказал. Все же слишком быстро все закрутилось. Но я не жалею, наоборот, я до поросячьего визга счастлив, Умраж. Я люблю тебя. — Волчонок, — с щемящей душу нежностью произнес он. — Идем. Думаю, праздник и без нас допразднуют, — схватив за руку, потянул за собой своего демона. — А с братом попрощаться? — Зная Шурика, могу сказать, что раньше обеда он не уедет, — хмыкнул я, продолжая тянуть его в нашу комнату. Сейчас мне хотелось не только получать удовольствие, но и дарить его… свою душу и сердце… всего себя, безвозвратно, навечно… ПАШКА Пока одевался, из-за нервов оторвал несколько пуговиц. Почти разорвал рукав. Чуть не поставил своему жениху фингал под глаз, поскальзываясь на влажном полу в ванной. Хорошо, что реакция у него потрясающая, успел увернуться и подхватить меня. Пока слуги пришивали на место пуговицы, я, все так же нервничая, выпустил свои крылья. Хорошо, что это сделал, не будучи в рубашке, а то пришлось бы ее выкинуть. — Ну что ты так дёргаешься? — не выдержал моих метаний Матир, обняв и крепко притянув к своей груди. — Я все же первый раз в жизни выхожу замуж, — буркнул я, не поднимая головы. — Ты сомневаешься в своем выборе? — приподняв мой подбородок, заставил посмотреть в его глаза. — Что?! — опешил я. — Нет! Я не сомневаюсь! Просто мне не по себе от такого пристального внимания ко мне. Так все быстро. Даже слишком. — Если хочешь, мы отложим нашу свадьбу? — Хочешь от меня избавиться? — дрожь моментально прошла. — И не надейся! — Вот это мой воинственный фей вернулся, — улыбнулся вампир, отчего захотелось моментально выгнать всех из комнаты и оказаться с ним наедине. Ощутить вкус его губ, тепло рук… — Давай одеваться, а то я за себя не ручаюсь, — хрипло выдавил я, нехотя отстраняясь от своего вампира. — Эх, — вздохнул не менее удрученно Матир. На душе стало приятно, значит, не я один хочу остаться вдвоём. — Быстрее бы прошла эта церемония. — Господин, ваша рубашка, — слуга умело натянул на меня воздушное чудо, что сотворил кто-то гениальный. Дальше я старался отрешиться от мира, пока меня облачали в костюм, от белизны которого резало глаза. — Господин, там пришли феи, — растерянно произнес слуга, после того, как отрыл дверь на стук. — Феи? — удивился Матир. Мне тоже стало любопытно. Я вроде никого не приглашал. — Пригласите. — Приветствую Вас, избранный сыном леса. По нашей традиции мы пришли украсить Вашего жениха для проведения обряда. Вы позволите? — говорила фея с крыльями бабочки и ярко синими волосами с вплетенными в них большими розовыми цветами какого-то дивного растения. От этих фей веяло такой безграничной силой и мудростью, что я действительно ощущал себя рядом с ними несмышлёным мальчишкой. Интересно, сколько же им лет? Вид юных девушек, что они имели, не мог обмануть и скрыть повидавший многое взгляд этих фей. У молодых не бывает столько понимания во взгляде и такого материнского тепла… — Я не могу воспрепятствовать. Если мой жених не против, то приступайте. — Здравствуй, юный фей, — заговорила вторая фея с прозрачными крылышками, тихонько подрагивающими за спиной, как от лёгкого ветерка. Ее белоснежные волосы были убраны в хвост, и точно такие же розовые цветы украшали и их. Зато взгляд, которым она одарила меня, был такой теплый, что я лишь согласно кивнул на все их действия. Они шустро выпроводили всех вон, и моего жениха в том числе. Я только и сделал, что недоуменно пожал плечами на взволнованный взгляд Матира, но остался сидеть перед зеркалом, ничего не предпринимая. — Мы расскажем тебе то, чего ты, скорее всего, не знаешь, — зажурчала как весенний ручеек синеволосая фея. — Как вас зовут? — Мы не называем имен, чтобы ты понимал, что мы пришли к тебе не сами по себе, а как посланцы от твоих братьев и сестер, — странным образом ответила снежная. — Слушай, юный фей, и делай выводы… — Когда мы расскажем, то должны узнать твой ответ… — Какой? — нервно спросил я. — Позже, — мило улыбнулась снежная. — Дитя природы, заключая союз, ты отдаешь себя в руки супруга навечно. С его смертью закончится и твоя жизнь. Запомни это. Было время, когда на нас охотились, как на диких зверей, заставляя принять священные узы насильно, чтобы иметь при себе грозное оружие, трепетного любовника или любовницу, и быть уверенным в его преданности. Глупость наших предков раскрыла охотникам на нас страшный секрет… — Мы любим единожды в жизни и живем любя… Пока живет наш избранный, живем и мы… В душе что-то екнуло. Жить без своего Матира дальше? Для чего? Зачем? Влачить в пустоте умершей души существование многие столетия? Нет. Лучше рядом. Дарить тепло, ласку, нежность, все, что смогу дать, но быть рядом. Пусть это не будет длиться вечность, но и несколько веков, пока живет мой вампир, я предпочитаю жить, нежась в тепле… И хорошо, что «жить вместе и умереть в один день» применимо к феям. Потому что жизнь без сердца и души невозможна. Теперь я понимаю Серегу, который как-то мне сказал, что если бы его демона не стало, он просто лег и умер бы от тоски, потому что жить без него было бы бессмысленно. — Но пока не скреплены узы перед священным алтарём, ты не последуешь за ним, если его не станет… — На нас перестали охотиться, поняв свою ошибку. Преданность и любовь нельзя заслужить силой… Феи должны любить… — подхватила синеволосая. — Твое решение, юный фей? — более официально заговорила беловолосая фея. — Ты готов стать супругом вампира? Отдать себя, потерявшись в нем? — Да. — Не раздумывая ответил я. — Я готов разделить с ним нашу жизнь. Раздался какой-то тоненький звон, и в комнате закружились миллионы сверкающих песчинок. Я с удивлением смотрел на их танец, пока через несколько минут они не пропали, растворяясь во мне, отчего я стал блистать. — Мать-природа приняла сказанное тобой, — величественно произнесла синеволосая. — Ты выбрал правильно, — вторила ей снежная. Я посмотрел на себя в зеркало. Мало того, что я весь посверкивал, так еще и аккуратно уложенные волосы были усыпаны ароматными цветами, придавая мне божественный вид. Из комнаты до самого алтаря меня сопровождали феи. Родителей я увидел мельком. Мама недовольно сжала губы, отец отвел глаза. А вот братья и сестры весело помахали мне руками и улыбнулись. У алтаря уже ждал мой вампир. Пока пожилой мужчина, скорее всего, кто-то из родичей жениха, читал что-то монотонное, мне стало страшно. Все же я действительно отдавал себя в руки будущего супруга. Целиком и полностью, до конца моих дней, вернее, его дней, но это сути не меняет. Рука задрожала. Матир сжал мою ладонь в знак поддержки. — …вы согласны? — я еле сообразил, что обращаются ко мне. — Да, — выдавил я охрипшим голосом. — А Вы согласны взять его в супруги? — Да, — уверенный тон Матира вытеснил последние крохи моего сомнения. — На глазах свидетелей каждого из родов и властью данной мне, как старшему, объявляю о заключении равноправного союза и объявляю вас супругами! — Я люблю тебя больше жизни, — смотря, не отрываясь, в глаза своего супруга, прошептал я. — Я люблю тебя больше жизни, — повторил за мной он и поцеловал… У меня от всего происходящего голова шла кругом. Сразу после того, как нас объявили супругами, все ринулись поздравлять. Феи, что разговаривали со мной в комнате, встали за моей спиной и поочередно шепнули мне. — Нас создали с любовью, мы родились в любви, и суждено нам жить лишь любя, — тихо, только для меня шепнула светловолосая и тут же исчезла. — Ты выбрал верный путь. Твоя любовь подарит твоему супругу долгую жизнь. Пока в вас будет гореть ее огонь, вы будете жить, — сказав, синеволосая так же пропала, как-будто ее и не было. Я был бесконечно счастлив! Сбылась моя мечта. Мало того, что я увидел свою мечту — вампиров, так еще стал супругом одному из них, полюбив и ощутив взаимность. Как мы высидели этот ужасный час за столом, не знаю. Зато, смывшись по-тихому, неслись в нашу спальню как ненормальные. Дверь мы заперли особенно тщательно. — Вот ты и попался, мой супруг, — оскалился, облизнувшись, Матир. — Ой, как это меня угораздило-то, — не менее хитро улыбнулся я в ответ, показывая не такие уж и маленькие клычки. И это было последнее связное в голове воспоминание… Дальше было необузданное желание, кажется, раздевались мы одновременно, причем каждый из нас раздевал другого. Что-то особо тонкое рвалось. Другое с порыкиванием нетерпеливо откидывалось в сторону. Затем холод шелка под спиной, и торопливый шёпот о чем-то… Губы, руки… поцелуи… шепот, стоны, глаз мерцанье, что горели красным огоньком желания… Взлет… падение… нетерпение… водоворот, что затянул в наслаждение… и взрыв, что принес умиротворение и радость в душу и ленивую расслабленность в тело… *** — Умраж, как ты смотришь на то, чтобы нам переселиться в другие комнаты? — уже практически засыпая, вздрогнув от стонов раздавшихся из комнаты молодожёнов, предложил я. — Может, они скоро пресытятся? Я с сомнением посмотрел на своего супруга. Мы же ведем себя так же, как и они. Как же хочется выспаться… — Мда… наверное, ты прав, — улыбнулся мой демон, притягивая меня к себе и вдыхая запах моих волос. — Нам лучше переселиться. — Или… — Или? — переспросил он. — Отправиться, как и Шурик, немного побродить по миру, а? — Если ты этого хочешь, то пойдем. А теперь давай спать, волчонок. Уже рассвет, а мы только засыпаем. — Не переживай. Почти все только ложатся. А некоторые… — снова послышались стоны, рычание, какие-то выкрики, — даже и не собираются. — Не сердись на них, мы и сами только недавно успокоились, — напомнил мне Умраж, моментально вгоняя в краску. — Спокойной ночи, мой демон. — И тебе приятных снов, любимый ушастик. И еще, я бы очень хотел увидеть тебя в полу-оборотном стоянии, как сегодня в ванной. Такие милые ушки и хвостик… — Извращенец, — буркнул я, пряча от супруга довольную улыбку.