Умраж.

12 ЯНВАРЯ вторник В этот раз у всех завтрак был перенесен на обед, потому что раньше никто проснуться не смог. Вспомнив о решении брата уйти, выбрались из кровати шустро, как в армии. В таком же темпе приняли душ и, одевшись, отправились в обеденную залу. — Как самочувствие? — весело спросил я у брата. Тот сидел с запотевшим от разницы температур холодным стаканом у лба, при этом с таким страдальческим выражением лица, что так и тянуло погладить по голове, как маленького. — Ох… Не ори, голова раскалывается, — проскулил он. — А где все остальные? — окинув взглядом пустой зал, поинтересовался Умраж. — Где, где? Спят еще сладким сном. Один я тут ни свет ни заря мучаюсь похмельем. — Помочь? — предложил Умраж. — Если только не через отсечение головы, то милости просим, — болезненно морщась, разрешил Шурик. — Расслабься. — Руки демона невесомо опустились на голову брата. Я уже знал, какой эффект они создают. Похмелье исчезало моментально, словно заново рождался на свет. — Где-то я уже это слышал, — попытался пошутить брат. Умраж лишь улыбнулся. Я с интересом следил, как меняется выражение лица брата с кислого на удивлённое, а затем на счастливое. — Алказельцер демонический, — прокомментировал он после того, как Умраж закончил лечение. — И когда собираешься отправляться в далекие дали? — полюбопытствовал я, пока не считая нужным рассказать брату, что мы собрались с ним. — А вот сейчас с собой рюкзачок из комнаты прихвачу и вперед, — ответил он мне. — Думаю, не стоит ждать, пока все очухаются. А то проводы растянутся на неделю. — Значит, решил уйти по-английски, не прощаясь? — Серег, что-то ты темнишь, братик. Чего задумал, признавайся? — Мы тут с Умражем посоветовались и решили, что не можем такого малыша отправить без присмотра… — С каких это пор я стал «малышом»? — усмехнулся Шурик. — В общем, мы идем с тобой. Возражения не принимаются, — отрезал я. — Родителей предупреждал? — Напишем записку, — предложил я. — А Пашке говорил о своих планах? А то он устроит массовые поиски, с него станется. — Да уж, он это может организовать, — задумался я. — Ему тоже записочку черканём. — Прощаться не стоит, он вряд ли нас так просто отпустит, — вставил свое весомое слово Умраж. — Тогда давайте выдвигаться, — решительно поднялся из-за стола брат. — Кстати, провизию я уже набрал. А вы? — Вот же паразит, и когда только вырасти успел, — тепло смотря вслед уходящему из столовой насвистывающему какую-то незамысловатую мелодию брату, прошептал я. — Время иногда летит очень быстро. — Пойдем, что ли, собираемся по скорому. А то знаю эту морду «папуасью», один уйдет, не дожидаясь. Вещей-то кот наплакал. Так, для создания объема в рюкзаке покидали пару вещей. Вооружились как заправские головорезы. Правда, Умраж над моей пиратской экипировкой тихо посмеивался, ограничившись лишь двумя ножами. Я же обвешался метательными ножами, как новогодняя елка гирляндой, и был этим доволен. Пусть я и оборотень, но лишний раз превращаться, выдавая свою суть, желания не было. При движении мои ножи издавали своеобразный лязг, это несколько раздражало. Но времени все поправить уже не осталось. Написав записки, чтобы не волновались, родителям и Пашке, сделали налет на кухню. Отдав рюкзак с вещами Умражу, сам хотел было накинуть довольно тяжелый с продуктами на свои плечи. — Волчонок, дай мне тяжелый, — мне показалось, что я его таким разделением обидел? Ну да, он же меня порядком старше, а я тут ему легкую тряпочку вручил, а сам как мул навьючился. — Умраж, давай мыслить здраво, ладно? — пристально, не отрывая взгляда, произнес я, тем не менее не прекращая просовывать руки через лямки рюкзака. — Ты сейчас не демон, и сил у тебя меньше. Не скажу, что рюкзак настолько тяжелый, чтобы из-за этого нам начать спорить. Вот когда твоя выносливость повысится, я и слова против не скажу. Можешь даже таскать меня на руках, как девушку, не пискну. Идет? — Ловлю на слове. — Да пожалуйста, — протянул я, расслабленно улыбаясь. Все же с моим демоном я ссориться не желал. — Эй, сопровождающие, мы вообще когда-нибудь из этого замка выйдем, или нет? — напомнил о себе появившийся в дверном проеме Шурик. — Уже первые проснувшиеся выползают, а вы все телитесь. — Цыц, мелочь. Мы уже идем, — цыкнул я на брата. — Мне еще к водопаду надо завернуть, — огорошил он нас, когда мы все же покинули замковый двор. — Зачем? — я даже с шага немного сбился от удивления. — Рыбок покормить, — при этом я только сейчас обратил внимание на увесистый мешок в его руке. А то, что из мешка капала кровь, вообще настораживало. — Шур, ты случаем не свихнулся? На кой ты кормишь русалок? Они же хищники, причем безмозглые. — Серег, у каждого свое увлечение, — пожал он плечами, даже не вспылив, что странно. Неужели и действительно вырос? — Мне вот хищные рыбки нравятся… Ни я, ни Умраж как-то не горели желанием близко подходить к заводи, где появились несколько голов этих тварей. Зато брата это нисколько не смутило. Он им даже что-то говорил, тихо-тихо, словно курлыкал, пока мясо в воду выкидывал. Я невольно напрягся, когда одна из них, как пес, потерлась головой о его руку. Ласковая улыбка брата в ответ на этот жест русалки добила окончательно. — Все, пошли. Надеюсь, к моему возвращению они все будут целы, — несколько грустно прошептал он. — Саш, ты их что, понимаешь? И совсем не боишься? — Они как собаки. Хотя, нет, скорее кошки. Хищные кошки, — улыбнулся брат, тряхнув головой. — Вроде и ластятся, но всегда есть опасность быть съеденным ими же. Я не понимаю, но я их как-будто чувствую. Не объяснить… — Ясно. Но ты уж не обессудь, братишка. Я к ним хорошо относиться не смогу. — Я постараюсь держать их подальше от тебя, — хлопнув меня по плечу, ответил он, при этом шепотом добавив. — Если еще раз их увижу… живых. Дальше мы шли молча. Причем дорогу выбирал Шурик, мы же без возражений следовали. Через часа три однотипного лесного пейзажа стало грустно, да и рюкзак порядком оттягивал плечи. Еще это дурацкое позвякивание моих железок друг об друга… — Слушай, братишка, ты мне не подскажешь, зачем ты столько еды набрал, а? Скоро пуп развяжется от тяжести. — Извините, а есть ты что будешь? — съязвил я. — Да? Ты считаешь, что оборотням, которые могут в лесу добыть мясо самостоятельно, надо обязательно тащить его с собой? — в тон мне парировал брат. Я так и встал столбом. — Да япона мать! — выругался, зло скинув рюкзак на землю. — Вот же даун! А ты раньше сказать не мог?! — А сам додуматься? — продолжал злить меня Шурик. — Да, я забыл, что я оборотень, к чертовой бабушке. Одни слова, а в чем суть, не сумел ухватить! Блииин! Я же мог не пыжиться столько времени. — Но я-то не оборотень, — кажется, Умраж несколько обижен? Что за день сегодня такой, только и огорчаю своего демона! — Так, стоп! — махнул я рукой. — Мы с Умражем сегодня еще не ели. Поэтому сейчас у нас ужин. — Так солнце еще не се… — Не село, — прервал я брата. — Пофигу. Поедим. Что лишнее, оставим тут и пойдем дальше. И вообще, я не прочь покатать своего супруга на спине. — А я не против прокатиться, — подмигнул мне Умраж, явно имея в виду кое-что другое, чем вогнал меня в краску. — Эй, хва! Пятки папуаса! Давайте обойдемся без ваших уси — пуси хоть какое-то время. — Злой ты, братишка. — Ага. Очень. — Буркнул он, скидывая свой рюкзак на землю и садясь на него сверху. — Ешьте давайте быстрее. И поделитесь. По мере опустошения моего рюкзака я краснел все сильнее. Видеть отвисшие челюсти своих спутников было несколько стыдно. Да и сам я понимал, что «несколько» переборщил с затаркой… — Все, — пунцовый я сел перед горой продуктов. — Ешьте. — Офигеть, — выдохнул Умраж, отчего вызвал удивление уже у меня. Понабрался от меня словечек. — И не говори, друг папуас, — выдохнул Шурик, смотря на бывшее содержимое моего рюкзака. — Надеюсь, в замке после твоего нашествия на кухню с голоду не помрут. — Не преувеличивай, — пролепетал я. Мне было стыдно. — Да? — с неким детским восхищением стал перечислять, что видит. — Значит полкабана и головка сыра, причем довольно увесистая — это так себе, на перекус? Помимо этого… Хотя и этого вполне даже хватает. Как ты вообще смог запихать такую тушу в рюкзак? — Зато как вкусно, — отрывая кусок сочного зажаристого мяса, протянул Умраж. Я благодарно посмотрел на супруга. — Не надо по лесу носиться в поисках еды. Так, мы что, едим или как? Смущение пропало. И я со счастливым смешком вгрызся в кусок свинины, если это вообще именно она. Еще минут двадцать мы просто ели. Когда желудок запросил пощады, налившись тяжестью, я блаженно откинулся на траву и счастливо вздохнул. — Наелся, можно и поспать… — Счаз, — бросил братик. — Вставай, и пошли. Скоро ночь, а мы еще никуда не пришли. — А что, должны были? — удивился я, приподнимаясь на локтях. — Серег, только ты можешь так спонтанно отправиться в дорогу, не посмотрев даже на карту, — покачал головой брат. — Деньги хоть взял? — Чеерт! — Я взял, — успокаивающе погладил меня по руке Умраж. — Да что я такой рассеянный?! — разозлившись на себя, выдал я. — Влюбился просто, — улыбнулся Шурик, моментально смывая этой улыбой мою злость. Влюбился? Да, именно. В голове только Умраж, и ничего больше. Поэтому и веду себя как последний придурок… Надо собраться. — В каком направлении движемся? — спросил Умраж брата, пока я копался в своей голове, пытаясь разложить в этом сумбуре все по полочкам. — Туда, — чуть правее указал Шурик. — Поселение есть. Правда, небольшое, судя по картам, домов на десять. Но все же крыша над головой — это хорошо. — Сколько еще идти? — Думаю, часа два, не меньше. — А карта у тебя с собой? Покажи, — попросил я. — К сожалению, ее мне вынести не дали. Библиотекарь у Матира стоял насмерть. Не уговорил. — А перерисовать? — спросил я. — Да? За два дня? — вскинулся брат. — Ты ее видел? Это же пока в ней разберёшься, с ума сойти можно! Перерисовать! Ага! Счаз! Нашел тоже мне картографа! — Ты чего бузишь, мелкий? — несколько напряженно спросил я. — Нет, так нет. Расслабься. — Эх… извини, Серег. Просто меня этот старый пень вампирский так достал, что я его убить был готов. Пока карту рассматривал, за спиной стоял и ни на шаг не отходил. Так и стоял, сволочь, пока карту обратно не получил. — Главное — знаешь, куда двигаться, а там дальше спросим, — спокойно произнес Умраж, моментально остужая нас своим голосом. В рюкзак я сложил лишь минимум, и то переложил в рюкзак Умража, скатав и засунув туда и свой, пустой. Демон не отдал мне свою ношу, как я ни упрашивал, пришлось сдаться, согласившись, что теперь его очередь нести. В общем-то надорваться ему было не с чего, это успокоило мою совесть. К поселению мы вышли часа через три. И нерешительно остановились. Деревня была заброшенная… — Причем давно, — ответил на мои мысли Умраж. — Карта старая была, — пожал плечами Шурик. — Не знаю, как вам, а мне как-то неуютно здесь, — попытался принюхаться я, чтобы понять причину своей настороженности. — Я ощущаю себя так же, — подхватили они в один голос. — Не пойдем? — с каким-то затаенным страхом посмотрел я на распахнутые настежь двери, висящие старой трухой на единственной ржавой петле. Окна, что зияли черными дырами в бревенчатых домах. Покосившиеся заборы. Ни звука привычной деревенской жизни… — Даже птиц не слышно… — тихо заметил Умраж. — И правда, — согласился Шурик, и я кивнул. — Жутко. Мне это фильмы про зомби-деревню напоминает. — Точно. И я вечно орал на героев, что прутся придурки в самое пекло, а потом, когда их сжирает какая-нибудь тварь, вопят от ужаса, — совершенно серьезно заговорил Шурик. — Через полчаса максимум сядет солнце, — посмотрел я на небо, где светило клонилось к закату, поблескивая среди листвы. — Нам стоит уйти отсюда. И как можно быстрее, — Умраж настороженно осматривал окрестности, словно готовился к нападению. — Уходим, — сказал я и направился прочь, отчетливо слыша, как брат с супругом идут за мной. На душе было неспокойно. — Таким ходом далеко мы не уйдем от нее. Предлагаю перекинуться, — снимая с себя рюкзак и передавая его Умражу, сказал Шурик. — Согласен. Бежим в полную силу. Устану — Умража понесешь ты. Бежим, пока хватит сил. — Саш, направление знаешь? — спросил Умраж. — По карте дальше еще три деревеньки будут, но что-то мне не хочется к ним приближаться. — Может, в город? Далеко до него? — встрял я. — Жаль, что у Пашкиного вампира порасспросить про эту деревню нельзя. А то бы знали, чего опасаться. — Город днях в трех. В южном направлении. Идем туда? — А выбор есть? — вздохнул я. — Есть. — Очень серьезно сказал Умраж. — Вернуться обратно в замок. — Ты хочешь обратно? — озадачился я. — Нет. Но это же выбор, — улыбнулся мой демон. Гад! — Тогда город. — Припечатал Шурик. — Я веду. Мы моментально перекинулись в оборотней. С опытом появились и три приятные вещи. Первая — то, что обостряется нюх и слух. Вторая — это теперь происходит быстро и безболезненно. А третья — как в одежде был, так и перекинулся в ней. И вернувшись в тело человека, останусь в ней же. Удобно. Что и навело на мысль не о генетическом отклонении, а скорее магической составляющей в крови. Ведь все, что на мне сейчас, куда-то исчезает? Умраж пушинкой не был, но и я не шавка. Мы даже не бежали, а неслись сломя голову. В теле волка предчувствие опасности усилилось и гнало нас прочь от гиблого места. Лес стал каким-то серым, словно кто-то высосал все краски из природы. И это отнюдь не из-за изменившегося зрения. Мы бежали довольно долго. Я успел вспотеть и устать, когда в голову неожиданно ударил вопль брата. Я даже не успел порадоваться, что у нас установилась наконец-то ментальная связь, как понял, о чем он кричит, и еле успел увернуться, при этом чудом не скинув с себя Умража. — «Опасность! Трое! Два справа, один слева! Быстрые!» — зло скалился брат. Я прислушался, не сбавляя темпа. Да. Трое. Бегут почти с нами на уровне. Значит, не люди. А если так, тогда… враги. — «Берегись!» — в последний момент, толкая брата в сторону, и тем самым уводя его шею от клыков вампира. Мы останавливаемся. Бежать дальше не имеет смысла. Скрыв Умража за нашими спинами, повернулись к лесу. — «Видишь их?» — спрашивает брат. — «Это вампиры. Но какие-то безумные. Что с ними? Может, обернуться и попытаться договориться?» — «Совсем придурок? Не ощущаешь? Они же охотятся. Мы их добыча. Будем драться», — резко бросил я. — «Молодые, что ли?» — «Скорее сбрендившие» — ответил я брату. — Мальчики, они голодные. Если я прав, они нас не отпустят. Надо быстрее разобраться с ними и уходить. Поверьте моему опыту, обычно первые — это загонщики. Позже подойдет основная стая, — тихо и ровно, чтобы не спровоцировать скалящихся вампиров, прошептал Умраж. — «Слышал? Выхода нет». — «Они страшные» — я прям ощутил, как брата передернуло от отвращения. Вид у вампиров был ужасным, это правда. Ничего общего с обходительным и цивилизованным Матиром и его вампирами. Эти выглядели как одичавшие животные. Длинные, где-то двадцатисантиметровые когти на пальцах, чуть загнутые на концах. Оскалы, тряпье, что некогда было одеждой. Слюна, стекающая по клыкам. И глаза с жаждой убийства горели в ночи раскаленными углями… — Сейчас! — крикнул Умраж, словно дал нам всем старт. Вампиры, зарычав, слаженно бросились на нас. Быстрые, сволочи. Я в последний момент смог откинуть прыгнувшего на Умража и вцепиться в горло кинувшемуся на меня. Брату я помочь ничем не мог. Сам старался поскорее разобраться со своим, потому что краем глаза видел, как потряс головой, приходя в себя от удара об дерево, второй вампир. Умраж вытащил свои ножи. Но с человеческой реакцией этим уродам демон был не ровня. — Ууу!!! — взвыл я, отвлекшись на второго и держа первого за шею и совершенно забыв о его когтях. Именно они и прошлись по спине, глубоко вспарывая мою кожу на ней. Рыкнув, я одним движением перекусил шею вампира и, оторвав его голову, сплюнул попавшую в рот мерзкую кровь, бросился между Умражем и нападающим на него. Увернуться у меня не получилось, пришлось подставить бок. За что моментально поплатился. Снова обожгло болью, я только сильнее сжал зубы. И в ярости кинулся на вампира. Этот оказался смышлёнее, рванув в сторону. Я не был настолько поворотлив в теле волка, как он. Решив меня вымотать бессмысленными прыжками из стороны в сторону, он постоянно рыкал на меня и выжидал удобного момента. А я всем существом ощущал, как вместе с кровью через раны утекают и мои силы. — «Ты кровосос тупой, а я человек. Мозгов у меня поболее будет» — огрызнулся я, бодря себя. — «Я сдохну, но моего супруга ты не тронешь». Обманный маневр, отклоняюсь в сторону, делая вид, что покачнулся, и открываю ему проход к супругу. Понимаю, что у меня единственный шанс прикончить его этим маневром, либо спасать будет уже некого. Он, купившись, с победным рыком прыгает в сторону демона и напарывается на мои клыки. Болтаясь тряпкой в моей пасти, все еще тянет руки к Умражу. «Мое, тварь, не трожь» — перекусываю его шею и, наступив на тело, отрываю голову, убивая наверняка. «Надо уходить» — слышу голос брата в голове. — «Приближаются еще. Их много. Бежать сможешь?» — «Веди» — единственное, что бросаю я. Не возражаю, когда Шурик подставляет спину Умражу. Силы убывают, но я упрямо бегу следом. Сейчас я держусь лишь на упрямстве, отогнав все мысли, сконцентрировавшись лишь на одном — бежать вперед. Краем сознания отмечаю, что уже темно. Наступила ночь. Впереди деревня. И снова нежилая. Забор. Высокий. На автомате выполняю приказ Умража: «Перекинься». Становлюсь человеком. Меня подтягивают на стену. С той стороны я уже падаю. Сознание появляется какими-то урывками. Земля то приближается, то удаляется. Я упрямо иду вперед. — Здесь мы в безопасности, — выдыхает Шура, давая моему упрямому «я» возможность расслабиться. Цель достигнута, те, кого защищал, в безопасности, теперь можно и… Последнее, что я слышу, отключаясь…