В холодной ненависти и пламенной любви

– Господин Ким, я хочу с вами поговорить.       Именно так началось утро двух альф, один из которых с решительным настроем пришёл к Чанёлю. – Конечно, Чонгук. Присаживайся, я слушаю тебя.       Чонгук немного медлил, потому что отчасти боялся, что его решение могут отвергнуть. Король хоть и славился мудростью и мягкостью, но мог даже и не слушать Чонгука, наотрез отказавшись от его идеи. Но альфа был настроен серьезно.       И никто не сможет отговорить его. – В общем, господин Ким, вы же знаете как я отношусь к Тэхёну, знаете о моих чувствах и я хочу... – Чонгук вновь запнулся, потирая вспотевший ладони о колени. – Не бойся Чонгук. Расскажи мне о том, что задумал, смелее, – смотря на старшего, Чон кивнул пару раз, глубоко вдыхая.       Старший король в этот день внимательно выслушал младшего сына семьи магов огня, а после по доброму улыбнулся, что и послужило ответом для Чонгука.                                           ****       Чон тихой поступью шагал по зелёной траве, ещё никем не тронутым и не оскверненным местом, куда каждый раз сбегал его любимый омега. Прятался, словно птенчик, к которому потянули руку.       Только вот Чонгук сумел приучить. И когда он протягивает руку, птенец этот с любовью и лаской усаживается на неё, ластясь.       Он сделал так, что напуганный и обозлённый омега привык к нему, бывшему его врагу. Тому, кому поклялся не доверять ни душу, ни сердце.       А альфа лишь одного в пары себе возжелал когда-то давно и теперь он полностью принадлежит ему и только ему.       Как и сам Чонгук.       Лишь Тэхён может заставить ритм сердца ускориться. Он полноправным обладателем является и отныне ему решать, биться ли дальше тому, либо остановиться навсегда. Маленький омега стал обладателем чужой жизни, которую единственный наследник с полной уверенностью вручил в хрупкие руки.       Чонгук на колени падёт по его желанию, умрёт, если тот того заслуживает. А тот того определённо заслуживает. Альфа и сам готов в грудь кинжал вонзить, если как-то боль причинит Тэхёну. Если позволит васильковым глазам вновь взглянуть на него с ненавистью. Он этого себе точно не простит. Эти глаза слишком долго находились в слезах, а теперь Чонгук так же заставит улыбке на губах сиять и удовольствие приносить.       Чон медленно подошел к юноше, что хоть и стоял спиной, но всё же понял, что уже давно не один в этом саду находится. Альфа, в плотную подходя, уложил руки на плечи, вдыхая сладость аромата, зарывшись носом в светлые и шелковистые волосы. – Чонгук, ты меня отвлекаешь, – усмехнулся Тэхён, но всё же оставил тренировки, развернувшись к своему альфе лицом. – Что-то случилось? – омега, обнимая за шею, зарылся пальцами в темные волосы, а взгляд любовно в карие глаза устремил. – Что-то должно случиться, чтобы я пришел к любимому, Василёк? – низким голосом прохрипел Чонгук, оставляя трепетные поцелуи на макушке и лбу.       Показывал кому принадлежит. – Это не то место, куда может заявляться каждый, я ведь запретил, – беззлобно отчитывал Чонгука принц, а тот жалобно заломил брови, стараясь смягчить сердце молодого принца. – Даже тебе, Чонгук. Это место, мне одному принадлежит. – Не думал я, что мой принц окажется таким непреклонным. – Тебе давно стоило выучить мой характер и ещё понять, что слово моё потвёрже камня будет. – В этом я точно не сомневаюсь, – на губах появилась усмешка, на которую ответили лёгкой улыбкой. – На перекор твоему слову никто не пойдёт, даже твой отец. – Отец просто сердцем мягок, не сможет сына единственного расстроить, вот и потакает моим капризам. – Тэхён отошёл от альфы на шаг, складывая руки на груди. – Капризный омега. – Наглый альфа.       Чонгук усмешку кидает в лицо Кима, снова сокращая между ними расстояние. – Будешь спорить со мной? – грубая рука скользит от тонкой талии к спине, оглаживая через тонкую ткань рубашки. – Сможешь ли справиться с последствиями?       Чон к лицу наследника наклоняется, не оставляя между ними и сантиметра. Тэхён так близко глаза карие видел, что мог разглядеть в них своё отражение. Рука мягко поглаживает, пуская приятные мурашки по телу. Омега сгорал от приятных прикосновений своего истинного, который умело пользовался этим. Смотрел с ухмылкой на реакцию и наслаждался тем, что Тэхён словно воск плавился под горячими руками, которые никогда в жизни не посмеют причинить боли. – Смотря какие последствия у моих поступков. – Красивая улыбка красит лицо его Василька, а Чонгуку устоять трудно. Он прижимает к себе ближе и целует мягкие губы, наслаждаясь сладостью. Впитывал в себя каждое прикосновение Тэхёна, сгорал вместе с ним. Умирал от каждой малейшей ласки своего возлюбленного.       Чон сминал губы принца, который охотно навстречу поддавался. Альфа сцеловывал губы цвета персика, щеки, что при каждых поцелуях алели, аккуратный нос, покрытый россыпью веснушек. Смотрел в васильковые глаза, перед которыми не устоишь и в которых хотелось утонуть.       Чонгук с полной уверенностью признавал свою слабость. Сдался перед омегой настолько, что готов был принять смерть от его рук, будь такова воля его Василька.       Потому что маг огня слишком сильно любил того, кого пытался заполучить долгие годы. Слишком долго его добивался, пройдя сквозь путь ненависти. Пробил чужую стену, что выстроена была. Его любви предела нет, а наследник в этой любви утопал. Тэхён тоже самое ощущал, точно так же любил. Не мог не любить того, кого ему судьба подослала. – Соблазняешь тут меня, а я вообще-то с важной вестью пришёл к тебе, – прошептал Чон, смотря в удивленные глаза. Тэхён немного отдалился, но из объятий выпутываться не стал. – Вести? Что за вести? – Твой отец созывает Совет Четырёх Правителей. – Что? – Он сказал, что хочет известить вас о чём-то важном. – И что же это? Этот Совет созывался давно. Когда отец только взошёл на престол. – Что это, знать я не могу, но он сказал, что и твоё присутствие там обязательно, – Тэхён обернулся на Чона, недоуменно смотря в карие глаза. – Моё? – Альфа кивнул пару раз, а Ким нахмурился. – Почему? – Не знаю. Наверно по причине того, что ты будущий наследник. А так как ты прошёл обряд, то уже можно считать тебя полноправным правителем этих земель. – Но на совет ходят те, кто уже считается полным правителем. Пока отец не уйдет на покой и я не займу его место, я не могу присутствовать там.       Обдумывая слова, Тэхён старался понять истинную причину, по которой Совет желал его присутствия. Ведь на них могли присутствовать лишь те правители, что уже сменили своих отцов. А Тэхён таковым пока не являлся.       Хочет уйти на покой? Так скоро? С момента обряда прошло не так много времени, так почему?...       Чонгук смотрел на нахмуренное лицо омеги, что углубился в свои мысли, не замечая уже и присутствие своего истинного. Он пальцами взялся за подбородок, поднимая взгляд васильковых глаз на себя.       Не любил, когда взгляд его любимый в его же присутствии не был устремлён на него.       Чонгук нуждался в его внимании и даже обычный брошенный взгляд и улыбка, могли вызвать невероятные эмоции. – В любом случае, вскоре мы сможем это узнать. Собрание состоится через пять дней. И твой и мой отец там будут. А так же дети правителей, которые прибудут туда.       Тэхён выпутался из чужих объятий, тяжело выдыхая. – Не люблю, когда что-то скрывают от меня. И с детьми правителей я не дружу. – Мой Василёк не любит сюрпризов? – мягко поинтересовался Чон, вновь обнимая омегу со спины и укладывая подбородок на плечо. – Не люблю. Не люблю, когда я чего-то не знаю и... – Когда что-то не под твоим контролем. Уже все знают о том, что ты любишь всех нас контролировать. – Это не так. – фыркнул в ответ Тэхён, складывая руки на груди. – Просто не хочу оставаться в неведении. И прекрати уже пререкаться со мной. – Не могу. Это забавляет. – Что именно? Наблюдать, как я злюсь? – Верно. – Маг огня желает получить за свои слова? Слишком уж вы хотите быть побитым. – Если меня будут бить твои прекрасные руки, Василёк, то я согласен вытерпеть, – Тэхён голову развернул к альфе, носом упираясь в мягкую щеку. Любимый аромат заполнял лёгкие, не позволяя дышать чем-то другим.       Лишь им одним. – У меня рука тяжёлая. Пострадаешь сильно, – Чонгук берёт маленькую ладонь, поднося к своим губам и протяжно выцеловывая пальцы. – Твои руки никогда не причинят мне боли, Василёк. – Я ими тебе раны оставлю если буду знать, что ты причинишь боль, – шепчет в ответ, неотрывно смотря на альфу. – Ты же их и будешь лечить под покровом ночи. Не сможешь оставить меня, придёшь и каждую ранку на теле будешь этими же руками лечить. – Вы слишком уверены в себе и своих словах, господин Чон. – Просто знаю тебя.       Потому что изучил наизусть, узнал все тайны, на разгадку которых потребовалось бы всю жизнь потратить. А Тэхён под предлогом ненависти их по одной ему открывал, не подозревая о том, что каждый секрет в памяти откладывался у альфы.       Чонгук наперёд мог знать Тэхёна и мог знать о его желаниях. И если разум будет говорить об одном, сердце же будет требовать совсем иное. – А вот с тем, что там будут присутствовать дети великих правителей, я и сам не согласен. – А ты то почему? – поинтересовался Тэхён, на что Чонгук лишь фыркнул. – Всем уже известно, что ты единственный омега, среди четырёх стихийных будущих правителей. – Отец не гнался за целью посадить на престол альфу. Я буду с мудростью править и стану тем, кого уважает народ. – И тем не менее. Ты стал и тем единственным, что нашёл себе пару. – Неужели молодой господин ревнует? – усмехнулся Ким, смотря на нахмуренное лицо. – Зачем мне ревновать того, чьё сердце уже мне принадлежит? Просто остерегаюсь неприятных ситуаций. – Их не будет, если один из будущих правителей, что славится своей вредностью, не станет показывать характер. – Не могу я Вам этого обещать. Я жуткий собственник, а когда дело касается тебя, то могу и разум потерять. – Мой взгляд лишь на тебя будет устремлён, – Тэхён перехватывает руку чужую, укладывая на свою грудь. – А сердце моё биться только для тебя. Я отныне тебе единственному принадлежу и больше никому. – Как и я тебе, Василёк.                                           ****       Чанёль со стороны наблюдал за своим сыном, что под руку с истинным гулял. Тэхён что-то рассказывал Чону, а в глазах родных любовь пылает, которую он ощущал лишь раз.       Когда ещё не повстречал папу Тэхёна. Своего истинного супруга. – Тэхён, после долгой встречи с Чонгуком, стал более живым как по мне, – сзади послышался голос, что когда-то давно вызывал трепет сердца и души.       Чонин даже спустя долгие годы оставался красив внешностью и непрост характером. Таким, каким его когда-то встретил Чанёль. В глазах карих всё так же отражались звёзды, стоило Луне сменить Солнце. Омега оставался всё таким же снисходительным, сердцем мягок лишь к своим родным и близким. – Как бы он не старался, в его глазах всё равно читалась привязанность, а не ненависть. Непростой характер у сына моего, не позволял он ему прямо показывать истинные намерения. – Непростой характер и у тебя был, но это не остановило тебя открыто говорить о своих намерениях. – Ты прав. Возможно, Тэхён слишком гордый для этого. Как и Чонгук. – Чонгук избалованный. Считает себя выше остальных, но это и преимущество его. Он не позволит переступить через себя. Защитит и себя, и свою семью. – Таким когда-то и ты был. – Усмехнувшись, Чанёль развернулся к Чонину, смотря на красивое удивленное лицо. – Я? Когда это я показывал тебе свою избалованность? – В волосах Чанёля алые пряди сменились серебристыми. Около глаз карих морщины залегли, но улыбка оставалась всё та же. – Когда отвергал меня. Все семь раз ты смотрел на меня настолько высокомерно, будто я не будущий правитель водных земель, а бедный горожанин, – с долей обиды произнёс Чанёль, а омега тихо посмеялся. – И несмотря на всё это, ты всё равно любил меня до последнего. И с гордостью потом смог отпустить. – Потому что если любишь, то сможешь и отпустить. – Я встретил своего истинного, Чанёль,– в карих глазах, в которых неизменно отражались звёзды, собралась пелена слёз. Смотря в глазах цвета неба, он страшился того, что больше никогда в них не заглянет. Что увидит в них ненависть. – А почему же ты тогда слёзы проливаешь? Или всё таки я сумел завоевать твоё сердце?– на лице расцветала улыбка знакомая, а в глаза печаль смешалась с счастьем за возлюбленного. – Потому что боюсь потерять тебя. Ты моему сердцу таким же дорогим человеком стал. Ты был тем, кто терпел мои слёзы и ругань. И я не смогу выдержать нашей разлуки. Боюсь, что посмотришь на меня с ненавистью. – Мой взгляд никогда не посмотрит на тебя с ненавистью. И кого бы ты не выбрал своим суженным, ты навсегда останешься для меня тем, кто подарил чувство трепета и показал, какого это любить.       Когда-то будучи влюбленный маг воды, что по ошибке посчитал будущего наследника огненных земель вором, смог отпустить и показал то, насколько же всё-таки сильно любил и уважал первого избранника.       Он никогда не мог смотреть на слёзы в глазах его, потому что они бóльшую боль причиняли. Чанёль сам боялся разлуки с ним. Боялся того, что после встречи с истинным, Чонин никогда больше не посмотрит на него.       Когда-то влюбленный в необычного омегу маг воды, теперь считался самым дорогим сердцу человеком для своего друга.       Кому-то в этой жизни суждено было стать возлюбленными, а кому-то остаться такими же друзьями.