"Нет повести прекраснее на свете..."

Вскоре все приготовления были завершены, Аму позаимствовала у мисс Минчен ткани и, погрузив всё в карету, они отправились в рощу. - Госпожа, там будем лишь мы, или вы кого-то соблаговолили позвать? - вежливо поинтересовалась Аму у Утао. - Да, также будет присутствовать младшая дочь семьи Лоуренс - Эмили. Или ты думаешь, что я собираюсь испортить столь чудесный день одним твоим обществом? - Отнюдь, госпожа, это было правильное решение позвать кого-то ещё. - Меня твое мнение не интересует! - Да, госпожа! Утао мялась, и, казалось, она хочет о чем-то спросить. Наконец она решилась. - Ты.. ты взяла с собой ту книгу... что читала вчера? - Поинтересовалась Утао, будто ей всё равно. Аму удивилась. - Разве вам понравилось то, что я читала? Я... - Это не твое дело! - взвилась Утао, смущенная ещё больше - блошка, я спрашиваю, ты взяла книгу? - Да, госпожа - кивнула Аму - я подумала... - Мне плевать, что ты там подумала - высокомерно ответила Утао и уставилась в окно. Всё, что её интересовало, она уже выяснила. Ехали они довольно долго, и наконец карета остановилась у небольшой рощицы на склоне холма. Места были прекрасные, и куда ни глянь - ни души, девственная природа. Как только кучер и Аму расположились, подъехала ещё одна карета. На козлах сидела темноволосая арабка в костюме горничной. - Эмили! - воскликнула Утао, и, поднявшись, направилась встречать гостей. - Утао! Как же давно мы не виделись! Дверца открылась, и из кареты вышла девушка. Аму видела и раньше красивых людей, но это... Эмили была невысокой, стройной девушкой с красивой бледной кожей. Длинные кудри её отливали чистейшим золотом, и свободно ниспадали ниже пояса. Глаза были чистого голубого цвета, как небо над головой. Эмили была похожа на прекрасную Божью куклу. Аму глубоко вздохнула - она не могла оторвать взгляда от девушки - и вернулась к шитью. Арабка ловко спрыгнула с козел и поклонившись хозяйке, принялась накрывать на стол то, что привезли гости. Аму делала вид, что увлеченно шьет, а сама исподтишка разглядывала гостей. Хозяйка и горничная были полными противоположностями друг друга. Служанка была высокой, смуглой и черноволосой, черные глаза её прожигали всех вокруг подозрительным взглядом. По-английски она не сказала не слова, лишь перекинулась парой фраз с госпожой. - Эй, блошка, откладывай своё шитьё, пора обедать! - воскликнула Утао. Аму пришлось отложить платье и она, вместе с другой горничной, которую, кстати, звали Афина, принялась обслуживать господ. Эмили, в отличие от Утао, была очень вежлива даже с Аму, что сильно удивляло Хинамори. Когда обед закончился, Тсукиоми раскинулась на траве, отдыхая. - Кстати, блошка, долго ты ещё шить будешь? Давай поторапливайся! - Да, госпожа... К Аму подошла Афина и кивком предложила свою помощь. Аму обрадовалась и работа пошла веселее. - Блошка, почитай-ка нам дальше! - А что вы читаете? - поинтересовалась Эмили. Даже её голос был красив. - Что, блошка? - "Ромео и Джульетта", Шекспира. - Я очень люблю это произведение! - воскликнула юная Лоуренс и заулыбалась - продолжайте, пожалуйста. Хинамори вздохнула, открыла книгу на коленях и, не прекращая шитья, начала читать. - И вот, в тенистой роще сикоморе, Что тянется от города на запад... Девушка прикрыли глаза и наслаждались поэмой. Афина была увлечена шитьем, но тоже внимательно слушала. -Страшна здесь ненависть; любовь страшнее! О гнев любви! О ненависти нежность! Из ничего рожденная безбрежность! О тягость легкости, смысл пустоты! Бесформенный хаос прекрасных форм... Внезапно Аму почудилось, что на неё кто-то смотрит. Подняв голову, она замерла. В тени деревьев, облокотившись о ствол, стоял Икуто.Он тоже молча слушал, не отрываясь глядя на Аму. - Ты чего замолчала, блошка? - встрепенулась Утао и села - О, Икуто! - Икуто? - покраснела Эмили и расплылась в нежной улыбке. Но юноша лишь скользнул по ней взглядом и так и остался в тени. - Продолжай, ты хорошо читаешь - мягко сказал он. Аму кивнула и вернулась к книге. Теперь она старалась читать ещё лучше, но смысл истории от неё ускользал. Ещё бы, как можно сосредоточиться, когда тебя прожигают такие синие глаза? - Пойду не с тем, чтоб ими любоваться, Но чтоб красой любимой наслаждаться... Её прервал громкий храп. Уставший донельзя кучер пригрелся на солнышке и уснул. Утао была готова накинуться на кучера с кулаками. - Кажется, сейчас пойдёт дождь - пробормотала Эмили и велела Афине собираться. Икуто подмигнул Аму и прикрыл глаза, наблюдая за суетой прислуги. - Блошка, ты закончила платье? - поинтересовалась Утао, наблюдая за действиями Аму. - Почти, госпожа. Осталось лишь пришить подол, а то оно слишком коротко... - ответила Аму. - Примерь! - Что? Но оно... - Мне всё равно! Примерь! Аму тяжко вздохнула и отправилась в карету - переодеваться. Афина последовала за ней - вдруг понадобится помощь. - Чем тебя платья горничных не устраивают? - вяло поинтересовался Икуто. - Мне всё равно, но эту блошку я ненавижу, так и хочется гадость сотворить. У неё было мало времени, и наверняка что-нибудь запорола. Вот мы и посмеемся! Икуто закатил глаза, а Эмили чуть покраснела и старалась не показывать эмоций. - Оно ещё не совсем готово, госпожа... - послышался смущенный голос из кареты. - Давай-давай, а то мне скучно! - ответила Утао. Дверца кареты распахнулась, и Аму осторожно выбралась на свет Божий. Увидев её, Утао опрокинулась на спину, громко и показушно смеясь. Эмили уткнулась носом в ладонь и задергала плечами. Икуто сдерживал улыбку и закрыл лицо рукой, скрывая краску. Афина никак не отреагировала, холодно смотря в сторону. Кучер подавился травинкой, которую жевал. Лицо Аму, и без того красное, приобрело пунцовый оттенок. Сказать, что платье было не готово - ничего не сказать. Аму не успела пришить продолжение подола, и юбка была значительно выше колен, чего не позволяли даже купальные костюмы, не то что повседневная одежда. Рукава были так же не доделаны, и были коротки. Фартука не было, а рубашка была узка и слишком сильно облегала грудь. Волосы растрепались и пучок распался, освобождая малиновые локоны. - А тебе идёт, блошка! Может, так и будешь ходить? - ещё сильнее рассмеялась Утао - Утао, так нельзя - пробормотала Эмили, сдерживая садистскую улыбку. - Решено! Блошка, теперь ты ходишь в этом! - Заявила Утао и подошла поближе к Аму - возразишь, тебе будет... Хинамори, не в силах сдерживаться, со всей силы дала пощечину Утао. Та онемела от такой наглости. Аму рухнула на колени, и, закрывая лицо руками, горько расплакалась. - Да как ты смеешь, мразь?! - воскликнула блондинка, замахиваясь для удара. Внезапно её руку перехватили. - Хватит уже. Хинамори робко подняла глаза. Икуто крепко держал Утао за руку. - Ты что делаешь, Икуто? Она меня ударила! - Ты переборщила - Икуто отпустил сестру, подошел к Аму и опустился рядом с ней. Сняв пиджак, он набросил его на плечи девушки и помог ей встать. Аму стояла и не понимала, что здесь происходит. В голове всё смешалось: боль от пережитого, страх и ожидание возмездия за содеянное. Хинамори не могла это терпеть, а поэтому прижалась к груди Икуто и расплакалась навзрыд. Парень удивленно замер. Затем он глубоко вздохнул и обнял одной рукой Аму, прижимая покрепче к себе, а второй нежно и успокаивающе гладил её по голове. Аму зарылась лицом ему в рубашку и обхватила тонкое тело юноши руками. Утао встала, как вкопанная и не могла произнести ни слова. От улыбки Эмили не осталось и следа. Она пораженно глядела на представшую перед ней картину и хлопала ресницами. Икуто еле заметно улыбнулся и уткнулся носом Аму в волосы, зарываясь в них. Плач девушки уже успокаивался, но она, не желая отпускать парня, только сильнее прижалась к нему. Ситуацию разрядил внезапно начавшийся дождь. Сначала упало несколько капель, на которые никто не обратил внимания, а затем возникла стена ливня. Утао и Эмили завизжали и побежали к карете, прикрываясь руками. Афина бросилась убирать то, что осталось. Кучер принялся успокаивать лошадей. А Аму и Икуто всё так и стояли. Ни один не решался отпустить первым. - Я... - голос Икуто заглушал дождь. Он всё так же, несмотря на то, что промок до нитки, нежно гладил Аму по голове. Из-за стены дождя не было видно даже карет, стоящих рядом. Икуто еле заметно улыбнулся и, наклонившись, нежно коснулся губ Аму.