Рубашка в клетку

      Вторник.       Они едут, рассекая в лужах тучи и проглядывающие сквозь них облака. Их кроссовки промокли насквозь, её шорты мокрые на краях, его джинсы - до колен. С их велосипедов стекает грязными ручейками вода. На её серой футболке отпечатки вспотевшей спины, на его майке капли брызг.       Она тормозит внезапно, он проезжает немного вперед. Оглянувшись, он видит, как она стоит, поставив обе ноги на землю и полностью спустившись с седла. Её взмокшие кудри торчат в стороны, она тяжело дышит, в её глазах отражается выглянувшее из-за облаков солнце. - Посмотри, - коротко просит она, и он поворачивает голову туда же, куда и она.       Они стоят на старой, никогда не асфальтированной дороге. Сзади - лес, по бокам - поле, впереди - дорога. Там, куда они смотрят, та же картина: далекий лес, поле, облака и голубое небо. Тучи ушли. - Посмотри, - тихо повторяет она. - Смотрю.       И он смотрит. Смотрит, как мягко шевелятся цветы в поле. Синие, красные, желтые, белые... Как солнце медленно-медленно опускается вниз, хочет спрятаться за деревьями, но жаркий летний день заставляет его висеть там дольше.       Она отворачивается, отрывает взгляд. - Сколько нам ещё ехать? - Час. Но мы можем не доезжать.       Они едут в далёкую маленькую деревеньку. Они там никого не знают, они едут туда впервые. Им это совсем не важно. Для них важна дорога. Педали, крутящиеся с тихим шорохом. Тяжелый быстрый велосипед под каждым из них. Важен дождь, мелко стучащий по ним, шедший лишь пять минут. Важны сделанные фотографии, важна... Дорога.       Дорога, бегущая под колесами, убегающая вперед - так далеко, что исчезала на горизонте. Такая неуловимая, манящая, прекрасная. Дорога, разветвляющаяся на много маленьких и уводящая в чащи лесов, в поля и другие, никогда не ведомые места. Дорога, случайно ли, специально ли, бросающая камни и ветки им в колеса, но явно не со зла. Дорога навсегда останется им другом.       Она садится на велосипед, ставит ноги на педали. - Ну что, едем?       Он не отвечает, лишь также запрыгивает на велосипед. Она крутит педали быстро, несется вперед. Солнце освещает их свысока, размазывает их тени по дороге. Они несутся далеко-далеко, так быстро, что тени едва поспевают.       Табличка с надписью "Чащино" становится сигналом остановиться. Они тормозят прямо возле нее. Она достает фотоаппарат, делаем пару снимков знака, он смотрит на уходящую назад дорогу, окружённую полями и травой. На плывущие сверху облака, которые также попадают в объектив фотоаппарата.       На въезде в деревеньку много ребятишек. Они прыгают с моста в речку, купаются. Им от жары тоже хочется искупаться, но в то же время не хочется. Эта жара тоже часть их пути. Путь - самое важное, что есть в их жизни. Важнее пути, дороги, движения нет ничего. Совсем ничего.       Они разворачивают велосипеды, едут обратно. Солнце все же клонится к закату. Солнце тоже устает. Под его палящими лучами уже высохли все лужи, и велосипеды поднимают с дороги лишь пыль.       Она останавливается на середине обратного пути, чтобы нарвать цветов матери. Она идёт среди цветов, её тонкие пальцы осторожно рвут стебли. Он ждёт её на дороге, рисуя в дорожной пыли рисунок на память ветру. - Ты идёшь? - окликает её он после пяти минут.       Она молчит, стоит в поле, смотрит на небо. Он идёт к ней. Встает рядом, смотрит туда же. - Красиво, правда? - почти выдыхает она. Совсем тихо. - Красиво.       Солнце висит над самыми верхушками деревьев. Его лучи красят все вокруг в красные тона. Оно похоже на огромный красный глаз, смотрящий на свои владения с неба. Его лучи падают на них. Она тихо плачет. Ей не больно. Она искренне счастлива.       Солнце заботливо красит её слезы в золотой.