Больное сердце

Брок лежал в своей кровати и, смотря на спящего солдата, улыбался. Тот, видимо, совсем вымотался от их вчерашней "помывки" и храпел без сознания. Рамлоу аккуратно поцеловал его в лоб и вышел в туалет. Вернувшись примерно через пять минут, он снова лëг в кровать. Сердце немного покалывало, скорее всего из-за вчерашнего, но Брок не предавал этому большого значения. Он вообще никогда не думал о близости с таким "смертельным оружиеем". Брок не задумывался об этом, тем более он не любил солдата. Ну Зимний как Зимний, что с того? Просто, честно говоря, Броку было плевать на него, ведь какая разница, пользоваться крутой, навороченой винтовкой, или таким оружием как Зимний? Ну а обращался он с ним адекватно и достаточно нормально, не потому, что любил, а только потому, что считал его человеком. Человеку иногда нужна ласка и забота. От этой мысли Брок наконец-то вспомнил про себя. Почему Баки вдруг решил заботиться о кураторе? Таскать ему дорогущие лекарства, кормить, ласкать? Дело не только в уважение, тут что-то другое. Ну не может такой отмороженный солдат вдруг потеплеть и начать заботиться о ком-то! Значит, Баки чего-то хочет... Значит, Баки любит своего командира. Но может... Может всë это была какая-то ошибка?.. Наверное, заниматься тем, чем они вчера занимались, с самым лучшим оружием Гидры, как-то неправильно... А если ещë кто-то узнает об этом, то Баки обнулят и причинят лишнюю боль, а Брока вообще уволят, да так, что ни в одно приличное место он потом не устроится. Так что надо ,наверное, заканчивать, но солдат так просто командира не отпустит. Нельзя было давать слабину с самого начала, когда Баки пришëл проведать командира, а потом усадил к себе на колени и начал делать массаж. С этого все и началось. Ну а с другой стороны, Баки не переживëт если Брок скажет ему о не взаимных чувствах. Всëтаки, он тоже человек, тоже всë чувствует и понимает. Любовь к командиру - это единственная радость в его несчастной жизни. Ну и зачем тогда лишать его этой маленькой радости? Как он вчера смеялся, как веселился, прямо как ребенок, потому, что думал, что делает командиру приятно, а Брок, получается, просто пользуется заботой, а сам ни черта не любит солдата. И тут внезапно Броку поплохело и он повернулся на бок, и тут же услышал урчание голодного желудка. Баки тоже его услышал и подумав, что урчит не желудок, а командир, погладил его по голове со словами: –Спите спите, ещë совсем рано... Голос был невнятный и сонный, солдат ещë не до конца проснулся. Но... Он всë ещë обращается к Броку на "вы", значит ещë не привык, значит, поговорить о чувствах будет легче. Только тут до Баки дошло в чëм дело и он, положив живую руку на так называемое "брюшко" немного погладил и встал. –Так вы голодный! Надо накормить вас, прежде чем мы снова уснëм. Брока очень удивило местоимение "мы". –Баки, стой, – резко остановил его Брок решив сказать всë сейчас, но не решился, –Хотя ладно, иди. Баки сначало направился в санузел, чтобы провести себя в порядок, а потом начал одеваться и кинул одежду командиру. –Ты куда? – спросил еле отошедший от шока Рамлоу. –Я хочу кое-что приготовить для вас, но этого у нас нету, так что я в магазин. –Слушай, – схватил его за руку Брок, – А ты пробовал пиццу? –Пробовал? Пиццу? – переспросил Баки, который впервые услышал это странное слово, – Нет, а что это?.. –Давай тогда закажем тебе, раз ты не пробовал, это очень вкусно, – заявил Брок, напяливая футболку и штаны. Зимний неуверенно кивнул, и Брок тут же вытащил телефон быстро нажимая на кнопки. –Вот смотри, есть пепперони, есть с мясом, есть грибная, сырная, – говорил Брок, показывая всевозможные виды пицц, – Выбирай любую. Баки долго тупо пялился в экран, потому, что ему никогда не давали выбирать. Только если между шокером и шокером, или между обнулением и обнулением, а такого разнообразия никогда не было. Брок не очень хорошо себя чувствовал, и пиццей он надеялся скрасить свою неприятную для солдата весть. –Эту! – воскликнул Баки и ткнул пальцем в экран. –Гавайская? Хочешь еë? — переспросил Брок даже не думая, что оружие может любить экзотику. Баки быстро закивал. –Ну как хочешь. Это всë? После солдат выбрал ещë две пиццы и Брок заказал их. Самому ему такую острую и жирную пищу нельзя было и он хотел просто порадовать солдата. –Минут через пятнадцать нам привезут еë, а пока, давай тебя расчешу, – предложил Брок, – Ты весь лохматый. Брок зря начал ласкать солдата, ведь, это как с бродячий собакой: ты погладишь еë, покормишь, а она привяжется и не отпустит. Так же и Баки. Брок давал ему надежду, что он его не бросит и тем более не выгонит! Но в его планах было как раз это. Да. Видимо Рамлоу не умел правильно начинать тяжëлый разговор. На то, чтобы солдата расчесали, Зимний согласился быстро, приняв это за очередную ласку от командира. Но как видно, он ошибался. Брок отыскал расчëску и начал чесать (ой, то есть расчëсывать) солдату волосы. Они были такими запутанными, но хотя быуже не жирными. Немного кудрявые тëмные пряди приходили в свою обычную форму и вскоре Брок превëл солдата в полный порядок. Тот всë это время сидел смирно и только из редко вскрикивал: –"Ай! Больно!" Брок улыбался, а в конце завязал солдату хвостик, чтобы волосы не мешались. Кто вообще придумал такому холодному убийце длинные волосы? Пиццу доставили быстро, всего за десять минут. Брок сразу решил, что не будет даже пробовать, ведь, съест маленький кусочек и уже не остановится, да и к тому же, чего он там не видел? Еда как еда, только немного вкуснее. Брок расплатился и, взяв коробки, понëс их Зимнему. Как уже и было сказано, пицц было три: гавайская, пепперони и классическая мясная. Баки понравится всë это, точно понравится. Поплохеет ему сегодня врятли, для солдата это нормальное количество еды. Брок не хотел есть, пока не увидел саму пиццу. Баки судорожно открыл крышку коробки и вдохнул приятный аромат специй, сыра, мяса. Солдат ни разу такого не пробовал, но только по одному запаху уже можно было понять, что она прекрасна. Баки уселся на кровать, а Брок подальше от него ,в угол. Не потому, что Брок брезговал, просто он не хотел смущать солдата. Через некоторое время он тоже захотел есть. Брок вылез из своего угла и направился на кухню. Яиц для омлета было достаточно много, но Броку вдруг стало лень и он вернулся в спально. Баки уже начал есть. В отсутствие Брока он уже успел приговорить одну пиццу и начал есть вторую. Брок смотрел на эту картину, а потом принëс солдату чай, потому, что ЭТО выглядело уже совсем дико. Баки поблагодарил командира и ,немного отпив, продолжил завтракать. Брок сел в угол, но тут его желудок не выдержал и от зависти и голода громко, недовольно заурчал. Баки, естественно, услышал эти звуки и, посмотрев на командира сверху вниз, улыбнулся и придвинул к нему открытую коробку. –Вы тоже хотите? Берите, вы совсем ничего не ели. Брок глянул на горячую пиццу, и стараясь не вдыхать еë прекрасный аромат, отодвинул коробку в сторону зная, что ему нельзя. –Нет, ешь сам. Я поел уже, – сказал он и сжал живот рукой, чтобы тот не издавал этих душераздирающих криков о помощи. Солдат посмотрел на Брока с вопросом. –И что же? –Ну... Ты пока ходил по туалетам, я приготовил омлет. Баки улыбнулся, не поверив , встал с кровати и пошëл на кухню. Он открыл холодильник и сразу же убедился в своей правоте: колличество яиц не уменьшилось, а значит голодный командир просто по какой-то причине не хочет есть. Баки вернулся обратно к Броку. Тот облизывался и вытирал потëкшие слюнки. Есть жутко хотелось, но он не двигался с места. Солдат улыбнулся и придвинул к Броку коробку. Решив его не дразнить, он быстро взял кусок и запихал командиру в рот. –Т-ты ч-что делаешь? — прожëвывая и глотая пищу спросил Рамлоу. Его желудок не выдержал и заурчал ещë громче прежнего, требуя больше. –А кто-то сказал, что не голодный, желудок вон как недоволен! – улыбнулся Баки и взял ещë кусок, чтобы покормить упëртого командира. –Я не голодный, – Брок отодвинул от себя руку солдата и погладил живот, – Я не знаю, почему он издаëт такие дурацкие, раздражающие звуки!.. –Точно не ели, – заметил Баки, – Когда люди голодные, они бывают нервными, а вы не должны нервничать, у вас больное сердце! Брок уже хотел что-то сказать но Баки тут же запихнул ему в рот очередной кусок пиццы и Броку ничего не оставалось, как жевать и глотать. –А говорили, не хотите есть! Сейчас чай вам принесу. Баки встал с постели и вернувшись в кухню, налил командиру чай в его любимую кружку. –Ну и почему вы не хотели есть? Вам же нравится! –Да, да, мне нравится! – Брок уже и не скрывал это, – Но у меня, если ты не забыл, проблемы с сердцем и мне нельзя такую жирную и острую пищу. Баки присел на корточки и ласково улыбнулся, погладив Брока по голове. –Зачем тогда вы заказали пиццу, если знали,что не будете есть, что вам нельзя?! Брок потупил глазами. –Порадовать тебя хотел, ты же не пробовал никогда. А ещë... – Брок не успел договорить, солдат тут же запихал ему в рот ещë один несчастный кусок. –Мне не нужны никакие радости, если вы не можете быть счастливым вместе со мной. И потом... Думаю, на первый раз сердце вам простит столь сытный завтрак. Брок улыбнулся и, наклонив к себе солдата, поцеловал в щëку. –Спасибо, ты всегда успокаиваешь меня. Баки не стал улыбаться и отвечать на поцелуй, просто запихнул ему в рот очередной кусок. Это для Брока сейчас лучше ласки и всяких ненужных слов. Брок ел с удовольствием, утоляя свой голод. Пицца и вправду оказалась очень вкусная, поэтому Брок съел еë всю, а оставшуюся пепперони они с Баки разделили пополам. Наконец они наелись и Брок нежно поглаживал свой сытый желудок, в который сначала утромбовали полторы пиццы, а потом влили почти литр чая, ведь, как сказал Баки, командиру надо больше пить жидкости. –Вы сыты, ваш желудок наконец-то доволен, – вздохнул солдат, – Теперь можно гладить вас. Брок охнул, но возраждать не стал, только попросил, чтобы его перенесли на кровать и уложили на мягкие подушки. –Если ты будешь кормить меня так каждый день, – сказал Брок вдыхая воздух, – То меня уволят! Баки в непонятках перевëл на на него удивлëный взгляд. –Почему, командир? –Я растолстею. Ты этого и добиваешься, – рассмеялся Брок и сложил руки на животе. –Ничего подобного! Вы совсем не поправились, честно! – вскрикнул Баки, – Клянусь Гидрой! Брок наклонил солдата к себе и двумя пальцами, аккуратно прикрыл тому рот. Баки оглядел руку командира и убрал еë. Оба замолчали. Наверное Баки лишнего сказал, но Брок не обидился, он же его командир. Самый лучший. –Я... Хотел тебе кое-что сказать, сядь. Баки послушно сел и с нетерпением посмотрел на командира. Тот явно было взовлнован и капелька пота пробежала по его горячему лбу. –Ты... Я ценю тебя как хорошее оружие, как... Лучше оружие, но... – Брок часто запинался, потому что не мог правильно преподнести свою новость и выразить эмоции, – Ты солдат, я твой командир, ты... Это называется - человеческие этические нормы. Мы... Мы вчера зашли за границы дозволенного, нам не стоило этого делать... Ты меня понимаешь?.. Баки опустил глава, словно задумавшись над словами Брока, а потом медленно кивнул. –Об этом никто не должен знать. Солдат ещë раз кивнул. –Вы хотите сказать, что это была ошибка? – резко спросил он и перевëл взгляд на Брока. – Мне не нужно было целовать вас? Брок очень боялся, что солдат сам сейчас всë поймëт и поймëт ни так как надо. –Не совсем, солдат. Ты... Ты не должен был ласкать, касаться, делать мне массаж. Понимаешь?.. В глазах солдата заблестели маленькие, едва видные слëзки. –Почему?.. – растерянно спросил он и поднял взгляд на командира. –Понимаешь, я не хочу, чтобы тебя опять обнулили, или положили в крио, или... Я не хочу, чтобы ты страдал. Баки аккуратно поднялся с постели. –Нет, – сухо произнëс он, разом растеряв все эмоции. Брок с отчаянием заглянул в его лицо. –Вы хотите, чтобы мне было плохо, вы меня не любите! – заорал солдат, а по его щекам уже вовсю лились слезы. –Баки... – попытался успокоить его Брок, но безуспешно. –НЕТ! ВЫ МЕНЯ, СОВСЕМ НЕ ЛЮБИТЕ И НИКОГДА НЕ ЛЮБИЛИ, ЛЮБЯЩИЕ НЕ ПОСТУПАЮТ ТАК ДРУГ С ДРУГОМ! Брок вцепился в его руку, но тот еë грубо отдëрнул. –Я люблю вас, командир! Почему же вы меня не любите? Неужели, я настолько плох? Баки был истерике и, упав на пол, он громко зарыдал. Его что-то грызло изнутри. Теперь уже его сердце резало и ныло. Брок с ужасом смотрел на всю эту картину и его сердце вдруг прошло болью. Он упал в кровать и приложил руку к груди, моля солдата успокоиться, говоря как ему и без того плохо и тяжело, но Баки не слышал. Командир был единственным человеком который любил солдата, ласкал, поощрял за хорошие миссии и не сильно наказывал за плохие. А теперь его нет. Нет, он не умер, он просто отказался от солдата. Он его не любил и никогда теперь не будет. И Баки останется один в этом страшном мире, совсем один. После принятия своих чувств к командиру, жизнь солдата заиграла новыми красками, он понял, что не всë так плохо, ведь можно заботиться о том, кто любит тебя и кого любишь ты. Но что если командир его не любит? Совсем не любит. Солдатом и без того все пользовались, обращались с ним как с вещью, но он ведь тоже живой, тоже всë чувствует, но теперь... Теперь он и вправду стал замëрзшим Зимним солдатом ,потерявшим все возможные чувства и эмоции. Он бился головой об пол, рыдал и отчаянно кричал. В конце концов, Брок с трудом поднялся с кровати и, подойдя к Зимнему, хотел обнять,но тот его грубо оттолкнул от себя, да так, что Брок пошатнулся. –Тише, соседи услышат, вызовут полицию, тише, успокойся, – как можно спокойнее говорил Брок, пытаясь успокоить не только солдата, но и себя. Баки совсем ничего не слышал и продолжал свои терзания. Как вдруг Брок почувствовал, что сердце адски сдавило, даже после кофе такого не было.Болью распространилась на лопатку,руку и добралась даже до челюсти. Брок присел, затем лег, чувствуя, что сейчас потеряет сознание. Солдат сейчас ему не поможет, тому самому нужна помощь, но сам бы Брок не справился. Он закашлялся и захрипел, губы посинели и Брок впервые почувствовал приступ удушья. Он старался вдохнуть больше воздуха, но не получилось,на грудь как бетонный блок положили. Брок безпомощно застонал и постепенно начал отключаться. Баки услышал этот тихий стон и, не переставая рыдать, поднялся. Чтобы было лучше видно, пришлось протереть глаза и Баки полностью разглядел картину. Командиру было плохо, он задыхался. И тут Баки по настоящему испугался, он схватил телефон и судорожно нажал кнопки. –Алло,помогите! – крикнул он убедившись, что попал туда, – Тут человеку плохо, у него сердце больное, приезжайте! –Что конкретно с человеком? – встревоженная от тона солдата спросила какая-то девушка. Баки растерялся и подошëл к командиру поближе. –У него губы синеют! – закричал он. –Ясно, скорее всего, сердечный приступ, скоро к вам приедут, а пока обеспечте больному покой. Баки быстро задышал, захлëбываясь в слезах. –Какой?! Девушка выдохнула. –Уложите его поудобнее, приподнимите голову на подушки чтобы было легче дышать, откройте окно для прилива свежего воздуха и успокойте его в конце концов. Скажите, что всë будет... –ХОРОШО УЖЕ НЕ БУДЕТ! – завопил солдат и залился слезами. –Хорошо, – успокоила его девушка, – Скажите ваш адрес. Баки быстро продиктовал адрес и, сбросив вызов, подбежал к Броку. Как и сказала эта девушка, Баки открыл окно и уложил командира немного повыше. Затем он присел к нему и положил руку на грудь. –Не беспокойтесь, командир, сейчас приедет скорая и вам помогут, – монатонным голосом говорил солдат, – А потом я уйду и вы меня никогда больше не увидите, вам будет хорошо без меня... – на этом солдат всхлипнул. На эмоциях он не понимал, что Броку от этого станет ещë хуже. Когда человеку плохо, стоит говорить что-то хорошее, а не то, что говорил солдат. Всë так и случилось. Брок захрипел и застонал, крепко вцепившись в руку солдата. Это привело Баки в чувства. –Простите! Я люблю вас, всë будет хорошо!– прошептал Зимний, обливается руку командира горячими слезами. Зимний солдат имеющий горячие слëзы, как смешно. – Простите меня за всë! Даже если вы не любите меня, я всë равно буду рядом, слышите? Я буду любить вас, даже если вы не хотите этого!.. Брок захрипел и со стоном наклонил солдата к себе. –Я люблю тебя, солдат, – тихо, едва слышно сказал Брок, а после... Его рука ослабла, спала с солдата и Брок погрузился в глубокий обморок. Баки печально улыбнулся и стал аккуратно поглаживать сердце, а потом голову. Вскоре приехала скорая. Баки уже успел нацепить на себя перчатку и спокойно открыл дверь. Парамедиками оказались двое мужчин и одна девушка. Они осмотрели Брока и сделали несколько уколов. Баки же в это время нервно скрëб стенку, и через каждые пять секунд бегал ко всем и спрашивал: –Как его здоровье? Всë сильно плохо? Когда он придëт в себя? И многое другое. Те лишь качали головой и делали своë дело. Закончив, девушка подошла к Барнсу. –Как же вы довили его до такого состояния? – с большим интересом спросила она. Баки потупил глаза и нервно всхлипнул. –Ладно, – протяжно произнесла собеседница, – Все с ним хорошо, приступ на данный момент снят. У него это впервые? Баки быстро закивал. –Хорошо, пусть посетит своего лечащуго врача, это обязательно, а пока присматривайте за ним, не давайте нервничать и вообще ни каких отрицательных эмоций, только положительные. "Это врятли" – подумал Баки про себя. Он подумал это не с ненавистью, и уж тем более ни с целью навредить Броку. Он просто растроился, что после такого, Брок наверное, даже разговаривать с ним не будет. После девушка уже собралась уходить, но солдат остановил еë. –Когда он придëт в себя? – спросил он немного растерянно. –Минут через двадцать, не стоит нагружать его, пусть поспит до завтрашнего утра. Он будет чувствовать недомогание, слабость сонливость, но это нормальные симптомы. Баки кивнул. Проводив медиков, он вернулся обратно в спальню и сел на пол возле Брока. Он понимал, что это он виноват в состояние Брока, закатывая истерики, но с другой стороны, Баки ведь просто показывал свои чувства, да?.. Все равно было стыдно. Баки сидел так и слушал сонное дыхание командира. Любимое, родное, горячие дыхание. Такое ровное и спокойнее, не смотря ни на что. Солдату захотелось поцеловать Брока, в лоб или в пузико, не важно, но он сдержался. Брок говорил, что им с солдатом теперь нельзя встречаться и Баки должен был выполнять приказ, даже если он ему не нравится. –Простите, командир, – тихо прошептал Зимний и прижал ухо к его груди, чтобы ещë раз послушать сердцебиение. Такое же родное и любимое. Брок очнулся где-то через полчаса. Как и говорили врачи, он выглядел так, как будто пахал всю неделю в ночную смену. Баки сразу отошëл, увидев, что командир едва поднялся и принëс ему воды. Сел и аккуратно дал напиться. Когда он допил, Баки взял кружку и поставил на тумбу рядом с кроватью. –Если что-то понадобится, говорите, я всë принесу. Брок постарался улыбнуться и постарался сесть, но Баки аккуратным движением положил его обратно. –Лежите, – попросил солдат и погладил Брока по запястью. –В туалет то мне можно? – улыбнулся Рамлоу, но в его голосе была отчëтливо слышна какая-то хриплость. Баки кивнул и остался ждать командира в спальне. Он не хотел навязываться в своей помощи и не стал предлагать проводить командира. Брок вернулся и Баки уложил его в постель немного погладил по голове. –Я хочу мороженое. Сходи купи, – попросил Брок, ласково вдруг улыбнувшись. –Мороженое? Хорошо, какое? Брок махнул рукой. –Без разницы, на своë усмотрение.