Королева красоты

Стоял солнечный, но холодный денёк февраля, воскресенье, день, но ближе к вечеру. Снег красиво блестел, не особо крепкий лед мило трещал под ногами. То и дело по городу гулял освежающий, на удивление легкий ветерок, придающий бодрости и сил на очередной учебный день. Кит была в своей комнате и копошилась в ящике с одеждой, выискивая спортивную форму на урок физкультуры — розовую футболку с красным сердечком посередине и белые шортики с розовыми линиями вдоль. По какой-то причине, тех нигде не было. — Потерялись, что ли? Или папа перепродать решил? — спросила девушка сама у себя, не удивившаяся бы, если бы это оказалось правдой. Кстати, форма эта была совсем новая. В конце прошлой четверти Перл сообщила Крабсу, что из-за ее тогдашней маленькой и старой формы над ней смеялись все другие девушки, а парни не проявляли любовного интереса, после чего не самым вежливым языком таки уговорила его купить ей новую. Выйдя из своей комнаты в коридор, кит задрала голову вверх, к третьему этажу, где и располагалась комната Крабса, и крикнула: — Папуль! Можно тебя на минутку? Около шести секунд на третьем этаже продолжала стоять тишина, в скором времени нарушенная каким-то тихим протяжным скрипом и хлопком, будто кто-то задвинул ящик в комоде. После чего почти сразу же послышалось звонкое быстрое постукивание крохотных крабьих ножек, с каждой секундой становящееся громче, отдающее громким эхом по всему огромному богатому дому. Наконец, Юджин сошел с лестницы, улыбнулся дочери и деловито подбоченился. Судя по всему, настроение у него было вполне хорошее, так что Перл, наверное, все же могла не бояться попросить его о помощи или задать ему парочку вопросов. — Доченька, чего хотела? — спокойно спросил он, любопытно рассматривая ее снизу вверх. — Ты не занят? — чутка настороженно ответила вопросом на вопрос Перл, зачем-то посматривая на лестничную площадку этажом выше, а потом вновь переведя взгляд на отца. — Нет-нет, милая. Я только что пересчитал все мои денюжки, решил еще разик заняться этим где-то через полчаса, а пока свободен, — объяснил тот со все той же спокойной улыбкой. Теперь понятно стало, чему он так был доволен, — сейчас у меня, так сказать-м, перерыв. Так чего ты хотела-то? Кит взяла краба за плечо и развернула в сторону своей комнаты, тем самым дав понять, чтобы он зашел туда вместе с ней. — Я нигде не могу найти форму для физры, ты не видел ее? Не забарыжил ее, случайно? — строго спросила она, внимательно наблюдая за его реакцией. — Нигде не можешь найти? Странно… — Крабс подозрительно сощурился, увильнув от ответа на вопрос, и подошел к белому комоду с приоткрытыми ящиками, заглянув внутрь первого. Там лежала косметика, расчёска и прочие женские штучки. Он моментально закрыл ящик, чтобы не смущаться. — Па-а-апа-а-а-а-а-а! — уже резко разозленно рявкнула девушка, скрещивая ласты на груди, сурово зыркая на задумчивого отца, — не увиливай от заданного мной вопроса! Признайся, ты продал мою форму, ДА?! — Перл, да ничего я не продавал! — испуганно уверил тот, отходя от дочери подальше, к кровати, — она была одной из самых дешевых, да к тому же со скидкой! — И что с того?! Ты бы все равно ее продал, я тебя знаю! — Не продавал! Я бы вместо этого просто не стал ее покупать! — Продал! — подозрения кита начали расти и усиливаться, и она решила поставить Крабсу ультиматум: — короче, папа… Если не найдем мою физкультурную форму за сегодня, я буду считать, что ты ее продал! И нажалуюсь на тебя бабушке, понятно?! Уж она-то тебе задаст перцу! — Что?! Эй, не вздумай! — больше испуганно, чем рассерженно рявкнул в ответ краб, строго грозя дочке клешней. Его мать та еще садистка. Когда он был маленький, она била его за малейшие провинности. — Почему же? — та добавила сильной издевки в свой голос, — я никогда не забуду, как она дала тебе по заднице из-за того, что ты отказался покупать мне сережки! А если она узнает, что ты перепродал мою форму за день до начала учебы, она на твоей заднице ни одного живого места не оставит! — Это что еще за шантаж?! У кого хоть ты этому научилась, а? — Юджин был искренне возмущён, — совсем обнаглевший ребенок! — Не смей называть меня ребенком! — эти слова рассердили млекопитающую лишь больше, у нее аж глаза налились кровью от злости, а из носа пошел пар. — Может, ты уже не ребенок… Но ты ведёшь себя так, как будто бы тебе не 17, а 8! Или нет… Будто тебе 4 годика! Во! — сурово выдал Крабс, чье терпение тоже не бесконечное, а нервы — не железные. — Я все сказала! — капризно, реально как маленький ребенок, выдала Перл, топнув нижней ластой, отчего комната заходила ходуном, а растерянный Крабс не удержался на ногах и упал на пол, — советую начать поиски прямо сейчас, папаааа! — Э-э… — тот и не знал, что ему на это ответить. Тут зазвонил телефон девушки, лежавший на кровати. Бросив на отца последний рассерженный взгляд, Перл взяла телефон и направилась к выходу из комнаты. — Джейн звонит, я в ванную. А ты начинай искать! — отрезала она, громко хлопая дверью. Крабс и не заметил, как остался один в комнате дочери. С недовольнейшим вздохом поднявшись с пола, он вновь повернулся к комоду и продолжил, скорее всего, уже бесполезные поиски ее спортивной формы по другим ящикам. — «Советую начать поиски прямо сейчас, папаааа!» — закривлялся он, передразнивая ее писклявый девичий голос. Возможно, вас это удивит, но он действительно никуда не продавал эту форму. Нет, по началу, конечно, у него чисто машинально возникло желание сделать это, но он сразу же передумал — инстинкт самосохранения и боязнь рассерженной дочери были столь сильны, что смогли затмить даже его жадность и желание подзаработать деньжат. — Вот ведь упрямица… И в кого ты такая?! Поэтому у тебя до сих пор нет ухажера! — пробормотал Юджин себе под нос, аккуратно доставая платья из второго ящика и кладя их на кровать, пытаясь найти среди них ту спортивную форму (благо, он помнил, как она выглядит), — другое дело — мы со Сквидвардом… Он хоть и ворчит все время, но меня любит, не капризничает и не шантажирует меня. Я его тоже обожаю больше всего на свете, порой даже денег ради него не жалею! Вспомнив о своем любовнике, краб осознал, что был бы очень рад провести с ним время, и слегка улыбнулся сам себе. Эх, вот бы сейчас сидеть у него в гостях и пить горячий шоколад с зефирками, болтать с ним на самые разные темы, целоваться и «няшкаться», как это называет Спанч Боб, а не вот это вот все… Сжав от отчаяния клешню в кулаке и устало вздохнув, Крабс без интереса оглядел лежащие на кровати платья, еще раз пытаясь выискать среди них то, что ему надо. Но там не было нужных вещей, поэтому он начал убирать все обратно. «И долго она там с Джейн трещать будет? Ей надо — пусть и ищет! — подумал Юджин, аккуратно складывая все в ящик, уже готовясь «ограбить» следующий, — ох, ладно, куда я денусь… Надо делать, что она велит, иначе отдаст на растерзание маме!» Почти все платья были убраны обратно, а девушки все не было и не было. Ракообразный лишь цокнул языком и потянулся за очередным дочкиным нарядом, как вдруг невольно обратил на него внимание. А обращать внимание тут было, на что. В то время, как почти все другие платья имели розовый или белый цвет, это оказалось… фиолетовым. Оно было узким и коротким, шелковое, судя по всему, с подолом примерно где-то до бедра (если судить по размерам Перл), с узором из маленьких сиреневых сердечек. Рукавов не оказалось, только лямки, а вокруг пояса обвязан большой и такой же сиреневый бант. Сбоку оказалась почти незаметная молния. Краб поднял платье за лямки, стараясь случайно не порвать, и просто разглядывал его широко распахнутыми глазами. Он сам не понял, почему, но был в недоумении с такой находки, а точнее — не помнил, когда и зачем покупал дочери это платье. — Почему я не помню того, как его покупал? — спросил он сам у себя, продолжая разглядывать необычный наряд, — такое красивое, дорогое, наверное… Я бы запомнил! Надо будет потом спросить у нее. Еще раз любопытно оглядев находку и поразмышляв о чем-то, Крабс хотел было положить платье обратно в ящик, как вдруг почувствовал, будто что-то мягкое и легкое упало из-под подола ему под ноги. Он опустил голову вниз и увидел… Почему-то две пары таких же сиреневых капроновых чулок с белыми бантиками сзади и стринги в обтяжку, такой же расцветки как и платье — фиолетовое и с сиреневыми сердечками, причем сзади было одно большое сердечко, а также маленьким сиреневым бантиком. Очевидно, они все были из одного комплекта. Глаза Юджина распахнулись лишь шире, рот невольно приоткрылся, и он поднял чулки со стрингами и начал оглядывать их едва ли не с ужасом. «Что?! Что у меня с памятью? Почему я не помню, как покупал ей все это? А может, она тогда взяла денег у меня без моего ведома?! Ну, доченька, сейчас вернешься, у папочки к тебе будет разговор…» Крабс постоял, ничего не делая, просто молча оглядывая найденные им вещи. При более пристальном разглядывании открытого платья и бантиков на стрингах и капроновых чулках, в его извращенную голову вдруг начали приходить странные неожиданные мысли… — Хм… Интересно, а как бы… — он задумчиво уставился в потолок, — как бы во всем этом выглядел Сквидвард?.. Едва он пришел к такой внезапной мысли, как отчетливо ощутил, будто бы у него сводит живот, а по щекам распространяется жаркое приятное тепло. Он пошатнулся и чуть не упал, вновь вытаращив глаза, стараясь выбросить из головы образ кальмара в сием одеянии… «Тар-тарский соус! Как я до этого додумался?! — пронеслось в голове у краба, кусающего губы от волнения, невольно садящегося на кровать, — Юджин, ты, конечно, извращенец тот еще, и не пытаешься это как-либо отрицать, но… Не до такой же степени!..» Юджин начал чувствовать себя странно. Ему стало жарко не на шутку, а его живот свело сильнее. Очевидно, он начал потихоньку возбуждаться от собственных мыслей, не желающих давать ему покоя… Положив одежду рядом, Крабс почти стыдливо закрыл лицо клешнями и быстро помотал и встряхнул головой, пытаясь очистить свой и без того извращенный разум от похотливых мыслей. Но ничего у него не выходило — образ кассира в коротком платье, в капроновых чулках и стрингах все так же не желал выходить из головы… — Ч-черт… — Крабс мысленно покрыл матом сам себя, поерзал на одном месте, кое-как убрал клешни от пылающего лица и потянулся одной из них к своей промежности, — да простит меня Нептун… Он хотел было расстегнуть ширинку на своих брюках, пока наконец не вспомнил — он находится не где-нибудь, а в комнате у дочери, которая просто вышла поговорить по телефону со своей подругой и может вернуться в любой момент. Ракообразный еще раз встряхнул головой и отдернул клешни, когда вдруг кое-что придумал… «Может, все же попросить у Перл эти шмотки, пойти к Сквидварду и дать ему их примерить? Как раз отличный подарок на День влюбленных, который буквально на днях будет~ Нет, она меня неправильно поймет… Она даже не знает о том, что ее папочка гей, и не хватало того, чтоб узнала! Лучше я просто украду у нее это, она и не заметит… Надеюсь…» Вновь взяв дочкину одежду в клешни, Крабс хотел уж было быстренько отнести ее в свою комнату и уже выглянул одними глазами в коридор, но тут услышал голос из ванной, что была прямо напротив: — Ну все, Джейн, давай, пока. Чмоки. Краб испуганно отстранился и поскорее закрыл дверь, положил платье со всем остальным на кровать, подошел к комоду и начал делать вид, будто продолжает искать то, что хотел найти изначально. — Привет, папочка, — поздоровалась Перл так спокойно и легко, будто бы не кричала на отца около получаса назад, и Крабс ощутил, как она поцеловала его в затылок. — П-привет, привет, дочурочка. А я тут продолжаю твою физкультурную форму искать, — как можно уверенней сообщил он, с задумчивым видом смотря в раскрытый ящик. — Не надо, я уже все нашла. — Д-да-да… Ой, что?! Юджин резко обернулся и увидел в ластах кита ту самую форму, которую она не могла найти. — Она была в стиральной машине, как раз после стирки, — сообщила девушка, прижимая одежду к груди, — пап, ты прости меня, пожалуйста. Ты хоть и жадный и никогда не упустишь возможности подзаработать, но все же ты меня любишь, и не стал бы лишать того, что совсем недавно сам купил. Пока она извинялась и откровенничала, взволнованный Крабс почти и не слушал ее. Нет, конечно, он был рад тому, что она нашла свою форму и даже извинилась перед ним за наезды, но все же его мысли по-прежнему были заняты тем фиолетовым платьем с бантом, капроновыми чулками и стрингами… — Пап? — непонятливо спросила Перл, приподнимая одну бровь, и щёлкнула перед его лицом. — А… Ой! Ой, прости, милая, я задумался, — неловко улыбнулся тот, поджимая клешни к груди, по-прежнему чувствуя жар на щеках и тяжесть чуть ниже живота, — да-да, я прощаю тебя, все хорошо. — Ну слава Нептуну, — девушка облегчённо улыбнулась и поставила ласты в боки, — а ты не хочешь извиниться за то, что назвал меня ребенком, а?! — уже намного строже и очень настойчиво вопросила она, опять сурово приподнимая бровь. — Да, да, прости, пожалуйста! — поспешил с извинениями Крабс, бросая взгляд на платье, опять невольно предаваясь шаловливым мыслям, — ммм… Перл, доченька, у меня вот к тебе такой вопрос созрел… — Какой? — тут же спросила она, сев на кровать, не обратив внимания на лежащее там платье. — Я тут… Я тут, э-э… Искал когда твою форму, случайно нашел вот это, — указал на него глазами Юджин, садясь с другого боку от него, — и мне просто интересно стало — откуда это все у тебя? Я, хоть убей, не помню, как мы его покупали! Девушка взяла платье и начала задумчиво оглядывать, как в первый раз, или будто бы что-то вспоминая. — А, эм… — наконец начала она, как-то смущенно улыбаясь и отводя взгляд в сторону, — т-ты… Ты правда не помнишь? — Нет, — краб неловко почесал свою короткую шею, чувствуя себя почему-то немного глупо. — Так это… Это… Ты мне его год назад купил, на рождественский корпоратив у нас в школе! Я кое-как его у тебя выпросила. — Я?! КУПИЛ?! ЭТО?! — шокировано спросил сам у себя Крабс, думая, после каких угроз или пыток Перл сумела уговорить его это купить. Или же, в каком непонимающем состоянии он был. — Да, ты, папуля, — непринужденно подтвердила кит, кивая головой, закидывая одну нижнюю ласту на другую, — в прочем, оно мне все равно больше не нужно. Мало может мне и не стало, но разонравилось. Мне фиолетовый не идет, он меня старит лет на десять точно! — А почему чулков… Ой, то есть, чулок две пары? — вдруг спросил Юджин, смотря куда-то в стену, обвешенную плакатами популярной бой-бендовской группы «Стрей фишес». — А, вторая просто запасная. Я боялась, что нечаянно порву первую, вот и попросила у тебя две, — объяснила Перл, непринуждённо улыбаясь, и не догадываясь, что на самом деле задумал ее отец, — к счастью, в отличие от некоторых, я аккуратно отношусь к одежде, поэтому не успела ничего порвать. «Две пары чулок… То есть, получается, всего их четыре… А у Сквидварда как раз четыре нижних щупальца!» — вдруг осенило Крабса, пребывающего в шоке от такого совпадения, и он уже в который раз убедился, что Сквидвард должен это примерить. — Н… Не нужно, говоришь? — вдруг переспросил он, аккуратно взяв платье в клешни и опять начав его разглядывать. — Да, именно так. А что? Почему ты спрашиваешь? Продать решил, да? — холодно осведомилась Перл, уже сурово зыркая на отца. — Что?! Да нет же! — краб смущенно улыбнулся и весь порозовел, чем ввел раздраженную дочку в недоумение, — я… Я просто… Я просто из любопытства спросил! Ты же знаешь, какой я любопытный краб, — он еще раз улыбнулся, пытаясь придать своему голосу шутливые нотки, чтобы разрядить такую неприятную атмосферу. — Ну да, конечно. Любопытный и жадный, — неохотно добавила млекопитающая, отворачиваясь в сторону. — Перл, я честно не собирался его продавать, — пытался уверить ее Крабс, в глубине души у которого возникла нехорошая мысль, что вряд ли он сможет вынести это платье из дома без лишних проблем. — Ну и хорошо. Отдай! — Перл почти грубо выхватила платье из клешней отца, встала с кровати и спрятала его в ящике комода, — только попробуй его продать, понятно?! Я, может, и не ношу его больше, но если у меня будет дочка, она будет его носить! Крабс еле переборол желание спросить: «А если у тебя родится сын?», встал с кровати и неловко потоптался на одном месте. — Не продам я его, успокойся! — как можно уверенней заявил он, уже пытаясь придумать план по похищению платья, направился к двери и добавил: — н-ну, все, я пошел деньжата считать, и так слишком много времени потерял, а время, как известно, это и есть деньги! Кстати, когда у тебя там начинаются занятия, а? — Как бы, завтра, — холодно ответила кит, не понимая, почему тот так резко сменил тему разговора. «Черт…» — пронеслось в голове Юджина, который понимал, что не может ждать до завтра, пока дочь уйдет в школу, и он только тогда сможет украсть ее платье. Опомнившись, Крабс сделал задумчивый вид, понимающе закивал головой и направился в свою комнату, пока Перл ничего не заподозрила. *** Всю оставшуюся часть дня Юджин провел над разработкой своего плана по похищению платья дочери. Действовать он решил этой ночью, когда она уже точно будет спать, после чего пойдёт к любовнику домой (который привык к тому, что к нему заявляются в гости темной ночью и без предупреждения. Однажды Юджин заявился к нему в четыре часа утра, пьяный, с предложением ограбить банк), и там уже тот примерит это платье и все остальное, а потом… Улыбнувшись приятным мыслям и фантазиям, Крабс глянул на часы на своём запястье. Шестнадцать минут второго. Перл легла где-то минут сорок назад, сейчас она, наверное, уже уснула, она обычно засыпает довольно быстро. — Надо выдвигаться… — тихо и не так уверенно, как бы ему хотелось, пробубнил он, аккуратно приоткрывая дверь из своей комнаты, выглядывая в темный коридор. Немного помедлив, краб так же аккуратно начал спускаться по лестнице вниз, пытаясь стучать своими ножками как можно тише и ни обо что не запинаться. Наконец он у комнаты дочери. Прислушавшись к звукам, ракообразный услышал ее негромкое высокое похрапывание, которое у них наследственное. Радуясь, что все идет по плану, Крабс медленно приоткрыл дверь в комнату Перл и на немного дрожащих ногах зашел внутрь. Девушка спала у себя в кровати мирным сном, отвернувшись от того комода к стене. Не сводя с нее глаз, Юджин как можно тише прошел к комоду, немного помедлил и начал открывать второй. — Так… Где же оно? — тихо-тихо бормотал он сам себе под нос, зажимая всю ненужную одежду под мышкой, пытаясь найти фиолетовое платье, которое, очевидно, Перл спрятала на самое дно — очевидно, все-таки боялась, что отец задумает его продать. Тут кит перестала храпеть и начала что-то неразборчиво и сонно мямлить, после чего заерзала и повернулась лицом к крабу. Крабс сглотнул и задрожал, очень боясь того, что она может проснуться в любой момент, но все же продолжал заниматься поисками. Глаза, как говорится, боятся, а клешни делают. Наконец краб нашел то, что ему надо. Фиолетовое короткое платье с лямками, капроновые чулочки с бантиками и обтягивающие стринги. Кое-как сдержав радостный смех, Крабс пережал это платье другой под мышкой, а всю остальную одежду сложил и убрал обратно. После чего, закрыв ящик, направился на кухню, еле сдерживаясь, чтобы не побежать туда на всех парах. Явившись на первый этаж на кухню, Крабс быстро отыскал непромокаемый пакет и спрятал в него все найденное. Потом он вернулся в свою комнату, так же быстро нашел ручку и бумажный лист и написал записку для Перл о том, что ему пришлось срочно отправиться по делам, и будет он только завтра вечером, после работы. «Совсем скоро это платье примерит настоящая королева красоты~ — бесстыдно думал улыбающийся краб, выходя из дома с пакетом и запирая входную дверь, — тебе, доченька, это платье больше не нужно, так не пропадать же ему~»