Королева красоты

Юджин бегал по темным безлюдным улицам родного города, направляясь прямиком к своему любовнику, который, как ему хотелось бы надеяться, еще не лег спать. А то, согласитесь, не очень вежливо было бы будить его. Просто, обычно он ложится чуть позже, и сейчас была вероятность того, что еще не лег. В пакете игриво шуршало то платье, которое Крабс сложил там со всей доступной ему аккуратностью. Его настроение было отличное, он радовался тому, что все споры и ругательства с дочерью позади, и сейчас он наконец-то придет к Сквидварду, и они будут заниматься тем, чем любят. Наконец, на горизонте показалось три знакомых дома. Крабс решительно подбежал ко второму, улыбаясь от уха до уха, огляделся, убедившись, что никого нет рядом, и позвонил в дверь. Сначала было тихо, но совсем скоро краб услышал медленные и немного ленивые шаги кальмара, направляющиеся в прихожую. — Кто там еще? — спросил его голос, не сонный, но чутка раздраженный — очевидно, он думал, что ему звонит один из его надоедливых соседей или оба сразу, — Боб, я уже сказал, я не буду смотреть с вами новый сезон этого вашего дурацкого мультика! — Это Юджин, — продолжая улыбаться, представился Крабс, еще пару секунд оглядываясь по сторонам. — О, — голос Сквидварда заметно подобрел — он был рад Юджину, даже несмотря на столь поздний час. Послышался звук отпертого замка, и перед Юджином открылась входная дверь. Не дожидаясь никакой ответной реакции от кассира, он забежал внутрь дома и крепко обнял его, прижав к себе, уткнувшись носом в его худое плечо, чувствуя сладковатый душистый запах — очевидно, тот совсем недавно был в душе. От этого обнимать его стало еще приятнее, даже несмотря на то, что он чертовски холодный. — Ох, ну привет, привет, — немного смущённо улыбнулся умиленный Тентикалс, смягчившись почти окончательно, и погладил начальника по спине и плечу. Крабс отстранился от плеча Сквидварда, проникновенно посмотрел ему в глаза и поцеловал его в губы. Кальмар ответил на короткий мягкий поцелуй, и спустя каких-то пару секунд краб первый отстранился. — Я скучал, — любвеобильно прошептал он, трясь щекой о чужое плечо, будто бы они не виделись несколько лет. — Крабс, мы созванивались с тобой несколько часов назад, — с заметным сарказмом и легким притворным игривым укором напомнил кассир, нешироко улыбаясь начальнику. Он не злится из-за этого, напротив, очень умиляется. — Знаю, — Юджин наконец отошел от любовника на нормальное расстояние, и тот подошел к двери и закрыл ее, — но все равно очень соскучился. — Чего хотел, и что это у тебя в пакете? — спокойно поинтересовался головоногий, скрещивая верхние щупальца на груди. — Сейчас все узнаешь~ — почти открыто похотливо сообщил Крабс, вновь улыбаясь, и решил спросить из вежливости: — как ты, золотко? Я тебя не разбудил хоть? — Да нет, на самом деле, я не собирался еще ложиться спать, а вместо этого хотел почитать что-нибудь, — кальмар не сводил заинтересованного взгляда с пакета в огромных клешнях, — буду только рад с тобой посидеть. Чайник поставить? — Давай, спасибо, — согласился по-прежнему улыбающийся Юджин, делая почти незаметный кивок головой, — у тебя же остался шоколад горячий? Так-сь, я сейчас помою клешни и приду на кухню. Он неописуемо волновался, но все-таки держал себя в клешнях изо всех сил. Не дождавшись ответа от подчиненного, он вместе с пакетом направился в ванную, пока тот ушел на кухню, чтобы поставить чайник. Быстренько все помыв и вытерев, Крабс тоже пошел на кухню, прижимая пакет к груди и значительно им шурша. Сквидвард уже был там, сидел около стола и смотрел на плиту, закинув одну пару нижних щупалец на другую, в ожидании, когда чайник закипит. — Может, скажешь уже, что это у тебя? И почему пришел ко мне так поздно? С Перл из-за чего-то поссорился, и она отправила тебя ночевать на улице? — поинтересовался он, почти незаметно ухмыляясь. — Это сюрприз тебе, Сквиди, — ракообразный все никак не мог перестать улыбаться от предвкушения, — думаю, тебе очень понравится… Можешь считать это моим тебе подарочком на День Святого Валентина. Крабс тоже сел на стул и запустил клешню в пакет. Он уже не мог терпеть и поскорее хотел продемонстрировать Сквидварду то, что нашел, и предложить использовать это по назначению. — Неужели, купил мне что-то? — с притворным удивлением в голосе задался Тентикалс, вновь полу-улыбаясь, полу-ухмыляясь, скрестив щупальца на груди. — Не совсем тебе… Но купил, — дал не очень понятный ответ Юджин, подмигнув подчинённому, доставая фиолетовое платье из пакета. — В каком смы… Кальмар не договорил, начиная рассматривать наряд в крабьих клешнях. Первое время он был спокоен, просто пытаясь понять, что это, но тут так и опешил, заметив лямки, бант и узоры в виде сердечек… — Как тебе, малыш? — с неким ехидством в голосе спросил довольный Крабс, разглядывая то шокированную физиономию Сквидварда, то платье в своих клешнях. Почти целую минуту кассир был не в силах что-либо произнести от удивления и непонимания, смущаясь еще пока что лишь самым краем сознания — шок все перекрывал. — Ю… Юджин, — наконец начал он, нервно сглотнув, взяв платье в щупальца, — Юджин, ч-что это… Краб оглядел платье дочери нарочито притворно задумчивым взглядом, делая вид, будто сам удивлен и не понимает, что это. — Это платье Перл, которое я купил ей в прошлом году, на рождественский корпоратив у нее в школе, — непринужденно сообщил он, опять ощущая небольшую тяжесть внизу живота — возбуждение от шаловливых мыслей давало о себе знать по новой. Он поерзал и невольно облизал губы, — по крайней мере, она мне так сказала. — И-и… Зачем ты принес его мне? — непонятливо спросил Сквидвард, приподнимая левую бровь. Хотя, признаться, у него уже успели возникнуть небольшие догадки… — Ох, ну прекращай уже притворяться, будто ничего не понимаешь, — Юджин пододвинулся к любовнику поближе, кладя голову на его плечо, выдыхая ему в шею, а клешню мягко положил ему на колено, — ей это платье больше не надо, разонравилось, да и цвет, говорит, не тот. А вот тебе очень даже пойдёт, как мне кажется~ — его клешня поползла выше, посылая мурашки по телу кассира. — Крабс, ты издеваешься?! — вдруг уже рассерженно вырвалось у Сквидварда, резко вскочившего со стула, отчего Крабс даже вздрогнул, — я не буду надевать платье! Тем более… Платье твоей дочери! — Сквиди, ну почему? — краб был весьма расстроен такой реакцией, но решил не сдаваться так сразу, — я только его нашел, сразу же о тебе вспомнил… Думал, как прекрасно было бы, если бы ты его надел, и мы бы с тобой порезвились… — он даже хлюпнул носом, делая вид, что очень обижен, — а еще, я своровал его ночью, пока Перл спала. Она могла меня заметить в любой момент! Ты хочешь, чтобы все мои старания стали напрасными? — Юджин, я… Я не знаю, о чем ты вообще думал, а точнее, каким местом, но, если ты не заметил… Оно мне в принципе мало! — чуть спокойнее, но все равно очень раздраженно ответил Сквидвард, прикладывая платье к себе, чтобы определить его размер, — видишь?! Оно мне даже до бедра еле доходит! Оно мне слишком коротко! — Ну это же только к лучшему, — ракообразный тоже встал со стула, — это сделает тебя только прекраснее, уж я-то знаю~ — он подошел к растерянному кальмару сзади и лизнул его шею, а потом несильно укусил в плечо прямо через ткань рубашки. — Ю-ЮДЖИН! — Сквидвард аж вздрогнул и взвизгнул от внезапности, мгновенно заливаясь краской. — Ммм… Ну родной, надень его, пожалуйста, — начал канючить Крабс, прижимаясь своей большой мягкой грудью к тощей дрожащей заднице кассира, — ну ради меня-то. Ты не представляешь, как я этого хочу. Тебе очень понравится, обещаю. Сквидвард обреченно вздохнул, понимая, что спорить с начальником бесполезно — будет кипятить ему мозги своим канюченьем, пока не добьется своего. — Ладно… Но только ради тебя, и чтобы ты отстал от меня, — устало произнес он, отстраняясь, разглядывая платье кита с огромной нерешительностью и уже небольшим смущением. — Ура, победа! — обрадовался Юджин, ликующе сжимая клешни в кулаках, — подожди-ка, это еще не все. Чуть не забыл о них… — Не все? Что там еще?! — так же устало и раздраженно вопросил кассир, думая, какой еще сюрприз его ожидает прямо сейчас, — и о чем ты там чуть не забыл? Крабс с довольной улыбкой победителя вновь запустил клешню в пакет и достал оттуда капроновые чулки и стринги в обтяжку. — Это было вместе с платьем, — хитро сообщил он, наблюдая за тем, как брови кальмара стремительно ползут вверх, а глаза раскрываются лишь шире, — видать, они все из одного комплекта. Чуть успокоившись, головоногий вновь обреченно вздохнул и взял у Юджина чулки со стрингами. — Полагаю, выбора у меня нет, так ведь? — мрачно спросил он, устремляя свой взгляд в никуда, — ладно, пойду примерю в ванную… — Давай-ка! — возликовал Крабс, который успел завестись лишь сильнее, понимая, что его терпение уже кончается, — а я пока попью какавы, маленькую чашечку, чайник уже как раз закипает. Кальмар вяло плелся в ванную, пытаясь не представлять, как он будет выглядеть во всем этом. Однако, несмотря на все возникшее раздражение и смущение, его все же одолел небольшой интерес, а вместе с ним… И желание. В глубине души он все-таки был отнюдь не против предстать перед любовником в таком одеянии, порадовать ему глаза, сделать ему приятно, в конце концов. А если что-то пойдет не так, они просто остановятся. Придя, куда надо, Сквидвард снял рубашку, отыскал молнию на платье, расстегнул и начал надевать, очень надеясь, что оно на него не налезет. Но нет — они с Перл почти одинаковы вширь, так что платье пришлось ему как раз в пору. Застегнув молнию, Тентикалс с непередаваемым стыдом заметил, что подол платья, как он и думал, действительно почти не прикрывает его бедра, делая его нижние щупальца максимально открытыми для любопытных глаз Юджина. А если он нагнется или сделает подобное движение вперед, подол оголит его задницу. Стараясь случайно не посмотреть на себя в зеркале, кассир начал натягивать на себя фиолетовые обтягивающие стринги с этим дурацким сердечком сзади, на которое он аж смотреть на мог. Он и так ходит обычно без нижнего белья и не привык к таким ощущением, так это еще были не обычные трусы, а узкие стринги, беспощадно натирающие деликатные места! В очередной раз безысходно вздохнув, Сквидвард глянул на четыре сиреневых капроновых чулка с милыми бантиками. И, надо сказать… Они ему самому понравились, пусть он и не понял, почему, и не особо желал это осознавать. Он заимел гораздо бОльшее и отчетливое желание надеть их на свои нижние щупальца. Что и решил сделать без промедлений… Чулки пришлись просто идеально, как будто специально были сшиты для кальмаров. Пусть и не особо длинными. Отбросив даже смущение и раздражение на некоторое время, головоногий уже открыто осознал, что ему в этом удобно, он сам постепенно начинает заводиться, и, скорее всего, уже все-таки не прочь покрасоваться перед начальником в этом. — М-малыш, ты скоро?.. — послышался нетерпеливый голос Юджина, постучавшего по двери, ведущей в ванную комнату. — Нептун тебя побери, Крабс! Не пугай так, — прошипел Тентикалс, сгибая нижние щупальца и вертя ими, чтобы посмотреть на них в разных ракурсах, — да, я уже скоро буду. Имей терпение! — Хорошо, я, пожалуй, в спаленку пойду, — сообщил довольный за себя Крабс с заметным похотливым намеком в голосе, и послышались его быстрые шажки обратно. Кое-как переборов волнение, Сквидвард таки решился посмотреть на себя в зеркале. Из отражения на него смотрел худой и высокий, недовольный кальмар в фиолетовом коротком платье с лямками и в сиреневых капроновых чулках до щиколоток, с белыми бантиками сзади. Как хорошо, что стрингов было не видно. «Черт, а ведь я чертовски горяч в этом, — вдруг подумал он, продолжая осматривать себя со всех сторон, — это и в правду очень удобно и красиво, только вот это трение дурацкое… оно меня бесит и напрягает… надеюсь, я не начну сгорать со стыда, если Юджин будет ко мне приставать… Ладно, Сквидвард, была не была, ступай». Он приоткрыл дверь ванной, вышел в коридор, выключил свет и на немного дрожащих нижних щупальцах направился в свою спальню, где, как он понял, уже сидит и ждет его его любовник. Робко приоткрыв дверь в нужную комнату, в которой уже был погашен свет и горел лишь один ночник в виде ракушки, Сквидвард посмотрел на Крабса. Юджин сидел на кровати, опустив взгляд вниз, прикусывал свою нижнюю губу и все время ерзал на одном месте, иногда шумно выдыхая. Иными словами, по нему было видно, насколько он возбужден, и ему уже не терпится приступить… Тихо сосредоточенно вдохнув-выдохнув, кальмар наконец начал немного севшим от волнения голосом: — Д-Джуни, я тут. Краб почти моментально поднял взгляд вверх, а его лицо просветлело. Он улыбнулся, уже пытаясь высмотреть своего работника за дверью. — Сквиди, родной мой! Ну наконец-то ты здесь, я за тобой уже заскучать успел, — произнес он, потирая клешни от нетерпения, — а чего ты там спрятался? Ну же, не стесняйся, покажись мне~ Сквидварду опять стало стыдно, но вместе с тем он начал заводиться лишь сильнее, все так же из-за этого трения, а еще… из-за недвусмысленных жеста и интонации начальника. Да и медлить не хотелось. В очередной раз кое-как переборов смущение, он наконец вышел из-за двери, представ перед Юджином в фиолетовом коротком платье и чулках. Ракообразный около секунды или даже чуть поменьше сохранял спокойное задумчивое лицо, после чего распахнул глаза и присвистнул. Еще спустя секунду по его лицу расползлась новая довольная улыбка, а в овальных зрачках заплясали похотливые черти. Он пребывал в неописуемом восторге. — Ох, малыш… Выглядишь еще лучше, чем я тебя представлял, — томно заметил он, опять прикусывая нижнюю губу от возбуждения, — прямо настоящая королева красоты. — Эй! Не называй меня так! — раздраженно рявкнул кальмар, пытаясь добавить своему голосу как можно больше злости, чтобы скрыть неимоверное смущение с волнением. Понятно дело — пусть он уже и привык к самым ласковым прозвищам от своего любвеобильного начальника, но не ожидал он того, что его назовут королевой красоты. — Ох, ну почему же, если это правда? — Крабсу явно доставлял огромное удовольствие злой и смущённый Сквидвард. Он поднес клешню к подбородку и, кажется, о чем-то задумался, — хм-м-м… Повертись-ка немного. Не совсем понимая, зачем, но кальмар медленно повернулся на 360 градусов, стараясь не обращать внимание на надоедливое трение ткани стрингов, уже начавшее сводить его с ума. «Ох, святые моллюски, какой он сексуальный, я не могу! Его нижние щупальца, они всегда полностью открытые, но почему-то именно сейчас выглядят неимоверно красиво и аппетитно! Как к ним прилегают эти чулочки, ну совсем как родные… А эти бантики, Боже, я сейчас слюной захлебнусь… А как это платье обтягивает его худые ягодки!..» — мелькало в голове похотливого Юджина, чей стояк начинал увеличиваться и уже упираться в ткань одежды, а внутри него возникла небольшая возбуждающая щекотка. — А… а можешь повернуться ко мне спиной и приподнять подол? — пытаясь собраться с мыслями, спросил он, уже предвкушая то, что он сейчас увидит, — хочу полюбоваться твоими булочками. — Крабс, а не обойдешься ли ты?! — рявкнул кальмар, нервно переминаясь с щупальца на щупальце, уже начиная тяжелее дышать от трения стрингов. Он вспомнил о том дурацком сердечке на заднице и понял, что Крабс хочет увидеть именно его. — Ну и ладно, недотрога головоногий, — притворно обиженно ответил краб, невольно пощелкав клешнями от нетерпения, и решил уже потом сам посмотреть, куда ему надо. Тем более, чем дольше он ждет сейчас, тем приятнее ему будет в дальнейшем наконец получать то, чего он так хочет. Еще немного повдыхав от возбуждения, он слегка облизал пересохшие губы и приглашающе похлопал по своему левому колену. — Садись, мистер Сквидвард~ Кальмар сильно медлил, по-прежнему волнуясь и смущаясь, но все же уже смирившись почти со своей «участью». Подойдя к начальнику, он кое-как разместил свою пятую точку на его крошечном колене и выжидающе на него уставился, готовясь слушать все то, что ему скажут дальше, и как и сгорать от стыда по новой, так и возбуждаться лишь сильнее. Крабс молча смотрел на Сквидварда, возобновив свою довольную похотливую улыбку, и думал, чем же им заняться дальше. Чем дольше он рассматривал кассира, тем больше заводился, и тем активнее в его голове пролетали интересные мысли… — Н-ну? Что ты хочешь? — наконец не выдержал Сквидвард, напряженный столь затянувшейся тишиной, и смущенным таким пристальным взглядом начальника на себе. Его голос сильно дрогнул в начале его реплики. — Я многого хочу, — ответил Крабс, нежно обвиваясь клешнями вокруг талии кальмара, — например, поласкать тебя под платьицем и все-таки увидеть, как на тебе сидят те трусцы… Тентикалс весь вспыхнул от столь бесстыдного желания, не зная, что ему и ответить на это. С одной стороны ему захотелось встать и послать кое-кого куда подальше, но с другой — продолжить все это, ибо голос и взгляд Юджина были уж слишком многообещающими… Кальмар просто фыркнул и отвернулся, скрестив щупальца на груди, пытаясь таким образом казаться увереннее. По коже у него то и дело пробегались небольшие колючие мурашки, когда Юджин жарко и шумно дышал ему в шею и плечо, а ткань стрингов продолжала натирать деликатные места, уже немного промокшие. «Вот черт…» — мимолетом подумал заметивший это Сквидвард и изо всех сил пробовал не обращать внимания на эту приятную мокроту снизу, а сосредоточиться на другом. Его голова начала кружиться. Ракообразный аккуратно взял любовника за подбородок и повернул к себе лицом, продолжая любяще пялиться на него своими длинными любопытными глазенками, очень голодными на данный момент. — Поцелуй меня, — тихо, почти шепотом произнес он, опять немного ерзая на одном месте, не в силах устоять от красоты кальмара, чувствуя, как его сердце начинает стучать все быстрее и быстрее, а дыхание опять сбивается. А спина вспотела, став горячей и немного липкой. Сквидвард не стал особо медлить, радуясь тому, что эта просьба не особо смущающая, и поспешил ее выполнить. Он наклонился к Крабсу, около секунды смотрел на него, а потом поцеловал его в рот. Юджин переместил одну из клешней к плечу работника и несильно надавил, притягивая к себе лишь ближе, и немного грубо от накалившейся страсти ответил на поцелуй, но смягчился уже через пару мгновений. Такое у него частенько бывает. Обе клешни вновь легли на талию, лапая худенькое дрожащее тело, иногда успокаивающе его поглаживая. Оба закрыли глаза, наслаждаясь этим моментом. Кассир подметил за собой, что вроде бы потихоньку перестает так смущаться, и его действия стали куда уверенней. Однако, радоваться слишком долго у него не вышло — трение стало почти беспощадным, если не смущая, то заводя и напрягая. Еще и эти лапанья, от которых мурашки по всему телу… Он сам начал слегка потеть, с удивлением отмечая, что мокнет сильнее. Возможно, на стрингах даже успело возникнуть небольшое влажное пятно… Невольно слегка выгнувшись, он положил одно щупальце на щеку краба, а другое — на шею, немного углубив поцелуй, прикусив его нижнюю губу со вкусом горячего шоколада, а потом, случайно, и язык. — Ай… Ай-ай-ай! — невнятно замямлил Крабс, медленно отстранившись, стараясь не обращать внимания на несильную, но неприятную боль в своем языке. — Ч-черт, прости! — поспешил с извинениями Сквидвард, не зная, что ему еще другого сказать насчет этого, стыдясь того, что он только что учудил, — сильно болит? — Все прекрасно, уже прошло, — успокоил того краб, улыбаясь и подмигивая, и, не дожидаясь ответа, вновь припал губами к губам кальмара. В этот раз их поцелуй стал лишь страстнее. Они активно работали губами и ласкали языки друг друга, слегка их посасывая, иногда даже терлись ими, не используя губы, что вообще сносило крышу. Их дыхание сильнее сбилось и участилось, став чересчур шумным от желания, обоим захотелось раздеться. С подбородков обоих тонкими теплыми ниточками текла слюна, пачкая фиолетовое платье и голубую рубашку. Вскоре Крабсу надоели простые поцелуи, ему хотелось куда большего. Он вновь первый отстранился, влажно коснувшись губами шеи кассира, тут же начиная покрывать ее поцелуями, а клешни бесстыдно запустил под его платье. Своей ногой он мог чувствовать, как ткань стрингов уже промокла, и с каждой минутой заводился лишь больше. Он понимал, что Сквидвард тоже всего этого хочет, несмотря на небольшие сопротивления и смущение, и был ужасно этому рад. Сквидвард вздрогнул и едва ли не вскрикнул, ощущая, как потихоньку тает с действий Юджина, но вместе с тем почему-то начинает смущаться по новой. Словно бы опять стало стыдно и неловко с осознания того, как он одет, и что Крабсу это очень нравится. Ракообразный неторопливо оставлял засосы на длинной худой шейке, кайфуя с двойных приятных тактильных ощущений — с того, как поддается его губам кожа шеи, и с того, как дрожит тело его любовника. — К-Крабс… Ю… Юджин!.. Хорош лапать меня, надоел, — опять как можно злее выпалил кальмар, кладя щупальца на крабьи клешни сквозь ткань платья и пытаясь отстранить их от себя, что, правда, не принесло особых результатов. Его едва ли не обжигало с обычных таких мягких поглаживаний и лапаний, что уж говорить о поцелуях в шею, но он был слишком смущен, чтобы поддаваться, — п-перестань, сказал!.. — Не перестану, — Крабсу нравилось вести себя так нагло и напористо, смущая бедного Сквидварда все больше и больше. Он мягко погладил талию кассира одной клешней, а другую переместил прямиком на его стринги, слегка приснимая их сзади, но не снимая полностью, тем самым дразнясь. Кальмар весь замер и только лишь дрожал, ощущая словно бы каждой клеточкой тела, как ткань совсем слегка отлепилась от намокшей щели. Мурашки по его телу стали бегать лишь активнее, а между нижними щупальцами возникло приятное, немного пульсирующее тепло, от которого он начал ерзать лишь сильнее. Он закрыл глаза, в глубине души понимая, что, скорее всего, самым лучшим вариантом будет все-таки наконец сдаться и молча получать удовольствие. Краб уже давно обцеловал всю шею партнёра, не оставив на ней чистого места, испытывая непреодолимое желание сделать для него что-то большее. Решив подразнить возлюбленного, он прихватил ткань стрингов, оттянул их назад и отпустил, отчего резинка в нижнем белье ударила Сквидварда по заднице. — Ай! Крабс, ты совсем охренел?! — рассердился тот, сердито зыркая на начальника, болезненно потирая пострадавшее место. Тот рассмеялся, временно нарушив такую романтичную интимную атмосферу своим озорным веселым смехом. — Возможно, — ехидно отозвался он, наконец вытаскивая клешни из-под платья подчиненного, — не злись, я любя. — Я сейчас любя дам тебе в нос! Юджин лишь повторно рассмеялся, наблюдая за смущенной недовольной физиономией. Однако, как ни странно, он понял, что тот все же получает не достаточно удовольствия со всего процесса из-за своего смущения, и это просто необходимо исправить. Слегка отодвинув в сторону правую лямку, которая и так немного съехала, он запечатлел долгий, жаркий и мокрый поцелуй в плечо кальмара. Тот блаженно выдохнул, прикрывая глаза от удовольствия, чувствуя, как мурашки пробегаются по его плечам вниз, прямиком к пояснице. — Ммм… Малыш, ты просто лучший. Ты, ты такой у меня краси-и-ивый… — ласково произнес Юджин, продолжая целовать плечи, тоже прикрывая глаза, иногда ненадолго открывая их, чтобы понаблюдать за реакцией возлюбленного, — так люблю тебя… Он продолжил покрывать поцелуями плечи и шею кассира, только вот теперь куда активнее и страстнее, подключая к процессу зубы. Словно бы ему все было мало, и словно бы все то, что он делал до этого, было лишь разминкой, и он считал, что недостаточно выразил всю свою любовь к кальмару. Тентикалс все так же держал глаза закрытыми и наслаждался всеми ласками, уже как-то более спокойнее и четче осознавая, что какое-либо стыд и смущение покидают его лишь сильнее. Он тоже обожает своего любовника и все же очень ценит его изобретательность и фантазию, и сейчас, когда его перестали так нагло лапать и уделяют большее внимание ласкам и нежностям, он наконец решил сдаться. Вероятнее всего, все пошло бы так хорошо с самого начала, если бы Юджин не вел себя так бесстыдно и не смущал беднягу специально. — Да, Юджин, давай… — тихо произнес тот, продолжая дрожать, иногда невольно поддергивая плечами и выгибая шею навстречу жарким поцелуям, — я тоже тебя обожаю, даже несмотря на то, что ты извращенец полный~ — он хитро улыбнулся, но все же, несмотря на такое замечание, в его голосе была чистая любовь и искренность. Он хотел добавить что-нибудь еще, что-то романтичное, но мысли вылетали из головы одна за другой. Крабс пришел в восторг с такой реакции, он был рад тому, что Сквидвард наконец перестал смущаться, как-то сопротивляться и недовольствовать, да еще и признался, что обожает его. Нежно погладив его напоследок по коленям, он аккуратно приподнял кальмара и уложил на мягкую кровать. — Сейчас моей королеве красоты будет очень приятно~ — улыбнулся он и еще раз чмокнул любовника в шею, только теперь уже очень коротко и быстро, будто бы дразнясь. Сквидвард едва ли не вскрикнул от такого и слегка вздрогнул, но уже спустя пару мгновений смог успокоиться. Облокотившись на локти, он сам лишь второй раз улыбнулся за все то время, пока они в спальне. — Что опять задумал? — спросил он спокойно, но с немного учащенным дыханием, посматривая на своего довольного начальника. — Ну, зачем мне говорить это? Сам сейчас все поймешь, — ответил тот, удобно устраиваясь между раздвинутых худых щупалец, отчего ткань стрингов лишь сильнее стала натирать сокровенные места головоногого. Те промокли настолько, что за столь короткое время его лежания на кровати начали мочить и ее. — А-а-а! Черт! — выпалил тот, опять начиная ерзать, тянясь к этим дурацким стрингам, надеясь их снять, но его схватили за щупальца, не дав этого сделать, — Крабс, ну только не издевайся надо мной! Мне уже невыносимо в них лежать, они так все трут! — А мне показалось, ты весь промок от них, — Юджин ухмыльнулся и сделал вид, будто задумался, и даже поднес клешню к подбородку, замечая краем глаза, как кальмар аж прикусил губу от волнения и такого замечания, — не беспокойся, я сам их сниму, потерпи еще немного. А теперь расслабься~ — Ладно… — Сквидвард понимал, что бесполезно ему спорить с Крабсом, и послушно расслабился, очень надеясь, что это его «немного» продлится действительно немного. Краб улыбнулся в очередной раз, хотя ему уже становилось немного больно от этого, но он не обращал на это внимание. Незаметно расстегнув молнию на платье партнера, он аккуратно приподнял его подол и засунул под него свою голову. — Ю-Юджин! Что ты… А-ох… — кассира как током ударило, едва он ощутил нежное прикосновение губ к своему животу. Конечно, это было не так приятно, как ласки шеи и плеч, но все-таки очень необычно и ярко, плюс, довольно неожиданно. Крабс оставлял очередное превеликое множество поцелуев, только в этот раз они были гораздо нежнее и успокаивающе. Сквидвард вновь закрыл глаза, стараясь сосредоточиться на ощущениях, слегка надавливая на его голову сквозь ткань платья, которое чертовски хотелось снять вместе с этими стрингами. Он весь выгнулся от удовольствия и блаженно скулил, будучи почти больше не в силах что-либо говорить. — Д… Джуни, а-ох! Ты… ты такой молодец-ц-ц! — кое-как выдал он, одним щупальцем сильнее надавливая на голову начальника, а вторым начиная сминать фиолетовое одеяло в порыве страсти, — мх-х-х-х, ты очень хорош… Ракообразный тоже получал удовольствие со всего происходящего, а больше всего — с довольных стонов партнера, которых он больше не стеснялся, и особенно — с его комплиментов и похвалы. Это словно освещало его изнутри, наполняя лишь большей решимостью и страстью, и он желал делать тому лишь приятнее и приятнее. Крабс продолжал бы сколько угодно, если бы не заметил, что с него пытаются стащить рубашку. Буквально ни о чем не раздумывая, он уселся в нормальную позу и сам стал раздеваться, ибо был только за — он так сильно вспотел, что его голубая рубашка приобрела какой-то сизый цвет, да еще и неприятно прилипла к его телу. Тентикалс молча наблюдал, как раздевается его начальник, и, не сдерживаясь, ерзал в нетерпении, слегка поджав щупальца к груди, сам не зная зачем. Решив не отставать от Юджина, он тоже начал раздеваться, а точнее — снял с себя платье. Он остался в одних стрингах и чулках, что стало выглядеть бесстыднее в несколько раз, судя по вожделенному взгляду напротив. — Какой же ты краси-и-и-ивый, — тихо произнес Крабс, внимательно рассматривая оставленные им же засосы на бирюзовой коже, бережно проведя клешней по одному из колен. — Ох… Ты тоже, — кассир улыбнулся, рассматривая роскошное тело своего начальника, к которому так и хотелось прикоснуться. Всю снятую одежду они сбросили прямо на пол, понимая, что иначе она будет мешать процессу. — А теперь перевернись-ка, — бодро и уверенно, будто давал очередное рабочее поручение, попросил Юджин, делая круговые движения правой клешней. Как же хорошо ему стало без рубашки! — Решил все-таки попялиться на то дурацкое сердечко? — Сквидвард ухмыльнулся, но все-таки начал переворачиваться. Да и стыда за все происходящее он, как уже было сказано, не испытывал. Крабс тоже улыбнулся, все еще не в силах нарадоваться тому, что тот перестал смущаться. — Оно вовсе не дурацкое. Оно очень милое, да и тебе пойдет, я уверен~ — возразил он, помогая кальмару перевернуться на живот. Его глаза горели страстным огнем, а порой он мог и пощелкать немного клешнями, что выражало его явное нетерпение, и то и дело кусал губы, уже представляя, что он сейчас наконец увидит. Кассир бросил в сторону начальника последний взгляд — хитрый и немного прищуренный, после чего перевернулся на живот, ожидая всех его дальнейших действий. Юджин помедлил немного, несмотря на сильнейшее возбуждение, он был слегка взволнован, хоть это было и приятное волнение. Шумно выдохнув, пытаясь таким образом сосредоточиться, он уставился на то огромное сиреневое сердечко, от которого у него аж закружилась голова и потекли слюни — это выглядело слишком красиво и бесстыдно, особенно, когда ткань там была сильно промокшей… — Ммм… Выглядит потрясающе, — произнес он, сглотнув, кое-как придя в себя от возбуждения, и, не удержавшись, слегка прикоснулся к этому сердечку. — Спасибо за комплимент, но ты собрался меня просто лапать? — Разве что немного. Я хочу тебе очень приятно сделать~ — хоть всякие жаркие фразочки Юджина во время секса не часто отличаются разнообразием, но все же его его голос и взгляд всегда невероятны многообещающи. С этими словами он, не желая медлить, наконец стащил с возлюбленного нижнее белье, и тот выдохнул с облегчением, радуясь тому, что ничего ему больше не трет. С довольной улыбкой Юджин склонился к пятой точке кальмара и аккуратно раздвинул его нижние щупальца, с которых аж стекало. Тентикалс прикрыл глаза и невольно прикусил нижнюю губу, кое-как сдерживаясь от очередных ерзаний — он понял, что его начальник собирается сделать, и его обожгло от этой мысли, как огнем. Ведь мистер Крабс делает это безумно умело… Заметив, как напрягся кассир, краб нежно погладил его спину, тем самым успокаивая и расслабляя, после чего наконец прикоснулся губами к сжатому колечку мышц — легко и быстро, с громким чмоком, и сразу же отстранился, наслаждаясь реакцией. А реакция была та еще — Сквидвард аж вскрикнул, почти взвизгнул, и вновь впился в одеяло обоими щупальцами. Несмотря на то, что ему доставлял удовольствие весь процесс, он был уже настолько возбужден, что устал от лишних прелюдий, и хотел уже нормальной ласки. А Юджин, которому, кажись, было еще и немного смешно с такой реакции, повторил свое действие, но на этот раз запечатлел поцелуй чуть надольше, отчего кальмар вскрикнул выше и протяжнее. — Как тебе? — хоть этого и не было видно, но зато можно было отчетливо понять, что кое-кто довольно лыбится. — Крабс, если продолжишь меня дразнить таким образом, я тебя защекочу ночью, — вполне себе серьезно пообещал Сквидвард, кое-как приподнимая голову и поворачивая ее назад. — А… ой. Звучит очень страшно, прости, золотко, — сначала с небольшим испугом (неподдельным), а потом с улыбкой отозвался Крабс, опять погладив немного чужую спину, будто пробовал охладить пыл подчиненного. После чего, не испытывая больше желания нарываться, он принялся за куда более откровенные ласки. Все так же поглаживая чужую тощую спину, только вот уже машинально, он буквально присосался к дырочке и начал жадно ее посасывать, изредка слегка покусывая. Головоногий вскрикнул третий раз подряд, только вот теперь лишь еще громче, выше и намного-намного протяжнее, и спустя пару секунд его вскрик перерос в довольный стон. Он приподнялся ненадолго, после чего обессиленно плюхнулся обратно, предпринимая еще одну попытку не потерять голову от удовольствия, которое ему доставляет его дорогой начальник. — Ах… Да, да, да, давай!.. — невольно выдал он, сжимая одеяло крепче, все время ерзая, чувствуя, как мурашки огромными волнами пробегаются по его телу, словно бы ничего не чувствуя, кроме невыразимо приятного ощущения снизу. Сквидвард согнул нижние щупальца так, что те буквально легли на плечи Крабса, и теперь тот мог видеть, как кальмар поджимает их кончики. Такое он делает редко, и обычно только тогда, когда находится в крайнем экстазе. У Юджина немного закружилась голова, но не столько от того, как долго он делал анилингус, сколько от страсти и этих блаженных стонов. Понимая, что стесняться и бояться ему абсолютно нечего, он почти резко засунул внутрь свой язык, сразу же начиная двигать им во все стороны. Тентикалс взвизгнул так, что, возможно, это легко бы услышали его соседи. Но он забыл обо всем, все его мысли были лишь о его любовнике и его языке внутри, горячем, широком, мокром и шершавом, что заставлял его едва ли не вставать мостиком. Будь у него побольше сил, он бы, возможно, перехватил инициативу в свои щупальца и даже сел бы своему начальнику на лицо. Пытаясь не представлять в своей голове эту картину, Крабс осознал, что его терпению пришел конец. Он тоже забыл обо всем и сейчас хотел лишь одного — оказаться внутри этого прекрасного тела, доставив удовольствие обоим. Он отстранился, и это его движение вышло слегка резким и дерганным от того, что ему уже было невтерпеж. Несмотря на переполняющую его страсть, его голос и улыбка были вполне себе милыми и мягкими: — Понравилось тебе? — Д-да, очень… — тут же подтвердил Сквидвард, коротко, но уверенно кивнув головой, предварительно слегка ее приподняв, — ты молодец, как и всегда. Юджин был рад очередному комплименту и не надолго умолк, решив хоть немного перевести дыхание. Только сейчас он ощутил, насколько затвердел и увеличился его член, как сильно и яростно он пульсировал, и, признаться, не понимал, каким это образом он все это время терпел и устроил такую долгую прелюдию. — Ну что, теперь к основной части переходим? — спросил он уже с жирным намеком, опять невольно потирая клешни, перед этим немного пощелкав ими с характерным звуком. Ему надо было услышать лишь одно слово, и они наконец займутся тем, чего так долго ждут и оттягивают. Кальмар сглотнул и немного нервно, но решительно выдал короткое: — Да… Длинные глаза опять загорелись, овальные зрачки резко увеличились. Как и довольная похотливая улыбка. — У нас же остался лубрикант, или как он там называется? — пытаясь говорить ровным голосом, поинтересовался Крабс и открыл ящик прикроватной тумбочки. Там лежали всякие секс-игрушки, но о них вам знать необязательно, а среди них — небольшой светло-желтый тюбик. Почти полный, ведь они используют его крайне редко. Сегодня, однако, был словно какой-то особенный день и необычный секс, и Юджин понимал, что с лубрикантом его кассиру будет куда приятнее. — Остался, но… У тебя получится нормально смазать меня? — немного недоверчиво вопросил кальмар, в очередной раз приподнимая голову и поворачивая ее в сторону партнера, — а то ты обычно то слишком много, то слишком мало берешь. — Ну-у-у-у… Я приложу все усилия, — пообещал краб, вновь улыбаясь, и одним движением перевернул кальмара на спину и вместе с этим поместил его нижние щупальца себе на плечи. Тентикалс ойкнул от внезапности, не ожидал он, что они так резко сменят позу, но сумел успокоиться через пару секунд. — Хорошо тогда, — вполне спокойно произнес он и пробовал расслабиться. Крабс немного неуклюже открыл тюбик с характерным щелчком и выдавил себе на клешню примерно где-то чуть больше пятой части. В спальне приятно запахло яблочком, а сама мазь была такая же, как и сам тюбик — светло-желтая, и при этом с неким зеленым отливом, почти незаметным. — А сейчас потерпи, родной, — мягко произнес Юджин, отложив тюбик в сторону, нежно поглаживал бедра и талию подчиненного левой клешней, в то время как правой аккуратно смазывал его изнутри. Сквидвард пробовал расслабиться, но ему было крайне сложно это сделать — уж больно приятным было ощущение. Он закрыл глаза и поудобнее устроил нижние щупальца в чулках на чужих плечах. Краб делал все очень аккуратно и осторожно. Даже несмотря на то, что это был их далеко не первый раз, он боялся сделать больно своими огромными клешнями и жесткими бугорочками на них, если нечаянно пропихнет их чуть глубже. Наконец, ощутив, что мази на его клешне почти не осталось, он плавно вынул ее, после чего немного обеспокоенно посмотрел притихшему партнеру в лицо. Тот лежал с закрытыми глазами, но открыл их, ощутив пустоту внутри себя. — Ну чего? Готов? — так же немного обеспокоенно спросил Юджин, сосредоточенно выдыхая. — Так точно, капитан, — тихо, но уверенно ответил кассир, подмигивая начальнику, что делал крайне-крайне редко. Крабс улыбнулся так широко, будто хотел засмеяться, и сдерживался изо всех сил. Бросив кальмару довольный взгляд, он с невероятным удовольствием наконец приставил свой член к его заднему проходу. — Ммм… Великолепно! — со все той же улыбкой заметил он, закрывая глаза, и скользнул внутрь. Головоногий замер на мгновение, в очередной раз приподнимаясь, и упал через мгновение, ощутив распространяющееся внутри него жаркое тепло, сопровождающееся к тому же яростной пульсацией. Он вытаращил глаза, словно это было для него в первый раз, зажмурился и вскрикнул, понимая, что уже готов хоть сойти с ума от удовольствия. Юджин в свою очередь облегченно выдохнул, все так же держа глаза закрытыми, чтобы в полной мере насладиться приятным ощущением, по которому так скучал, которого так давно не испытывал. И которое прямо сейчас было словно бы еще ярче и острее, чем обычно. — Уф… Хорошо как… Сколько тебе надо времени, чтобы привыкнуть? — спросил он, тяжело дыша, хотя еще ничего не начал. Ему просто сносило крышу от этого ощущения, он не понимал, как раньше не замечал, что с лубрикантом заниматься сексом еще приятнее. — Я… Я… — Сквидвард почему-то затерялся и медлил несколько секунд, словно не зная, что ответить, как вдруг привстал на локтях и едва ли не яростно выпалил, сам пытаясь сосредоточиться: — ты сам не видишь, в каком я состоянии?! Я не могу больше ждать и привыкать! Начинай уже! А не то я все-таки защекочу тебя ночью! — Хорошо, хорошо! — Крабс не хотел, чтобы его защекотали ночью, да и, признаться, сам уже не мог ждать и терпеть, и ему хотелось начать поскорее. К черту все эти разговоры, к черту прелюдии! Он устроил щупальца кальмара поудобнее на своих плечах, еще пару раз вдохнул-выдохнул и наконец начал двигаться. Несмотря на кипящую в нем страсть и на то, что он заметно дрожал, его движения были пока что довольно-таки медленными и плавными, ускориться он собирался чуть позже. Кальмар сдавленно охнул и заскулил, вновь крепко сжимая одеяло в своих щупальцах. Он был слишком возбужден, чтобы сдерживать голос, и протяжно, пусть пока еще и тихо стонал буквально от каждого толчка. — Это… э-это… Это так..! — воскликнул он, не в силах окончить свое предложение от переизбытка эндорфинов, однако стало понятно и без слов, что он в полнейшем восторге, — Джуни, поглубже… Хотя бы немного… Юджина не стоило больше просить — он невероятно легко скользнул глубже, почти не отрываясь наблюдая за реакцией подчиненного. Теперь внутри того была целая половина, и, понятно дело, сдерживаться ему стало лишь труднее. Количество внятных слов уменьшилось, увеличилось количество блаженных стонов, заводящих обоих партнеров лишь больше. — Мх… Хорошо как… — повторил Крабс, вновь закрывая глаза, сам начиная стонать от столь приятной стимуляции. Надеясь, что ему можно, да и видя, что Сквидварду явно невтерпеж, он заметно ускорился, — а-а-ах, крабовые палочки, какой ты у-у-у-узкий! Тентикалс взбудоражился лишь сильнее с такого замечания, он в свою очередь пребывал в восторге с быстрого трения внутри себя. Когда ему надоело наконец лежать, как бревно, он нашел в себе силы в очередной раз приподняться и теперь изредка сам двигался в такт движениям своего начальника. — А-ох, чудесно просто, я не могу… Еще, еще глубже и быстрее! — совершенно невольно вырвалось у него, он почти не контролировал свою речь от удовольствия. — Уф-ф-ф-ф… Как скажешь, — согласился Крабс, ухмыляясь, и так же невероятно легко вошел на максимальную глубину, заодно (хоть и не с первого раза) увеличив скорость. Его ноги уже немного побаливали, но он мало обращал внимание на эту боль — куда больше он заботился о том, чтобы его партнер получил удовольствие. Оба ерзали и стонали, двигались и двигались почти без остановки, говоря ласковые слова друг другу, ощущая, как же они близки к оргазму. На весь дом помимо стонов и скрипа кровати стояли звуки влажных шлепков — это Сквидвард шлепался своей задницей о живот Юджина. На второго словно снизошло некое озарение, он вспомнил о прекрасных нижних щупальцах своего любовника, что так долго оставались без внимания, в этих не менее прекрасных чулочках. Не останавливаясь, он впопыхах снял все чулки, чудом их не порвав, и принялся целовать и облизывать щупальца на своих плечах, в красках представляя, что сейчас ощущает кальмар. Тот распахнул глаза и даже вскрикнул, но спустя секунду, само собой разумеется, вновь закрыл их и застонал — блаженнее некуда. Это было просто непередаваемо: внутри — жаркое мокрое трение, а на щупальцах — такие же жаркие и мокрые поцелуи, от которых тоже уже готова поехать крыша. — Я… Я обожаю тебя, Юджин! — кое-как выдал Тентикалс, нешироко, но очень счастливо улыбаясь, — я… ох черт… я ни с кем так не кайфовал, как с тобой! Ты такой сильный, я не могу перестать удивляться… — Мх-х-х, а ты такой красивый и грациозный, золотко, — томно отозвался краб, через слово оставляя очередной поцелуйчик, — я… я… мне тоже ни с кем не было так приятно, как с тобой! Спасибо, что все-таки не послал меня, когда я к тебе посреди ночи пришел с этим платьем… — Ха-х, можешь не благодарить. Но все же, не забудь их завтра с утра постирать и вечером вернуть Перл! — сначала мягко, но потом уже довольно строго отозвался кальмар, кидая такой же строгий взгляд начальнику. — Как скажешь, моя королева красоты~ Они оба уже были на пределе и больше не могли сдерживаться. Вновь застонав в унисон, замерев, как по команде, они дружно кончили, чувствуя, как по их телам словно проходятся зарядом тока, после чего накрывает чувство какого-то странного ленивого блаженства. Кассир кончил на живот своего начальника, а тот — внутрь кассира. Оба выдохнули с облегчением, смотря друг на друга с улыбками. — Давай спать, — предложил Крабс так сонно и устало, словно бы это не он сейчас так быстро и долго долбил Сквидварда. — Просто «давай спать»? — с притворным негодованием вопросил тот, улыбаясь, слегка приподнимая бровь, — а спросить по обычаю, понравилось мне или нет? — Тебе понравилось, малыш? — спросил Юджин, улыбаясь в ответ, перемещаясь под одеяло. — Вполне себе, — кальмар сделал такой же притворно задумчивый вид и строгий голос, поднеся щупальце к подбородку, — хотя, было бы еще лучше, если бы ты не смущал и не дразнил меня в самом начале, ты знаешь. — Прости, не смог удержаться, ты уж больно мило выглядел, — честно объяснил краб, продолжая улыбаться, приподнял одеяло рядом с собой и похлопал по еще пока что пустому месту. Устало выдохнув, Сквидвард лег рядом с Крабсом и крепко обнял его вокруг шеи, прижимаясь к его телу — вечно теплому и большому, как подушка-обнимашка. Закрыв глаза и положив голову на чужое плечо, он решил спросить: — Уберемся мы, я так понял, уже завтра? — Да-да. А сейчас отдыхай, — коротко ответил ракообразный, гася светильник, пытаясь не думать о том, на сколько они завтра опоздают на работу. Сквидвард вновь устало выдохнул и ненадолго приподнялся, поцеловал обе щечки Крабса и с мягкой улыбкой выдал: — Ты — извращенец. Юджин ни капли не растерялся и уверенно ответил: — А ты — королева красоты. А-ХА-ХА-ХА-ХА-Х, ОЙ, НЕ НАДО! — и тут же залился смехом, потому что мстительный кассир все же начал щекотать его бока и живот, — МАЛЫШ, ПРОШУ-У-У-У ТЕБЯ, А-ХА-ХА-ХА-ХАХ!