Любовь

       — Хейзо, смотри! Как красиво! — восхищённо выдохнул Казуха, рассматривая очаровательные фигуры кроликов из шоколада.        — Угу… — пробормотал Сиканоин, глядя словно сквозь витрины и фигурки.       Каэдехара слегка нахмурился, поджав губы. В последнее время детектив вёл себя странно — постоянно молчал и о чём-то думал. Порой юноша настолько глубоко уходил в свои мысли, что не замечал никого вокруг, даже своего любимого Казуху, которому всегда уделял много внимания. Вот и сейчас досин комиссии Тэнрё словно «отключился», глядя в одну точку почти не мигающим взглядом. Каэдехара снял перчатки и коснулся щеки любимого холодными руками. Сиканоин вздрогнул, негромко вскрикнув.        — Ой, Зу! Холодно же! — Хейзо надул щёки, хоть и не смог скрыть нежной улыбки. — Надень лучше перчатки обратно, пока не зайдём в помещение.       Казуха не ответил, обняв его за шею. Детектив тут же обнял его в ответ, притягивая к себе. Ронин коротко поцеловал его в губы, но тут же слегка отстранился, хоть и не разорвал объятий.        — Любовь моя, что происходит? — мягко, но настойчиво спросил он, заглядывая ему в глаза. — В последнее время ты ведёшь себя странно. Я беспокоюсь за тебя.        — Ох… — Хейзо виновато улыбнулся, краснея ещё больше, но явно не от холода.        — Прости, Зу. Просто появилось одно дело… Не могу перестать думать о нём!        — Я могу помочь? Судя по тому, как ты себя ведёшь, это что-то очень важное, — Казуха мягко, почти невесомо, поглаживал щёки парня, отмечая, что те стали совсем пунцовыми.        — Это очень важное… Возможно, самое важное за всю мою жизнь, — Хейзо перехватил руку ронина и нежно поцеловал её. — Однако я хочу придти к решению сам… Если ты позволишь, конечно.       Каэдехара почувствовал, как сердце кольнуло странное чувство. Что это было? Ревность? Нет. Тревога? Да, это определённо была она. Хейзо обнял покрепче своего парня, потеревшись носом о шелковистые волосы. Казуха прижался к нему, чувствуя, как сердце трепетало в груди. Ему вдруг стало тревожно. Стоит ли ему оставлять Хейзо один на один с делом? Ни то, чтобы он сомневался в силе и таланте детектива, но и не переживать не мог. Всё же Сиканоин для него был самым важным человеком в жизни и оставлять его с чем-то опасным или эмоционально тяжёлым совсем не хотелось. Словно прочитав мысли Каэдехары, досин успокаивающе поцеловал его в висок.        — Не беспокойся. Это совсем не опасно, — целуя уже лоб парня, прошептал он. — Доверься мне. Обещаю, я всё скоро расскажу.        — Если что-то понадобится, обязательно скажи, — ронин заглянул ему в глаза.        — Обещаю, — Хейзо улыбнулся шире, потеревшись носом о нос любимого. — Так, а теперь вернёмся к нашей прогулке!       Казуха кивнул, чуть улыбнувшись. Ему стало спокойнее, хоть и хотелось узнать ответы на некоторые вопросы. Сиканоин с улыбкой помог любимому надеть перчатки обратно на руки, после чего они отправились дальше, прогуливаясь по невероятно красивым, заснеженным улицам Инадзумы. Все жители региона были радостные и счастливые, особенно дети. Казуха с восторгом смотрел на падающий снег, украшения и ароматные блюда. Хейзо улыбнулся шире, наблюдая, как любимый с детским интересом доставал предсказания. В душе было очень легко и тепло.        — Хейзо, смотри, — Каэдехара с улыбкой протянул ему листок.        — Новый год начнётся с приятных сюрпризов, — прочитал Сиканоин. — Один из них станет самым важным в вашей жизни.        — Интересно, правда? — Казуха улыбнулся шире. — Хочешь попробовать?        — Ну, давай, — Хейзо улыбнулся и с уверенностью вытянул своё предсказание.       Каэдехара заинтересованно наблюдал за ним. Досин заморгал, перечитывая предсказание несколько раз.        — Что там? — Казуха заглянул ему через плечо.        — Вы непременно услышите «Да». — Хейзо сглотнул.        — Какое необычное предсказание… — задумчиво произнёс ронин. — Интересно, что это значит?        — А… Ну… — внезапно запнулся Сиканоин.       Каэдехара удивлённо вскинул брови. Лицо Хейзо покрылось ярким румянцем, а зелёные, точно трава, глаза смотрели куда угодно, но не на ронина. Казуха чётко вспомнил, как у парня было точно такое же лицо, когда он признался ему в любви. Лицо Каэдехары, впрочем, тогда было таким же. Однако сейчас была совершенно другая ситуация. В чём же была причина такого поведения детектива сейчас?        — Наверное, услышу «Да» от преступника! — Хейзо нарочито громко рассмеялся. — О, пойдём туда?!       Не дожидаясь ответа, досин повёл любимого за собой. Весь оставшийся день Казуха пытался понять, что всё же происходит с его любимым человеком. Однако Хейзо вёл себя так, будто ничего не произошло, с детским интересом изучая новое для себя блюдо. Ронин слегка поджал губы. Досина комиссии Тэнрё было тяжело «прочитать». Это всегда восхищало Казуху, но сейчас это скорее огорчало.       «Что же ты пытаешься скрыть от меня, Хейзо? И, самое главное, зачем?» — Каэдехара непроизвольно прижал кулак к губам.        — Зу, тебе плохо? — Сиканоин коснулся рук возлюбленного, обеспокоенно глядя на него.        — О, нет-нет, — Каэдехара улыбнулся, перехватив его руки. — Всё хорошо.        — Точно? — Хейзо заглянул ему в глаза.        — Точно, — Казуха успокаивающе поцеловал его в губы.       Досин доверчиво прикрыл глаза, углубив поцелуй. Ронин обнял его за шею, ощутив нежность и трепет, с которыми его самого прижали поближе. Чувства защиты, уюта и дома окутали их обоих.        — Люблю тебя, — прошептал Сиканоин на ухо Каэдехары, когда поцелуй пришлось прервать из-за недостатка воздуха. — Я очень сильно люблю тебя, Казуха!        — Я тоже люблю тебя, Хейзо, — Казуха улыбнулся чуть шире, ощущая новые поцелуи на щеке.       Сиканоин осыпал розовые от холода и смущения щёки своего парня лёгкими поцелуями и чувствовал, что не может остановиться. Смущённый ронин был настолько очаровательным, что хотелось зацеловать его всего, с ног до головы.        — Хейзо… — Каэдехара слегка отстранился, стараясь не попасться в плен сладких губ. — Нам нужно остановиться… Кажется, на нас уже смотрят.        — Ещё немного, — нежно произнёс детектив, оставляя на мягких губах короткий поцелуй.       Казуха уступчиво кивнул, не в силах сопротивляться. Тёплый дурман окутал их настолько, что холод уже совсем не ощущался. Хейзо шумно выдохнул, оставляя последний поцелуй на розоватом носу.        — Ты слишком милый! — он уткнулся носом в его плечо.       Казуха ощутил, как лицо стало совсем красным. Однако вместе с смущением внутри словно расцвели самые прекрасные цветы на свете, несмотря на снег и холод. Было уже всё равно на глазеющих на них людей. Хотелось поцеловаться ещё разок.       Вернувшись в их дом, который раньше был домом детектива, юноши переоделись и разложили покупки по местам. Казуха потянулся, после чего сладко зевнул. Долгая прогулка, куча вещей и мороз сделали свою работу. Хейзо тихо хихикнул, наблюдая, как его любимый парень удобно устроился в «норке», состоящей из котацу и небольшого диванчика. Казуха был ему бесконечно благодарен: котацу нравились ему с детства. С ними всегда было тепло и уютно, что очень радовало такого мерзляка, как Каэдехара.        — Всё? Сказать Бэй Доу, что ты в спячке до весны? — усмехнулся Сиканоин, перебирая белоснежные пряди.       Ронин что-то промычал в ответ, не размыкая глаз. Обладатель вишнёвых волос расплылся в нежной улыбке, наблюдая, как возлюбленный сладко засопел, чуть ли не урча во сне от нежных прикосновений. Полюбовавшись самым красивым парнем какое-то время, досин комиссии Тэнрё поднялся с пола, потянулся и принялся украшать дом.       «Если подумать, это наш первый новый год вместе… И встречаемся мы три года… Но он, наверное, уплывёт через пару недель после праздника… Всё же он итак здесь уже полмесяца. — Рассуждал он про себя, развешивая украшения. — Может, я тороплюсь с этим? Или нам вообще не стоит этого делать? Всё-таки это уже, по сути, привязка к месту, а я не хочу ограничивать его свободу… Агрх, надо собраться! В конце концов, я всё подготовил! К тому же, если он не захочет, так и скажет! Мы ведь договорились быть честными… Но… Это ответственный шаг… Смогу ли я… Быть надёжным? — Хейзо придирчиво рассматривал себя в отражении зеркала в ванной. — Но ведь Казуха мог уже давно уйти, если бы не любил меня, верно? Верно. Тогда почему я так нервничаю? Чёрт, даже в момент признания так не нервничал… Когда это я вообще стал таким неуверенным? Ещё и Казуха нервничает из-за меня… Может, зря я решил тянуть до праздника? Сделал бы сейчас и всё! Не мучил бы обоих… Нет! Это наш первый новый год вместе… Это будет особенный подарок! Если ему понравится, конечно…»       Внезапно парень ощутил, как его обняли со спины, заставляя вздрогнуть. Сонный Казуха потёрся носом о шею возлюбленного, вдыхая запах красивого тела. Хейзо сглотнул, ощутив, как по позвоночнику побежал табун мурашек.        — Любовь моя, тебе стоило разбудить меня, — заспанным голосом произнёс Каэдехара. — Украшать дом в одиночку тяжело, всё же.        — Всё хорошо, Зу! Я не устал, — Сиканоин улыбнулся, чмокнув его в макушку. — Ты голоден?        — Угу… — всё так же сонно отозвался ронин.       «Ну, точно в спячку впал!» — усмехнулся про себя Хейзо.       Перехватив руки любимого, он повёл его за собой. Казуха зевал на ходу, с трудом разлепляя глаза. Он и не заметил, как детектив усадил его обратно на мягкий диванчик с котацу и скрылся в кухне. Сон словно схватил его в плен. Однако, не желая легко сдаваться, Каэдехара вылез из «норки» и направился в кухню. Сиканоин что-то бормотал себе под нос, листая книгу.        — Давай кекс приготовим? — ронин обнял его со спины, целуя ухо.       Хейзо вздрогнул, ощутив, как уши и щёки порозовели. Казуха тихо рассмеялся, ощутив, как его парень аж выпрямился, точно кол проглотил. Запах детектива, его тело и розовые уши с щеками очаровывали. Хотелось поцеловать его ещё раз… А, может, и ни один раз.        — Хорошая идея! — Хейзо улыбнулся, расслабившись. — Что хочешь из напитков?        — Какао, — промурлыкал в ответ Казуха.        — С зефирками? — усмехнулся Сиканоин.        — С зефирками, — подтвердил Каэдехара.       Со временем по кухне распространился аромат какао и выпечки. Казуха удовлетворённо кивнул, попробовав цукаты, которые привёз с собой из путешествия. Взгляд алых глаз переместился на Хейзо. Детектив снова погрузился в размышления о деле, долго и методично помешивая напиток. Ронин поджал губы. Снова закралась тревога.       «Может, всё же расспросить? Он уже давно не был таким…» — Казуха приблизился к любимому.       Обладатель вишнёвых волос даже не шелохнулся. Изумрудные глаза словно опустели. Казалось, их хозяин впал в транс. Ронин мягко перехватил его руки, заставляя вздрогнуть.        — Что такое, Зу? — Сиканоин улыбнулся, опомнившись.        — Хейзо, что у тебя за дело? — Каэдехара коснулся его щеки. — Прости, но твоё поведение меня тревожит…        — Ох… — Хейзо обнял его. — Прости, Зу, но можно я расскажу тебе всё завтра?        — В праздник? — Казуха растерянно захлопал глазами. — Ты уверен?        — Да… Прошу, дай мне ещё один день, — досин стиснул его в объятиях покрепче. — Всего один день, и я всё расскажу.       «Он… Волнуется? Кажется, это действительно самое важное за всю его жизнь…» — обладатель алых глаз нежно погладил парня по спине, успокаивая. — Хорошо… Обсудим всё завтра.       Он осторожно отстранился, не размыкая объятий и мягко целуя слегка шершавые губы. Хейзо расслабился, отвечая на поцелуй. Интуиция словно шептала ему, что он всё делает правильно. Тревога, конечно, целиком не ушла, но стала гораздо меньше. Со временем кекс был готов, как и какао. Детектив умиротворенно выдохнул, прикрывая глаза. Тёплый какао со сладкими зефирками и пышный кекс с цукатами, мягкий диван с уютным котацу, нежные поглаживания по вишнёвым волосам и бархатный голос Казухи, рассказывающий ему свои новые стихи — всё это успокаивало, убаюкивало.        — Кажется, ни только у меня спячка, да, Хейзо? — Каэдехара тихо рассмеялся.        — Ты меня заразил, — промурлыкал Синканоин, прижимаясь к груди парня. — Расскажи, пожалуйста, ещё стихи. Они такие красивые!        — Спасибо, любовь моя, — ронин улыбнулся чуть шире и поцеловал его в макушку.       Досин улыбнулся шире, прикрывая глаза. Ронин рассказывал стихи. Многие из них были о любви. Со временем обладатель бордовых волос тихо засопел, обнимая любимого. Казуха улыбнулся шире, наблюдая за таким умиротворенным и спокойным Хейзо.       «А говорил, что не устал», — он хихикнул, перебирая вишнёвые пряди.       Досин чуть ли не мурлыкал от нежных прикосновений. Казуха осторожно поцеловал его в губы, вызывая у любимого улыбку сквозь сон. Устроившись поудобнее, он прикрыл глаза, погружаясь в сон. Утром Каэдехара проснулся от аромата еды и нежного поцелуя в висок.        — Ты меня балуешь, любовь моя, — промурлыкал он, протянув руки к возлюбленному.        — Это всё мой коварный план! — гордо произнёс Хейзо, хихикая. — Откормлю тебя, чтобы ты не смог сбежать от меня.        — Тебе тогда придётся меня постоянно на руках носить, — мурлыкнул в поцелуй Казуха. — И постоянно мне готовить.        — Я готов начать хоть сейчас, — Синканоин углубил поцелуй, оглаживая стройное тело.       Внезапно он подхватил его на руки. Каэдехара вскрикнул, обхватив шею парня руками. Досин покружил его, а потом тут же накрыл чужие губы своими. Ронин почти сразу ответил на поцелуй, тихо хихикая.        — Ещё покружить или завтрак? — прошептал детектив, слегка отстранившись.        — Ещё поцелуй, — беловолосый юноша потянулся к желанным губам.       Хейзо улыбнулся, вновь накрывая мягкие губы своими. Казуха податливо приоткрыл рот, позволяя чувствам окутать его. С губ слетел тихий стон. Сиканоин слегка отстранился, целуя парня в лоб.        — Теперь завтрак, — мягко, но настойчиво произнёс он.        — Ещё разок, — Каэдехара поцеловал одну родинку на лице парня. — И ещё, — лёгкий поцелуй коснулся уже другой родинки. — И ещё разочек.        — Какой ты ненасытный, Зу, — Хейзо улыбнулся шире, ощущая поцелуи на своём лице.       Казуха довольно «угукнул», целуя лицо возлюбленного. Досин осторожно перенёс его на диван, с трудом отрываясь от коротких поцелуев.        — Завтрак, Казуха, — повторил он, стараясь предать голосу хоть какую-то строгость.       Казуха уступчиво кивнул. В глазах цвета осенней листвы, прикрытых ореолом густых ресниц, плясали огоньки любви и озорства. Детектив взглянул на время.       «Осталось примерно двенадцать часов…» — подумал он, сглотнув.        — Всё хорошо? — Каэдехара медленно ел завтрак, наблюдая за любимым.        — Да, — Хейзо улыбнулся. — Сегодня особенный день!       Ронин неуверенно кивнул, пытаясь понять, что именно досин комиссии Тэнрё имел ввиду. Однако, решив не давить на дорогого человека, он продолжил есть. После вкусного завтрака юноши отправились на прогулку. Казуха с восторгом смотрел по сторонам. Каждая остановка была превосходнее другой. Хейзо гордо улыбался: очень долго составлял этот маршрут.        — Красота! — восхищённо выдохнул ронин, наблюдая за новогодним шоу.        — Да… — прошептал Сиканоин, глядя на него.       Каэдехара взглянул на него и ощутил, как щёки порозовели. Глаза детектива смотрели на него с такой любовью, что у него перехватило дыхание. Огни от шоу словно подчёркивали это. Досин притянул ронина к себе и осторожно поцеловал. Казуха обнял его за шею, отвечая на поцелуй.       «Архонты, как же хорошо! Разве может быть лучше?» — думал он, ощущая себя словно в урагане нежности и тепла.       Вернулись они поздно вечером с большим количеством подарков и вещей от друзей и знакомых. Ронин потянулся, зевая. Снежные баталии, долгие прогулки, большое количество вкусной еды и тяжёлые вещи — от всего этого ронин заметно устал, хоть и чувствовал себя невероятно счастливым. Хейзо обнял его со спины, целуя в шею.        — Снова в спячку, Зу? — хихикнул он.        — Скоро праздник… Надо бы продержаться… — пробормотал Каэдехара, подстраиваясь под ласку.        — У нас всё уже готово, — Хейзо поцеловал его в висок. — Поспи немного. Я разбужу тебя, когда придёт время.        — Тебе бы тоже отдохнуть, — Казуха мягко поцеловал его в губы.        — Мне нужно кое-что сделать, — Синканоин уже поцеловал его в нос.        — Это связано с делом? — Каэдехара повернулся к нему, ощутимо напрягаясь.        — Можно сказать и так, — детектив успокаивающе поцеловал его в лоб. — Не беспокойся. Через пару часов ты всё узнаешь.        — Пару часов? — Казуха взглянул на часы. — То есть я услышу ответ уже в новом году?        — Ага! — Хейзо усмехнулся. — Хей, не смотри на меня так! Я никогда не обманывал тебя, ты же знаешь!        — Прям никогда? — Казуха изогнул бровь. — А как же тот случай, когда ты обманул меня, и я потом искал тебя по всей Инадзуме?        — А… Ну… — досин виновато улыбнулся и почесал затылок. — Должен же был я как-то всё подготовить к нашему свиданию и не спалиться!        — Я тогда чуть с ума не сошёл, — ронин надул щёки. — Под конец дня так вообще уже стал думать, что тебя похитили и пытают…        — Ну, я же извинялся за это, Зу! — обладатель вишнёвых волос чмокнул его в губы. — Больше же я так не делал!       Казуха заметно смягчился, вздохнув. На самом деле, свидание тогда было потрясающим. Хейзо действительно постарался на славу. Однако Каэдехара предпочёл бы больше не повторять тех ощущений — ощущений беспомощности и растущей паники от осознания, что ты не можешь найти того, кого любишь больше жизни. Синканоин обнял его покрепче, вновь целуя губы.        — Я знаю, что порой перебарщиваю, но… Мне очень хочется радовать тебя, — он уткнулся ему в плечо. — Хочу, чтобы ты помнил меня…        — Я и не забывал о тебе, — Казуха нежно поцеловал его в макушку. — Я помню каждый миг с тобой. Хейзо, — он осторожно заглянул ему в глаза, ласково коснувшись его щёк. — я люблю тебя. Я всегда буду помнить тебя, где бы ни находился. Каждый миг с тобой самый счастливый для меня.       Хейзо поджал губы и стиснул любимого очень крепко, пряча красное лицо. Сердце бешено стучало в груди.       «Архонты, ну, вот как он может быть таким?! Как можно говорить такие смущающие вещи?! Это же незаконно! Чёрт, я так люблю его!» — неслись бешеным роем мысли в его голове.        — Хейзо, мне тяжело дышать, — пробормотал Казуха, похлопывая его по спине.        — Прости, — Хейзо тут же отпустил его.       Ронин улыбнулся шире, целуя красное лицо любимого. Детектив прикрыл глаза, бубня что-то о том, что его парень использует «нечестные приёмы для смущения». На это заявление Каэдехара тихо рассмеялся, продолжая целовать его лицо. Сиканоин прижал его к себе, по-прежнему краснея до самых кончиков ушей.        — Полежишь со мной? — Казуха потёрся носом о его щёку.        — Да, конечно! — Хейзо улыбнулся, обнимая его.       Стоило им оказаться в одной кровати, ронин довольно мурлыкнул, прижимаясь к горячему телу. Досин улыбнулся шире, поглаживая любимого по спине и изредка целуя в макушку. Сердце трепетало в груди. Осталось совсем немного, и он раскроет Казухе самое важное дело в его жизни. Сам же Казуха, пригревшись, тихо засопел где-то через пятнадцать минут. Убедившись, что возлюбленный крепко уснул, Хейзо осторожно выпутался из объятий и подсунул вместо себя подушку. Каэдехара пошевелился, но не проснулся. Укрыв любимого получше одеялом, Сиканоин стал готовить свой последний сюрприз. Руки порой тряслись. Чем меньше оставалось времени, тем больше парень нервничал.       «Чёрт, соберись, Сиканоин! Поздно отступать!» — детектив шумно выдохнул.       Да, отступать было уже поздно. До праздника осталось пять минут. Всего каких-то пять минут, и всё! Он узнает ответ на свой вопрос. Повесив последнее украшение, Хейзо кивнул сам себе и заглянул к Казухе. Каэдехара всё ещё спал, обнимая подушку.        — Просыпайся, Зу, — досин нежно поцеловал его в висок. — Праздник вот-вот начнётся.        — Уже? — Казуха с трудом разлепил глаза, зевая.        — Угу, — Хейзо потянул его за собой. — Пойдём, я всё подготовил.       Каэдехара кивнул, позволяя любимому вести его. В один момент он заметил много огоньков самых разных цветов. Присмотревшись, ронин удивлённо заморгал. На стенах висели фотографии и памятные вещи с их приключений и свиданий. Завидев ёлку, Каэдехара изумленно ахнул. На ёлке было много их совместных фотографий. Каждая навевала приятные воспоминания, заполняя сердце счастьем.        — Какая красота! — восхищённо прошептал юноша. — Это и было твоё «дело», Хейзо?        — Почти, — Хейзо осторожно взял его за руку, разворачивая к себе.       Казуха слегка изогнул бровь, глядя на заметно волнующегося детектива. Сиканоин сглотнул, чувствуя, как сердце стучало где-то в горле:        — Казуха, я люблю тебя. Очень сильно люблю… Ты самый дорогой для меня человек! Я уже говорил, что хочу, чтобы ты помнил меня, где бы ты ни был… И… В общем… Давай… Станем супругами?!       Последнюю фразу он, кажется, сказал слишком громко. Каэдехара шокировано раскрыл рот, словно онемев на какое-то время. Теперь всё стало ясно — и странное поведение Хейзо, и его желание скрыть от него информацию. Сиканоин снова сглотнул, чувствуя, что эти секунды тянутся слишком медленно. Руки, державшие небольшую коробочку с кольцами, слегка дрожали. За окном уже гремели фейерверки, оповещая о начале нового года в Инадзуме. Однако детектив словно их не слышал. Всё его внимание было приковано к шокированному ронину. Обладатель вишнёвых волос и опомниться не успел, как на него налетел с объятиями и поцелуями Каэдехара, повалив на пол. Он едва удержал коробочку в руках.        — Да, да, да! — шептал Казуха, осыпая лицо парня поцелуями.       Хейзо растерянно захлопал глазами. Ему даже показалось, что он ослышался. Однако сияющие глаза и губы, продолжающие шептать заветное «да», убедили его, что он всё услышал правильно. Ронин целовал каждый миллиметр лица любимого, словно находясь в эйфории. Только когда эйфория чуть ослабла, он взглянул на кольцо, которое досин осторожно одел ему на палец. Кольцо было сделано явно из хорошего, прочного материала. Казухе даже на секунду стало совестно: догадался, что детектив явно долго копил на эти кольца. Однако это чувство быстро сменилось новым удивлением: ронин заметил на кольце гравировку в виде оленя и кленового листа.        — Это… — он почувствовал, как у него перехватило дыхание.        — Нравится? — Хейзо смущённо почесал затылок. — Я не хотел дарить обычные кольца… Хотел сделать что-то особенное… Зу? Зу, что с тобой?!       Казуха ощутил, как по щекам текли горячие слёзы. Сиканоин трепетно коснулся их, вытирая мокрые дорожки. Сердце громко стучало в груди. Только ронин мог вызвать у него такую бурю эмоций и пошатнуть его спокойствие.        — Казуха… — Хейзо хотел ему что-то сказать, но его губы уже накрыли чужие.       Каэдехара чувствовал, как его захлестнули эмоции. Он никогда в жизни не был таким счастливым. Сиканоин обнял его, как самое ценное сокровище на свете. Они целовались, сидя на полу. Счастье окутало их с ног до головы.        — Думаю, этот месяц можно назвать «медовым», — промурлыкал Казуха, потеревшись носом о бардовые волосы.        — Месяц? — досин заглянул ему в глаза.        — Я не сказал? — Каэдехара поцеловал его в нос. — Я решил остаться на месяц в Инадзуме. Захотел побыть с тобой подольше.       Новая волна эйфории накрыла Хейзо с головой, и он поцеловал Казуху, вовлекая в сладкий поцелуй. Каэдехара прикрыл алые глаза, пробормотав:        — Хейзо, подожди… Я ещё не вручил подарок тебе…        — Я уже получил самые лучшие подарки, — отозвался Сиканоин, углубляя поцелуй.       Предсказания не обманули — новый год для Казухи начался с приятных сюрпризов, а Хейзо услышал такое заветное, такое желанное «да». Юноши не сомневались — этот год станет одним из самых лучших в их жизни.