Любовь

      Осеннее утро встретило жителей города проливным дождём. Проснувшись, Хейзо не обнаружил Казуху рядом. Заглянув в гостиную, он увидел любимого, сидящего на подоконнике. Каэдехара смотрел в окно, слушал шум дождя и думал о чём-то далёком, известном только ему одному. Поразмыслив немного, Сиканоин скрылся в кухне ненадолго. Казуха моргнул и повернулся к возлюбленному, заслышав его шаги. Детектив протянул ему кружку с чаем. Его парень осторожно принял её, подув. Зелёный чай. Его любимый. Широ мяукнул и запрыгнул на колени Каэдехары. Тот улыбнулся уголками губ, погладив пушистое чудо свободной рукой. Хейзо нежно провёл по коленке возлюбленного.        — Я принёс завтрак, — негромко произнёс он.        — Спасибо, любовь моя, — Казуха осторожно взял сэндвич с тарелки.       Сэндвич с рыбой. Прямо как ему нравилось. Сиканоин наблюдал за возлюбленным, рассматривая. Распущенные, белоснежные волосы с красной прядкой водопадом спадали на узкие плечи. Алые глаза были прикрыты ореолом густых ресниц. Обычно бледные щёки порозовели от пара из чашки. В пижаме, в любимой вязаной кофте, уже местами протертой, в тёплых носках, Казуха казался таким беззащитным, что его хотелось спрятать в коконе из одеяла и кормить всякими вкусностями, пускай и вредными. Они сидели в тишине. Каэдехара медленно ел и пил, всё ещё погруженный в свои мысли. Ему почему-то было грустно. Откровенно говоря, он сам точно не знал, почему именно. Никаких неприятностей или проблем в последнее время не было. Однако грусть словно села сверху, придавливая своей тяжестью. Сиканоин протянул ему второй сэндвич. Казуха и его съел, запивая чаем. Хейзо забрал пустую чашку и отставил её в сторону, после чего протянул руки к любимому. Каэдехара доверчиво прижался к нему, обнимая за шею. Детектив перехватил его поудобнее. Широ мяукнул, дёргая ушками. Обладатель алых глаз осторожно погладил его одной рукой, а другой всё ещё держался за возлюбленного. Сиканоин перенёс их на диван, а потом принёс большое одеяло и подушки. Казуха устроился удобнее, обнимая котёнка и позволяя укутать себя в тёплый кокон. Широ замурлыкал, нырнув прямо под кофту хозяина. Он довольно нежился в его объятиях. Хейзо задвинул шторы. Комната погрузилась во мрак. Казуха прижался к нему, когда он сел рядом и включил телевизор. Детектив нажал несколько кнопок. На экране появились титры. Обладатель алых глаз слегка улыбнулся — началась его любимая комедия. Они смотрели фильм, нежась в объятиях друг друга. Хейзо взглянул на любимого парня, а тот уже тихо посапывал на его плече. Губы растянулись в лёгкой улыбке. Нежность разливалась по всему телу. Его возлюбленный прекрасен, даже когда грустит.       «Надо будет обязательно приготовить ему что-нибудь вкусное… Хм, что бы сделать?»       Проснувшись спустя несколько часов, Каэдехара с удивлением обнаружил, что в комнате был один. Ни Широ, ни Хейзо рядом не было. Комедия уже закончилась, а телевизор сам собой выключился. Поежившись, Казуха обошёл весь дом. Никого.        — Куда же они делись? — тихо спросил обладатель белоснежных волос, нервно теребя рукава кофты. — Решили пошутить надо мной?       Какое-то нехорошее чувство поднималось внутри него. Юноша заглянул в шкаф и с удивлением обнаружил, что вещей Сиканоина не было. Не осталось даже какой-либо футболки. Что происходит? Куда исчезли его любимый парень и их не менее любимый котёнок? Глубоко вздохнув, дабы успокоиться, Казуха взял телефон и принялся искать номер парня. Однако заветного имени в списке контактов не было. Каэдехара набрал номер по памяти — эти цифры были выжжены у него на подкорке. Послышались гудки, а потом бездушное «пожалуйста, проверьте номер и наберите ещё раз». Владелец цветочного магазина чертыхнулся, набрал номер ещё раз, перепроверил два раза и вновь позвонил. Результат был тем же. Юноша поджал губы и позвонил Горо, их общему другу.        — Привет, Казуха! Рад тебя слышать! Как ты?        — Здравствуй, друг мой… Скажи, пожалуйста, ты не видел Хейзо?        — Хейзо? Кто это?        — В каком смысле «кто»?        — Ну, я не знаю никакого Хейзо… У тебя появился новый друг?        — Мы знакомы уже два года… Горо, не шути так, прошу.        — Казуха… Ты точно в порядке?        — Да! — Каэдехара неосознанно рявкнул в трубку. — Прости… Я не хотел кричать… Если Хейзо объявится, позвони мне, пожалуйста.       Горо не успел ответить — Казуха быстрее нажал «отбой». Ситуация начала его нервировать. Хейзо решил пошутить над ним? Это невозможно. Детектив никогда бы не опустился до такого. Но где тогда его вещи? Где Широ?       Каэдехара всё больше теребил свою кофту. Все друзья и знакомые будто сговорились и отвечали, что никакого Сиканоина Хейзо не знали. Коллега по работе, Скарамучча, даже выдвинул гипотезу:        — Может, ты его просто придумал?        — Этого не может быть, — решительно произнёс Каэдехара, хоть и сам уже начал сомневаться в собственной нормальности.       Снисходительное «ну-ну» от Скары только навеяло ещё большую тревожность. Казуха сглотнул. Куда же делся Хейзо? Его похитили? Не похоже. Зачем вору вещи и кот? Однако что ещё? Сиканоин будто исчез из жизни Каэдехары. Тоска давила на плечи. Казуха сел на край кровати. Это была их с Хейзо кровать. Они здесь спали, обнимались и целовались. Юноша прикусил губу. Неужели ему и вправду всё только приснилось? Или он что-то сделал не так, и Хейзо решил вычеркнуть его из своей жизни? Мысленно Каэдехара перенёсся в момент их с Сиканоином первой встречи.       Это было два года назад. Казуха тогда только более-менее оправился от смерти родителей, которые погибли в автокатастрофе. Ему пришлось уйти из института и разбираться с родительским наследством. Бизнес оказался не прибыльным, и юноша принял непростое решение продать его. Это ощущалось, как поражение и предательство — он не сохранил последнее, что осталось у него от семьи. Однако Каэдехара понимал, что лучше так, чем «утонуть» в долгах. После расследования смерти родных и разбирательств со всеми формальностями Казуха устроился на работу в цветочный магазин. Ему с детства нравились цветы, и он часто фотографировал их в своих путешествиях. Кроме того, эти прекрасные, нежные творения словно исцеляли душу, помогали хотя бы на время забыть о тревогах и проблемах. Помимо этого, Казухе тогда очень помогли друзья, особенно лучший друг, Томо. Благо всему этому, Каэдехара вновь стал «оживать», борясь с проблемами, что падали на него, как из рога изобилия.       И вот, после смерти родителей прошло пару месяцев. Казуха работал в цветочном магазине, думая о чём-то своём. В этот самый момент раздался звон колокольчика у входной двери. Пришёл покупатель. Так казалось Каэдехаре. Приятный на вид юноша с волосами цвета вина и двумя практически идентичными родинками под зелёными глазами осмотрелся, взглянул на Казуху и улыбнулся. Уже тогда продавец заметил, насколько самоуверен этот человек. Об этом говорило всё — походка, взгляд, улыбка.        — Добрый день, я могу Вам чем-то помочь? — вежливо поинтересовался Казуха.        — Думаю, да, — незнакомец улыбнулся шире, обнажая ряд ровных зубов. — Во сколько заканчиваешь работу?        — Что, простите? — Каэдехара изогнул бровь.        — Заканчиваешь работу во сколько? Часов в шесть, наверное, да? — парень облокотился на прилавок, рассматривая продавца с неподдельным интересом.        — Зачем Вам эта информация? — Казуха нахмурился.       Он привык, что к нему могут приставать всякие неприятные личности. Неужели этот странный тип один из них? Незнакомец ничуть не смутился:        — А что ты так нервничаешь? Может, на свидание хочу пригласить.        — Я не хожу с незнакомцами на свидания, — отчеканил в ответ Каэдехара. — Если это всё, то желаю удачи в другом месте.       Юноша рассмеялся, внезапно ухватил его за запястье и принялся что-то писать прямо на его руке, будто это был лист бумаги. Казуха подавился воздухом от возмущения. Наглец (другого слова просто не находилось) быстро написал номер и какие-то слова, после чего заглянул в алые глаза напротив и игриво прошептал:        — Закончишь с работой, позвони. Я буду ждать.       После этого он ушёл. Казуха взглянул на руку и прочитал:        — Сиканоин Хейзо…       Так произошла их первая встреча. Каэдехара тогда долго не мог отмыть ручку, а вечером вновь столкнулся с наглым и самоуверенным Сиканоином Хейзо. Парень улыбался, как довольный, хитрый лис.        — Привет, Казуха! Вот мы и встретились! — приветливо произнёс он. — Ты не позвонил, я даже начал волноваться!        — Вас не учили, что писать на чужих руках неприлично? — фыркнул продавец.        — Ну уж прости, бумаги не было! — развёл руками Сиканоин. — В качестве извинения приглашаю тебя в кафе!        — Отказываюсь. — Казуха решительно обошёл его. — Всего доброго, Сиканоин Хейзо.       Хейзо, похоже, решил не отступать, поэтому нагло приобнял его за руку. Каэдехара дёрнулся:        — Отпустите меня, иначе я вызову полицию.        — Не стоит, иначе мои коллеги могут испортить мне работу, — негромко произнёс Сиканоин и показал какой-то документ. — Давай я всё объясню, когда мы отойдём подальше?       Казуха изогнул бровь. В документе значилось — «детектив». Сомнения закрались в душу. Обычно Каэдехара не привык судить людей по внешности, но этот наглец совсем не был похож на детектива. Откровенно говоря, продавцу казалось, что этот самоуверенный человек был даже моложе него самого. Однако в документе значилось, что они практически ровесники. Сиканоин, пользуясь замешательством продавца, повёл его за собой. Оказавшись довольно далеко от магазина, он негромко произнёс:        — Позволь прояснить ситуацию. Я — Сиканоин Хейзо, самый лучший детектив столетия. В последнее время в вашем районе стали закрываться цветочные магазины. Осталось только два, один из которых именно тот, где работаешь ты. Интуиция подсказывает мне, что не просто так эти два магазина остались целы и невредимы, ведь некоторые даже сгорели!        — Это может быть совпадение, детектив Сиканоин, — Каэдехара напрягся всем телом.       Он смутно припоминал, что рядом с ними действительно закрывались магазины, но сам не обращал на это особого внимания — и без этого дел было много. Сиканоин Хейзо усмехнулся:        — Совпадений не бывает, дорогой мой Казуха.        — Допустим, но причём здесь я? — продавец напрягся только больше.        — Я хочу попросить тебя об услуге, — Хейзо ухмыльнулся шире. — Хочу узнать обстановку и отношения в вашем магазине.        — Почему именно я?        — Интуиция подсказывает мне, что ты честный человек.        — Интуиция..?        — Ага! Поверь, она никогда не ошибается.       Казуха вновь скептически изогнул бровь. Детектив не внушал ему доверия. Однако возникло желание доказать, что работники их магазина здесь совсем не причём. Хейзо приобнял его за плечо:        — Итак, значит, в кафе?        — Нет, — Казуха скинул его руку с себя. — И не трогайте меня, пожалуйста.        — Да ладно тебе! Я же не маньяк какой-то!        — Однако ведёте себя именно так.        — Маньяки не предлагают оживленных мест. Ты даже сейчас можешь закричать, если хочешь.        — До свидания, детектив Сиканоин.        — Ага, уже «до свидания»! Значит, у меня есть шанс?        — Всего хорошего.       После этого они не виделись несколько дней. Казуха надеялся, что никогда больше не встретит этого сомнительного детектива. Однако, когда у него был выходной, его вдруг вызвали в полицейский участок. Сиканоин Хейзо с улыбкой смотрел на него, подперев кулаком щёку.        — И снова привет, Казуха.        — Что всё это значит, детектив?        — Не бойся, я не собираюсь тебя арестовывать. Хочу просто задать парочку вопросов.       Каэдехара нахмурился, а Сиканоин с улыбкой отметил, что тот неосознанно морщил нос. Это было забавно и даже очаровательно. Глубоко вздохнув, дабы успокоиться, Казуха спросил:        — Что Вы хотите узнать, детектив Сиканоин?        — Так бы сразу! Итак, сколько ты работаешь в цветочном магазине?        — Два месяца.        — Как тебе коллектив?        — Я мало с кем общаюсь, но люди приятные.        — А как тебе начальник?        — Я благодарен ему. Он вошёл в моё положение и дал мне работу.        — Ты часто его видишь?        — Нет.        — Ничего необычного не замечал? Особенно в последнее время.        — Мне показалось, что начальник в последнее время обеспокоен чем-то.        — Как ты думаешь, с чем это связано?        — Не имею ни малейшего представления. Может быть, его беспокоят «соседи».        — У них конфликт?        — Не могу сказать.        — Понятно…        — Я могу идти?        — Последний вопрос. Ты слышал что-то о «Чёрной розе»?        — «Чёрной розе»..? А, да, в газете что-то писали… Это преступная организация, верно?        — Верно.        — Не понимаю… Причём здесь цветочный магазин?        — О, думаю, ты скоро поймёшь. Что ж, на этом пока всё. Спасибо, Казуха! Если увидишь или услышишь что-то подозрительное, обязательно сообщи мне.        — Пока самое подозрительное из того, что я видел — это Вы, детектив Сиканоин.        — Фи, как грубо!       После этого события прошло несколько дней. Каэдехара предпочёл умолчать о своей встрече со странным детективом — нечего беспокоить друзей и коллег беспочвенными переживаниями. У них у всех и без этого были свои дела. Однако сам продавец не мог забыть о разговоре с Сиканоином. В самом деле, причём здесь «Чёрная роза»?        — Привет, Казуха! Как у тебя дела? — к Каэдехаре заглянул его лучший друг.        — Привет, Томо, — Казуха улыбнулся. — Всё хорошо.        — Точно? В последнее время ты какой-то мрачный, — Томо разглядывал парня.        — Да, всё хорошо, правда, — продавец улыбнулся чуть шире. — А у тебя как дела? Как Нэко?        — Отлично! Только по тебе соскучилась. Ты ведь не навещал нас после… Кхм, ну, после всего произошедшего.        — О, верно… Прости, совсем времени не было.        — Ничего, я понимаю… Но мы были бы рады, если ты заглянешь. Можно ещё Горо и остальных позвать. Они тебя тоже давненько не видели.        — Да… Да, наверное, ты прав. Давай тогда на ближайших выходных?        — Заметано!       Однако встретиться у них не вышло. Казуха шёл по улице к дому друга, но остановился на половине пути. На противоположной стороне дороги стояли его начальник и хозяин соседнего цветочного магазина. Они явно о чём-то спорили. Обстановка накалялась. Каэдехара напрягся. Сам не зная, зачем, он приблизился к ним и спрятался за ближайшим углом. Что-то внутри подсказывало ему, что сейчас происходит что-то важное. В споре юноша отчётливо услышал своё имя. Владелец соседнего цветочного магазина вдруг понизил голос и прошипел в лицо своему «врагу»:        — Ты идиот! Зачем ты взял этого мальчишку на работу?! А если он узнает о той аварии?!       Казуха вздрогнул. О какой аварии они говорят? Сердце сжалось в плохом предчувствии. Владельцы магазинов ещё о чём-то спорили. Каэдехара достал телефон и включил запись. Какое-то время мужчины ещё ссорились, а потом уехали. Казуха вздохнул. У него подкашивались ноги. Дело начинало принимать серьёзные обороты. Что же ему теперь делать?       Казуха пропал на несколько дней. Разные вопросы не давали ему покоя. Что ему делать? Неужели его босс как-то замешан в чём-то преступном? Если так, то что ему следует делать? Рассказать? Но кому? Каэдехара вздрогнул от телефонного звонка.        — Да?        — Наконец-то! Казуха, ты где?! — Томо, судя по голосу, был в панике.        — Я… Дома…        — Что случилось?! Ты не пришёл на встречу и не отвечал уже три дня!        — Прости, у меня возникла непредвиденная ситуация…        — Ты в порядке?! Так, я сейчас приеду! Жди на месте!        — Хорошо…       Томо потом обнимал друга и отчитывал. Казуха виновато опустил взгляд:        — Прости, я не хотел тебя и остальных так пугать…        — Не хотел, но напугал! Горо уже собирался идти в полицию!        — Полиция… Ох, точно! Полиция! Прости, мне нужно срочно позвонить!       Каэдехара тут же позвонил Сиканоину. Почему-то сейчас этот номер отчётливо всплыл в памяти.       Дальше события развивались с сумасшедшей скоростью. Казуха стал, по сути, агентом под прикрытием, несмотря на то, что Хейзо был против. Однако продавец чувствовал — это связано с ним. И это оказалось так. Выяснилось, что владелец цветочного магазина подстроил аварию, где погибли родители юноши. Более того, «сосед» оказался с ним в сговоре. Они были членами той самой преступной организации под названием «Чёрная роза». Казуха плохо помнил, как производился арест, что ему говорили, и что отвечал он сам. Очнулся он лишь тогда, когда Хейзо прижал его к себе, укрывая своей курткой.        — Никогда больше не делай так, понял? — тихо спросил детектив, как-то слишком сильно сжимая его талию.       Каэдехара тогда смог лишь кивнуть, хоть и хотелось что-то ответить, что-то спросить или хотя бы просто усмехнуться. Но у него уже не было сил.       После всех этих событий Казуха просто лежал дома. Ходить куда-то совсем не хотелось, а с работой теперь было неясно. После пережитого стресса Каэдехара стал каким-то замороженным. Он это чувствовал, но ничего поделать не мог. Решать проблемы почему-то резко стало тяжело. Интересно, что с ним? Раньше ведь его не пугали трудности. От мыслей его отвлёк звонок в дверь. Каэдехара открылся дверь, совершенно забыв хотя бы причесаться. На пороге стоял Хейзо. Казуха растерянно моргнул. Детектив был последний, кого он ожидал увидеть.        — Привет! — Сиканоин улыбнулся. — Рад, что застал тебя дома!        — Что-то случилось, детектив Сиканоин? — бархатным шёпотом поинтересовался Каэдехара.        — Нет… Я просто, кхм… — Хейзо впервые замялся. — В общем, давай прогуляемся?        — Прогуляемся..? — тупо переспросил Казуха. — Снова играться в шпионов?        — Нет, конечно! Просто… Кхм, я просто хочу прогуляться с тобой… И вообще, я задолжал тебе поход в кафе.        — Спасибо, но вынужден отказаться.       Хейзо поджал губы, а потом вдруг выхватил телефон и сфотографировал Каэдехара. Казуха зажмурился от вспышки, а потом возмущённо воскликнул:        — Что Вы себе позволяете, детектив Сиканоин?!        — Лучше просто Хейзо, — Сиканоин подмигнул. — Итак, собирайся! Ты же не хочешь, чтобы эту фотографию увидели твои друзья?        — Вы… Шантажируете меня?!        — Скорее, даю выбор. Уверен, твои друзья очень заинтересуются тем, как ты тут «плесневеешь».       Каэдехара поджал губы. Беспокоить Томо и остальных совсем не хотелось. Его итак знатно отчитали за безрассудное поведение и теперь названивали по несколько раз на дню. Сдавшись, Казуха скрылся ненадолго в квартире, сказав напоследок:        — Ждите здесь.       Оделся он быстро и вновь пришёл к парню. Сиканоин довольно улыбнулся и протянул ему руку. Каэдехара фыркнул и, закрыв дверь на ключ, прошёл мимо него. Наглость этого человека злила его. Однако со временем он неожиданно смягчился. Хейзо оказался довольно умным, да и по-своему приятным. Казуха невольно заслушивался его историями о разных династиях и даже стал задавать вопросы. После долгой прогулки они сидели в кафе, где можно было гладить и играть с кошками. Каэдехара с улыбкой чесал пушистых малышей и вдруг ощутил себя почти счастливым. Проблемы уже не казались такими большими. Хейзо заказал им обед и оплатил, не слушая никаких возражений на этот счёт.        — Считай, это благодарность за твою помощь!        — Всё равно не стоило… Я верну.        — Да ладно тебе, расслабься! Лучше ешь, пока не остыло.       Казуха вздохнул, сдавшись. Вкус рыбы приятно обволакивал, а тёплый чай согревал. Каэдехара улыбнулся:        — Рыба и зелёный чай. Прекрасное сочетание!        — Видишь? А ты не хотел идти!        — Вы знали, что я люблю это? Откуда?        — Секрет, мой дорогой друг. Секрет!        — Когда это мы стали друзьями?        — Прямо сейчас! Ты ведь всё же пошёл со мной.        — Вы меня шантажировали.        — Никакого шантажа! У тебя был выбор.       Обладатель алых глаз скептически изогнул бровь. Однако детектив на это лишь улыбался, явно довольный своей маленькой шалостью. Его оливковые глаза задорно блестели.       С этого момента молодые люди стали общаться и иногда вместе гулять. Под напором Сиканоина Казуха вскоре стал «сдавать позиции». Ему вдруг стало нравится то, как этот непокорный «Ураган» переворачивал его серые будни с ног на голову. Хейзо окружил его заботой, при этом делал это так, что у Казухи не было выбора, кроме как принять эту заботу. Постепенно Каэдехара и сам стал дарить ответную заботу, изучая Сиканоина. Ему вдруг стало интересно — что любит этот человек, чем увлекается, чем дышит и живёт. Кроме того, и на работе всё наладилось. Казуха вновь работал в цветочном магазине и стал откладывать, чтобы постепенно скопить на свой собственный. Хейзо, прознав об этом, перевёл ему денег, снова не слушая никаких возражений и шантажируя тем, что в противном случае расскажет всем друзьям о плохом настроении продавца. Каэдехаре по-прежнему было неловко из-за этой фотографии: он не привык, что кто-то, даже лучший друг, видел его таким помятым и недовольным. Поэтому он сделал вид, что сдался, мысленно пообещав вернуть детективу весь долг.       Так прошёл год. Ворвашийся в его жизнь Сиканоин Хейзо прочно укрепился в ней. Казуха уже сам общался с ним, записав номер в список контактов. Со временем Хейзо познакомился с другими друзьями Казухи и сдружился с ними. Даже Горо, с которым отношение поначалу не складывалось, постепенно смягчился, хоть и называл детектива «наглым и самоуверенным хвастуном».        — А ведь в первую встречу я подумал о тебе точно так же, — тихо рассмеялся Каэдехара, положив голову на плечо Сиканоина.        — Ай-ай, как жестоко! Казуха, ты разбил мне сердце! — Хейзо театрально схватился за сердце.       Казуха улыбнулся чуть шире, прижимаясь к горячему телу потеснее. Уже тогда он вдруг понял, что ему очень хорошо рядом с этим человеком.       В один день Хейзо пришёл к Казухе на работу. Вид у него был необычный — немного робкий и нервный. Сиканоин теребил свой чокер, будто тот его душил.        — Казуха, я тут подумал, мы могли бы сегодня пройтись вечером? Ну, кхм, в смысле, погода хорошая… — пробормотал он.       И в этот момент Каэдехара понял кое-что что, в чём решил тут же убедиться. Практически бесшумно он приблизился к парню и осторожно коснулся губами уголка чужого рта. Это не был поцелуй, но этого оказалось достаточно, чтобы щёки детектива вспыхнули огнём. Игриво проведя пальцем по чужому подбородку, Казуха произнёс заговорщицким шёпотом:        — Зайди за мной в половину седьмого. О, и не забудь зонт. Сегодня будет дождь.       Хейзо кивнул, краснея до кончиков ушей. Вся его самоуверенность резко исчезла. А Каэдехара остаток дня чувствовал невероятное, какое-то окрыляющее счастье в груди.       Вечером они гуляли, общаясь обо всём на свете. Продавец цветов иногда намеренно касался рук детектива, тихо посмеиваясь над его краснеющими щеками. В один момент Сиканоин прижал его к себе, не давая возможности вырваться.        — Дразнишься? — нахмурился он.        — Может быть, — Каэдехара обвил руками его шею. — Хочешь что-то мне сказать?       Прежде чем Хейзо успел ответить, внезапно начался дождь. Молодым людям пришлось бежать до дома детектива, так как тот всё же забыл зонт. К этому моменту они совсем промокли. Сиканоин суетился вокруг Каэдехары, ища ему полотенце и сменную одежду. Благо, у них был практически одинаковый размер. Детектив сглотнул, рассматривая обнажённую спину с острыми лопатками, узкие бёдра и стройные ноги. Обстановка вдруг стала интимной. Казуха обернулся к нему и игриво улыбнулся, хихикнув. От этого Хейзо зарделся. Что происходит? С каких это пор Каэдехара стал таким кокетливым? И почему Сиканоину это так нравится?       Пока они пили чай, Хейзо не мог оторвать взгляд от бледных губ. Казуха медленно пил чай, словно не замечая странного поведения парня рядом с собой.        — Прости, я забыл про зонт, — пробубнил Сиканоин, отведя взгляд от губ друга.        — Ничего страшного, — Каэдехара отставил чашку в сторону и прижался к нему. — Мне тепло.       Детектив сглотнул, поняв, что пропал — оказался в плену Каэдехары Казухи и совсем не хотел вырываться. Именно поэтому он подчинился, когда услышал «поцелуй меня», накрывая мягкие губы. Казуха улыбнулся сквозь поцелуй, обняв его за шею. Хейзо целовал его так неуклюже, но так нежно и трепетно, будто боялся сделать больно. Горячие руки скользили по гибкому телу, изучая. Каэдехара приоткрыл рот и закрыл глаза, доверяя детективу. Сиканоин углубил поцелуй, чувствуя какую-то эйфорию от простого осознания, что неприступный юноша с алыми, точно кровь, глазами, доверился ему и полюбил в ответ. Обладатель белоснежных волос прижался к нему, с упоением слушая звук громко стучащего сердца. Ему никогда не было так хорошо.        — Ты знал? — Хейзо отстранился, когда воздуха совсем перестало хватать.        — У тебя всё на лице написано, — Казуха тихо рассмеялся, с нежностью рассматривая красные щёки напротив.        — Дурак…        — И я тебя люблю.       Полгода Каэдехаре казалось, что впереди всё будет хорошо. Он стал владельцем цветочного магазина, вновь чувствовал вкус к жизни, встречался с друзьями и планировал поездку на фестиваль цветов. Хейзо всегда был рядом и поддерживал его. Казуха с благодарностью смотрел в изумрудные омуты напротив, когда детектив прижимал его к себе, чувствуя, как на самом деле он переживал во время открытия магазина. Каэдехара привык скрывать переживания от других, даже от друзей — ему не хотелось беспокоить всех своими беспочвенными, как ему казалось, мыслями и переживаниями. Однако Сиканоин будто видел его насквозь и решительно прижимал к себе, успокаивающе целуя в висок. В этот момент Казуха чувствовал себя абсолютно счастливым.       Однако в один день счастья разбилось вдребезги. Каэдехара тогда готовил украшения для праздника, с почти детской радостью рассматривая бутоны. Тут ему позвонили. Владелец цветочного магазина ответил:        — Да?        — Вы Каэдехара Казуха?        — Да, всё верно. Чем могу помочь?        — Ваш друг Томо был найден мёртвым несколько часов назад. Просим Вас приехать для опознания. Примите мои соболезнования.       В этот момент Казуха ощутил, что мир резко разбился вдребезги. Крохотная надежда ещё теплилась в душе. Вдруг это не Томо? Может, это ошибка? Однако в морге надежда сгорела. На столе лежал мёртвый, изувеченный Томо. Как и что говорил, Каэдехара не помнил. Как вернулся домой — тоже. Ему звонили, но он не брал трубку. Слух будто резко исчез. Казуха три дня провёл в каком-то оцепенении. Он не ел, не пил и не спал. Голова шла кругом. Вечером юноша подошёл к большому окну и открыл его. Поднялся резкий порыв ветра, словно толкая его назад. Казуха же упрямо стоял на месте. Остался всего шаг, и он…        — Казуха! — неожиданно раздался голос Хейзо.       Владелец цветочного магазина обернулся. Детектив стоял неподалёку от него. В его глазах застыл ужас. Сглотнув, Сиканоин протянул к нему руки:        — Зу, прошу, стой… Дай мне руку.        — Хейзо, я… — Каэдехара ощутил, что его внезапно охватил страх.       Хейзо ухватил его за руку и потянул на себя. Казуха упал в его объятия и неожиданно, даже для самого себя, зарыдал, взвыв. Это оказался его предел. Слёзы лились градом, обжигая бледные щёки. Детектив шептал что-то ему, целовал мокрые щёки и нос и прижимал к себе. Владелец цветочного магазина рыдал долго и много, словно выплескивая всё, что накопилось ни только за эти три дня, но и за целый год с несколькими месяцами. Тонкие пальцы впивались в любимого. Юноша не помнил, как его отпустило, и что произошло дальше. Помнил лишь сильные руки, которые обнимали его.       Казуха моргнул, резко вернувшись в настоящее. Худое тело задрожало. Где же сейчас руки, что обнимали его и защищали полгода? Неужели Хейзо действительно ему лишь привиделся? Неужели Каэдехара придумал себе человека, которого так сильно полюбил? Воспоминания о Хейзо, о его улыбке, о глазах, о том, как он подарил ему Широ, о том, как всегда радовал угощениями и поддерживал, даже в самые плохие дни, больно били в грудь. Казуха укрылся с головой одеялом и зажмурился. Перед глазами стоял Хейзо, который, смеясь, говорил, что Широ — их маленький ребёнок.       «Хейзо, прошу… Вернись…» — Каэдехара свернулся комком, тихо всхлипывая.       Тьма окутала его. Неужели он всё-таки сошёл с ума?       Казуха распахнул глаза и замер. В горле будто был песок, глаза слезились, а со лба тёк пот. Мир вокруг немного плыл. Хозяин цветочного магазина сел. Он снова был на диване, в «коконе» из одеяла и подушек. Что произошло? Как его тело оказалось здесь, если ещё буквально минуту назад он был в их с Хейзо спальне? Узкие плечи дёрнулись. Сиканоина вновь рядом не было, как и Широ. Неужели Каэдехара всё же сошёл с ума, и детектив был лишь плодом его воображения? Тут до его чуткого слуха донеслись какие-то звуки из кухни. Казуха поднялся и прошёл туда на негнущихся ногах. Сердце громко застучало.        — Широ, не смей это есть! Это обед для Казухи, а не для тебя! — возмущённо воскликнул Сиканоин, поймав наглого кота.       Широ в его руках обиженно замяукал, явно желая умять всё в одиночку. Каэдехара моргнул раз, другой, третий. Из груди вырвался облегчённый вздох. Заслышав это, Хейзо повернулся в его сторону. Увидев любимого, он виновато улыбнулся, отпуская кота на пол:        — Ой, Зу! Прости, мы тебя разбудили?       Казуха не ответил — подошёл к детективу и прижался к его горячему телу, обвивая руками талию и утыкаясь носом в шею. Сиканоин хихикнул, обнимая его в ответ:        — Ну и ну, а что это мы такие нежные, м?       Каэдехара снова не ответил, обнимая его крепко-крепко. Послышался тихий всхлип. Детектив вздрогнул и слегка отстранился:        — Что такое, Зу? Тебе плохо? Больно?       Хозяин цветочного магазина покачал головой, улыбнувшись уголками губ. Его дорогой парень существует, и это так чудесно! Настолько чудесно, что у Казухи не находилось слов, чтобы описать свою радость. Хейзо коснулся губами лба возлюбленного и присвистнул:        — Ого, да у тебя температура! Так, живо в постель! Я сейчас принесу тебе обед и лекарство.       Каэдехара улыбнулся чуть шире, вновь прижимаясь к такому желанному, такому необходимому теплу. Несмотря на болезнь, ему было очень хорошо сейчас: его любимый парень рядом с ним.        — Хейзо, — негромко позвал возлюбленного Казуха.        — Да? — Хейзо прижал его к себе, а в голосе уже слышалось нарастающее с каждой минутой беспокойство.        — Спасибо, что появился в моей жизни, — обладатель алых глаз потёрся о его щёку носом, вдыхая запах вишнёвых волос.        — Ох-ох, всё! Я тебя теряю! — «испугался» детектив, хихикая и тем самым стараясь скрыть стремительно краснеющие щёки. — Так и знал, что увлечение романтическими комедиями погубит тебя!       Казуха тихо рассмеялся. На душе было тепло, словно внутри его грело солнце. Тоска отступила.