Любовь

Холодно:

      У Казухи очень холодные руки, да и он сам по себе мерзляк. Он очень чувствителен к изменениям погоды и может ощутить приближение холода, даже если ещё вчера было очень жарко. Именно поэтому Каэдехара всегда носит шарф, а руки прячет в рукавах хаори. Однако с появлением в его жизни одного необычного детектива у него стали появляться и другие способы согреться…        — Ты снова замёрз, Зу? — смеясь, поинтересовался Хейзо, хоть уже и знал ответ. — Какой же ты всё-таки мерзляк!       Казуха неоднозначно хмыкнул и протянул руки к Сиканонину. Тот вновь усмехнулся и принялся растирать его пальцы, изредка целуя. Ронин прикрыл глаза. Массаж рук с растиранием очень успокаивал и согревал его. А эти поцелуи… Каэдехара чувствовал, как каждое касание именно губ обжигало, а места коротких поцелуев горели ещё очень долго. И вот как после этого думать о холоде?        — Как же ты справляешься без меня в странствиях? — хохотнул Хейзо, взглянув Казухе в глаза.        — С трудом, — ронин положил руки ему на грудь, приближаясь к его губам своими. — Когда ты далеко от меня, я не могу сделать так…       Детектив доверчиво прикрыл глаза, ожидая касания прохладных губ к своим. Однако внезапно, даже для самого себя, он взвизгнул: Каэдехара нагло взял и просунул руки ему под майку, прикасаясь к тёплой спине.        — Нахал! — Сиканоин с возмущением опустил взгляд на парня. — И после этого ты… — алые омуты встретились с изумрудными. — Кхм! Не делай больше это так внезапно…        — Хорошо, — промурлыкал в ответ Казуха, прижимаясь к горячему телу потеснее.       Хейзо фыркнул, обнимая его. Ронин положил голову на сильное плечо, улыбаясь и прикрывая глаза. Где бы он ни был — его всегда согреют.

Тепло:

      Хейзо привык, что в их с Казухой паре именно он является тем, кто согревает, дарит тепло. Сиканоин и сам был, в прямом смысле слова, теплее, чем Каэдехара. Именно поэтому он постоянно обнимал ронина и зацеловывал каждый сантиметр прохладной кожи, дарил всё своё тепло… И именно поэтому ему каждый раз было непривычно, когда Казуха дарил ему тепло. Например, когда ронин быстро и беззвучно обматывал его шею шарфом.        — Любовь моя, я знаю, ты практически никогда не болеешь, но не забывай шарф, — он расплылся в нежной улыбке. — В Инадзуму пришли холода и продлятся до конца сезона.       Досин комиссии Тэнрё кивнул и спрятал нос в мягкой ткани. Сегодня на улице действительно прохладнее, чем обычно… И как он только раньше не заметил этого?        — Предлагаю выпить чаю, — Казуха поцеловал непривычно холодные пальцы. — Согласен?       Хейзо вновь кивнул. И когда только он попал под гипноз алых глаз?       Они сидели вместе, спрятав ноги под котацу. Каэдехара прижался к Сиканоину, отчего тот сглотнул. Тёплый плед, горячий и уютный котацу приятно согревали… Хотя, кого он пытается обмануть? Ему тепло, даже жарко, из-за Казухи. Сердце бешено билось в груди от осознания того, как близко был именно этот человек к нему сейчас.        — Тебе тепло?        — Д-да! А тебе?        — Хм, ты знаешь, не очень…        — Я могу принести ещё плед.        — Не нужно, — Казуха плавно перелез к нему на колени, обняв за шею. — Просто обними меня покрепче.       Хейзо ощутил, как лицо вспыхнуло огнём. Сердце забилось в груди с такой силой, что, казалось, грудная клетка просто не выдержит. Рубиновые омуты встретились с изумрудными.        — Ну, же, Хейзо, — гипнотизировал мягкий голос. — Обними меня, — ощутив прикосновения к своей талии, ронин улыбнулся чуть шире. — Хороший мальчик. Теперь поцелуй.       Детектив окончательно зарделся. Архонты, что с ним происходит? Почему каждый раз он теряет всю свою уверенность? И как унять этот жар по всему телу..? Впрочем, нужно ли это? Почему-то, целуя бледные губы, досин отчётливо понимал — этот жар ему уже никогда не унять… И, в общем, ему этого и не захочется… Никогда.