Тихий плач

      Стакан за стаканом, бутылка за бутылкой, день за днем, год за годом. Всё одно и то же. Хмурое небо, злые и бездушные люди, неспособные даже на каплю понимания и сочувствия по отношению к другим. Всё слишком эгоистично. Слишком привычно. Слишком больно. Жаль, что он осознал это слишком поздно.       За окном уже темно. Пора белых ночей прошла, а им на смену пришли до ужаса черные и мрачные. Солнце село давным-давно, а мужчина так и сидит, наблюдая за непрекращающимся потоком машин на Ленинском. Какого чёрта даже глубокой ночью всем куда-то надо? Почему нельзя просто сидеть дома и пить вторую по счету бутылку виски, как это делает Попов?       Людям никогда не сидится на месте, каким бы оно ни было. Красивым, тихим и живописным или шумным, ярким и насыщенным такими же яркими людьми. Люди всё равно куда-то рвутся, не в силах сидеть на месте. Когда-то и Арсений был таким. Взбалмошным, диким и ярким. Ключевое слово тут – был.       – К чёрту, – выругался мужчина, наливая новую порцию виски в стакан, тут же залпом осушая его до последней капли.       Руки трясутся, а голова идёт кругом от количества выпитого алкоголя, но Попову плевать. Ему уже нет дела ни до чего. Он потерял уже всё, что можно. Работу, семью, родителей и друзей. Ещё совсем немного, и он окончательно потеряет себя.              Единственное, что у него осталось от прежней жизни – это стеллаж с коллекционным алкоголем, квартира и банковская карта с остатками тех миллионов, которые у него были еще полгода назад. Всё, что ему осталось – это бессмысленно существовать в этом прогнившем мире.       Мысли прекратить это закрадываются всё чаще, а совершить задуманное просто не хватает решимости. Отвлекает от мыслей о бытие кажущееся оглушительным в этой идеальной тишине кошачье мяуканье. Чёрный, как смоль, кот грациозно подходит к хозяину и потирается пушистым боком о его ногу, а после смотрит своими огненными глазами на мужчину и ещё раз подает голос.       – Чего тебе, валенок мохнатый? Жрать хочешь? – пьяно хмыкает брюнет, беря кота на руки и аккуратно устраивая его на коленях, – Я бы тоже не отказался. Он начинает приглаживать мягкую шерсть животного, проводя от головы до самого хвоста рукой.       – Ты сейчас его до плеши на спине догладишь, – нежно улыбается женщина, наблюдая за мило поглаживающим котёнка Арсением.       – Ну и пусть. Зато он не будет обделён любовью и лаской, – смеётся мужчина и приникает губами к пушистой голове котёнка, закрывая глаза и явно наслаждаясь мурчащими звуками, которые он создаёт.       Она смотрит на них с такой искренней любовью в зелёных глазах, что сердце Арсения сжимается от переполняющих его чувств к этой прекрасной женщине. Он так дорожит ей. Он так ей благодарен за это, что не может сдержать улыбки и теплого взгляда в её сторону.       – За это я тебя и люблю, Арсюш. За твою нежность и любовь ко всему сущему в этом мире, – произносит женщина и кладёт руку на щёку мужчины, нежно поглаживая её большим пальцем. Она подаётся вперед и трепетно целует его губы. Так, как может это только она. Настолько прекрасно, пропитывая каждую секунду неимоверной любовью и заботой к своему мужу.       – И я тебя люблю, дорогая, – вторит ей Арсений, когда та отстраняется от его губ.       – Сука, – шипит мужчина, когда воспоминания о первом дне этого мохнатого существа проносятся в голове, отдаваясь тупой и ноющей болью где-то в сердце, – Я тебе доверился! Я тебя так сильно любил! – кричит, срывая голос, Арсений, со всей силы ударяя кулаком по столу. Кот, испугавшись крика хозяина, резко спрыгивает с его колен и спешит быстро удалиться с кухни, –Я тебя до сих пор люблю… И так же сильно ненавижу!       Мужчина заходится истерическим смехом, переходящим в отчаянный плачь. Он закрывает лицо руками, пытаясь заглушить рёв сердца, который так и просится наружу. Арсений так и сидит за столом до раннего утра, пока не падает на него от бессилия и засыпает, видя тревожные сны о недавних событиях.

***

      По квартире разносится трель дверного звонка, и Попов готов убить того, кто посмел нажать на эту кнопку и заставить механизм заработать, издавая этот противный звон. Сквозь головную боль он открывает слипшиеся после сна глаза и смотрит на электронные часы, висящие на стене.       – Девять, сука, утра! Кому я мог понадобиться в такую рань? Да кому я вообще мог понадобиться? – шепчет мужчина, продолжая лежать на столе, пока не раздаётся еще один продолжительный звонок. Матерясь себе под нос, он пытается встать со стула, чтобы не упасть и не разбить нос. Медленно дойдя до прихожей, Арсений поворачивает щеколду и распахивает дверь, едва не заряжая ей по лицу молодому парню, стоящему в парадной.       – Здравствуйте! – жизнерадостно улыбается паренёк и переступает с ноги на ногу. Попов окидывает его непонимающим взглядом и сощуривает глаза от яркого света, исходящего от встроенных в потолок парадной спотов.       – Ты кто? – сильно хрипит мужчина, даже удивляясь своему же голосу. Но больше его пока что удивляет именно высоченный зеленоглазый пацан, стоящий перед его дверью. На нём была ярко-жёлтая ветровка, а под ней белая футболка с каким-то тупым принтом, который хорошо сочетался с такой же тупой улыбкой незваного гостя. На ногах были обычные черные джинсы и массивные кроссовки. «– Хоть что-то нормальное» – хмыкает про себя брюнет, продолжая смотреть на глупое выражение лица парня.       – Доставка! – так же громко говорит пацан и улыбается.       – Какая нахуй доставка? Я ничего не заказывал, – огрызается Арсений, и хочет уже закрыть дверь, но его попытку прерывает эта шпала. Попов тяжело вздыхает и вновь устремляет на этого придурка свой взгляд, – Я. Ничего. Не. Заказывал, – отделяя каждое слово произносит брюнет. У него нет никакого желания вести с кем-либо диалог. Он хочет просто принять душ и добить уже оставшийся виски.       – Погодите. Как вы ничего не заказывали? У меня в приложении ваш адрес, – хмурится паренёк, доставая телефон и сверяя номера квартир, написанных на экране и двери, – Ну, вот, смотрите, тут 795, – он показывает экран своего телефона, – И на двери вашей тоже 795.       – Это какая-то ошибка, –говорит Арсений, потирая глаза и еле стоя на ногах. Всё тело болит после проведённой ночи в позе креветки, но ничего. Не привыкать, как говорится.       – Давайте я вам просто отдам посылку, а вы распишитесь. Заказ всё равно оплачен, – пожимает плечами доставщик и протягивает чёрную коробку, посередине которой приклеен фиолетовый стикер с красующейся на ней надписью «Love and Fuck».       Попов одарил пацана скептическим взглядом и собирается закрыть дверь, но этот засранец снова не даёт это сделать, всучив эту самую коробку ему в руки.       – Вам сложно что ли? Распишитесь и забейте. Можете даже выбросить заказ, но я бы посоветовал вам посмотреть на его содержимое, – мальчишка загадочно улыбается и протягивает Арсению ручку и доску-планшет с прикрепленным к ней документом, где надо написать инициалы и поставить подпись. Мужчина, тяжело вздохнув, трясущейся рукой расписывается где надо, отдает документ с ручкой обратно и сразу же захлопывает дверь перед не успевшем ничего понять парнем.       Пройдя обратно на кухню, Арсений ещё минуту смотрит на коробку в своих руках и думает, что ему с ней делать, а также о том, за что ему всё это. И так жизнь не сахар, а судьба продолжает подкидывать брюнету всякое дерьмо. Покрутив в руках посылку, Арсений просто ставит её на стол и отправляется в душ.       Как думаете, шесть месяцев это достаточный строк, чтобы забыть про предательство от самого близкого человека? Просто взять, выкинуть его из головы и никогда больше не вспоминать? Вот и Арсений так не думает. Он, на самом деле, вообще не думает о том, чтобы забыть это. Каждый день он просыпается и засыпает с мыслями о том, как ненавидит её. Он закипает от злости только подумав о том, что мог доверять такой как она. Он пьет и крутит в голове воспоминания за все десять лет совместной жизни. За что она так поступила с ним?       – Что? Что вы такое говорите? Я-я не понимаю, – Арсений теряется, слыша эти слова от своего юриста.       – Арсений Сергеевич, мне правда жаль… Мы ничего не можем сделать в этой ситуации, поскольку подписи были поставлены лично вами. Если бы они были поддельными, мы могли бы попробовать судиться, но тут, увы, выхода нет. Только если вы сможете договориться со своей женой, – с сожалением произносит Сергей Александрович. У Арсения земля из под ног уходит. В голове шум и одно единственное слово вертится «почему?»       – Я все понял. Спасибо вам, – на автомате отвечает мужчина и жмёт юристу руку. Попрощавшись с Сергеем Александровичем, Арсений бездумно заходит в «свой» кабинет, закрывает дверь и тут же падает на колени, запуская руки в волосы и с силой их сжимая.       – Как… За что ты так со мной? – он начинает задыхаться. По телу пробегает озноб, руки начинают ужасно дрожать, а воздуха не хватает. «Паническая атака» – проносится в голове у мужчины прежде, чем он отключается.       – Какая же ты тварь! – кричит мужчина и резко ударяет кулаком в стену. Стене плевать, на ней не осталось ни единой вмятины или царапины, а вот на костяшках проступила кровь, которую тут же смыли горячие струи воды из душа. Рука заныла ужасно сильно. Арсений сползает по стене душевой кабины на пол. Это слишком больно. И речь идёт не о руке.       Попов не знает, сколько он пробыл в душе. Сколько он просидел на полу, изнемогая от усталости и саморазрушения, пока не всё же не встал и не выключил воду. Он смотрит на себя в зеркало и больше не видит того счастливого, доброго и красивого молодого человека. Он видит лишь отросшие до подбородка волосы, осунувшееся лицо, покрытое точно не недельной щетиной и покрасневшие, некогда яркие и живые голубые глаза. Арсений проводит рукой по лицу и в зеркало смотрит на безымянный палец, на котором уже не красуется обручальное кольцо. Внутри снова всё закипает, но мужчина с силой давит это в себе.       – Надо брать себя в руки, – говорит своему отражению Попов, облокотившись руками на раковину. Выровняв дыхание, Арсений открывает шкаф и достает оттуда бритвенный станок. Смочив его водой, он проводит им по щеке, аккуратно сбривая все до единого волоски. Удобно. Пена для бритья не нужна – намочил станок водой и брейся сколько хочешь.       Добрив лицо, Арсений опускает взгляд вниз и тяжело вздыхает. Начинает жить заново? Пожалуй, да. Так почему бы не побрить и там тоже? Пожалуй, тоже да.       – Ну а хули нам, бывшим бизнесменам? – горько хмыкает мужчина и начинает сбривать все волосы подчистую. Давно он этого не делал. Даже забыл, как это на самом деле тяжело. Особенно с тремором, да.       Закончив с бритьём, Арсений берет совок, лежащий в углу ванной и сметает все волосы с пола, стряхивает в мусорку, а затем снова смотрит на себя в зеркало. Без щетины он выглядит лет на 5 моложе, но его глаза…       – Выглядят ужасно, – констатирует факт брюнет о своём внешнем виде и опускает взгляд на гладковыбритую промежность, – И вот нахуя я это сделал? Да похуй. Мысленно плюнул Арсений и вышел из ванной комнаты.       Надев одни домашние синие штаны, он снова проходит на кухню. Его взгляд сразу падает на оставленную на столе коробку с чем-то, что он точно не заказывал. Этот фиолетовый стикер наталкивал на определённые мысли, но Арсений до последнего надеялся, что он ошибается в своих догадках о содержимом заказа.       Мужчина берёт коробку в руки и отправляется вместе с ней на диван в гостиную. Усевшись на мягкую поверхность, Арсений краем глаза заметил часы, стоящие на комоде и увидел на них цифры «15:36». Осознание накатило на него словно цунами. Он просидел в ванной шесть грёбаных часов… Шесть! А ещё он не выпил и капли алкоголя, хотя последние полгода каждое его утро начиналось именно со стакана виски. Даже поверить в это тяжело.       – Что я с собой сделал, боже мой… – промычал Попов, запрокидывая голову и устремляя задумчивый взгляд в потолок. А ведь правда, что заставило Арсения так относиться к своей жизни? Разбитое сердце? Предательство? Потеря работы, которую он любил так же сильно, как свою жену? Да, безусловно, но было ли это поводом губить себя? Наверное, нет, но Арсений не такой сильный, каким кажется людям. Он слишком слаб. Слишком.       Тяжело выкинуть из головы мысли о том, насколько ты никчёмный, потерявший всё в один миг почти сорокалетний мужик, который запивает боль алкоголем и прячется в ванной ревя навзрыд. Арсению стыдно за свою слабость. Он не может даже открыть чёртову коробку, потому что боится того, что там может оказаться.       – Да блять, Арс, сколько можно уже? – рычит Попов на самого себя, – Открой уже эту ебучую коробку, узнай, что там и успокойся!       Кажется, это ему немного помогло, но руки всё ещё тряслись, поэтому он резко схватил коробку с журнального столика и сорвал чёрную упаковочную бумагу. Перед ним предстала глубокого фиолетового цвета коробка. Несколько раз вздохнув и выдохнув, он открыл крышку и секунд двадцать просто пялился на содержимое.       – Какого… – только и смог произнести мужчина, прежде чем сильно рассердиться на ту самую шпалу, которая и впихнула ему в руки эту хреновину.       Коробка была до краёв заполнена секс-игрушками. Арсений, честно говоря, ожидал это увидеть, но не в таком же количестве. Разнообразные фаллоимитаторы, несколько анальных пробок разных размеров и форм, смазка, презервативы, хотя, казалось бы, зачем они здесь, и ещё куча всякой пошлой фигни. Попов просто смотрит на всё это разнообразие и не может понять одного: Как это, чёрт, возьми, оказалось у него дома?!       Он был ужасно зол. На того парня, за то, что настоял на том, чтобы Арсений забрал эту коробку, и на себя тоже. За то, что всё же взял её. Решив всё же посмотреть внимательнее, что там есть, Арс наткнулся на бумажку с номером телефона. Недолго думая, он решает позвонить и потребовать шпалу к телефону, чтобы лично послать его на пару ласковых. Гудок. Гудок. Гудок.       Трубку наконец снимают и Арсений слышит приятный женский голос на той стороне, но его это не привлекает. Сейчас важно одно – шпала.       – Здравствуйте, вас приветствует компания «Love and Fuck». Чем могу помочь? – спрашивает молодая, судя по голосу, девушка.       – Здравствуйте, – слегка мнётся мужчина, но всё же продолжает, – Ко мне сегодня около девяти часов утра приехал парень из вашей компании. Высокий такой. Он отдал мне посылку, которую я не заказывал, и уж точно не нуждаюсь в ней, – быстро, но чётко проговорил Арсений. Всё-таки опыт в разговорах не пропьёшь.       – Простите, но я… – не успевает договорить девушка, как Арсений её перебивает.       – Я сказал, позовите к телефону того парня, – грубо бросил Попов, но вскоре уже спокойнее добавил, – Пожалуйста.       – Се-секунду, – она нервничает. Арсений слышит это по её дрожи в голосе, и ему даже немного стыдно, но ровно до того момента, пока в трубке не раздаётся тот самый голос.       – Шастун Антон Андреевич слушает. Чем могу помочь? – всё так же жизнерадостно говорит Антон.       – Итак, Шастун Антон Андреевич, слушай же, – пародирует парня Попов, – Либо ты сейчас приезжаешь ко мне и забираешь всю ту хрень, которую всучил мне сегодня утром, либо я сам найду тебя и засуну всё содержимое этой коробки тебе в задницу, включая и визитку с номером! – уже по-настоящему злится мужчина, но в этот же момент слышит искренний и заливистый смех из телефона.       – Рассмешили, Попов А.С, – вновь посмеялся Шастун, – Если вам так уж не нравится, то подарите кому-нибудь, не знаю. Ладно, спасибо большое за звонок! Хорошего вечера! – почти кричит в трубку пацан и отключается.       А Арсений так и стоит у окна с приложенным к уху телефоном. Что. Это. Только. Что. Было.       – Шастун, сука ты такая, – шипит Попов и отбрасывает телефон на диван, стоящий позади него и выходит на балкон, захватывая по пути пачку вишневого Чапмана, лежащего на подоконнике.       Он достает сигарету и нервно закуривает её. Делает глубокую затяжку и выдыхает густой белый дым. «Вкусно» – проносится в его голове прежде, чем он снова погружается в мысли. Но на этот раз его тревожат мысли не о прошлом. А об этом загадочном парне.