CELEBRATES ARE NO MATTER

      — Доктор, правильно ли я понимаю, что вы готовы представить миру что-то особенное, что-то грандиозное? — розоволосая девушка с блокнотом в руках семенила за Предвестником, неторопливо прохаживающемся по Пассаж Визари. — Вы все же проделали такой долгий путь сюда…       — Грандиозность моего эксперимента оцениваю не я, — отвечал Дотторе. — Его оценят люди. И, я надеюсь, результат этого эксперимента многим сможет помочь.       — Звучит очень занимательно, Доктор, — репортер закивала головой. — Очень интригующе! А скажите, Доктор…       — Мадмуазель, как я могу к вам обращаться? — Предвестник оборвал девушку на полуслове.       — Шарлотта, месье.       — Шарлотта… — Дотторе поджал губы. — Так вот, послушайте, Шарлотта. Вместо того, чтобы задавать мне вопросы сейчас, вам лучше бы поспешить на церемонию открытия выставки, иначе другие репортеры займут самые выгодные места около красной ленты, вы так не думаете?       Девушка открыла рот, будто хотела что-то сказать, однако просто вздохнула, натянула на лицо улыбку и легким бегом направилась к месту выставки.       «Теперь я понимаю, почему Панталоне проводит часы за чтением «Паровой птицы», — нахмурился Предвестник. — Репортеры здесь чем-то похожи на Банкира. Такие же занозы под ногтями».       Пока Дотторе шел до назначенного места проведения всетейватской выставки научных достижений, он заметил, как из кустов, пытаясь быть незаметными, выглядывают несколько фотографов. Возможно, если бы они отключили вспышки, то действительно остались бы незаметными. Доктор лишь повел головой, стараясь свыкнуться с тем, что о приватности в регионе вод, видимо, не может идти и речи. Дойдя до большого фонтана-сферы, мужчина остановился. Здесь он договаривался встретиться с Марселем, который и привел его в Фонтейн. Дотторе не мог сказать, что Марсель ему внушал доверие, однако он был единственной достоверной причиной не отдавать Самайру Марсу.       Глупый поступок, безрассудный. Передавать девушку Марселю лишь для того, чтобы та не досталась клону. У самого Дотторе сердце щемило от того, что он заключил сделку с торговцем. И хотя мужчина уважал почти каждого гражданина Снежной, к этому человеку уважение все никак не просыпалось. Было в нем что-то неприветливое. Но, если подумать, будто в Дотторе было хоть что-то приветливое…       Предвестник взглянул на огромные часы на здании. Ровно двенадцать. Марсель уже должен был прийти, но его все нет. Доктор нахмурился. Он не любил тех, кто опаздывает, считал это очень нетактичным. Глубоко вздохнув, Дотторе сложил руки на груди в ожидании. Двенадцать десять, двенадцать пятнадцать…       — Извините, вы месье Дотторе? — раздался голос из-за спины. Мужчина обернулся и увидел перед собой девушку в пышном платье.       — Слушаю, — сдержанно ответил Доктор.       — Месье Марсель просил передать, что ждет вас около дома Бертина, — девушка поклонилась. — Месье передавал свои извинения, что не может прийти на площадь. У него появились неотложные дела.       «Неотложные дела за два часа до выставки? Действительно интересно», — Дотторе хмыкнул и кивнул собеседнице.       — Хорошо. Тогда я пойду к месье Марселю. Спасибо, — поблагодарив девушку, мужчина направился к дому диковинок Бертина.       Доктор понимал, что никаких дел у Марселя нет. Он мог попросту испугаться того, что их разговор подслушают и перенести встречу с Предвестником аж в другой квартал. Другой вопрос: кого так боится Марсель?       Чуть ускорив шаг, Дотторе поднялся по лестнице, пошел между высоких каменных зданий к нужному месту. Мимо проходящие люди оборачивались на него, перешептывались, закрывали рот ладонью. Доктор настолько привык к такой реакции, что уже перестал обращать внимания на подобное. Навстречу шли меки, за ними с любопытством наблюдали дети, прячась за скамьями, будто роботы действительно рассердятся на то, что маленькие фонтейнцы за ними следят. Также Дотторе заметил нескольких сумерских ученых, прибывших в Кур-де-Фонтейн на выставку. Двое изобретателей стояли в группе четырех молодых людей. Одного из них мужчина знал. Это был ученый-ботаник, страж леса Авидья, — Тигнари. Именно он приютил беглянку Коллеи, которую Дотторе пытался излечить от элеазара по просьбе ее родителей. «Порой люди не ценят то, чего имеют», — Предвестник скривил губы, и холодная игла разочарования уколола сердце.       Рядом с Тигнари стоял высокий молодой человек в кейпе, невысокий парень в схенти и девушка, на голове которой было украшение в виде полумесяца. Лесной страж что-то увлеченно рассказывал двум ученым, пока остальные его знакомые вряд ли были заинтересованы его словами.       Подойдя к дому диковинок, Дотторе заметил Марселя. Тот стоял, устремив взгляд в пол, лицо его было задумчиво.       — Марсель, — Предвестник подошел к мужчине. Тот несколько растерял и посмотрел на Доктора.       — О-о, месье Дотторе! — притворная радость в глазах, широкая неестественная улыбка месье Марселя нисколько не расположили Дотторе к нему. — Я вас ждал.       — Я вас тоже ждал около фонтана.       — Извините, Доктор, не вышло прийти туда. Сегодня утром упал на лестнице, ударился коленом. Возраст, вы сами понимаете…       — Нет, не понимаю. Скорее всего, мне никогда вас не понять, — Дотторе сложил руки за спиной, слушая Марселя.       — Э-э, ну, да, — мужчина смущенно почесал затылок. — Да, я это и подразумевал, — он отвел взгляд, коротко рассмеявшись.       — Вы, кажется, хотели мне что-то сообщить? — Предвестник поднял бровь в ожидании.       — Да, давайте отойдем немного. Не хочу, чтобы нас кто-нибудь услышал. Вы же знаете, эти надоедливые репортеры везде, — Марсель взял Доктора за локоть и повел вправо. — Видите ли, — начал он, остановившись. — Подопытная Шестнадцать — объект очень интересный. Я очень рад, что вам удалось доставить ее сюда, в Фонтейн, однако я не уверен, что она сможет присутствовать на выставке в роли экспоната.       — Что вы имеете в виду?       — Я пробовал с ней разговаривать, — вкрадчиво говорил Марсель. — Она совсем не идет на контакт. Какая-то она… нелюдимая. Замкнутая. С ней что-то не так.       — Думаю, дело в вас, месье Марсель, — Дотторе чуть наклонил голову вбок.       — Э-э… во мне?       — Да, именно. Она общается со всеми, кроме вас. Может, вы сказали ей что-нибудь?       Марсель на полминуты замолчал, делая вид, что старательно вспоминает события вчерашнего вечера, когда впервые увидел Самайру.       — Нет, нет… не припомню ничего такого, — настороженно отвечал он. — Может, она сама по себе такая? Но как тогда она будет общаться с репортерами? Это ведь очень важно, Доктор.       — Важно? Мне казалось, что единственное, что для тебя истинно важно, Марсель, так это деньги и слава. Или я не прав?       По спине мужчины пробежал холодок. Марсель весь сжался.       — Ну, что вы, Доктор…       — Я прав или же нет?       Нельзя сказать, что Дотторе не прав, ведь тогда ты подвергаешь сомнению слова великого ученого Снежной, одного из Предвестников Фатуи. Но и нельзя сказать, что он прав, ведь тогда выставишь себя в плохом свете.       — Доктор, слава и деньги это, без сомнения, важно, и я хотел бы, чтобы подопытная Шестнадцать и наш с вами вклад в ее развитие принес мне мору в копилку и напечатал мое и ваше имя на первых страницах «Паровой птицы», но в данный момент это не самое главное.       Марсель умел подбирать слова, иначе бы он не достиг тех высот, которых достиг по итогу. Он — один из самых влиятельных людей в Кур-де-Фонтейне, его многие уважают, равняются на него. А еще он искусный лжец. Лишь единицы знают, что он подстроил убийство своего близкого друга и главы Спина-де-Росула Калласа.       — Хорошо. В таком случае, тебе не нужно беспокоиться о навыках коммуникации Самайры, Марсель, раз сейчас для тебя деньги не первостепенны, — Доктор ухмыльнулся, повел головой. Лицо Марселя приняло огорченный вид.       — Как скажете, Доктор, — разочарованно произнес мужчина, выдыхая и опуская голову.       — Пойдемте. Нам еще нужно подготовить наше место.       Шаг за шагом Доктор и Марсель приближались к кафе «Люцерна», где располагалось их место на выставке. В кафе сидело множество ученых из разных регионов. Они ели, пили, разговаривали о чем-то, но Дотторе считал подобное пустой тратой времени. Ничто не должно занимать ум ученого, кроме его изобретений и экспериментов.       — Это же… Дотторе? Предвестник Фатуи?       Мужчина обернулся. За его спиной стояли его давние знакомые из Мондштадта — Кэйа и Джинн.       — Он так изменился со своего последнего визита… — Джинн старалась говорить шепотом, чтобы не быть услышанной.       — Прошло много времени, — отвечал ей Кэйа. — Все мы изменились.       — Может, тогда это был не он? Я слышала, у него есть клоны…       — Может и так. Я не разбирался в этой теме.       — Собеседник он был не из приятных…       Дотторе хотел подойти к мондштадцам, но одернул себя. Ему нечего им доказывать. «Нужно готовиться к выставке», — сказал он себе и подошел к уже собранной палатке.       — Стол здесь, все документы нам принесут, — негромко перечислял Марсель, осматривая палатку. — Что же еще…       — Откуда выведут Самайру? — Предвестник подошел к мужчине из-за спины. Тот вздрогнул.       — Подопытную Шестнадцать выведут со стороны квартала Лионез, месье, где мы только что с вами были, — отвечал Марсель, не поворачиваясь к Дотторе. — Она сейчас еще в гостинице под присмотром персонала.       — Хорошо, — Доктор кивнул. — Надеюсь, все пройдет без казусов.       — О, Доктор, — лебезя, говорил Марсель, отвернувшись от стола к Предвестнику. — Я вам это гарантирую.       «Конечно же гарантируешь. От того, как пройдет выставка, зависит твоя доля», — подумал Дотторе, но вслух ничего не сказал.       Оставалось лишь ждать начала. Ведущими выставки был Лини, известный в Фонтейне иллюзионист. Дотторе был с ним знаком еще когда-то давно, когда он ребенком попал в приют Арлекино. Доктор помнил его как невероятно способного к обучению мальчика, однако ему не нравилось, что Лини всегда держал ухо востро и никому не доверял в доме. Он был умнее остальных детей, в связи с чем Арлекино приглядывала за ним особенно пристально. Он вел себя хорошо, но никто не знает, какие мысли были у него в голове.       — Фремине, младший брат Лини и его сестры Линетт, сегодня представит свою новую задумку для плавания под водой. Говорят, он соорудил новую модель гидрокостюма. Улучшенную. Якобы в ней всегда тепло, даже в холодных водах, — рассказывал Марсель, параллельно откусывая от купленной в «Люцерне» булочки кусочек слоеного теста. — Алхимик из Мондштадта будет выступать. Интересно, что он на этот раз придумал. Альбедо, кажется, его зовут. С ним опять, наверное, его бестолковая ассистентка будет. В прошлом году она проводила какой-то эксперимент, но в итоге уронила все склянки на пол. Все разбилось, и в итоге Альбедо ставил эксперимент повторно.       — Досадно, — коротко ответил Дотторе, наблюдая за улицей, наполнявшейся людьми.       — Еще бы. Представляю, как долго он обучал эту девушку аккуратно обращаться с колбочками и жидкостями, а в итоге все насмарку.       Предвестник повернул голову к Марселю.       — Я про ассистентку.       — А? — Марсель нахмурился в непонимании.       — Вероятно, она очень старалась сделать все правильно. Думаю, она очень расстроилась, когда у нее ничего не получилось. Если она добросовестно отнеслась к подготовке к опыту, то на это ушло много времени. Дни, недели, может, месяцы. Очень жаль. Наверное, она просто перенервничала.       Марсель даже перестал жевать на секунду, пытаясь понять, действительно ли Доктор сопереживает ассистентке Альбедо или говорит это просто ради разбавления беседы.       — Ну, да, — мужчина решил не перечить Предвестнику. — Я тоже ее очень жалею. Бедная девочка.       Дотторе сдержанно кивнул, поджал губы, мол, «бывает, все мы люди», а затем вновь вернулся к созерцанию улицы.       Спустя какое-то время Марсель продолжил свой монолог:       — Вообще, знаете, у нас в Фонтейне много толковых ученых. Без них мы бы не достигли такого величия, каким обладаем сейчас. И наш архонт, Фокалорс, очень много делает для своего народа. Знаете, каждое ее появление — словно спектакль смотришь. Она очень талантлива. Думаю, если бы она не была архонтом, а была бы обычным человеком, как мы с вами, то она стала бы актрисой.       Доктор поднял бровь в удивлении, но ничего не сказал.       — Она и месье Невиллет просто блестяще выполняют свою работу. Мне довелось присутствовать на их судах. Это нечто, правда. Заслуживает уважения. Их аргументы, факты, все так продуманно. В Фонтейне никогда не выносят ложных приговоров. Это еще и большая заслуга судебного механизма, этой могущественной машины. Рекомендую вам как-нибудь посетить одно из судебных заседаний месье Невиллета, Доктор. Может, и вам понравится. Обвиняемый даже может отстоять свою честь, если не согласен с приговором. Чтобы защитить себя, он может сразиться в дуэли.       — И все присутствующие смотрят на это?       — Да. Это же такое зрелище, Доктор!       Дотторе хмыкнул. Суды в Фонтейне напоминали ему одну из ветвей его деятельности, когда он был моложе.       — Всегда такая интрига. Пока смотришь на схватку, сидишь и думаешь, кто же одержит победу. Глаз не оторвать. Порой иногда бывают такие битвы, что аж дух захватывает, — Марсель наконец доел булочку и отряхнул ладони от крошек. — Кто-то находит это жестоким, но когда у обвиняемого нет выхода, кроме как сразиться, то, с моей точки зрения, дуэль в суде — это благодетель для человека. Некий свет в конце тоннеля. Но если он проиграет, то умрет. Суровые законы мира сего.       Довольный своим рассказом, мужчина поставил руки на талию, и гордым видом оглядел палатку. Словно только что сам выиграл в дуэли и победил в суде.       — Так, а где же наши документы? Полчаса всего осталось! — он снова осмотрел стол, будто там магическим образом должны были появиться нужные бумаги. — Опять никто не работает! Кого только понабрали на эту выставку! Вновь все самому придется делать… — Марсель насупился, бурча себе под нос. — Доктор, не волнуйтесь, я сейчас все принесу! Одна нога здесь, другая там.       — Я спокоен, — размеренно отвечал Предвестник. — Буду ждать вас здесь.       Марсель взволнованно закивал, а затем быстрым шагом удалился из палатки, оставив Дотторе в одиночестве. Закинув ногу на ногу, мужчина прочистил горло. Сегодня в Фонтейне была отличная погода, но одежда Предвестника не подходила под солнечные дни. Становилось жарко, и даже тень от тканевой крыши палатки не спасала. Хотелось протереть лицо чем-нибудь холодным, но желания снять маску у Доктора не возникало. При представлении Самайры публике Дотторе не должен был говорить практически ничего, вся речь была в распоряжении Марселя. Предвестник не слишком хотел говорить что-то в принципе, ибо до зевак на выставке вряд ли дойдет то, о чем именно он говорит, а Марсель наверняка сможет сформулировать все донельзя по-простому. И, скорее всего, он сможет выразиться так, что его имя действительно будет на первых страницах «Паровой птицы».

***

      — Добрый день, меня зовут Сангинетти, что желаете отведать? — Марсель подошел к стойке, за которой стоял учтивый официант.       — Здравствуй, будь добр два каких-нибудь прохладительных напитка, — мужчина огляделся по сторонам.       — Да, конечно. У нас есть праздничный сок, ягодная газировка, яблочный напиток, сок из волчьих крюков и Фонта.       — Давай один праздничный сок и один сок из волчьих крюков. С собой.       — Как скажете, месье, — кивнув, Сангинетти удалился на кухню передавать барменам заказ.       Спустя десять минут галантный официант вернулся и отдал два напитка Марселю. Тот поблагодарил его и вышел на улицу.       — Габриэль? — окликнул он молодого человека, стоявшего рядом со входом в «Дебор Отель».       — О, месье Марсель, — улыбнулся тут. — Вы здесь ровно в час и сорок пять минут, как и договаривались. Ваша тактичность поражает, месье Марсель. Все бы так вовремя приходили.       — Как я мог опоздать, Габриэль, — повел головой мужчина. — Ты принес документы?       — Да, конечно, — Габриэль показал Марселю нужные бумаги. — Здесь все: и соглашения, и правила выставки, и ваши обязанности, и возможные правонарушения со стороны публики описаны.       — Отлично, — кивнул Марсель. — А главный документ ты куда вложил?       Габриэль коварно улыбнулся.       — Главный документ я отдам вам отдельно, месье, — молодой человек потянулся к поясной сумке. — Вот возьмите. Аккуратно…       Он незаметно передал Марселю небольшой пузырек с голубоватой жидкостью.       — Воспользуйтесь им, как посчитаете нужным, месье, — кивнул Габриэль. — Это, все-таки, особенная бумага. Очень ценная и редкая.       — Конечно, Габриэль, — ответил Марсель. — Я все знаю.       — Пожалуй, лучше всех знаете, — молодой человек коротко рассмеялся.       — Твоя правда! — рассмеялся в ответ Марсель. — Я бы рад с тобой поговорить еще, но должен идти.       — Понимаю, — сказал Габриэль. — Тогда до встречи, месье Марсель.       — До встречи, Габриэль.

***

      — Какие-то проблемы с документами? Вы долго, месье Марсель, — Дотторе повернул голову к подходящему к палатке Марселю.       — Приношу свои извинения, Доктор! — мужчина торопливо поставил бокалы на стол. — Я зашел в ресторан, взял нам прохладительные напитки. Уж больно жарко сегодня. Для Фонтейна такой зной это редкость.       — Благодарю. Надеюсь, вы не помяли документы?       — О, нет, что вы. Я нес их осторожно. Все же бумаги важные, без них мы не сможем представить Подопытную зрителям. К слову, где она? Я думал, ее уже привели, — Марсель посмотрел на улицу. — Ну, еще десять минут в запасе. К нашему счастью, наша палатка не в начале выставки, поэтому, если даже Подопытная где-то задержится, то ничего страшного не произойдет.       — Не хотелось, чтобы ее кто-нибудь задержал, — покачивая ногой, говорил Предвестник.       — Не волнуйтесь, месье Дотторе. У нас в Фонтейне все всегда на высшем уровне! Если не будет каких-то форс-мажоров, то Подопытную приведут вовремя. О, а это, кажется, она там? — Марсель посмотрел в сторону закусочной Луи.       Вниз по склону Самайру вели под руки двое мужчин. У девушки были завязаны глаза, выглядела она бледнее обычного. У Дотторе внутри что-то сжалось при виде нее.       — Ну наконец-то! — Марсель вышел из палатки. — Сюда, сюда! — крикнул он жандармам, ведущим Бхаттар. — Ну же, побыстрее! Поторопитесь, выставка вот-вот начнется!       Жандармы передали девушку Марселю. Тот поспешно повел ее в палатку.       — Давай, вставай сюда, — он подвел ее к помосту. — Ты у нас самый настоящий живой экспонат! Только веди себя подобающе, будь тихой. Вставай. Вот так… — Марсель осмотрел Самайру. — Да, отлично стоишь, вот так и стой всю выставку. Тебя ввели в курс дела?       Девушка промолчала, лишь сцепила ладони перед собой в слабый замок.       — Я кого спрашиваю? Отвечай! Ты так и будешь молчать мне в ответ? — Марсель нахмурился, ставя руки на талию.       Самайра опустила голову. Она явно не хотела говорить с мужчиной.       — Ай, ты!.. Послушай, надеюсь, ты обо всем знаешь. Ничего говорить тебе в любом случае не нужно, я все сделаю за тебя. Просто стой прямо и радуй глаз зрителей, — говорил Марсель. — Я сейчас отойду, а ты стой здесь, не уходи никуда.       Мужчина быстрым шагом направился к кафе, желая купить себе перекус на время выставки. Бхаттар выпрямила руки и глубоко вздохнула, жалостливо свела брови к переносице.       — Самайра? — негромко позвал ее Доктор. Та подняла голову.       — Дотторе? — с надеждой в голосе спросила она. — Ты здесь?       — Да, — подтвердил Предвестник. — Я всю выставку буду здесь. Тебе не о чем беспокоиться. Все пройдет как следует. Слушайся месье Марселя.       — Но зачем? Я не понимаю, что здесь происходит…       — Слушайся месье Марселя, — тверже повторил Дотторе. — Это единственная моя просьба к тебе на сегодня.       Вскоре Марсель вернулся с новой булочкой в руках.       — Очень вкусная здесь выпечка! — сказал он, показывая покупку Доктору. — Не желаете попробовать, месье Дотторе?       — Нет. Спасибо.       — Как знаете, месье, — пожал плечами мужчина. — Взгляните, Доктор! Там на одной из башен стоит Лини!       Дотторе вышел из палатки и поднял голову. На синей башне, возвышающейся около кафе, стоял искусный иллюзионист Фонтейна.       — Лини! Это великий Лини! — кричали дети на террасе кафе, хлопая в ладоши.       — Лини появился! И как он только туда забрался? — спросил один из мимо проходящих мужчин у своей жены.       — Он же фокусник, милый, — ласково ответила та. — Он может все.       — Лини! Привет, Лини! — махали руками иллюзионисту зрители.       Фокусник снял с головы шляпу, прокатил ее по надплечьям, а затем надел обратно, поднимая руки вверх в знаке приветствия:       — Добрый день, дорогие фонтейнцы и гости нашего региона! Добро пожаловать на фонтейновскую выставку изобретений! Рад всех вас здесь видеть! — зрители начали аплодировать. — На сегодняшней выставке обязательно посетите всех ученых, взгляните, на что способны труд и терпение, а так же не забудьте перекусить в кафе «Люцерна» или в закусочной Луи! Уверен, что вам обязательно понравится все то, что вы сегодня увидите.       — Какой же он замечательный… — мечтательно вздохнула девушка их толпы, глядя на фокусника.       — Сегодня меня сопровождает моя великолепная ассистента — Линетт! Эй, Линетт, ты где там? — Лини подошел к краю крыши и посмотрел вниз. Из-за кафе грациозно вышла сестра Лини, приветствуя публику кивком головы.       — Вот же и она! — иллюзионист ладонью показал на сестру.       — Будто из ниоткуда появилась… — шептались люди в толпе, смотря на изящную Линетт.       — Кажется, мне стоит спуститься к вам, чтобы ничего не пропустить. С башни, конечно, все прекрасно видно, но мне лучше с моими любимыми зрителями! — Лини отошел от края крыши и щелкнул пальцами.       — Он что, спрыгнет? — шепот снова прошелся по толпе.       — Ого, да вот же он! — громко сказал кто-то, указывая на фокусника, появившегося рядом с сестрой.       — Как он так…       — Мастер своего дела!.. — восхищались люди, глядя на Лини с обожанием.       — Не без вас и минуты, дорогие зрители, — поклонился людям Лини. — Мы с моей ассистенткой тоже пройдемся по выставке. Составим вам компанию и насладимся великими изобретениями тейватских ученых!       Все захлопали в ладоши. Марсель тоже.       — Какой загадочный паренек! — с улыбкой произнес он. — И как он так умеет? Подумать только! Поговаривают, детство у него было не из легких.       Дотторе промолчал, размеренно хлопая Лини. — Ладно, сейчас остается только ждать гостей, — Марсель прошел в палатку и сел на кресло. — Ох, колени мои, колени…       Так как палатка Марселя и Дотторе находилась в середине выставки, первый час людей практически не было. Те, кто проходил мимо, бросали незаинтересованный взгляд на Самайру и шли дальше по своим делам, однако спустя час гости выставки начали подходить к палатке.       — А это, дорогие друзья, очень необычный экспонат, — гид на выставке подвела людей к Самайре. — Это самая настоящая живая девушка. Ее представляют месье Марсель, очень уважаемый человек во всем Фонтейне, а также великий ученый из Снежной месье Дотторе, — женщина указала на Бхаттар.       — Да, добрый день, дорогие гости, — Марсель поднялся с кресла и вышел к людям. — Позвольте рассказать вам об этой замечательной девушке, которую вы видите перед собой. Ее зовут Шанталь. Эта восхитительная девушка давно увлечена наукой, и решила помочь нам сделать один невероятный вывод о природе Фонтейна. Как вы, наверное, знаете, существует великое предание, что Фонтейн однажды затопит вода Первозданного моря, растворив всех жителей Фонтейна. И, к сожалению, это правда!       — Что?! — недоуменно спросила одна из женщин-туристок.       — Да-да! Слышали что-нибудь о пропадающих без вести девушках? — многие в толпе закивали. — Так вот! Мы с главным детективом Фонтейна провели исследование, однако эти девушки словно испарились. Тогда я позвал на помощь моего давнего знакомого — месье Дотторе. Тот с радостью согласился помочь нам ради всеобщего блага, — Марсель указал на Доктора. Тот кивнул в знак приветствия. — Вследствие долгих экспериментов мы выяснили, что все эти девушки растворились в воде! Воде Первозданного моря.       — Какой ужас…       — Что же это такое… — качали люди головой.       — Представьте себе! Мы все это время думали, что за исчезновением бедных девушек стоит грозный и опасный преступник, но за этим стоит вода, — закивал головой Марсель. — Тогда мы с месье Дотторе подумали: а можно ли как-то вернуть этих девушек к жизни? Времени у нас было мало. К сожалению, пока мы пытались что-то сделать, вода погубила еще не одну жизнь…       — Уф-ф… Бедняги… — один из мужчин в группе поджал губы в сожалении.       — Но взгляните на Шанталь! Она сейчас здесь, с нами! — Марсель отошел чуть в сторону, чтобы все смогли увидеть Самайру.       — Она что…       — Это она?..       — Она возродилась?!       — Да-да! Все так! Мы с месье Дотторе сделали настоящий прорыв в науке! Это нев… — Марсель вдруг закашлялся. — Извините… — он спешно подошел к столу, где стояли бокалы, и сделал несколько глотков сока из волчьих крюков.       — Ничего-ничего! Мы представляем, как вы волнуетесь, месье Марсель! — восхищенная девушка удивленно смотрела на «Шанталь».       — Спасибо большое. Стало легче, — с улыбкой на лице кивнул Марсель. — Продолжим наш рассказ…       — Я тоже, пожалуй, попью, — произнес Дотторе, поворачиваясь к столу.       — О, да, конечно, месье Дотторе. Жители Снежной совсем не привыкли к палящему солнцу, а? — Марсель посмотрел на Доктора. Тот ничего не ответил. — Это действительно невероятно, согласитесь. Шанталь, прошу, выйди сюда, — мужчина подошел к Самайре и помог ей спуститься с помоста.       — А почему у нее глаза завязаны? — спросил мальчишка из группы, озадаченно смотря на Марселя.       — Венсан, а сам-то как думаешь? — отвечала мальчику его мать. — Бедная девушка столько времени провела не в этом мире. Она отвыкла от солнечного света.       — Вы все так верно подметили. Вы изобретательница? — Марсель улыбнулся женщине, выводя Бхаттар из палатки к людям.       — Я? Нет, я домохозяйка, — польщенно ответила женщина, склоняя голову.       — Органы чувств Шанталь сейчас очень чувствительны. Ее зрение, слух, тактильность. Сейчас лучше не раздражать ее. Нужно время, чтобы она снова привыкла к земным ощущениям, — объяснял Марсель.       — Если вы вдруг не верите месье Марселю и месье Дотторе, то я могу сказать, что сам видел, как люди растворяются в воде Первозданного моря, — к палатке подошел жандарм, складывая руки на груди. — Добрый день, месье Марсель, месье Дотторе.       — Тьерри, здравствуй! — мужчина улыбнулся знакомому. — Этот молодой человек тоже помогал нам в расследованиях.       — К сожалению, в ходе расследования погиб мой товарищ. Он докоснулся до воды Первозданного моря. Однако, именно благодаря ему мы заподозрили, что дело именно в воде, — Тьерри снял головной убор с головы.       — О-о, примите наши соболезнования, — сказал парень из толпы.       — Спасибо большое, — кивнул Тьерри и повернулся к Марселю. — Ладно, месье Марсель. Меня еще ждут дела. До встречи, месье Марсель, месье Дотторе.       — А ведь действительно, одну из пропавших девушек зовут Шанталь… — проговорил кто-то в толпе.       — До встречи, хранитель порядков, — попрощался с жандармом Марсель. — Итак, дорогие друзья, продолжим…       Дотторе почувствовал резкий жар в теле. Сердце забилось чаще, к горлу подступил ком. Голова начала кружиться. Доктор глубоко вздохнул и медленно выдохнул. Начала подкатывать тошнота. Предвестник заметил, что пальцы ладоней слегка подрагивают. Было принято решение сесть в кресло. Пока Марсель увлеченно рассказывал о несуществующей Шанталь группе людей, Доктор облокотился на бархатную спинку кресла, закрыл глаза.       — Дотторе…       «Хорошо, что благодаря маске не видно, что я отдыхаю…» — подумал Предвестник, устало выдыхая.       — Дотторе…       «Да что же такое… — силы будто покидали тело Доктора. — Надо собраться…»       — Дотторе!..       Предвестник открыл глаза. Он оказался не на выставке. Это был его домик в Сумеру, где он проживал во время обучения в Академии. Тот же небольшой стол, заваленный книгами, деревянный стул, у которого была сломана ножка и Дотторе приходилось чинить его время от времени, и тканевая сумка, в которой он носил учебники на занятия.       — Дотторе! Долго тебя ждать? — из-за входной двери послышался голос. Такой знакомый голос. — Дотторе!       — С-сох…ре? — дрожащим голосом произнес Предвестник, взявшись за круглую ручку двери. — Сохре! — душа встрепенулась, готовая вылететь из груди. — Сохре! Любимая, я здесь!       Доктор махом распахнул дверь, но за ней никого не оказалось. Он вышел на улицу, огляделся по сторонам. Никого.       — Сохре! — прокричал он. — Сохре! Я здесь! Пожалуйста, вернись!       — Сохре? — знакомый голос из-за спины. — Кто такая Сохре?       Мужчина резко обернулся. Перед ним стояла Самайра, его подопытная.       — Самайра…       — Кого ты звал? — девушка озадаченно склонила голову вбок. — Кто такая Сохре?       — Меня звала Сохре. Ты разве не слышала, как она кричала «Дотторе! Дотторе!»? — Предвестник разочарованно посмотрел на лицо Бхаттар.       — Нет. А кто такой Дотторе? — Самайра прислонила указательный палец к губам.       — Дотторе? Это же я! Я — Дотторе! — Доктор указал на себя, не понимая, что происходит.       — Ты — это Дотторе? Но ты же Зандик! — воскликнула девушка, удивленно смотря на Доктора.       — Что?.. — Предвестник оглядел себя. Зеленая мантия, маски нет, короткие волосы… — Нет, нет, нет!..       — Так кто такой Дотторе? — повторила свой вопрос Самайра.       — Зандик! — чей-то голос эхом прошел по улице. — Вы отчислены с даршана Амурта!       — Зандик! Как же наш пикник?       — Это был Зандик! Этот сумасшедший! Это он убил Сохре!       — Нет, — Дотторе схватился за голову. — Нет!.. Это был не я!..       — Зандик! Зандик! Зандик! Зандик! Зандик! — голоса со всех сторон окружали Предвестника, оглушая. — Позор! Позор! Позор! Позор! Позор! Вон отсюда! Уезжай! Уходи! Не возвращайся! Сумасшедший! Безумец! Уходи! Нарушитель законов! Отщепенец! Убийца!       — Нет! — закричал Зандик, упав на колени. — Я не убивал Сохре!       — Это… Самайра?       — Я не трогал Сохре, я люблю ее!       — Это же Самайра! Наша девочка! Мадху, посмотри!       — Я не… Я не… Я…       Дотторе чувствовал, что начинает задыхаться.       — Преступники! Это вы украли Самайру! — разъяренно кричал мужской голос. — Отдайте нам нашу дочь!       — Папа! — руки Бхаттар потянулись к повязке на глазах. — Папа, это ты?       — Мужчина, успокойтесь! — Марсель отчаянно загораживал путь мужчине. — Это не ваша дочь, это Шанталь!       — Абхей! Это наша дочь! Пустите!       — Женщина, подождите!       — Мама!       — Что происходит… — группа посетителей выставки недоуменно гудела. — Что случилось…       — Мама, папа, заберите меня! — на глазах девушки выступили слезы. — Это я, Самайра! Они удерживают меня силой!       — Охрана! Охрана! — кричал Марсель. — Да где все жандармы! Приведите сюда меков!       Послышался топот. Самайра обернулась. Полчища механических жандармов приближалось к палатке.       — Отойдите!       — Кэйа, осторожнее! Один слева! — Джинн достала из-за спины меч.       — Кандакия, — Сайно взял девушку за руку. — Не иди туда, это опасно.       — Я справлюсь, — ответила та, кивая головой.       — Вот это будет нонсенс! — к месту схватки подбежала Шарлотта с блокнотом в руках, записывая все, что она видит. — Герои со всего Тейвата участвуют в борьбе с фонтейновскими меками…       — Скажи сумерским ученым уйти к гостинице! — крикнула Кандакия Сайно, доставая меч. — Уведи их!       — Да сохранит нас Владыка Камня… — Янь Фэй взмахнула рукой, и в воздухе появилась волшебная книга-катализатор. — Происходящее здесь точно выходит за рамки законов Фонтейна…       — Дядя Марсель? Что здесь творится? — к палатке подбежала взволнованная девушка в желтом платье.       — Навия, уходи! Эти ненормальные пытаются забрать нашу Шанталь! — крикнул девушке Марсель.       — Может, хватит обманывать людей, месье Марсель? — Кэйа, тяжело дыша, приблизился к палатке. — Эта девушка была незаконно похищена вами, и никакая она не Шанталь. Вы в погоне за богатством привели ее сюда, приказав притворяться той, кем она не является. Я отлично знаю мистера Дотторе, и в его голове нет ничего, кроме изящного притворства и безумных идей. Вы хоть знаете, с кем имеете дело? Он погубил столько невинных жизней в своей лаборатории. Поверьте мне на слово, жизнь Самайры он тоже погубил бы.       — Юноша, прекратите нести чушь! — Марсель ужасно злился. — Эта девушка — та самая Шанталь, которая пропала несколько лет назад! Просто ее память нестабильна, а вы ее путаете!       — Сам-майра… — почти неслышно прошептал Дотторе, откинув голову на спинку мягкого стула. — Самайра… помоги мне…       Девушка обернулась. Между ее родителями, Кэйей и Марселем завязалась словесная перепалка, остальные, включая Навию, боролись с меками, никто не обращал внимания на Бхаттар. Она незаметно порхнула к Предвестнику, присев около него.       — Дотторе? — Самайра взволнованно взглянула на лицо Предвестника. — Что с тобой, Дотторе? — она положила ладони на холодные щеки мужчины.       — Самайра… — Доктор взялся за запястье девушки и сжал его. — Не уходи. Пожалуйста, не покидай меня…       — Я здесь, Дотторе, я здесь, — негромко повторяла она, оглядываясь по сторонам. — Нам нужно уходить. Что с тобой?       — Марсель, он… он обманул меня, Самайра, — Предвестник приподнял голову. — Там… твои родители?       — Да. Это мои мама и папа, — кивнула девушка.       — Хах… — болезненно ухмыльнулся Доктор. — А я говорил, что тебя не найдут… Выходит, я ошибался…       — Дотторе, пожалуйста, вставай. С тобой что-то не так, нам лучше уйти отсюда. Этот гнусный Марсель сейчас сдастся и приплетет к делу и тебя тоже.       — И он будет прав, однако… — Предвестник медленно сел. — Это все я сотворил. Своими руками, представляешь, Самайра?       — Дотторе, вставай, прошу, — Бхаттар потянула Доктора на себя. — Пойдем же скорее.       — Давай туда… направо.       Самайра, взвесив на себя практически всего Дотторе, потащила его в сторону Водного вокзала. На улицах почти никого не было, кроме продавцов, спешно сворачивающих свои ларьки, и пуделей. Несколько мелюзин в припрыжку сновали туда-сюда, явно не понимая, что им стоит делать.       — О, какой кошмар, какой кошмар! — причитала одна из малышек, размахивая короткими руками. — До спасет наши души великая Фокалорс!       — Нам нужен… подъемник, — Доктор постепенно приходил в себя. — Он отвезет нас к аквабусу, а дальше мы можем сесть на корабль до Сумеру.       — Как скажешь, — девушка направилась в сторону круглого подъемника, надеясь, что меки не догонят их. Дотторе все еще тяжело дышал и не мог нормально идти.       — Я никогда бы не подумал, что попрошу помощи у своей подопытной, — признался тот. — Я выгляжу так нелепо и жалко.       — Не говори так, — проговорила Самайра. — Ты не выглядишь глупо. Всем нам иногда нужна помощь.       — Марс бы убил меня на месте, — делая шаг, Предвестник поморщился. Ноги не слушались.       — Лучше не вспоминать сейчас о нем. Он далеко.       — Он далеко, да, — произнес Доктор. — Надеюсь, у них с Флавием все в порядке.       — Надеюсь, — Бхаттар и Дотторе подошли к подъемнику. — Тебе все еще нехорошо?       — Как видишь, — ухмыльнулся мужчина.       — Но что произошло? — девушка пыталась заглянуть в глаза Дотторе.       — Я сам не знаю. Скорее всего, что-то было в том напитке, который принес мне Марсель. Жалкий плут. Мне стоило быть осторожнее с ним.       — Тебе не стоило приезжать сюда.       Предвестник поднял взгляд на Бхаттар. Та выглядела взволнованно.       — Ты чего, Самайра? — Дотторе докоснулся кончиками пальцев до щеки девушки. — Ну же, ты почему голову опустила?       Самайра повела плечом.       — А ты все-таки не всесильный, — негромко проговорила она. — И не всегда такой грозный, каким пытаешься казаться в Снежной.       Доктор выдохнул, отводя глаза. Он не знал, как правильно реагировать на слова девушки.       — Подъемник приехал, — только и сказал он, когда перед ними открылись двери. — Пойдем.       Бхаттар и ее спутник зашли в кабину. Двери шумно захлопнулись, и подъемник поехал наверх. Голова Предвестника еще немного кружилась, но мысль о том, что вскоре он покинет Фонтейн, грела сердце.       — Выходи, только осторожно, — Самайра аккуратно вывела Доктора из кабины и повела его к остановке аквабуса. — Здравствуйте, а когда отправляется аквабус?       — Через две минуты, мадмуазель, — ответила ей мелюзина, стоящая около информационной доски.       Подойдя к стене здания, девушка отпустила Дотторе. Тот облокотился спиной о камень, расслабленно выдыхая.       — Вот все и закончилось, да? — улыбнулся мужчина. — Уезжаем домой. Сейчас быстро доедем до порта, а дальше обратно в Снежную.       Самайра снова опустила голову, отводя взгляд и пряча руки за спиной.       — Я не поеду с тобой, Дотторе.       К Доктору будто за секунду вернулся рассудок. Он выпрямился, отряхнул накидку, посмотрел на Самайру.       — Что? Почему?       — Здесь мои родители, — сказала девушка, заглядывая в глаза Доктора. — Я не оставлю их.       От услышанного у Дотторе в правом ухе зазвенело. Или не от этого? Впрочем, важен ведь сам факт, верно? Зазвенело в ухе. «Наверное, это от того сока», — Предвестник мотнул головой, пытаясь прогнать звон.       — Извини. Мне пора идти.       Самайра медленно попятилась назад, смотря в пол, а затем обернулась и быстрым шагом направилась к подъемнику. Дотторе какое-то время смотрел ей вслед, но потом внезапно рванул с места.       — Самайра! Подожди, — он подбежал к ней. Девушка уже успела нажать на кнопку вызова подъемника. — Подожди, не уходи…       — Дотторе, прошу, — она свела брови к переносице в мольбе. — Прошу, не забирай меня. Я наконец освободилась от твоих оков. Пожалуйста, давай расстанемся мирно.       Предвестник посмотрел в глаза девушки, зеленые, как лес Авидья в летнюю пору. В них маленькими каплями отражался солнечный свет. Кажется, мужчина совсем забыл, что глаза человека могут блестеть или светиться от каких-либо чувств. Набрав в грудь воздуха, Дотторе произнес:       — Хорошо. Я тебя больше не потревожу.       Самайра благодарно, но натянуто улыбнулась. Она боялась человека, стоящего перед ней, и ничего не могла с этим поделать. Сердце внутри рвалось на части от той мысли, что она прощается с Предвестником навсегда. Несмотря на непреодолимый страх, Бхаттар что-то тянуло к Доктору. Рядом с ним она чувствовала себя исключительной. Исключительным образцом для очередного эксперимента… Таких по всему Тейвату не сыскать.       — Извини меня, если сможешь, — произнес Дотторе и сделал шаг к Самайре.       Обхватив ее лицо руками, он наклонился к ней, коснувшись губами ее губ. Девушка оторопела, испугалась, но не отпрянула, лишь закрыла глаза, не понимая, сон это или реальность, а если реальность, то нравится ли ей то, что происходит с ней в данный момент. Поцелуй Доктора оказался легким, мимолетным, случайным и несколько импульсивным. За целой маской Самайра видела разбитого внутри человека, но все еще узнавала в нем Второго Предвестника Фатуи. Он поцеловал ее, потому что ему захотелось ее поцеловать. Мнение девушки он не учел. Бхаттар посчитала, что в этот раз это даже к лучшему.       — Прощай, — тихо произнес Дотторе, отстранившись.       Самайра зашла в кабину подъемника, нажала нужную кнопку. Массивные двери закрылись. Доктор слышал, как подъемник поехал вниз. Приложив ладонь к зеленым дверям кабины, мужчина сжал руку в кулак. Он не мог поверить, что она уехала.