Глава 21. «Aquila muscas non captat»
3 октября 2023 г., 11:16
— Ты хочешь, чтобы я собрал новую команду для экспедиции? — Капитано подошел к своему рабочему столу, доставая из верхнего ящика листки белой бумаги.
— Именно, — кивнул Дотторе. — Много людей нам не нужно, только на самые важные роли. Капитан, штурман, несколько матросов, кок.
— Ясно, — коротко ответил Предвестник, отворачивая голову к окну. — Кого-нибудь еще берешь?
— Со мной в путь отправятся Марс и Флавий. Эта поездка неразрывно связана с тем делом, которое было поручено выполнять моим клонам.
— В таком случае, тебе могут понадобиться солдаты, — Капитано посмотрел на Дотторе, а затем взял со стола черное перо, готовясь писать новое поручение.
— Не стоит, — покачал головой Доктор. — Мы не хотим привлекать внимания.
— Как знаешь, — Предвестник отодвинул стул, сел и обмакнул перо в чернильницу. — Все будет сделано.
— Спасибо, — Дотторе развернулся, направился к выходу, но вдруг резко остановился. — И, Капитано, — мужчина повернулся к фигуре, сидящей за столом. — Выдай матросам оружие. На всякий случай.
***
Девушка, махнув головой в попытке убрать волосы с плеч, выпрямилась, размяла шею. За время, проведенное вне стен Академии, она забыла, что такое натянуть тетиву и зорким взглядом испепелять цель. Она нервно сглотнула, выдохнула. Судья должен был вот-вот сообщить участником о начале соревнований по стрельбе из лука. Прошло несколько месяцев после побега Самайры от Дотторе. Она не понимала, однако, считается ли это побегом — она ведь не убежала от него, а неспеша дошла до лифта и уехала на нем восвояси. Получается, Предвестник сам разрешил ей уйти? Трудно сказать. Если это действительно так, то какой смысл было держать Самайру взаперти так долго? И что же он все-таки сделал с ней? А как сейчас поживают клоны? Нашелся ли Амплий?.. Бхаттар не беспокоили воспоминания о пережитым. Она спала по ночам, училась, ходила гулять с друзьями — одним словом, все было так, словно Самайра и Сандроне никогда не встречались, словно на девушку не нападал Марс, словно все это было дурным сном… Единственное, что немного волновало Самайру — это то, что о своих воспоминаниях она не могла рассказать. Когда девушка вернулась в Сумеру, к ней в комнату ворвался ее друг Маду: — Ты! — крикнул он, указывая на девушку пальцем. — Ты! Ты хоть знаешь, как мы волновались? — Маду подошел к кровати, где сидела Самайра, и взял ее за плечи. — Ты где была так долго? Что было с тобой? — Маду, — с легкой улыбкой произнесла Бхаттар. Она скучала по другу. — Не переживай, сейчас же все в порядке. Просто… возникли непредвиденные трудности. — Трудности?! Тебя не было… а кто знает, сколько тебя не было! — на эмоциях тараторил он. — Мы все тут чуть с ума не сошли! — Ну все, все, — рассмеялась девушка. — Теперь-то я снова с вами. — Да уж! — рукавом мантии Маду вытер пот со лба и присел на постель рядом с подругой. — А ну-ка рассказывай, что с тобой было. Самайра посмотрела на стену напротив себя, сложив руки на коленях. Тяжело вздохнула, морально готовясь к тяжелому и долгому повествованию. — Все очень непросто, Маду, — начала она, слегка увиливая от ответа. — Жизнь такая вещь, что… — Ага! Узнаю нашу Самайру, — закивал парень. — Ты ей слово, она тебе десять. Давай к сути ближе, а то у меня сейчас сердце из груди выскочит! — В общем, — девушка вновь тихо рассмеялась. — Помнишь день, когда я с группой отправилась в экспедицию? — Конечно помню, спрашиваешь еще… Тогда ты и пропала. Как рыба в воде. — Как рыба в воде? — Ну да. Рыбы в воде пропадают, их не видно. — Маду! Фразеологизм «как рыба в воде» имеет другое значение, — Самайра посмотрела на друга. Тот частенько употреблял фразы в неверном смысле. — Да ниче! Ты еще скажи, что высказывание «рыбу сделать» это не про готовку. Девушка закрыла лицо руками. Несколько непослушных прядок выбились из общего порядка на голове. — О, Маду, я так скучала по тебе, — Бхаттар по-доброму улыбнулась другу, переводя взгляд на него. — Мне очень не хватало твоего юмора. — Так я не шучу! — пожал плечами тот. — Я реально говорю так. — Я знаю! — задорно ответила девушка. — Поэтому и признаюсь, что мне тебя не хватало. Маду чуть отклонился от подруги, прищурил глаза, с подозрением глядя на Самайру. — Ты че, пьяная? — спросил он, все так же оглядывая ее. — Нет! С чего ты взял? — та покачала головой, приподняв бровь. — Опять эти твои штучки… — Дрючки! Давай это, дыхни, — парень подставил лицо прямо к носу Бхаттар. — Дыхни, дыхни, я слушаю. Самайра положила свою ладонь на лицо друга и отодвинула того от себя. — Слушает он… — закатила глаза девушка. — Я тебе не духи. — Ты не духи, но тебя тоже надо слушать, — повел плечом Маду. — Видишь, какая аннотация. — Аллюзия, а не аннотация, — Бхаттар опустила голову. — Да нормально, у меня аннотация будет. — Смотри, чтобы профессор Ночуи тебе ничего не сказал. — Да че мне дед этот? — Маду изогнул бровь. — Он уже не алло, уже не следит за нами. Придет, отчитается и уйдет. — И все же я помню, как он ходил по коридору и причитал, что ты все пропускаешь мимо ушей, — Самайра улыбнулась. — Ну, это ж не мои проблемы! — пожал плечами парень. — Он сам усложняет себе жизнь тем, что слушает мои ответы на его вопросы. Девушка прыснула, поднимая брови вверх. Маду, конечно, вряд ли считал, что профессор Ночуи сам выбирает слушать его. Никто из преподавателей не любил слушать Маду… тот постоянно лил воду, и получить хоть какую-нибудь дельную информацию из его докладов или других работ было довольно затруднительно. — Ладно, хватит обо мне, — друг махнул рукой. — Рассказывай давай, что с тобой было. Без твоих откровений я отсюда не уйду! Кроме того, что ты в своих экспедициях была как рыба в воде. Бхаттар вновь сложила руки на коленях. Опустив взгляд в пол, она думала, что именно ей стоит сказать. И стоило ли вообще говорить? Поверил ли ей Маду? Хотя, он верит в то, что Луна сделана из сыра… — Ну-у? Чего молчишь? — парень наклонил голову, пытаясь заглянуть в глаза подруги. — Собираюсь с мыслями, — ответила та, поворачиваясь к Маду. — Да что тут думать! Скажи, что у тебя на сердце. — Было бы это так просто… — А-а, ты всегда все усложняешь, Самайра, — Маду почесал подбородок. Стоит ли говорить о том, что делал Доктор и какие видения были у нее? Самайра сама толком не знала, каких конкретно целей добивался Дотторе. Он что-то делал, но… что? Девушка взглянула на окно. Понимание того, что она так и не выясняла, зачем она понадобилась Дотторе, камнем оседало на душе. Так много слов было о великих экспериментах и о том, куда мог послать Бхаттар Предвестник, однако всего этого не случилось. К счастью или к сожалению? Еще в самом начале заточения в Снежной девушка бы подумала, что к сожалению, но сейчас… она не может знать. Воспоминания бледными пятнами сменялись одно за другим в голове Самайры, будто давая ей шанс на рассказ другу о произошедшем, о приоткрытии своего сердца ему, но они были так туманны, что выудить из них что-то было практически невозможно. Лес, обрыв, озеро, синий яркий свет… Что все это было? Это был сон? Явь? Бред? Могла ли черная вязкая субстанция поглотить Самайру и все, что она видит сейчас… это настоящее, реальное или уже придуманное кем-то за нее? Ее ли это руки, тело, глаза, которыми она смотрит на мир? Существует ли Самайра Бхаттар до сих пор? Или же ее тело осталось там, в лаборатории Снежной, а душа сбежала назад, в Сумеру? Амплий, Флавий, остальные клоны… сам Дотторе… все это могло быть реальным? — Я не знаю, Маду, — негромко проговорила девушка. — Ну же, тебя так долго не было, — друг свел брови к переносице. — Ты мне не доверяешь? И правда. Где могла еще Самайра быть, если не в пристанище Фатуи? Только там. Она не могла так долго ходить по лесу, смотреть на воду или бежать от огня. Хотя, тогда бы черной субстанции было бы объяснение — можно было бы счесть ее за грязь после сильного дождя. Много кто ходит по влажной земле, каждый стаптывает ее и она чернеет, превращается в вязкое нечто. — Прошу прощения за вторжение в твое личное пространство. — Говоришь так, будто не делал этого раньше. — Делал. И все же, извиниться я перед тобой волен. — Я знаю, что я ушла. Ты не умеешь держать свое сердце на замке. — Ну, я догадывался, что ты уже обо все знаешь. Не глупая ведь. — Не глупая? Если бы я не была глупой, я бы уже давно догадалась, зачем ты держишь меня в этой клетке. Самайра резко подняла голову. События в памяти никак не складывались в одно целое. Будто амнезия. Словно что-то было, но знает она это только по рассказам посторонних. Дотторе… опять ее опередил. Он знал, что она уйдет. Он дал ей уйти. Только вот было ли это частью его плана? — Маду, извини, — девушка поднялась с кровати. — Извини, я не могу. — Ладно, — слегка недовольно проговорил друг. — Я знаю, тебе нужно время. Встретимся еще сегодня вечером в таверне. Там будут еще твои одногруппники. Ну, бывшие, получается. Речи о восстанлвлении Самайры на тот же курс даже не шло. Слишком много учебного материала пропущено, слишком много времени упущено. Сейчас она стояла рядом с другими учениками Академии, держа в руке лук, но она не участвовала в конкурсе. Она просто стояла рядом. Ей просто разрешили потренироваться. Она теперь не одна из них. — Уходи! Ты больше не можешь быть одним из нас! — Пожалуйста… — Уходи! Уходи с позором! — Прошу, дайте мне шанс!.. Дни шли один за другим. Все медленно, но верно возвращалось на свои места. Самайра ходила в таверну, гуляла по ночному Сумеру с Маду, проводила время в библиотеке, посещала занятия по стрельбе из лука. Все было, как до ее похищения. Все, за исключением странных снов. Они отличались от видений Снежной, это было совсем не то. В одной книге девушка вычитала, что сны — это отражение человеческих воспоминаний, но каждый раз после подобных сновидений Бхаттар просыпалась в поту. Вчерашней ночью ей снился завораживающий горный пейзаж. Она стояла около подножия холма, где-то вдалеке ненавязчиво играла дудочка. Легкий ветер обдувал девушку со спины, задевая край ее туники и улетая куда-то дальше. Уже почти стемнело, и несколько маленьких звездочек возникли на синем небе, окружая белую круглую Луну. В длинной траве неторопливо зажигались светлячки, то взлетая вверх, то садясь обратно на землю. Самайра обернулась, смотря на вершину холма, поросшую зеленью. Там, около обрыва, стояла знакомая фигура, придерживающая рукой соломенную шляпу на голове. Бхаттар решила подняться к фигуре. Придерживая подол туники, она начала подниматься вверх. Травинки шуршали под ногами, острыми кончиками задевая нежную кожу. — Амплий? — окрикнула девушка человека на вершине. Тот обернулся. Перед Самайрой стоял один из клонов Дотторе. Амплий смотрел на девушку, не выражая никаких эмоций. — Амплий, как ты? Мы так давно не виделись, — ускорив шаг, Бхаттар подбежала к клону. — Такая яркая звезда на небе, — произнес он беспристрастно, смотря Самайре за спину. Девушка, встав перед Амплием, взглянула на небо. Звезды мерцали, горели. Безоблачное небесное полотно позволяло им это. — Я тоже восходящая звезда, — сказал Амплий. — Я как они, — он указал пальцем на звезды. — Я один. — Амплий, ты не один, — ответила ему Бхаттар. — Ты не… — она обернулась. За ее спиной уже никто не стоял. — Ты не один… Был еще сон. В нем Самайра шла по длинному коридору, ведшему от лаборатории Дотторе к первому этажу. Девушка поднялась по лестнице, дошла до прохода, ведущего к гардеробу. Ей стало холодно, она решила взять чье-нибудь пальто. Подойдя к стойке, она постучала по стене, чтобы привлечь внимание персонала. — Самайра? — из темноты гардероба вышел Флавий. — Ты почему так легко одета? — Флавий, — девушка улыбнулась клону. — Я как раз пришла взять что-нибудь надеть сверху. — Сейчам выужу тебе что-нибудь, — парень скрылся в глубинах гардероба и через несколько минут вернулся с желтой накидкой. Она была вся в дырах. — Вот, держи, — он положил накидку на стойку. — Мы так давно не виделись. — Да… — Самайра взяла в руки накидку, осматрия ее. — А я тут конкурс выиграл. Не хочешь выпить за мою победу и за нашу встречу? — из-под стойки Флавий достал два кубка, один поставил ближе к девушке. — О, Ромул! Ромул, иди сюда! Самайра услышала, как дверь, ведущая на лестничную площадку, захлопнулась. К гардеробу подошел Ромул. — Госпожа Бхаттар, — он поклонился смиренно девушка. — Я рад видеть вас здесь снова. — А мы тут культурно выпиваем, Ромул, — Флавий улынулся клону. — Тебе не предлагаю, все равно откажешься. Что это у тебя там в руке, а? Ромул неслышно подошел к гардеробной стойке и поставил на нее песочные часы. — Самайра! Я придумал отличную вещь, — воскликнул Флавий. — А давай кто быстрее выпьет все из кубка, тот и победил. Устроим маленькое соревнование. Бхаттар осмотрела предметы на стойке. Два пустых кубка и не перевернутые песочные часы. — Давай! Время пошло! Флавий схватился за рукоять кубка, поднес его край к губам и начал жадко хватать воздух. Последние песчинки в половине часов бились друг о друга и наконец упали вниз. Облизнувшись, Флавий посмотрел на часы и победно вскинул руки вверх. — Я победил! Я победил, Самайра!.. — Победил он… Это мои кубки!.. — послышался голос откуда-то из глубины гардероба. Девушка обернулась и увидела вдали два сияющих красных глаза. — Давай запишем о твоей победе, Флавий, — рядом с Самайрой возник Домнин с листком бумаги и пером в руках. Бхаттар не заметила, как он вошел. Девушка посмотрела на лист в руках клона. Он был весь исписан словом «Dominatus».***
— Произошедшее действительно стоит… за гранью закона, — высокий мужчина в длинной голубом мантии. — Леди Фурина, однако я не считаю, что нам стоит привлекать к ответственности господина Дотторе. То, чем он занимается в Снежной — дело его рук в Снежной. — Такое вопиющие похищение человека не должно оставаться в стороне от Оратрис! — девушка сложила ногу на ногу, горделиво поднимая подбородок. — Фонтейн — держава правосудия, и мы должны наказать этого хитрого воришку! — Боюсь, в привычном смысле «вором» господина Дотторе назвать не получится, — мужчина рукой оперся о массивный стол. — Если вы так хотите наказать его за его действия, нам нужно подумать, под каким предлогом пригласить его в зал суда. — Для чего нам предлог? — девушка взглянула на своего собеседника. — Соберем народ и публично докажем всем, что этот ученый — негодяй. Люди Мондштадта и Сумеру дали против него свои показания, что еще нужно? — Слова о том, что господина Дотторе выгнали из Академии, не имеют веса, леди Фурина, — сказал мужчина, задумывшись. — Это было слишком давно и произошло это не в Фонтейне. Месье Сайно рассказал вам о некой Коллеи, но самой девушки здесь не было. Показания, данные не от лица пострадавшего, не могут служить для нас показаниями. Да, господин Дотторе совершил довольно много действий, которые можно осуждать, но он совершал их на территориях других регионов, а над ними мы не имеем никакой власти. — Невилетт! — девушка вскочила с кресла. — Ты что, не хочешь мне помогать? Верховный юдекс поднял взгляд на Архонта. Он хотел бы помочь ей исполнить ее желание, но знал, сколько придется сделать ради его исполнения и, зная Фатуи, это желание так и останется неисполненным. — Тем более сейчас в нашем регионе находится другой член Фатуи! Можно расспросить его о товарищах, — Фурина развела руками. — Кажется, Тарталья его зовут. — Господин Тарталья молод, но не глуп, леди Фурина, — сложив руки на груди, отвечал Невилетт. — Не думаю, что он согласится дать какую-либо информацию. Я понимаю, как задела вас судьба похищенной девушки, но наши действия могут привлечь много нежеланного внимания со стороны Снежной. — Невилетт! — девушка сжала руки в кулачки. — Нужно это внимание или нет — решит Оратрис. Наша с тобой задача — организовать суд. Найди причину остановить этого ученого из Снежной! — Фурина посмотрела в панорамное окно, находящееся за спиной юдекса. — Иначе… Она замолчала. Верховный судья тихо смотрел на девушку, ожидая продолжения ее слов. — …Иначе я больше не буду пить с тобой чай! Мужчина продолжал смотреть на Архонта, не выражая никаких эмоций. — Как скажете, леди Фурина, — ответил он, понимая, что путь становится тернист.
