Ты больше не один

Через двое суток, Какаши, невзирая на протесты напарницы медика, встал на ноги и вернулся к привычному образу жизни, введя утренние тренировки в свой распорядок дня. Хоть останавливать привычные побеги от постельного режима не входило в планы девушки, она все же одаривала Хатаке неодобрительным взглядом каждый раз, когда тот покидал дом. Но, как медик, она все же смогла уговорить его заниматься недалеко от дома, чтобы контролировать его восстановление. Спустя неделю, Хатаке был готов взять на себя часть обязанностей по выполнению задания, для которого они и были поставлены в одну команду с Хотару Митсури. Всю прошлую неделю задания выполняли Гай и Асума, поэтому теперь приходилось работать чаще, чем предполагалось, чтобы сравнять нагрузку. Состав команды на выполнение каждого задания решили оставить такой же. Гай и Асума хорошо работали вместе, поэтому Какаши и Хотару стали второй парой, занимавшейся скрытой охраной. Дело в том, что в деревне, находившейся поблизости, за эти полгода должно было побывать много высокопоставленных людей, которые должны были останавливаться там для отдыха. Так как в деревне были заведения с горячими источниками, гости из других деревень или даже стран могли задержаться там и для внепланового отпуска. Поэтому, для обеспечения их безопасности, кроме личной охраны, было выделено также четверо сильных джонинов, которые должны были незаметно сопровождать гостей по деревне и предотвращать возможные покушения. Чтобы работа в команде была эффективнее, Хотару и Какаши тренировались вместе. И, если быть честным, Какаши был поражен навыками своей новой напарницы. Кроме того факта, что девушка являлась неплохим медиком, она также умела создавать различные барьеры, используя вязь фуина. К этому добавился приличный арсенал ниндзюцу, включая райкири, а также прекрасное владение тайджуцу. Светло-фиолетовые глаза были кеккей генкаем, имевшим свои уникальные особенности. Клан Митсури не был широко известен, а информация о нем, скорее всего, была засекречена, из-за владения таким сильным геномом. По словам Хотару, клана больше не существовало. Хатаке, который, в целом, был проинформирован о большинстве кланов и их особенностях, не встречал упоминаний о клане Митсури, поэтому был крайне заинтересован в изучении способностей этих глаз. Особенность этого кеккей генкай - способность создавать иллюзии такого качества, что даже шаринган не был способен этого заметить. Иллюзия обладала всеми качествами, необходимыми ее создателю. Цвет, запах, звук, тактильные ощущения, плотность - все это было неотличимо от реальности. Для начала, Хотару распространяла крохотные частицы чакры с помощью рук. Пары взмахов было достаточно, чтобы покрыть приличную территорию. После чего, девушка составляла визуальные образы. - Кеккей генкай значит? - спросил Какаши перед выходом на вечернюю тренировку, - ты создала иллюзию тогда, чтобы заставить Токуро думать, что он схватил тебя? - Да, я могу заменить себя на иллюзию или изменить свой облик. Могу вовсе исчезнуть, но зависит от ситуации. В тот день, я создала иллюзию и заменила себя ею, а сама скрылась. - Я не смог увидеть твою иллюзию даже шаринганом. В условиях боя твои способности становятся смертоносным оружием, - задумчиво проговорил Хатаке, развивая мысль о том, как можно использовать эти способности. - Это точно, но заменить себя иллюзией - не самое страшное, что я могу сделать. Это в основном работает на отвлечение или для шпионажа. Зная особенности жизни человека, его страхи, я смогу создать кошмар наяву. Эти глаза способны свести с ума. Но это в идеале, а на мелких наёмников действуют и простые запугивания, вроде диких животных, оружия и моря крови, - пояснила Хотару. - Кстати о них, волки - это твои призывные животные? - вспомнив стаю, уничтожившую останки наёмников после боя, уточнил Какаши. - Да, они призывные. Каждого из них я могу вызывать отдельно, но могу призвать и всю стаю. Удобство в том, что они живут и охотятся в этом же лесу, поэтому способны прийти на помощь, если будут неподалеку, но без спросу в бой не полезут, - говоря о волках, Хотару слегка улыбнулась. - Как ты заполучила этот призыв? - Какаши получил своих псов ниндзя в подарок от отца, поэтому его интересовало, как девушка смогла завести дружбу с волками. - Эта стая имеет долгую историю. Самый старый из волков был воспитанником моего отца, а многих других я застала в детстве. Но на данный момент каждый из стаи, кроме одного - выращен мной, - сказала Хотару, - самый старый не участвует в боях, а просто спокойно доживает отведенные ему дни. Они дошли до поляны, которая теперь использовалась ими для тренировок. - Покажи что-нибудь из иллюзий. Создай что угодно, - сказал Какаши, - я хочу ещё раз посмотреть на это с помощью Шарингана. - Хммм, что угодно говоришь, - Хотару задумалась, а после несколько раз взмахнула руками, распыляя чакру, - ну, начнем с приятного. В одно мгновение, на темном, вечернем небе загорелись звезды, а лунный свет осветил полянку, покрытую сотнями различных цветов. Какаши, на несколько секунд замерший от красоты, созданной девушкой, все же поднял протектор и рассмотрел иллюзию шаринганом. У Хотару в руках появился букет хризантем, который она протянула Копирующему. - Потрогай лепестки и ощути их запах, - сказала она, внимательно осматривая свою работу. Шаринган не видел иллюзию, все выглядело реальным. Вот несколько нераскрывшихся бутонов, а вот цветок с обломанным стеблем, повреждённый якобы при составлении букета. Цветы, будто собранные пару минут назад источали характерный, терпкий, горьковатый запах. Лепестки - нежные и хрупкие. Какаши не сразу решился оторвать несколько штучек. Но, все же сорвав и растерев их между указательным и большим пальцами, он повредил их, а получившаяся кашица тут же пропитала кожу запахом. Какаши поднял глаза на девушку. Лунный свет подчеркивал ее черты лица, а волосы делал ещё белее. Светлые глаза блестели, отражая свет и приковывая к себе внимание. Лёгкая улыбка покоилась на ее нежно-розовых губах. Одной рукой она держала букет, протягивая его Какаши, а второй разбирала непослушные стебли. - Это невероятно, - проговорил Какаши, не отрывая взгляда от девушки. Хотару прекратила поправлять букет и остановила взгляд на глазах напарника. - Спасибо, - ответила она, не отрывая взгляда, - я счастлива, когда могу использовать иллюзии не только для убийства. Я могу создать такую красоту, а так же часто использую свою способность в быту, включая музыку по утрам например. Она снова улыбнулась. - Хочешь создам что-нибудь, что нравится тебе? - спросила девушка. Какаши улыбнулся глазами. - Я даже не знаю, что придумать, - сказал он, от смущения заведя руку за голову и перебирая волосы на затылке. - Хмм, - хитрая улыбка заиграла на губах куноичи, а ее глаза слегка сощурились. Букет исчез. У Хотару в руках появилась книга с оранжевой обложкой, которую Какаши сразу же узнал. - Хахаха, - это все что ты придумала? Но ты ведь не знаешь текст, она пустая внутри? - издевательски посмеиваясь, сказал Копирующий. Он взял в руки книгу. Обложка была также изношена постоянным чтением. Открыв иллюзорную Ича-ича и не увидев пустых листов, Какаши слегка расширил глаза от удивления. Чем больше он пролистывал книгу, тем шире становились его глаза. Какаши читал книгу постоянно и знал ее наизусть. Страница 234, 167, 34, 56 - все страницы совпадали. Это была точная копия не только из-за обложки, но и по содержанию. - Как?! - он ошарашенно смотрел на девушку. Теперь издевательски посмеивалась она. - Думаешь ты один любишь такие книги? - улыбаясь говорила куноичи, - у меня есть своя коллекция, скрытая от посторонних глаз, но эта - моя любимая. Но, раз ты сомневаешься в моей проницательности, держи. Она указала пальцем в сторону, откуда прямо на Какаши бежал табун разномастных щенков. - Что? Откуда ты, - не успев ответить, Копирующий ниндзя был повержен пушистой мелюзгой, активно пытающейся зализать его до смерти. - Ну что, господин Копирующий ниндзя, может быть желаете ещё чего-нибудь? Сайра? Мисо суп с баклажанами? Полуголые наложницы? - Нет, нет, нет! Ками! Пощади меня, - отбиваясь от толпы пушистых комочков, умолял Какаши. Хотару отозвала своих крохотных союзников, и они один за одним исчезли. Девушка протянула руку напарнику, помогая подняться. - Ладно, ладно, ты победила, - улыбнулся Какаши. Спарринг на сегодня было решено отложить и, присев на траву под деревом, напарники для начала решили изучать навыки друг друга в теории. - Райкири. Как ты научилась этой технике? - спросил Какаши. Использование этой техники в бою удивило его, ведь до встречи с Хотару он ещё ни разу не видел шиноби, способных воссоздать эту технику без шарингана. - Молния - основная моя стихия. И, не буду отрицать, что увидев эту технику, я решила бессовестно подрезать ее у тебя. - Ты видела как я использовал ее? - удивился Какаши. - Да, как ты уже знаешь, мой дом находится на пути к Конохе. Я часто наблюдала, как шиноби возвращаются с миссий домой. А однажды, я увидела подростка в снаряжении АНБУ, использовавшего эту технику. Кто же это мог быть? - девушка состроила "мисс-задумчивость конохского округа". - Значит наша встреча произошла задолго до того, как ты спасла меня в первый раз? - Какаши снова улыбнулся глазами. - Именно так, - девушка улыбнулась ему в ответ. - Могу я узнать, почему ты хочешь помогать мне? - Какаши наконец решился задать вопрос, к обсуждению которого они не возвращались с того утра. Улыбка на лице Хотару исчезла. Она слегка сжала губы и занервничала. Желание узнать, что же именно скрывает куноичи, разгоралось все сильнее. Какаши не мог объяснить толком, зачем именно ему эта информация. Он чувствовал, что знакомство с этой девушкой - не просто сотрудничество на благо деревни. Сотни догадок вертелись у него в голове, но выбрать хоть одну, наиболее подходящую, он пока не мог. Какаши не хотел давить на Хотару расспросами. Он вообще не был человеком, которого можно было заинтересовать хоть чем-то кроме работы. Но в этот раз все было иначе. - Дай мне немного времени. Эта тема серьезнее, чем ты можешь представить, поэтому для начала, я хочу собрать все мысли воедино. Так же я не знаю как ты отреагируешь на это, поэтому хочу узнать тебя немного получше, - она слегка улыбнулась, но светло-фиолетовые глаза остались серьезными. Они вернулись к обсуждению того арсенала ниндзюцу, которыми обладали. - Волк из молнии? - глаза девушки загорелись от восхищения, что, в целом не было удивительно, учитывая основную стихию Хорату, а так же тот факт, что ее призывом была целая стая вышеупомянутых животных, но все же такой живой интерес от нее Какаши увидел впервые, поэтому опять смутился. - Ха-ха, ну да, используется много чакры, но техника крайне эффективна, - сказал он неловко почесывая затылок, - работает как обычный райкири, но дистанционно, а молния принимает форму волка. - Покажи пожалуйста! - девушка даже подпрыгнула на месте от нетерпения. Какаши встал на ноги и вышел в центр поляны. -Можешь создать какую-нибудь цель? - спросил он, повернувшись в ее сторону. - Хай! - девушка, воодушевленная словно ребёнок, поднесла руку к виску, отчитываясь так, будто выполняет особо важный приказ для самого Хокаге. На расстоянии около тридцати метров от Хатаке, возникла фигура неизвестного ему человека, которая с вызовом смотрела на Копирующего. Сама же Хотару поудобнее устроилась на траве и замерла в ожидании. Какаши повернулся лицом к иллюзорному шиноби, сложил печати и, сконцентрировав чакру, выполнил технику. Его рука покрылась молнией, а после, огромный волк сорвался с места и бросился на противника. Зрелище было действительно захватывающее. Хотару так засмотрелась на новую для нее вариацию использования чидори, что забыла о своей иллюзии. Поэтому волк из молнии будто набрасывался на каменный монумент, не нанося ему никаких увечий. Какаши же, ожидавший, что напарница ему подыграет и заставит свою мишень биться в конвульсиях от столь мощной техники, недовольно уставился на неё. Хотару следила глазами за волком, а после того как Какаши развеял технику, ещё несколько секунд как завороженная смотрела на место, где был волк. Когда она все же отвела взгляд, сразу же наткнулась на сердитое и полное разочарования лицо Какаши, который скрестив руки и нахмурив брови, выражал крайнюю степень своего недовольства. - А, а ой! - девушка опомнилась и указала пальцем на все ещё стоявшую неподалеку мишень. Шиноби зашатался, хватаясь то за сердце, то за горло, то просто за воздух. Крайне драматично "мишень" свалился на землю и забился в конвульсиях, моля Ками о прощении, а Какаши о помиловании, пока Копирующий наконец не оценил представления этого драмкружка имени Хотару и не рассмеялся. - Ты подвела меня, - отсмеявшись, нарочито обиженно сказал Какаши, - я знал, что атаковать иллюзию бесполезно и ждал, что ты хотя бы развеешь ее после атаки! - О, Ками! У меня сильнейшая зависимость от волков! Тем более от тех, что созданы из молнии! Ты должен меня понять! - Хотару подняла руки в извиняющемся жесте и наигранно молила о прощении. Девушку так позабавило разочарование напарника, что для продолжения этого спектакля она была готова даже падать ему в ноги, лишь бы наблюдать обиженное лицо Хатаке ещё хоть минуту. - Я даже не представляю, как я могу теперь тебе доверять! Ты поставила выполнение нашей миссии под угрозу! Я вынужден просить о смене напарника! - Какаши, забыв обо всем на свете, разыгрывал драматическое представление похлеще, чем иллюзорная мишень, пару минут назад бившаяся в хоть и запоздалых, но все же конвульсиях. - О, уважаемый Копирующий ниндзя Хатаке Какаши! Неужели вы обрушите свой праведный гнев на мою бестолковую головушку?! - девушка почти задыхалась от смеха, но все же не прекращала играть свою роль. - Мне нужно все серьезно обдумать, - Хатаке, с крайне серьезным видом, покачал головой, - это было настоящим предательством, я не знаю, смогу ли когда-либо простить тебя. На последних словах прорывало уже и самого Какаши, поэтому играть роль "вселенской обиженки" выходило с трудом. В придачу, вид давящейся от слез смеха напарницы, заставлял его самого уподобляться ей, но обладая выдержкой шиноби, Какаши был вынужден умирать в душе. - Смилуйтесь, Какаши-сама! Этого не повторится! Дайте мне ещё один шанс! Я наколдую вам целое озеро мисо супа! - Хотару судорожно хваталась за живот, мышцы которого уже начинали болеть от сдерживаемого смеха. - Не знаю достаточно ли этого, Хотару Митсури. Думаю, что придется наполнить обещанный водоем копчёной сайрой, - Какаши поднял указательный палец к небу, будто сказал что-то невероятно умное. - Как пожелаете, Какаши-сама! Я создам горячие источники с наполнением из мисо супа и сайры. Там обязательно будет женская половина и щель для подглядывания в перегородке! - Хотару уже валялась на траве, в попытках сдерживать рвавшийся наружу смех. - Да за кого вы меня принимаете! - Какаши на этот раз скорчил такую гримасу боли на лице, будто в мире запретили все книги Ича-ича. На этот раз, Хотару сдерживаться уже не могла. Она смеялась в голос, заражая смехом и самого Какаши, который от такого долгого юмористического воздержания, тоже рухнул на траву. Какаши уже и забыл, когда так беззаботно смеялся. Каким счастьем оказалось просто упасть на траву и смеяться как ребенок. Никаких мыслей, никаких сожалений, никакой боли. Какаши перестал отрицать, что эта девушка, лечившая его раны медицинской чакрой в самом начале, теперь лечила его душу, создавая уют и тепло своим присутствием. Не переставая посмеиваться, Какаши поднялся на ноги и подошёл к напарнице, все ещё смеявшейся от снова и снова приходивших в голову эпизодов "Какаши-обиженки". Копирующий, увидев эту картину вблизи, снова рассмеялся и протянул руку, желая помочь напарнице подняться. Но вот чего он точно не ожидал, так это того, что Хотару не просто примет предложенную руку, а дёрнет Хатаке вниз, попутно делая подсечку, чтобы опытный шиноби точно свалился на траву. - Какаши-сама! - сказала куноичи шепотом, прикладывая указательный палец к губам, - слышите?! - Что такое? - Какаши удивлённо поднял брови и посмотрел на девушку. - Не слышите? - девушка, с серьезным возражением лица, посмотрела на Хатаке. - Что я должен слышать? - недоумевая переспросил Какаши. Вокруг было тихо. Они засиделись до поздней ночи, обсуждая стратегии совместной работы, а потом просто балуясь. - Это звук моего триумфа! Я победила тебя, поэтому ты должен научить меня этой технике, - Хотару самодовольно смотрела на лежащего рядом Какаши, всем своим видом давая понять, что отвертеться не получится. - Такую самодовольную моську сделала, как будто пятерку каге одолела, - с издёвкой произнес Копирующий. - А-то! Самого Хатаке Какаши два раза уронила! - светло-фиолетовые глаза, переливающиеся в лунном свете, устремились в звёздное небо, с чувством выполненного долга, а довольная кошачья улыбка не сходила с лица куноичи. - Когда это ты два раза насчитала? - Какаши приподнялся на локте, заглядывая в лицо девушки. - От смеха тоже считается, - ответила Хотару и подмигнула напарнику. Улыбка на ее лице стала ещё более самодовольной. Какаши засмотрелся на девушку. Она лежала, глядя на (теперь уже настоящие) звёзды и закинув руки за голову. Белоснежные, длинные волосы разлетелись по траве, отливая серебром в лунном свете. Хотару перевела взгляд на Какаши и посмотрела в его единственный открытый глаз. Тишина, царившая на лесной полянке до этого момента, стала всепоглощающей. Оба ниндзя ощущали этот чарующий момент каждой клеткой их тел. Мысль, которую Какаши понял за прошедшие недели, укрепилась в этот вечер и рвалась наружу. Сейчас, он чувствовал, впервые за долгие годы жизни, что хочет сказать эти слова. - Я рад, что встретил тебя, - сказал он полу шепотом. Каждый звук отражался в ночной тишине. И будто никого в мире нет, кроме них, лежащих под звездным небом на этой лесной полянке. Светло-фиолетовые глаза смотрели на него ещё некоторое время, прежде, чем тишину нарушили слова куноичи: "Я тоже рада, что наконец встретила тебя". Каждый день, проведенный в этом доме, стоявшем в лесу по дороге к Конохе. Каждая ночь, которую они делили, засыпая в одной комнате. Каждое задание, выполняя которое, они понимали, что как команда - они совместимы на сто процентов. Каждое мгновение, проведенное вместе, связывало их все теснее и теснее. Дружба, зародившаяся между ними, будто была предначертана им судьбой. Будто все время, которое они провели порознь, готовило их к встрече друг с другом. Стена, которой они отгораживались от людей, понемногу разрушалась, впуская в их души то тепло, которого им так не хватало.