Ты больше не один

Какаши проснулся от весеннего солнца, пробивающегося сквозь лёгкие занавески. Хатаке открыл глаза и немного огляделся: белый потолок и светлые стены, которые он сначала принял за, радушно принимавшую его после каждой миссии, больничную палату. Он хотел было приподняться, вот только в левой руке и на груди что-то лежало. Маленькое и теплое. Он слегка повернул и приподнял голову. Его взору предстала удивительная картина. Она сразу вернула ему все воспоминания прошедшего дня. Вот только от воспоминаний, картина не стала менее удивительной. В его руке лежала небольшая женская ручка, вторая рука лежала у него на груди, а владелица этих самых ручек, положив голову на кровать, спала, сидя на полу. Белоснежные волосы разлетелись по простыне, а на лице - выражение спокойствия и лёгкий румянец. Ее рука лежала в его ладони, слегка переплетя их пальцы. От этого зрелища, к лицу прилила краска, а в груди вдруг появилась нежность вперемешку со смущением. Какаши, неожиданно для себя самого, несильно сжал руку девушки, чувствуя ее бархатную кожу и тепло, которое от нее исходило. Хотару рвано вздохнула и слегка улыбнулась во сне. От этого Какаши опомнился и разжал руку. Тогда девушка немного поморщила носик и приоткрыла глаза. Сонно посмотрев по сторонам, она поднялась, встретившись с Хатаке взглядом. Какаши смутился ещё сильнее, а девушка хотела было что-то сказать, но не смогла - просто шумно вдохнула и продолжила смотреть в разноцветные глаза Копирующего ниндзя. Сейчас Какаши мог хорошо рассмотреть ее необычные глаза. Нежно-фиолетового цвета с розовыми вкраплениями около зрачка. Казалось, что прошла вечность в этом неловком молчании, но молодые люди не могли оторвать взгляда друг от друга. Но это не могло длиться вечно, и Гай-спаситель как всегда пришел на помощь, уронив что-то на кухне, а после суматошно бегая и ойкая. - Д-доброе утро, не вставай, тебе нужно ещё пару дней отлежаться, я принесу тебе завтрак, - проговорила Хотару, с заметным усилием отрывая взгляд от Хатаке. - Доброе утро, да, да, с-спасибо большое, - промямлил в ответ Какаши. - Может ты хочешь чего-то определенного? - спросила она, поднимаясь с пола. - Нет, спасибо, неси что угодно. Хотару кивнула и скрылась за дверью. Какаши не успел выдохнуть, как в проёме снова показалась её светлая макушка. - Ты не против музыки? - Что? Нет, вовсе нет, - не совсем поняв смысл вопроса, ответил он. Хотару ушла на кухню, откуда послышались извинения Гая по поводу устроенного беспорядка. Заиграла веселая музыка. Асума, пританцовывая в такт, вышел из своей комнаты и заглянул к Какаши. - Ну что, негодяй, как себя чувствуешь? - ехидно улыбаясь спросил Асума. - Нормально. Так погоди, что? Негодяй? - Какаши вскинул брови от удивления. - Ну, а как же! Из-за тебя Хотару была вынуждена спать прямо на полу. А как ты вырывался, когда тебя не гладили по твоей вредной головушке! Ей пришлось петь тебе полночи! - смеялся Асума. Какаши не верил своим ушам. Вот почему она спала на полу! Он действительно все это сделал??? - Я, я ничего не помню, - мямлил Хатаке заливаясь краской. - Да лаадно, тебя здорово потрепали, так что повезло, что Хотару оказалась такой доброй, - успокаивал Асума, - и кстати, вы знакомы? Я знаю, что знакомы, я сразу это заметил, но откуда? - Хотару это... Нуу.. это, - неловко начал Какаши, но увидев подозрительный взгляд Асумы, все же ответил, - куноичи, которая тогда помогла мне, помнишь? Около года назад, она помогла мне в бою и вылечила. Глаза Асумы округлились, а потом загорелись так, что Какаши увидел, что Асума понял слишком много о его знакомстве с Хотару. Асума замечал, что после того дня, друг был сам не свой и, после долгих расспросов, джонин выдал все же, что это связано с девушкой, которая спасла его. Он не объяснил, что именно его волнует, но это откровение все равно крепко засело в голове у Сарутоби. - Как же нам повезло, что мы познакомились поближе, так ещё и работать, и жить с ней будем, правда, Какаши?!?! - будто пропел Асума, наблюдая за изменением выражения лица Хатаке, и за его предательски краснеющими ушами. Выражение лица Копирующего все-таки сменилось на довольно грозное, поэтому Асума, решив, что на сегодня издевательств хватит, пожелал ему доброго утра и ретировался от греха подальше на кухню. Какаши попытался успокоиться. Он и правда подозрительно много раз возвращался к мыслям о своей спасительнице, и ему почти всегда удавалось найти им логическое объяснение. Мысль о том, почему она помогла ему, больше не возвращалась, ведь она тоже шиноби Конохи. Но какое-то предчувствие заставляло его возвращаться к мыслям о ней снова и снова. Почему она сразу скрылась? Также он помнил фразу, которую Хотару сказала, когда думала, что он находился без сознания. *Я сделаю все, чтобы защитить тебя* Откуда она знала его? А сейчас, видя ее так близко, рой мыслей в голове превратился в настоящий табун. Хатаке не понимал, почему так сильно засмущался, увидев ее утром, и почему он вдруг захотел сжать ее руку. Хотару заглянула в комнату, держа в руках поднос с едой. - Гай сказал, что ты любишь мисо суп с баклажанами, я принесла тебе его. Сейчас, - она поставила поднос на подоконник, - я помогу тебе сесть поудобнее. Она подошла к нему, наклонилась и, не решаясь дотронуться, замерла. Несколько секунд промедления, но все же, сумев совладать со смущением, девушка приобняла его и помогла сесть повыше. Этот жест помощи заставил молодых людей вновь краснеть, но, неторопливо отстранившись и кашлянув, Хотару сказала: - Так-то лучше, вот, держи, - куноичи поставила поднос с любимым блюдом ему на ноги, - надеюсь тебе понравится, если что-то нужно - зови, я закрою дверь, чтобы ты мог снять маску, - сказала она и направилась к выходу. - Спасибо за всё, - сказал Какаши прежде, чем она дошла до двери, - я так обязан тебе, что не знаю как и расплачиваться, - усмехнулся он. - Не говори ерунды, - сказала Хотару и обернулась, - я сделаю все, чтобы защитить тебя. Она снова это сказала. Почему ей так важна его жизнь? - Почему? Почему ты говоришь это мне? - Какаши всё же задал вопрос, который интересовал его весь этот год. - Я расскажу тебе, но как нибудь позже, - девушка легко улыбнулась и вышла из комнаты.