В тени чужой славы

Нам не всегда удается распознать, какое именно решение или поступок могут так изменить нашу жизнь, что возврата к прошлому уже не будет. Знал ли Чимин, спеша вприпрыжку через лужи центральной улицы города в своих потрепанных кроссовках, что он шагает навстречу грандиозным переменам? Да, он знал! Он был в этом уверен на все сто. Правда, его ожидания от этих самых перемен не оправдались. Жизнь повернулась на сто восемьдесят градусов, внося свои коррективы, к которым Пак готов не был.

🎵🎵🎵

      Поправляя упавшую на глаза челку, невысокий парнишка несётся по коридору, придерживая на плече свой рюкзак. Его прямо с пары вызвал зачем-то декан, отправив за ним дежурного учителя. Ноги предательски замедляют ход, как только он приближается к массивной деревянной двери, а табличка с надписью «ДЕКАН» заставляет сердце стучать так сильно, что парень чувствует подступающую тошноту.       Что такого могло случиться и заставило господина Кима вызвать его прямо сейчас? Он — прилежный студент вокального факультета Сеульского института искусств, учится почти на отлично. Староста группы, помогающий всем и вся, а ещё принимает участие во всех мероприятиях своего учебного заведения и даже городских конкурсах.       — Ты к декану? — тонкий женский голосок преподавательницы Хан вырывает из мучительных мыслей и заставляет вздрогнуть от неожиданности.       — Д-да, он вызвал меня.       — Так заходи, чего ждешь. Ты же знаешь, господин Ким не любит ждать, — она мило улыбается и подталкивает ближе к двери. Из всех преподавателей института эта женщина отличается своей лояльностью к студентам. Собственных детей, видимо, бог не дал, а может случилось чего — никто не знает, вот и реализует себя как мать на работе. — Поправлю рубашку, у тебя воротник завернулся, — она протягивает худощавые руки и возвращает парню аккуратный вид, продолжая одаривать тёплой улыбкой. — Удачи!       Чимин выдыхает, и, развернувшись, едва не впечатывается лбом в дверь. Стоять дольше неловко, и он робко стучит костяшками своих маленьких пальцев по дереву, а потом подает голос:       — Разрешите войти?       Ким Намджун — декан факультета — медленно разворачивается в огромном кожаном кресле с высокой спинкой и смотрит на стоящего в дверном проеме студента. Он слегка улыбается, осматривая с головы до ног пришедшего парня, а потом небрежным движением руки приглашает его войти и сесть. Пак неловко топчется на месте, но всё же заходит и присаживается на самый краешек стула за огромный стол. Прижимает к себе рюкзак и смотрит на декана не моргая, словно ожидая приговора. Огромные старинные часы за спиной мужчины равномерно тикают, мучительно растягивая время экзекуции и скрывая тайну его визита сюда.       — Пак Чимин, — декан откашливается, его голос внезапно приобретает строгий деловой оттенок, но в интонации остается та самая теплота, с которой он всегда относился к этому пареньку. И не только потому, что Чимин прилежный студент, палочка-выручалочка для всего факультета, а еще и потому, что парень невероятно талантлив. Ким может быть строгим и даже хладнокровным, но он всегда объективен и проницательно видит талант в человеке. Наблюдает, сечёт и словно каким-то внутренним радаром определяет уровень одаренности своих учащихся, выбирая из них лучших. Чего греха таить — здесь учатся дети разных способностей, но Пак Чимин — это сто из ста. Алмаз, превращенный титаническим трудом в настоящий бриллиант, который он обязательно выгодно продаст, подтверждая статус своего учебного заведения и получая попутно отличные комиссионные и нужные ему связи.       — Да, господин Ким, — Чимин до побеления пальцев вцепляется в рюкзак, реагируя на затяжную паузу, создающую интригу. Он взволнован, но всё же лишен того страха, который присущ бездарным студентам и нарушителям институтских правил. Боязнь Пака совершенно другой природы, она на грани предвкушения или волнения. Чимин прекрасно понимает: его ждет необычный разговор.       — Как твои успехи в учебе? — начинает издалека декан, вертя в пальцах дорогую ручку. Пак проглатывает ком волнения и молча кивает. В ответ получает мягкую улыбку, что снижает градус напряжения, и господин Ким протягивает ему черную папку: — Открой.       Чимин вытирает о рюкзак вспотевшие руки, тянет их к кожаной обложке и медленно открывает, наклоняясь слегка вперед. Внутри оказывается красочный буклет с надписью «Продюсерский центр Music Hot». Стоит ли говорить, что каждый студент мечтал хоть раз в жизни побывать там? Пожалуй, нет. Пак завороженно обводит пальцами логотип в виде скрипичного ключа и пластинки, а потом растягивает губы в глупой улыбке. Он просто представить не может, что это означает.       — Господин Мин Юнги — директор этого центра. Он не только известный продюсер, — поясняет декан, — но и мой хороший друг со студенческих времен. Юнги-щи ищет таланты, и, как ты уже понял, именно тебе я хочу предложить сотрудничество с его центром «Music Hot». Ты показал себя не только прилежным и дисциплинированным студентом, но и талантливым музыкантом. Твои способности должны быть оценены по достоинству, а старт в компании Мин Юнги для многих айдолов стал началом успешной карьеры. Если студент Пак Чимин заинтересован в прохождении прослушивания и дальнейшем заключении контракта, то я впишу сюда твое имя.       Чимин тупо пялится в буклет, который оказался не просто рекламой, а, возможно, билетом в его новую жизнь. Он бережно открывает первую страницу и видит внушительную историю компании. Далее следует перечень артистов, с которыми работал продюсерский центр, их достижения и цели, поставленные на ближайшее будущее. Все это не просто удивляет — это буквально отнимает речь у впечатлительного Пак Чимина. Он никогда не мог подумать, что именно его порекомендуют для сотрудничества с господином Юнги. Взгляд скользит по строкам и натыкается на единственную пустую — для анкетных данных. Ниже место для подписи деканата и печати.       Чимин только сейчас понимает, что это вполне вероятная реальность, дающая ему пропуск в мир большой музыки и оглушительного успеха. Имена говорят сами за себя — Зико, Айю, БоА, Сыльги, Тэян, Хёна, Блу и, конечно же, Чон Чонгук — личный краш Чимина. От участившихся ударов сердца кружится голова.       — Я согласен, — без раздумий выпаливает Пак, не давая себе лишнего времени на сомнения. В ответ декан улыбается, видимо, заранее ожидая именно такой реакции от студента. Чимин однозначно достоин того, чтобы его карьера сложилась успешно, и он будет рад, если Юнги даст именно этому парнишке шанс на новую жизнь.       — Что же, — довольно басит Намджун, подтягивая идеально белые рукава накрахмаленной до хруста рубашки. — Это правильное решение, — он забирает папку и быстрым росчерком вносит имя лучшего студента курса, расписывается и ставит печать. — Надеюсь, тебя ждет грандиозное будущее, Чимин. Поздравляю.       Пак, не веря своей удаче, подрывается с места, забирает заветный буклет и низко кланяется, пятясь назад. Его руки еще немного дрожат от значимости удерживаемого в них документа. Он единственный, кто получил этот шанс, и должен им воспользоваться в полной мере.       — Можешь идти, — кивает в ответ господин декан и добавляет: — Визитка с контактами Юнги и пропуск на территорию центра лежат в кармашке на последней странице. Не затягивай с прослушиванием, потому что на следующей неделе господин Мин будет в отъезде. Он летит в Японию судить песенный конкурс, — декан переводит взгляд на бумаги, лежащие у него на столе и что-то черкает в них той же ручкой. — Думаю, вы сработаетесь.       «Он тоже чувствует молодые дарования», — размышляет Намджун, но вслух этого не произносит, чтобы не пугать и без того бледного студента.       — Спасибо, господин Ким, — снова кланяется Пак, еще не осознавая всех масштабов этих изменений. — Я вас не подведу. Обещаю!       — Я в этом уверен, — Ким Намджун опять поднимает на него взгляд и мысленно желает мальчишке только успеха. Из всех, кого он учил здесь в последние годы, Пак Чимин его особое открытие, подогревающее самолюбие декана.

🎵🎵🎵

      Несчастное сердце, оно бьется так сильно после этого разговора, трепещет в груди Чимина, наполняя все тело радостью и предвкушением встречи, на которую он сейчас бежит. Легкая серая курточка развевается на ветру, позволяя весенней прохладе пробирать хрупкое тело, отчего бусинки-соски под рубашкой сжимаются от холода. В лужах играют зайчиками солнечные лучи, а угрюмые люди, проходящие мимо, с удивлением смотрят на улыбающегося парня. Вставленные в уши AirPods дают возможность включить плейлист на всю громкость и восторгаться шикарным голосом любимого исполнителя.       В кармане вибрирует телефон синхронно с рингтоном входящего звонка, и Пак, легонько прикасаясь к наушнику, принимает вызов.       — Чимин, блять… Ты где пропал? Я места себе не нахожу! — бас лучшего друга немного отрезвляет мечтательного парня, и тот переходит на ходьбу, а потом и вовсе останавливается.       — Прости, Тэхён, я забыл тебе написать. У меня чумовая новость! — окидывая взглядом забрызганные кеды, Чимин подумывает зайти в магазин и купить влажные салфетки. Появление в крупном продюсерском центре на глаза к самому Мин Юнги в таком виде грозит испортить первое впечатление о нем.       — Э! Рыбуля… ты слышишь меня?       — Прости, отвлекся, — извиняется Пак, понимая, что не может сконцентрироваться. Переполняющая его радость будто затопила до краев, видимо, зацепив и стратегические мозговые центры. — Я спешу на важную встречу. Как только освобожусь, сразу тебе наберу, — он смотрит на часы и понимает, что должен быть на месте уже через двадцать минут, хотя по факту хреначить ему ещё немало. Скорее всего, стоит взять такси. На такое дело и часть стипендии потратить не жалко. — Правда, прости, я реально опаздываю. Целую! Пока.       Сбросив звонок и даже не дожидаясь ответа, Чимин оглядывается по сторонам, и, завидев приближающуюся машину с шашечками, поднимает руку. Решение взять такси оказывается весьма мудрым, ведь к зданию продюсерского центра он подъезжает ровно в 16:57. На всё про всё остаётся три минуты, поэтому, влетая в огромный холл и подбегая к лифту, он нервно клацает по кнопке.       — Вы ко мне? — хрипловатый голос окликает его в тот момент, когда он уже стоит на нужном этаже перед стеклянной дверью с табличкой «Мин Юнги». Резко развернувшись, Пак видит стоящего перед ним мужчину, который больше походит на гопника, нежели на биг-босса.       — Наверное, не к вам, — уверенность, что этот невысокий мужчина не тот, кто нужен ему, Чимин приобретает, когда обращает внимание на яркие кеды, слегка потертые на носках. То, что это оригинал Prada, ускользает от пристального взгляда студента, как и то, что ремень на потертых джинсах незнакомца стоит 1000$.       — Окей, тогда я подожду гостя у себя в кабинете, — обойдя парня, мужчина прикладывает пластиковый ключ-карту, а после открывает дверь, заходя в кабинет. Чимин застывает в недоумении, пытаясь принять тот факт, что его убеждения на счет шоу-бизнеса весьма опрометчивы. Привычный стиль одежды уважаемого им декана может быть чуждым для его друзей.       — Постойте! — протягивает руку и придерживает почти закрывшуюся дверь. — Вы Мин Юнги?       — Он самый, — мужчина, даже не повернувшись, продолжает идти вглубь кабинета, бросая на кресло снятый на ходу джинсовый пиджак. — Чем обязан?       — Я… — Чимин мнется на пороге, пытаясь справиться с чувством стыда. — Я Пак Чимин… От Ким Намджуна, — щеки непроизвольно краснеют, а в горле образуется ком.       — Чего застыл? Проходи. Наверное, ты не таким меня представлял? — мужчина кивает головой на стоящее у стола гостевое кресло, а сам подходит к окну, что-то задумчиво разглядывая. — Если мы с тобой заключим контракт, тебе придется поменять свои убеждения. В офис я одеваюсь так, как хочу, и, честно говоря, меня мало интересует чьё-то мнение на этот счет.       — Простите, — звучит еле слышно в ответ.       — Не стоит извиняться. Всё это пустяки, — Юнги наконец-то разворачивается, давая возможность Паку рассмотреть себя поближе.       Волнистые темные волосы небрежно спадают на глаза, прикрывая лоб и брови, а тонкие губы покрыты прозрачным блеском. Белая футболка с растянутой горловиной оголяет край плеча и открывает тонкие линии ключиц, выделяющие худую фигуру. Пак завороженно рассматривает своего потенциального работодателя, пытаясь распознать эмоции на его лице.       — Мне сказали, что вы пригласили меня на прослушивание. И вот я… пришел, — разрывая повисшую тишину, несмело начинает Чимин.       — Да, все верно, а посему предлагаю не тратить силы на разговоры и пройти сразу в студию. Анкету я твою читал, справки наводил, вживую увидел. Пора перейти к делу, времени у меня мало совсем, — Мин подходит к Чимину и, прихватив его за локоть, тянет на выход.       Подойдя к большой двери, Юнги опять проводит электронным ключом по сенсору блока. После характерного писка толкает ее и, слегка придерживая, пропускает Пака вперед. Длинный темный коридор с приглушенным освещением больше похож на космический корабль, нежели на место, где происходит музыкальная магия. По обеим сторонам находятся двери в другие помещения, на мониторах рядом светятся какие-то слова. Проходя мимо, Чимин видит мигающую красным надпись: «Идет запись. Не входить». На других с подсветкой зеленого цвета: «Студия свободна». На стенах фотографии айдолов, на которых он равнялся еще в школе, а теперь у него есть возможность быть в той же компании, где когда-то начинали они.       Чимин завороженно смотрит на закрытую дверь и чувствует, как от волнения потеют ладони. Очередной щелчок замка — и Пак оказывается в небольшой комнате, где в воздухе витает шлейфовый аромат мужского парфюма. С правой стороны, развалившись на кожаном диване, сидит парень уставившийся в телефон, а напротив него, на рабочем месте звукорежиссера — мужчина постарше. Он поворачивается к вошедшим и, мило улыбаясь, обращается к Юнги.       — Это он? — продюсер лишь кивает в знак согласия, а мужчина приподнимается с кресла и, подойдя ближе, протягивает Чимину руку.       — Дэвид, будем работать вместе, — он подмигивает парню и сверкает белыми зубами, желая расположить к себе. — Рад знакомству с тобой, Чимин.       У Пака сдавливает грудь от спектра переполняющих эмоций. Этот мужчина точно специалист, работающий по контракту в самом крутом продюсерском центре, и он знает, как его, Чимина, зовут. Откуда? Чем мог привлечь внимание обычный студент с приятным голосом?       — Я тоже очень рад знакомству, — голос слегка сел от волнения, но Пак прокашливается и добавляет: — Я буду очень стараться, поверьте! — мужчина лишь поднимает взгляд на Юнги и одобрительно кивает головой. Этот мальчишка ему уже нравится.       — Минки, — окликая сидящего на диване парня, который продолжает таращиться в телефон, Мин недовольно щелкает пальцами. — Познакомься, это Пак Чимин, — на что парень нехотя встает с места, разглядывая гостя с головы до ног.       — Привет, — произносит небрежно. — Я Минки.       — Добрый день. Чимин, — отвечает Пак, пока не понимая, кто этот парень и к чему приведет новое знакомство. Но раз Юнги-щи это затеял, значит, на то есть причины.       — Ну что же, начнём? — Дэвид протягивает Чимину лист со словами песни и приглашает зайти в комнату за стеклом. — Смотри, как тебе самому удобнее, там текст будет дублироваться и на экране.       На микрофоне небрежно висят наушники самой дорогой марки, оставленные кем-то очень знаменитым. Пак уверен, что пальцы Блу или Хёны касались их тоже. Он завороженно проводит кончиками пальцев по стойке, бережно снимает гарнитуру и на мгновение залипает на свой личный фетиш — технику от BEYERDYNAMIC, что известна во всем мире. Даже в его институте не было настолько крутой звукозаписывающей студии. Пока Чимин пялится на наушники, Юнги покашливает с той стороны, давая понять, что он заждался.       На большом мониторе появляется текст популярной песни, которая в прошлом году занимала топовые позиции во всех азиатских чартах. Он прекрасно её знает, поэтому слова Чимину не нужны. Пак откладывает лист в сторону и прикрывает глаза, пытаясь успокоить часто бьющееся сердце. Когда Юнги включает музыку, Чимин сразу подхватывает ритм и, притопывая ногой в такт, легко берет первые ноты. Музыка в наушниках опять заставляет закрыть глаза, и Пак полностью погружается в мир звуков. Качественная техника дает новые, до этого неосознанные впечатления — его голос звучит неимоверно красиво, и он просто в шоке от того, что производит сейчас.       Отдаваясь мелодии, Чимин прекрасно попадает в ноты, умело управляя своим голосом. Слегка покачиваясь и продолжая стоять с закрытыми глазами, парень чувствует себя так легко и счастливо, как никогда до этого. Искренне надеется впечатлить Юнги, и у него это действительно получается. Верхние ноты Пак берет с придыханием, морщит носик и склоняется ниже, передавая экспрессию всем телом. На удивление, песня быстро заканчивается, но Чимин продолжает стоять. Он готов петь сколько угодно, и даже надеется, что его попросят исполнить что-нибудь ещё.       С тревогой открывая глаза, он в волнении смотрит на продюсера. Впечатлил или нет? Заставил поверить в пережитые эмоции? От царящей тишины у Чимина возникает слишком много вопросов, которые перебивают друг друга, толпясь в голове в ожидании ответов. Мин Юнги, облокотившийся на стойку с синтезатором, ещё несколько секунд смотрит, ничего не говоря. Выражение лица не меняется даже тогда, когда он начинает хлопать в ладоши и показывает большой палец, губами шепча: «класс». Каким бы безэмоциональным не выглядело его лицо, глаза выдают восхищение, и, как он не пытался это скрыть, Пак понимает: вот Оно. То желанное, чего он хотел добиться от продюсера, — искорки в глазах и затаенный огонёк. Юнги его оценил.       Дэвид кивает и машет рукой, призывая Чимина подойти к ним. Пак улыбается, снимает наушники и покидает это прекрасное место, которое уже успел полюбить.       — Ты молодец, — похлопывает его по плечу звукорежиссер. — У тебя шикарный голос, я просто в восторге! Тембр просто уникален, я такого ещё не слышал. В твоем исполнении этот хит прозвучал гораздо интереснее оригинала. Очень здорово поешь!       — Пойдем, — окликает Юнги, уже стоя в дверях. — Тебя это тоже касается, Минки.

🎶🎶🎶

      Опять умостившись в кресле, Чимин наконец-то имеет возможность рассмотреть кабинет Юнги-щи. На стенах фотографии с известными артистами, платиновые пластинки в рамочках и пара коллекционных гитар. Напротив висит огромная плазма, Пак даже не знал, что бывает такая диагональ, а окна в пол освещают помещение, добавляя ощущение простора.       — Кофе или чай будешь? — подает голос Мин, нажимая на кнопку спикерфона.       — Нет, благодарю, лучше стакан воды.       — Джини, принеси мне кофе, воду и немного виски Минки, — бросая взгляд на парня, что привычно залип в своем гаджете, Юнги недовольно качает головой.       — Итак, как ты понял, твой голос нам подходит, — начинает продюсер, но Пак чувствует напряжение в его голосе, как будто тот подбирает слова. — У нас есть к тебе очень заманчивое предложение, — он протягивает Чимину бумаги и ручку. — Можешь внимательно ознакомиться и подписать контракт прямо сейчас. Работать начнешь с завтрашнего дня. Надеюсь, с этим проблем не будет?       — Конечно, нет, — выпаливает Пак, придвигая к себе документы и начиная вчитываться в строки.       Первые абзацы весьма стандартны, чем-то даже похожи на тот контракт, что он подписывал в институте, когда поступал на первый курс. На удивление в этом документе сначала расписаны суммы гонораров за исполнение песен, авторских текстов и аранжировок. Пятизначные цифры в долларах шокируют Чимина, а в горле начинает першить. Благо в этот момент входит офис-менеджер, принося напитки и ставя перед ним стакан воды. Пак делает несколько глотков и чувствует, как на висках выступают капельки пота.       — Что-то не так? — отпивая свой кофе, интересуется Юнги-щи.       — Н-ет. Всё в порядке, — собственный голос предательски хрипит, вызывая ещё больше раздражения на реакцию тела.       — Мы ещё долго? — слышится со стороны Минки, на что Чимин слегка дёргается в кресле от неожиданности, а, повернувшись в сторону парня, видит, как тот делает большой глоток виски, осушая стакан. — Юнги, у меня дел по горло. Давайте быстро всё решим и расходимся уже. Я столько времени сегодня потерял, — Чимин в очередной раз задумывается о том, кто этот человек и почему он себя так ведет, но переполняющая радость заставляет абстрагироваться и вернуться к контракту.       На второй странице шрифт почему-то меньше и в блоке «Обязанности сторон» первым пунктом идет то, что повергает Чимина в шок. 1. Исполнитель Пак Чимин выполняет поставленные задачи в установленные сроки и записывает песни по требованию Заказчика Чхве Минки, который будет использовать эти записи в своих целях. 2. На протяжении действия данного контракта Исполнитель не имеет права где-либо выступать. 3. Исполнитель не имеет права распространять информацию о личности Заказчика.       С каждой прочитанной строчкой Чимина охватывает жар, выступающий испариной не только на висках, но и на шее. Он искренне не может понять, о чем тут идет речь, и на что он сейчас вынужден согласиться.       — Я не совсем понимаю… — шепчет неверяще, поднимая глаза на продюсера.       — А что тебе непонятно, малыш? Я буду открывать рот и петь под фонограмму, которую ты для меня запишешь. Деньги, как ты понял, я плачу хорошие. Хватит на безбедную жизнь, ну и оплатить учё…       — Минки! — рычит Юнги. — Ты можешь идти. Подписи свои поставил? Дальше я сам разберусь!       — Наконец-то, — бросает парень и выходит за дверь даже не прощаясь.       На глаза Чимина непроизвольно накатываются слезы, хотя он пытается их удержать. Губы начинают предательски дрожать, а пальцы выпускают ручку, которая катится по столу и падает на пол.       — Чимина, послушай меня. Ты талантливый парень, тут я спорить не буду, и в будущем тебя ждёт грандиозная карьера. Сейчас я предлагаю тебе отличный контракт. Это возможность набраться опыта и заработать денег. Намджун сказал, что ты живешь в общежитии и сам себя обеспечиваешь, — Юнги тяжело вздыхает и тянется к Чимину, но тот резко убирает руки со стола, не давая возможности прикоснуться к себе.       — Меня не интересует такой контракт! — голос звучит надрывно, но громко, чётко обозначая отказ.       — Зачем ты так? Это реально твой шанс. Давай ты сейчас успокоишься и хорошенько подумаешь о своём будущем.       — Я сказал: нет! — Чимин хватает со стола ненавистный контракт и на глазах изумленного Мина рвёт его в клочья, рассыпая мелкие обрывки по столу. — У меня есть мечта, и с вами или без вас я её обязательно реализую, — он резко разворачивается и выходит из кабинета, хлопнув дверью что есть силы.       — Ну… ну, — произносит Юнги, доставая из кармана телефон.