Соловей всея Средиземья

      На Бри медленно опускалась ночь. И когда оставалась лишь тонкая ярко-красная полоска света, разделяющая небо и землю, в трактире «Гарцующий пони» отворилась дверь. Порог переступила девушка, хотя, стоит отметить, определить это было весьма затруднительно, ведь выглядела незнакомка крайне необычно: в грязи с головы до ног, будто она искупалась в болоте (что было не далеко от правды), с комками земли в темно-рыжих вьющихся волосах, а единственным чистым пятном на её лице были большие глаза серого цвета. Она стояла, согнувшись и пытаясь отдышаться. Такой тишины ещё не бывало в обители эля. Заметив, что стала объектом пристального внимания всех находящихся в трактире, она разогнулась, откашлялась и, пожав плечами, изрекла: — Ну что могу сказать? Никогда не пытайтесь жульничать, играя с хоббитами на деньги, а то, как выяснилось, они могут задать хорошую трепку! Под конец она важно подняла палец и пара комочков грязи прилетели в лицо неудачно сидящему посетителю. Некоторые посмеялись, оценив шутку, остальные же просто потеряли интерес. Девушка, довольная произведённым эффектом, усмехнулась и, тяжело шагая, подошла к барной стойке. Бармен и, по совместительству, владелец заведения недовольно зыркнул из-под бровей. — Барлиман, мой дорогой друг, прошу, скажи, что у тебя есть свободная комната для меня, — упёршись о барную стойку, шутница устало улыбнулась. Бармен неодобрительно поджал губы и снова недовольно посмотрел на посетительницу. Он любил чистоту, и ему не нравились грязные следы, тянущиеся за нарушительницей покоя. Поставив жестяную кружку, которую он до этого натирал, и мельком взглянув в журнал учёта, он ответил: — Для тебя всегда найдется, Кэйа Соловей, — он протянул ей ключ от номера. — Пятнадцатый. Схватив ключ и поблагодарив бармена, она медленно поплелась на второй этаж, где располагались комнаты. Только закрыв за собой дверь, Кэйа осела на пол. Но до момента, когда она сможет отдохнуть, было ещё далеко. Эта мысль стала причиной тихого хныканья и капризного дёрганья ногой. Вздохнув и нехотя поднявшись на ноги, она кинула на кровать свои меч, лютню и небольшую котомку. Надо было срочно привести себя в порядок, а то, видит Эру, чистюля-хозяин этого места вполне может выгнать или потребовать бо́льшую плату.

***

      Через несколько непростых часов, когда путешественница наконец была чиста и телом, и одеждой, и, кажется, даже душой, она сидела за самым дальним столиком и с наслаждением потягивала эль. Это было не самое привычное времяпрепровождение для неё. Обычно Кэйа собирала вокруг себя толпу народа и травила байки о своих путешествиях, распевала песни об очередном своём приключении. Но сейчас она слишком вымоталась. Конечно, то, что она сказала про хоббитов, было шуткой. На самом деле она, в очередном порыве любопытства, решила пойти не протоптанной дорожкой, по которой ходят все, а по полям и лесам, в которых редко, или вообще никогда, ступала нога человека, эльфа и, тем более, хоббита. И, когда она пробиралась через болото, вспоминая ругательства на всех известных ей языках и проклиная своё любопытство, она нос к носу столкнулась с орками. Пришлось отбиваться, попутно выискивая пути отхода. Эти твари целый день гнали ее по болоту и лесу и отстали лишь в нескольких милях от Бри. В очередной раз отхлебнув эля и слизнув пенные усы, она задумалась. А что, собственно, там делали орки? Непорядок. Закончить мысль ей не дал стул напротив, который шумно отодвинул и занял бородатый старик в сером балахоне и в остроконечной шляпе. — Я уж думал, что не дождусь тебя, от чего ты так долго? — сразу начал ворчать старинный друг. Кэйа удивлённо подняла брови: — Здравствуй, Гэндальф, и я рада тебя видеть! А с чего ты решил, что я сюда приду? Между прочим, я долго не могла решить, идти сюда или искать каменных великанов, — с шуточным возмущением и напускной важностью сказала она. — Мы знакомы много лет, и я-то уж точно знаю, что ты никогда не отказываешься от пары кружек эля, если оказываешься недалеко от «Гарцующего пони», — хитро улыбнулся старый маг. — Раз уж ты так хорошо меня знаешь, то ты мне и ответь, отчего я так задержалась? — самодовольно усмехнувшись, Кэйа вновь с наслаждением отпила немного эля. Старик прищурился, осматривая девушку: — Тебе уже почти три тысячи лет, а ведёшь себя, будто тебе и двухсот нет. Опять шла Эру знает какими путями? Тебя вообще ничему жизнь не учит? — старый маг насмешливо пожурил подругу. От воспоминаний Кэйа сморщила веснушчатый нос и поскребла заостренными ногтями по старым шрамам. Оба шрама были слева, один тянулся, наискосок, от виска до скулы, а второй рассекал лоб и бровь, не доходя до глаза. Это одни из многих шрамов, которые она получила в своих похождениях. В тот раз она тоже решила пойти не нормальной дорогой, а своей собственной… и напоролась на огров. Будь те твари чуть умней, и ее кости давно бы уже служили зубочистками для этих вонючих гигантов. — Ну так, зачем ты меня ждал? — перевела она тему, поправив перья, вплетенные в волосы, и принявшись крутить серьгу в заостренном ухе. — Не для того же, чтоб отчитывать меня за старые привычки? — усмехнулась авантюристка. Старик сразу принял таинственный вид. Достал трубку, неспеша набил в нее табак, поджег и затянулся, степенно, не торопясь, пуская причудливые колечки дыма и наблюдая за их полетом. А в Кэйе тем временем разрасталась буря из любопытства и нетерпения. И вот, когда она уже готова была взорваться, Гэндальф заговорил: — Что ты скажешь, если я предложу тебе отправиться в путешествие? — он говорил это спокойно, будто о погоде. Сумев усмирить неуемное любопытство, и насмешливо хмыкнув, плутовка ответила: — Ну, смотря какое это путешествие! — она безуспешно пыталась делать вид, будто ей это не интересно. Но умудренный опытом маг знал ее слабые места. — О-о-о, это очень опасное путешествие! Возможно, самое опасное в твоей жизни! Ты точно потеряешь какую-нибудь конечность, и почти наверняка умрешь в страшных муках! — затянувшись и выпустив дым, он добавил: — Но, если все выйдет удачно, ты поучаствуешь в невероятных приключениях, сложишь несколько отличных песен, подружишься с толпой гномов и разживешься парочкой золотых монет. Уже не скрывая интереса, Кэйа с восторгом слушала хитрого мага. Но, как только он закончил говорить, успокоилась, помолчала пару минут, и недоверчиво спросила: — Почти наверняка умру? — Почти наверняка — вторил Гэндальф, важно потягивая трубку. — Невероятные приключения? — подавшись вперед, не унималась девушка. — Невероятнее не бывает! — кивнул старик подкрепляя свои слова и выпуская облачко дыма. — Так чего же мы ждем? — Кэйа встала, уже готовая пуститься в новый изнуряющий путь, совсем позабыв про эль. Гэндальф рассмеялся, совершенно не сомневаясь в своей старой подруге. — Сядь, неугомонная, — по-доброму усмехнувшись, велел маг. Послушно сев, она уставилась на друга, готовая слушать подробности. — Приходи завтра на закате в Шир, найди отмеченный мной дом, ты поймешь, о чем я, когда увидишь. Там ты узнаешь все подробности. Ну, а мне уже пора, — торопливо встав, он уже собирался уйти, но потом, что-то вспомнив, обернулся: — Иди как все! По дороге, по которой ходят все! Не вздумай срезать! — и, погрозив пальцем для надежности, вышел из трактира, оставив пристыженную Кэйу, которая, впрочем, не испытывала ни капли стыда, сидеть и допивать эль.