Предания менестреля

Победа была слишком сладкой. Она медленно таяла на губах, рождая внутри искушающее наслаждение. Это томное чувство сжигало их изнутри. Дверь уже заперта. Никто не потревожит. Лишь ночь будет наблюдать за ними в открытые окна. Да, пусть она смотрит в их окна, пусть завидует их блаженству, пусть краснеет на рассвете от стыда. В камине мирно потрескивали дрова, и всполохи огня играли на стенах в диком танце страсти. В бокалах искрилось вино. Лишь пара глотков… и огненная страсть охватит комнату целиком. — Ты рано празднуешь! — — Я праздную вовремя! Ибо уже к утру они соберут новую армию, а значит, к вечеру попытаются отбить замок. У нас всего лишь ночь. Целая ночь! — Ты рано празднуешь… Он подошел ближе. Лишь коснуться кожи, провести пальцами по волосам, и … она сдаться, она станет его победой, еще более приятной, чем отвоеванный замок. Впереди вся ночь. Он смотрел в ее глаза, она не могла выдержать его взгляда. Ее решительность терялась в сомнениях, его разум поддавался желаниям, а сердце пронизывало тонкой ноющей болью, приносящей невероятное наслаждение. — Ты так тяжело дышишь. Должно быть, устала весь день в этом корсете. Она закрыла глаза и поддалась его рукам. Он аккуратно ослабил шнуровку, ткань скользнула с плеч. Взгляд глаза в глаза. Отблески пламени на стенах. Прикосновение рук. Прикосновение губ… В мире существовали лишь они двое. И ночь нагло наблюдала за ними в открытые окна, краснея от стыда предрассветным небом.

***

Она проснулась от грохота. Под окнами передвигали боевые машины, готовясь к обороне замка. Постель рядом с ней была еще теплой, значит, он ушел не так давно. — Ах, этим мужчинам только войны интересны, — вслух подумала она и откинула простынь. Слегка загорелая кожа мерцала в солнечном свете. От этого ее тело было еще более манящим, волшебным, желанным. Она знала это. Обнаженная, она прошлась по комнате, томно потянулась, осмотрелась в поисках одежды, сорванной накануне с нее жадными руками любимого. Собрав вещи, она вернулась на кровать и закрыла глаза. В голове пронеслись картины прошлой ночи. Тени, шепот, губы, соленые капли пота… Руки, ласкающие ее тело, распущенные волосы, липнущие к щекам, плечам… Его дыхание, ее стоны, бешеный ритм пульса… Дрожь, экстаз, забвение… От воспоминаний приятное ноющее тепло разлилось внизу живота, на шее проступили капли пота. Ее тело шептало, просило, умоляло продолжения… наслаждения. Она переборола в себе это чувство, оделась и спустилась вниз. Замок готовился к обороне. Люди и эльфы спешили, суетились. Рассматривали карты, точили мечи и топоры. Гномы усердно латали доспехи. Двое хоббитов готовили в котелке похлебку, увлеченно споря, стоит ли добавлять туда западные травы. Молодые воины с любопытством слушали небылицы юного дерзкого менестреля, хвалившегося тем, что он накануне разбил целое племя варгов, а опытные воины потешались его рассказам. Ведь варгов было всего двое, да и те щенята, а менестреля пришлось нести в замок на руках, после того как он полумертвый упал в обморок от страха посреди схватки. Девушка улыбнулась и села в углу, взяв в руки свой колокольчик. Во вчерашней битве на него наступил тролль, и инструмент был безнадежно испорчен. К ней подошел гном в тяжелых скарновых доспехах. — Я мигом его починю! — прогремел гном и чуть ли не силой вырвал инструмент из рук девушки. Что ж, противиться нет смысла, вдруг и правда починит. Она задумалась о предстоящей битве. Враг был силен, армией управляли опытные и невероятно жестокие орки. Она понимала, что они придут вовсе не для того, чтобы отбить замок, а чтобы уничтожить их. Всех до последнего. Поток мыслей прервал все тот же гном. Он застенчиво протянул ей колокольчик, сияющий как новый. — Я это… — замялся гном, — Я тюкнул по нему разочек, он совсем на кусочки развалился… Ты не грусти, я тебе новый сделал. Этот еще лучше. С такими воины Дунланда ходят! — он нервно улыбнулся, надеясь на прощение. — Спасибо, — девушка застенчиво улыбнулась в ответ. Она была удивлена заботой и добротой этого гнома. Странно, они раньше не встречались, с чего такой интерес к ее персоне? Она взглянула на колокольчик и прочитала гравировку, сделанную рукой мастера. — Это твое имя? — спросила она, подняв глаза. Но гнома рядом уже не было. Она оглядела зал, но не нашла его. Собрав длинные волосы в косу, и взяв колокольчик и меч, она вышла из замка через главные ворота. День был жаркий и солнечный. Даже не верилось, что идет война. Пройдя мимо расставленных охотниками ловушек, она обогнула замок и увидела его. Он что-то объяснял рыцарю, указывая рукой на горы. Заметив ее, он прервал разговор, подбежал к ней и схватил на руки, закружив ее в нескромном поцелуе. Рыцарь усмехнулся, сел на коня и рванул в ту сторону, что показывал его лидер. Они остались вдвоем. Сомкнулись руки, сомкнулись губы. Ее ресницы щекотали его щеку. Солнце светило в глаза, тепло разливалось по телу, рождая желание забыть обо всем на свете и наслаждаться прикосновениями друг к другу, поцелуями… Он коснулся губами мочки ее уха, она закрыла глаза и тихо застонала от удовольствия. Нежный шепот заставлял ее сердце биться чаще. — Погоди, не сейчас, — он посмотрел ей в глаза, — Отстоим замок, и я буду твой столько, сколько захочешь. Она обиженно надула губки. — Я думала искупаться. Тут недалеко есть брод, воды по пояс. Пойдешь со мной? — Это опасно, что если наступление начнется? — Ты сам говорил, что они подойдут не раньше вечера, а скорее всего после заката. Сейчас и полудня нет! Ну же, пойдем! — Я не могу, надо многое еще подготовить к вечеру. Он ласково ее поцеловал и побежал к группе эльфов, что-то обсуждавших и рассматривавших разные стрелы. Она спустилась к реке, сбросила на землю меч, щит и колокольчик, развязала корсет и сняла юбку, оставшись в одной рубашке. Медленно, с наслаждением зашла в прохладную воду по пояс, намочив края рубахи, которая жадно прижалась к ее упругому телу. Набрав побольше воздуха, она оттолкнулась и нырнула в воду, проплыв пару метров. Выглянув на поверхность, она откинула влажные волосы назад и открыла глаза. На берегу перед ней стоял урук, готовый выпустить стрелу. Она замерла в страхе, не в силах пошевелиться и не зная, как поступить. К реке спускалась целая армия орков. Решение пришло неожиданно. Собравшись с мыслями, она набрала в легкие побольше воздуха и нырнула под воду, в надежде отплыть в сторону тины и сбить врагов со следа. Но не успела она одолеть и пары метров, как почувствовала, что что-то липкое и тягучее оплело ее ноги. Она вынырнула и увидела огромного паука. Паутина обвивала ноги, яд проникал в кровь, свет померк в ее глазах. Сознание гасло в ее голове… Гибель была близка.