Четвёрка звучит как смерть

Были ли братья Морияма шокированы? Определённо да! Были ли они удивлены? Может и нет. Натаниэль ввязался в опасную игру, это окончательно стало ясно ещё зимой, когда он собрал столь странную компанию для празднования. Веснински строил свою сеть и плёл интриги у всех на виду, однако никто не замечал тревожных звоночков до последнего. Переработки? Он всегда слишком много на себя брал. Странные поездки без видимой нужды? Наверное, опять какие-то проблемы с отцовскими компаниями. Чрезмерная опека всех братьев? Да что ж здесь необычного, вроде, всегда так было… Однако, когда Ичиро начал догадываться, что намечается какая-то катастрофа, было уже поздно. Конечно, он видел своих врагов, убытки он мог заметить так же легко, как и подвернувшуюся выгоду. Да и Рико следил за их коммуникациями. Морияма всегда следили за своей территорией, защищали собственные интересы и делали всё во благо дела. Но, как оказалось, всё время они смотрели не в ту сторону. Когда Рико наконец-то понял, что его солнце работает над чем-то огромным и никак не согласованным с Ичиро, он действительно испугался. Конечно, он не думал, что его семья может предать их интересы, но было очень больно осознавать, что их младший брат абсолютно пренебрёг их просьбами и возможностями. Веснински согласился на помощь русских, а не на их, и это удручало. Но страшнее всего стало тогда, когда он осознал, что уже слишком поздно что-то делать. В конце февраля Рико наконец-то нашёл какой-то странный, еле заметный след развития Капуто в США, а вслед за ним и команду Веснински, что тоже организовывала какую-то сумасшедшую операцию. К марту Морияма поняли, что их брат так же связался с Волковым, и их общий проект определённо связан с итальянцами, а не с поставками через океан. И как раз тогда, когда они окончательно решили разобраться со всем, наконец-то откровенно поговорив с Натаниэлем, Кито средь бела дня вытаскивает их из офиса. Он молча отвозит братьев в Пальметто, а попутно они узнают, что их младший брат был арестован ФБР. Арестован на глазах толпы и всех Лисов, закован в наручники, вгоняющие его в панику, заперт в чьей-то машине без возможности защититься. До последнего не хотелось верить в происходящие, они хотели в эту же секунду кинуться к нему на помощь, но все приближённые Веснински контролировали их, не боясь открыто угрожать. Да, братья знали, что у их младшего брата не здоровое чувство долга перед ними, но кто же знал, что из-за него он полезет воевать? Так безрассудно кинет себя на амбразуру, подвергнув себя зверским издевательствам? Больше суток братья вместе с Лисами ждали хоть какой-то лучик света, пока их хранили как зеницу ока. Они томились в неведении и надежде, что их бестолковый брат не пожертвует собой ради иллюзорного спокойствия. А потом нашли тела Натана и Лолы на их «любимом» порту. Тела, скорее напоминающие безумные ритуальные куклы. Тела, изуродованные всё ещё меньше, нежели тело их брата. Ичиро уже предлагал брату как-то решить вопрос с отцом, но тот ускользал от прямого ответа пару месяцев. Теперь хотя бы ясно из-за чего. Однако, когда они решили, что теперь можно успокоиться и просто ждать Веснински, он просто испарился. Неделю они жили как в тумане под постоянным присмотром охраны, дожидаясь уже хоть чего-то. Ну и дождались. 15 марта произошёл взрыв. Буквально взрыв в их главном офисе, где они должны были сидеть прямо сейчас. Взрывы, тела, реки крови… А закончилось всё небольшим интервью о былом бизнесе. Натаниэль провернул что-то сумасшедшее. Что-то настолько невообразимое, что никто даже предположить не мог, что подобное возможно. За какую-то неделю вся жизнь в стране перевернулась. Весь мир бизнеса и криминала был приведён в движение их братом. Их братом, их советником, лучшим работником всей организации, тем, кто при желании смог бы подчинить себе, кажется, весь мир. Натаниэлем, которому только исполнилось 17 лет. Эндрю, что, кажется, был единственным хотя бы чуть-чуть понимающим, что происходит, пытался сказать всем остальным, что сохранение тайны было основным приоритетом Натаниэля, единственным достаточно надёжным способом обеспечения безопасности для всех них. «Он готов поставить на кон собственную жизнь, но не ваши». Но разве он стоит меньше? Разве смогут они дальше жить, зная, что именно они стали одной из причин его гибели? А потом за ними приехал Марк в компании Волкова. Морияма отчаянно хотели узнать хоть что-то от их сопровождающих, но главный помощник Натаниэля был слишком уставшим, чтобы терпеть их болтовню. Братьев привезли в Колумбию в аккуратный семиэтажный офис, где на последнем этаже их уже ждал Веснински. — Привет. Я рад вновь вас увидеть. — Натаниэль выглядел уставшим, с новым шрамом на лице, вновь в перчатках, и, по всей видимости, что-то случилось с его ногой, потому что он усиленно скрывал хромату. Их брат был так юн. Слишком юн для всего того дерьма, что он разгребал в своей жизни. — Первым делом я хотел бы попросить простить меня за весь этот кошмар, что я устроил. — Солнце… — Рико просто обнял брата. Не важно, что произошло между ними, кем и где они стали, в первую очередь они — семья. — Я думал, что потерял тебя, понимаешь? — Да, прости меня… — Эль, ты растоптал данные нам обещания… — Ичиро уселся напротив Веснински, когда Рико наконец-то отпустил его. — Мы понимаем твоё желание делать всё возможное, но это не значит, что ты должен постоянно быть на передовой, рискуя собственной жизнью. Что-то нужно менять, потому что мы не хотим потерять тебя. — Сейчас я могу честно сказать, что на ближайшие годы это была самая масштабная и опасная операция. Я понимаю, что вам было плохо, и вы переживали. И я прекрасно понимаю, что вы боялись за мою жизнь, но я больше не могу. — Веснински осушил бокал, судя по всему, с виски, беря передышку перед следующими словами. — Я устал так жить. Я больше просто не могу. Каждый день мне нужно было выживать, и это отвратительно. Я сейчас грозу за двое суток предсказать могу… Я просто не мог больше терпеть, чтобы сделать что-то менее заметным или рискованным, к тому же, Капуто уже подобрались слишком близко к нашей семье. Не было более эффективного плана. И я решил действовать. Именно я больше не мог так жить, и именно моя жизнь могла быть под угрозой из-за этого плана. — Мы могли помочь тебе. У тебя большое влияние, но наши силы могли бы сделать всё ещё проще. — Ичиро всё ещё был расстроен из-за того, что его младший брат не попросил простой помощи в таком кошмарном плане. — Ну хотя бы предупредить или дать знать о каком-то приготовлении… — Рико был расстроен не меньше. — Нет, не мог. Я не мог подключать вас, потому что Капуто всю дорогу следили не за мной. Они хотели уничтожить именно Морияма из-за конфликта с Кенго. Из-за того, что меня так долго скрывали, они не смогли вовремя узнать достаточно информации, благодаря чему я смог всё реализовать. Именно из-за скрытой сделки я просил помощи у Владимира. Они ведь тоже не были идиотами… Капуто хотели разово искоренить всю нашу организацию, и, если бы вы начали что-то предпринимать, никто не знает, что произошло бы. Я знаю, что вы хотели бы мне помочь, может сделать что-то иначе, но это было бы дольше и опаснее. А ждать было уже невыносимо. И знаете… Мне не жаль. — Веснински поднялся, подходя к окну. — Я здесь, всё ещё жив и даже практически здоров. Я не жалею ни об одном решении. Натаниэль считал, что его план сработал практически идеально. Он смог вычистить всю страну, искоренить даже маленькие угрозы, и сейчас он мог наконец-то вздохнуть спокойно. Он мог наконец-то именно жить. — Знаете, мне 17 лет, а ощущаю я себя минимум на 35. И это действительно дерьмово. Я сделал всё что мог и должен был для всех нас, но сейчас я действительно хочу пожить для себя. Конечно, я не брошу никого из вас, но теперь я хочу встать на первое место в собственной жизни. — Веснински всё ещё не смотрел на братьев, избегая их взглядов, сосредоточившись на сдерживании трясущихся рук, пока он наливал себе ещё одну порцию алкоголя. — Вы есть друг у друга, и мне кажется, что сейчас вам нужно именно вдвоём строить своё дело. Вы братья Морияма, а не я. Старшие были, мягко говоря, шокированы. Несколько лет они хотели взрастить в брате чувство собственной важности, хотели заставить его ценить собственную жизнь, но у кого-то другого это получилось явно намного лучше. И если они не были довольны его рисками в эту секунду, то счастливы за него точно были. — Солнце… — Это лучшие новости после известия о том, что ты жив, Эль. — Ичиро улыбнулся, кажется, впервые за последнюю неделю, если не больше. — Это, блять, просто замечательные новости. — Старший Морияма налил себе бокал виски, сразу осушая его на половину. — Да, пожалуй, чудесные новости. — Рико тоже налил себе выпить, только несколько меньше, нежели братья. Морияма даже слегка чокнулись, «отмечая» новый этап в жизни брата. Натаниэль смотрел на братьев, удивляясь их реакции. Он понимал, что они всегда хотели для него лучшего, но сейчас они выглядели действительно странно. Будто его решение отказаться от части обязанностей стало настоящим праздником. — Скажите, что я не сплю… — Младший, хихикая, тоже чокнулся с братьями, вновь усаживаясь на собственное кресло. — Натаниэль Абрам Веснински, за годы работы в нашей организации вы вправду выполнили практически пятнадцатилетний план, но, к моему глубочайшему сожалению, ни разу не взяли отпуск. Поэтому, на правах вашего непосредственного руководителя, я приказываю вам наконец-то озаботиться вопросом отдыха, восстановления и т.д. и т.п. Я готов подписать вам заявление без даты вашего выхода. — Ичиро стащил какой-то пустой листок со стола брата, делая вид, что что-то подписывает. — Прошу, отдыхайте спокойно и набирайтесь сил, вы крайне важны для нас. — Хах, Ичиро, ты — взрослый, серьёзный человек… — Натаниэль не мог перестать тихо хихикать над всем происходящим. — Прямо сейчас я думаю о своих планах, так что подробности сообщу вам позже. Но уже сейчас могу сказать однозначно, что спортивная карьера подошла к концу. — Солнце, ты разбиваешь мне сердце… — Рико смахнул воображаемую слезу, прекрасно зная, что если бы Веснински не хотел отомстить Тетсуджи, то даже не выступал бы на настоящей игре. — Как хорошо, что у тебя есть ещё достаточное количество интересов, чтобы компенсировать этот великолепный спорт. — Я вас обожаю… — Веснински выпил очередной бокал, наслаждаясь этой чёртовой жизнью. — А вообще, нам нужно в очень многом разобраться, начиная от всего переполоха, что я навёл, и заканчивая тем, что я собираюсь немного корректировать свою работу… Братья несколько часов обсуждали тонкости их новой стратегии развития организации. В ближайшие годы именно Морияма необходимо будет укрепиться во главе и настроить свою работу. У них мощные связи как внутри США, так и за пределами страны, так что особых проблем возникать не должно, а если уж что-то пойдёт не так, они смогут с этим справиться. *** Внезапный стук в дверь помешал саркастичным насмешкам над ведущими кулинарного шоу, которое Эндрю смотрел вместе с Натаниэлем после ужина в четверг. У них обоих не было долгов по учёбе, и они совершенно не переживали из-за грядущих экзаменов, благодаря чему спокойно проводили вечера после тренировок за просмотром чего-то бессмысленного по телевизору. Сегодня они никого не ждали. До финала осталось чуть больше недели, и большая часть команды откровенно переживала, однако их маленький мир пережил уже достаточное количество стресса, из-за чего сейчас волноваться уже просто не осталось сил. Конечно, они выкладывались на тренировках, помогали команде учить новые связки и приёмы, но вне поля они предпочитали забыть о чем-то столь посредственном. Как ни странно, но именно Натаниэль в итоге решил, что его нервы дороже переживаний о пьедестале. Поэтому сейчас Веснински неохотно поднялся с дивана, выбираясь из пледа и стараясь не облиться чаем. Открывая дверь, он точно не ждал увидеть за ней копию Миньярда. Аарон спокойно стоял на пороге, готовясь ещё раз постучать, когда перед ним появился Натаниэль в пижаме и с чаем в руках. И, Господи Боже, он ещё ни разу не видел этого беса в подобном виде… Серьёзно, этот смертоносный юноша сейчас выглядел как расплавленный зефир в тапочках и с большой кружкой в руках. Даже шрамы не могли сейчас заставить кого-либо поверить в опасность этого человека. — Здравствуй, Аарон. — Веснински убрал чёлку с лица, отпивая глоток чая. — Ты что-то хотел? — А? — Миньярд как-то слишком задумался над открывшимся зрелищем. — Да, я хотел бы поговорить с Эндрю… Эм… Он здесь? — Да, проходи. Хочешь чай? — Честно? Натаниэлю просто стало немного всё равно. Ему стало абсолютно неважно, как к нему относились Лисы, остальные студенты или любые другие люди вокруг, ему хватало мнения Эндрю и временами его семьи. Он просто хотел наконец-то быть собой. Собой, который любит шёлковые пижамы, травяной чай и глупые телешоу. — А? — Миньярд-копия всё ещё не до конца пришёл в себя, хлопая глазами. — Нет, спасибо, я ненадолго. — Веснински пожал плечами, вновь забираясь с ногами на диван к Эндрю. Его сосед всю дорогу не отрывался от телевизора, запоминая рецепт шоколадного печенья. Только когда Натаниэль уселся в паре сантиметров от него, он положил свою руку на чужое бедро. — Что тебе нужно? — Когда десерт на экране наконец-то поставили в духовку, Эндрю всё же соизволил обратить внимание на близнеца. — Я хочу познакомить тебя с Кейтлин. — Аарон казался немного напуганным, но очень уверенным. Он прямо смотрел на брата, не собираясь отступать от намеченного плана. — Я предложил Ники устроить ужин в нашем доме в Колумбии, чтобы вы оба познакомились с моей девушкой. — Эндрю долгие секунды смотрел на близнеца, выдерживая драматичную паузу. — Ладно. — Миньярд-оригинал взглянул на собственную ладонь на бедре Натаниэля и вновь перевёл глаза на Аарона. — Но он поедет с нами. — На секунду в глазах гостя блеснул огонёк несогласия, но он чрезвычайно быстро погас, когда он кивнул сам себе. — Ладно. — Аарон пару секунд посмотрел на свернувшегося калачиком Веснински, оценивающе оглядывая его с ног до головы. — В эту субботу в пять. Но ты не будешь угрожать ей ножом. Вы оба не будете. — Натаниэль лишь пожал плечами, вновь заправляя волосы. Ему было слишком всё равно. Да и в конце концов, у него был Глок. — Посмотрим. — Эндрю! — Аарон уже захотел крикнуть что-то язвительное, как делал это в последние годы, но почему-то холодный взгляд Веснински его остановил. — Мы никогда не знаем, что может произойти, но я буду стараться вести себя вежливо. — Хорошо. — Миньярд-копия развернулся, уходя обратно к двери. — До завтра. — Аарон захлопнул за собой дверь, наконец-то оставляя самую устрашающую парочку Лисов наедине. — Кажется, он решил не убегать от тебя. — Натаниэль отставил свою кружку, упираясь ногами в бедро Эндрю. — Я думаю, ужин пройдёт хорошо. Кейтлин очень милая девушка. — Откуда ты это знаешь? — Миньярд уставился на Веснински, пытаясь одним взглядом вытащить из него ответы. — Мы пересекались пару раз. — Юноша неоднозначно махнул рукой в подтверждение своих слов. — Какого чёрта, Веснински? — Эндрю дёрнул его за ногу, перетаскивая ближе к себе, вызывая озорное хихиканье. — Нууу, возможно, крайне маловероятно, что кто-то нашептал милой чирлидерше о необходимости подталкивания её молодого человека к налаживанию семейных отношений. Но никаких гарантий, это вообще ничего не значит, честное слово. — Миньярд безжалостно дёрнул беса за вторую ногу, практически затаскивая к себе на колени. — Эй, я же сказал, только гипотетически! — Эндрю лишь смерил юношу нечитаемым взглядом, окончательно усаживая на свои бёдра. — Этот чёртов рот… — Веснински лишь усмехнулся на огонь в чужих глазах. Он знал, что близнецы на самом деле хотели быть настоящей семьёй, они просто не знали как. — Да или нет? — С тобой всегда «да», Эндрю. — Натаниэль сам подался вперёд, полностью прижимаясь к крепкому телу под собой. Его удивительно успокаивало ощущение крепких рук на бёдрах и накаченных плеч под ладонями. Губы голкипера всегда были сказочно тёплыми, собственно, как и всё его тело. Поцелуй был мягким и тягучим, он походил скорее на нежные объятия, медленно наполняющие бабочками живот. Они наслаждались близостью и ощущением дома. Нельзя словами описать то спокойствие, которое они ощущали в объятиях друг друга. Веснински держал руки на плечах голкипера, не желая рисковать сегодняшним комфортом ради углубления границ, но он всё равно пытался максимально увеличить площадь контакта, прижимаясь к партнёру, пока Миньярд притягивал ноги Натаниэля всё ближе к себе. Прямо здесь и сейчас они не хотели страсти или чего-то большего, но им отчаянно хотелось слиться в одно целое. *** Суббота пришла неожиданно быстро. Выходной начинался поздно, потому что ни одному жильцу их квартиры не хотелось вставать слишком рано. Однако, Натаниэль всё равно поднял свое бренное тело с кровати, чтобы принести им обоим какой-нибудь завтрак. Выбор пал на любимые вафли Миньярда с каким-то сумасшедшим количеством сахара и шоколада. Веснински же решил ограничится чем-то менее убийственным, то бишь классическим английским завтраком. Но надо отдать должное, шоколадная бомба пахла великолепно, и, кажется, оставила напоминание о себе в кенигсегге ещё на пару дней. К возвращению младшего в квартиру его уже ждали свежий кофе и растрёпанный Миньярд, который почти с порога начал рыться в пакете в поисках своего завтрака. — Приятного аппетита, сахарный наркоман. — Натаниэль хихикнул, заходя на кухню, где уже были распакованы их контейнеры. Эндрю лишь хмыкнул, наливая две кружки кофе, желая наконец-то приступить к еде. — Спасибо. — Веснински уселся за стол, подобрав под себя одну ногу. Ему безумно нравились эти тихие утра, когда он мог просто спокойно позавтракать, не переживая о том, как он выглядит, кто прямо сейчас следит за его семьёй, и какую западню сегодня придётся обходить. Просто жить оказалось очень приятно. Конечно, это не было обыденностью, но теперь он мог позволить себе хоть иногда сбросить вес проблем с собственных плеч. — О чём ты опять думаешь? — Миньярд даже не смотрел на него в этот момент. — Я буквально слышу, как трутся шарниры и шестерёнки. — Эндрю всё же поднял глаза от еды, чтобы кинуть презрительный взгляд на чересчур задумчивого юношу. — Во-первых, я просто наслаждаюсь моментом. У меня раньше практически никогда не бывало обычных поздних завтраков, да и просто завтраков, во время которых мне не нужно было бы думать о том, что за моей дверью ждёт кто-то, желающий смерти мне или моей семье. — Веснински одарил Миньярда не менее презрительным взглядом за вмешательство в его тишину. — А во-вторых, мне предстоит откровенно безумный разговор с семьёй… Я не могу даже предположить, что будет после всей чехарды, что я собираюсь учудить. — Натаниэль тяжело выдохнул, откидываясь на спинку стула. Принятое решение было окончательным, оно уже не подлежало обдумыванию, но вот реакцию братьев предугадать не получалось, и это его откровенно расстраивало. — Я могу поехать с тобой, меня ты уже не шокируешь. — Голкипер отставил кофе, полностью концентрируясь на разговоре. — Чертёнок, если ты думаешь, что можешь сделать свою жизнь лучше, то делай. Они твоя семья, твой комфорт — их приоритет. — Я был бы очень рад твоему присутствию. — Улыбка, расползающаяся по губам Натаниэля была особенно нежной. — К тому же, тебе тоже стоит узнать о моих планах. — Пока ты не планируешь собственную смерть, это не критично. — Эндрю было действительно всё равно, ему не за что держаться, кроме как за этого дьяволёнка, а уж с собственной жизнью он разберётся где угодно. — Даже если я захочу уехать в джунгли и начать жизнь затворника? — Веснински хихикнул, представляя себе эту жизнь аборигена. — Я не дам тебе залезть дальше часа пути до ближайшего супермаркета, но, если таково твоё желание — вперёд. Но себе я построю нормальный дом. С электричеством. И интернетом. — Миньярд засунул очередной кусок вафли в рот, смиряя Натаниэля равнодушным взглядом. — На твои деньги. — Буду иметь в виду. *** Эндрю предпочёл дорогу в уютной тишине спорткара Натаниэля, позволив Ники самостоятельно довезти Аарона и Кейтлин в Колумбию. К тому же, второй Миньярд хотел поехать пораньше чтобы «подготовиться», а ни ему, ни Веснински не хотелось выходить из квартиры слишком рано. Поэтому, заехав по пути за вином и тортом, они добрались до дома кузенов только к 16:55. В доме уже играла тихая музыка, и вкусно пахло, когда они наконец-то соизволили зайти, сразу отправляясь на кухню. Ники раскладывал последние приборы, когда они зашли, а Кейтлин мило болтала с Аароном, убирая что-то в холодильник, однако Миньярд резко замолчал, увидев брата в дверях. Эндрю было слишком всё равно на подобную реакцию, поэтому он просто передал коробку с тортом в руки девушке, чтобы она поставила его куда-нибудь. — Добрый вечер, где я могу открыть бутылку? — Непробиваемая вежливость Натаниэля вывела хозяев ужина из оцепенения. — Я открою. — Аарон залез в ящик, доставая штопор. — Можете рассаживаться, у нас уже всё готово. — Близнец вновь впился яростным взглядом в Эндрю, что стоял слишком близко к его девушке. — Он не убьёт её, можешь поубавить паранойю. Мне казалось, ты собирался наконец-то наладить ваши отношения, разве нет? — Веснински уселся спиной к стене, оставляя место рядом для Эндрю. — Не стоит входить в новую жизнь со старыми правилами. — Добрый вечер, Натаниэль. Здравствуй Эндрю, можешь присаживаться, мне осталось достать только бокалы. Аарон, ты тоже можешь пойти за стол, и успокойся, наконец, это просто ужин. — Кейтлин слегка подтолкнула своего парня ближе к брату. Аарон оставил место для Кейтлин напротив Веснински, в кои-то веки, посчитав его наименьшей угрозой. Ники попытался завести лёгкий разговор, но был проигнорирован близнецами. В итоге они сидели молча, пока Кейтлин не присоединилась к ним за столом. — Я очень рада, что вы согласились прийти на ужин. Аарон очень переживал, что вы не одобрите его выбор. — Кейтлин мило улыбнулась, окидывая взглядом Эндрю и Натаниэля. — Я больше не вправе вмешиваться в его жизнь. Но ты лучшее, что могло случиться с этим оболтусом, чем я могу быть недоволен? — Эндрю ухмыльнулся, глядя на покрасневшие скулы брата. — Я никогда не был против конкретно тебя, просто мне не нравится, когда мне врут, особенно после обещания так не делать. — Теперь Аарон, спрятавший взгляд в тарелке, казался пристыженным. — Тебе незачем бояться меня, милая Кейтлин, по крайней мере, пока ты делаешь только правильные вещи. — Эндрю. — Веснински сверкнул недовольным взглядом, заставляя голкипера наконец-то замолчать. — Я не думаю, что сейчас подходящее время и место для подобного разговора. Мы здесь для знакомства и налаживания связей, а не для уличения друг друга в ошибках. Я рад быть здесь, и так же рад видеть тебя здесь, Кейтлин, кстати, передавай привет отцу, я знаю, что он интересовался мной. — Спасибо, я передам. — Девушка немного злорадно улыбнулась, но быстро спрятала эмоции, вновь возвращая миру добрую сторону себя. — Я не была прям удивлена, услышав о твоём присутствии, Натаниэль, но у меня есть пара вопросов. — Может быть не совсем добрую. — Хах, сегодня я к твоим услугам. Наши жизни, всё-таки, достаточно плотно теперь сплетены, не так ли? — Близнецы были достаточно удивлены подобным поворотом событий, однако отчаянно пытались скрыть это, в отличие от Ники, что уже даже перестал пить, наблюдая за происходящим. — Так вы были знакомы? Веснински, чёрт возьми, откуда ты всех знаешь? Ладно, Джереми-солнечный-мальчик ещё понятно, но отец Кейтлин? — Ники метался между десятком вопросов, пытаясь выбрать что-то наиболее подходящее. — Какого чёрта? — Ой, тут всё просто! — Кейтлин даже чуть-чуть хихикнула. — Просто мой отец — коп, вот и всё, тут нет ничего странного. — Дорогая, если что, это ничего не объясняет. — Аарон уставился на девушку, когда она немного удивлённо окинула остальных взглядом, останавливаясь на Веснински. — Какого чёрта, Веснински? — Натаниэль лишь глотнул вина на подобный выпад. — Отец Кейтлин всю жизнь был хорошим копом, которого никогда не слушали, а я просто стал тем самым плохим парнем, что послушал. — Натаниэль. — Даже Эндрю не совсем понял, что тут очевидного. — Давайте ещё раз. Ни для кого за этим столом не секрет — я работаю в мафии, причём высоко в мафии. Южная Каролина — моя территория, пару лет как я уже навожу здесь порядок, а полиция — голова змеи. Пришлось провести серьёзную ревизию кадров в поисках людей, которые действительно хотели бы сделать жизнь людей лучше. Отец Кейтлин — прекрасный человек и безумно толковый коп, я помог ему обрести голос, он помог мне навести порядок. Всё. — Ну да, что-то в этом роде. — Ники вновь уронил челюсть, Миньярды же просто смирили взглядами своих соседей за столом. — «Мы пересекались пару раз» — это не вот это всё, чертёнок. — Эндрю толкнул Веснински коленкой под столом. — Твою мать, Кейтлин… Могла бы и рассказать, что знакома с гангстером. Хотя бы о том, что знаешь этого малолетнего придурка. — Аарон был раздражён подобными открытиями. — Не называй его так, он хороший парень. — Кейтлин лишь улыбнулась на обвинения, раскладывая всем салат. — +1 в копилку Кейтлин, она из хорошей семьи, не так ли? — Натаниэль озорно ухмыльнулся Эндрю, пытаясь сбавить обороты разговора. — Ага, и -1 тебе, придурок. — Аарон кинул виноградинку в Веснински, однако всё равно слегка улыбнулся. — А я не собирался даже пытаться произвести хорошее впечатление. Все и так знают, что у меня нет шансов. — Я бы поспорила, учитывая количество людей, для которых ты выше самого Господа. Но, боюсь, Лисы слишком хорошо тебя знают, чтобы попасться на твои уловки. — Милая, ты слишком веришь в умственные способности нашей команды. Большая её часть считали Натаниэля бедной овечкой намного дольше позволенного. Этот бес практически не скрывался, но мы были ослеплены его улыбкой… — Ники недовольно сунул вилку в рот, вспоминая столь очевидную слепоту. — Господи, а как так получилось, что я не знал, что твой отец — коп?! Я думал, он какой-то клерк на госслужбе… Ты не говорила, что он работает в органах. — Аарон удивлённо посмотрел на свою девушку, поражаясь собственной глупости. — Ну, не все парни спокойно относятся к подобному, а учитывая, что ты — Лис, я бы поспорила, что у тебя с вероятностью 99% были или есть проблемы с полицией. К тому же, ты спросил только один раз… В общем, не было повода рассказать. — Кейт… Он хотя бы знает, что ты встречаешь со мной? Или мне уже пора начинать готовиться к тому, что он будет заставлять тебя расстаться со мной? — Аарон казался даже немного напуганным таким исходом событий. — Дорогой, всё будет хорошо. Он знает, что ты хороший парень, и ничего против не имеет. Я бы сказала больше, он уже хочет познакомиться, но я думаю, мы оставим это на лето. — Дорогой, не переживай, мой отец уже ни с кем не хочет знакомиться. — Натаниэль злорадно улыбнулся, почти заставив Эндрю подавиться, сначала от милого обращения, а потом и от упоминания ебучего Натана. — Грёбанный дьявол. Ненавижу тебя. Не знаю, чего я хочу больше… Жестоко убить тебя, или очень жестоко убить тебя! — Эндрю впился испепеляющим взглядом в Веснински, что теперь мирно жевал свой салат. — Ммм, а вы, ребята, встречаетесь, да? — Кейтлин невинно хлопала ресницами, потягивая своё вино. Натаниэль кинул взгляд на Эндрю, но увидел ровно ноль реакции. — Да. — Натаниэль предпочёл спрятать улыбку за бокалом, пока его теперь-уже-точно-парень выдерживал на себе взгляды семьи. — Рада за вас, я думаю, вы хорошая пара. — Ах, какая пара: маньяк и псих… — Аарон чрезмерно закатил глаза, но еле смог сдержать улыбку. Хеммик же не собирался даже пытаться скрывать собственный восторг, он почти пищал от счастья, наблюдая за семьёй, впервые на его памяти близнецы так долго общались без попыток убить друг друга. Да, конечно, их манеры оставляли желать лучшего, но Миньярды казались чрезвычайно расслабленными за этим столом, даже если издевались друг над другом. *** — Хочешь остаться в доме сегодня? — Семейный ужин неожиданно затянулся, было уже больше девяти вечера, а кузены только-только разбрелись по комнатам после уборки кухни. Близнецы развели своих спутников по спальням, не желая узнать ещё какие-нибудь внезапные секреты их общего прошлого. Натаниэль развалился на кровати Эндрю, наблюдая, как тот выкуривает сигарету на подоконнике. — Есть идеи получше? — Миньярд затушил бычок и забрался на свободное место на кровати. — Я не сяду сегодня за руль, но мы можем уехать туда, где не будет твоей семьи за стеной. — Веснински облокотился на руку в нескольких сантиметрах от Эндрю, разглядывая бледные веснушки на его носу. — Я уже говорил сегодня, в Колумбии я не впервой. — Ещё одна шикарная пустующая квартира в самом привилегированном небоскрёбе города? — Эндрю сократил последнее расстояние между ними, зарываясь в шею юноши. — Или хочешь отвезти меня в логово страшного мафиози? — Хах, непримечательная маленькая квартирка в минутах двадцати отсюда. — Натаниэль наклонился к самому уху Миньярда, обжигая его горячим дыханием. — В которой огромная кровать, с чертовски удобным матрасом и шёлковыми простынями. — Юноша дотронулся кончиком носа до нежной кожи за ухом, посылая мурашки по всему телу. — И ключ от неё пока что есть только у меня. — Дьявол… *** Поездка в такси заняла всего пятнадцать минут по пустым ночным улицам. Всю дорогу ладонь Эндрю удобно лежала на бедре Веснински. Они вышли из дома кузенов, оставив только записку с просьбой их не ждать. Сегодня им больше не нужны никакие вопросы или лишние люди. Этой ночью они готовы терпеть только друг друга. — Добро пожаловать в логово страшного мафиози. — Натаниэль бросил обувь у входа, быстро забираясь в забавные пушистые тапочки. Они настолько сильно контрастировали со всем образом Веснински, что перетягивали на себя всё внимание. — Я хочу выпить кофе и сходить в душ. Нужна ли тебе пижама? Или ещё что-то? — Миньярд догнал юношу на кухне и после лёгкого кивка соединил их губы в мягком тягучем поцелуе, обвивая бледное лицо ладонями. Ему хотелось поглотить этого дьявола полностью. Засунуть его под рёбра и навсегда остаться в этом моменте. Пухлые, обкусанные, но такие тёплые губы разжигали пожар в груди, заставляя тянуться всё ближе, тонуть всё глубже. Эндрю не знал, что с ним делал этот неукротимый бес, но пути назад уже не было. Натаниэль мягко положил руку поверх ладони Миньярда на своей щеке, разорвав пьянящий поцелуй. Его глаза казались ещё ярче в полумраке пустой квартиры, и они смотрели так ясно и открыто, что хотелось кричать. — В общем, сам разберёшься. — Веснински невесомо коснулся губами лба Эндрю, незаметно оставляя что-то в его руке. Юноша уже скрылся за дверью ванной, когда Миньярд достаточно пришёл в себя, чтобы увидеть ключ в своей ладони. Это была маленькая связка ключей от этой квартиры, Эндрю даже не нужно было проверять, он знал. Что-то в груди отчаянно вскрикнуло и раскололось навсегда, он был готов кричать, рыдать и смеяться одновременно. Эндрю разучился плакать, но как же он хотел этого прямо сейчас. В эту грёбанную секунду, стоя посреди квартиры человека, в существование которого не хотелось верить даже без таблеток. Дьявол забрал его душу. Забрал на вечность и теперь никогда не вернёт, даже если захочет. Эндрю включил кофеварку, после чего обошёл небольшую квартиру, осмотрев скудное количество мебели. В шкафу в спальне он нашёл для себя относительно подходящие пижамные штаны и огромную футболку, которая даже ему была немного великовата. Распластавшись на хозяйской кровати, Миньярд успел найти какую-то глупую комедию на телеке, когда Веснински наконец-то зашёл в спальню с двумя кружками. На нём была пижама, практически такая же, как лежала в шкафу. Рубашка, очевидно, была вдвое больше её хозяина, но всё вместе смотрелось на удивление хорошо. Растрёпанные волосы немного спадали на глаза, из-за чего Натаниэль забавно пытался их сдуть в сторону. — Мальчик, ты не видел здесь случайно кровожадного демона? — Эндрю ехидно ухмыльнулся, получая кофе в руки. — Мне кажется, я случайно попал не в ту спальню… — Будешь много выёбываться — зарежу. — Натаниэль поставил кружку на тумбочку, чтобы поставить дополнительную подушку под уставшую спину. — Понял-принял, милашка. — Эндрю достаточно быстро осознал собственную ошибку, когда Веснински на секунду замер, а потом дёрнул головой, ещё сильнее растрёпывая волосы. — Не стоит так, да? — Типа того. — Натаниэль наконец-то забрался на кровать и отпил немного кофе. — Никаких милашек, а главное малышей. Не люблю эти прозвища. — Хорошо. — Миньярд попытался немного подвинуться к другому краю кровати, оставляя больше пространства между их телами, но рука юноши быстро легла на его бедро, мягко останавливая. Эндрю скептически посмотрел на Веснински, но голубые глаза были чистыми без капли сомнения. — Мои демоны навсегда замолчали, они больше никогда не смогут причинить мне вреда. — Натаниэль немного развернулся, чтобы его лицо было полностью видно. — Я просто не хочу лишний раз слышать то, что мне не нравится, но это больше не причиняет мне боли. — Тёплая рука легла на щёку Эндрю, нежно проводя пальцем по скуле. — Я знаю, что с тобой мне нечего бояться. — В очередной раз Миньярд задохнулся в самом начале вдоха, оставив грудь пустой с отчётливым ощущением падения где-то за рёбрами. — Ты не можешь быть так уверен. — Я больше никогда не смогу позволить себе отпустить контроль в присутствии чужих людей, но ты — не один из них. — Я хочу поцеловать тебя. — Эндрю не знал, что с ним делал этот дьявол, но отвязаться уже не мог. — Тогда целуй. — Натаниэль подарил ему удивительно нежную улыбку и сам потянулся ближе к блондину, встречаясь с тёплыми губами на полпули. На этот раз всё было иначе. Тягучую нежность заменило желание. Острое желание обладать и наслаждаться. Прижать и никогда не отпускать. — Я хочу. — Эндрю замер на секунду, осторожно всматриваясь в бездонные синие глаза, выискивая хотя бы толику неуверенности. После молчаливого кивка Миньярд перетащил юношу на собственные бёдра, притягивая горячее тело всё ближе. — Ты не должен заставлять себя. Ты ни к чему не обязан. — Эндрю аккуратно убрал прядь медных волос за ухо. — Я не жду ничего. — Эндрю провёл губами по бледной скуле всего в паре сантиметров от свежего шрама. — Ты лжёшь. — Натаниэль нахально ухмыльнулся, закусывая губу, после чего похабно качнул бёдрами, выбивая низкий полустон из мужчины под собой. Эндрю впился пальцами в упругие бёдра, испепеляя взглядом наглого юношу. — Я хочу прикоснуться к тебе. — Веснински невесомо провёл пальцами по напряжённому прессу Миньярда, неуловимо задерживаясь на косых мышцах. — А чего хочешь ты? — Твой член у себя за щекой. — Эндрю выдержал тяжёлый взгляд, не давай даже намёка на сомнения, после чего показательно опустил глаза на очевидно стоящий член в пижаме Натаниэля. — Но это ничего не значит. — Нет, теперь я не могу больше ни о чём думать. — Дьявол прильнул к самому уху Эндрю, влажно его облизывая. — Я не могу перестать об этом думать с самого зимнего банкета, чёрт тебя подери. — Эндрю аккуратно подхватил юношу на руки, медленно переворачивая его на спину. — Да или нет? — С тобой это «да». — Натаниэль нежно улыбнулся, зарываясь рукой в блондинистые волосы. — Ты всегда можешь меня остановить. — Как и ты меня. — Эндрю одним движением стянул с себя футболку, предоставляя бледное накаченное тело на растерзание голубым глазам. — Блять… — Веснински на секунду закрыл глаза, сжимая простынь в кулаке. — Ты можешь прикоснуться. — Натаниэль медленно поднёс руку к широким плечам и очертил острый угол ключицы, после чего невесомо огладил кожу живота и бока, но всё равно вернул её на плечо, неловко улыбнувшись. — Да или нет? — Эндрю зацепился пальцем за резинку брюк, в очередной раз проверяя реакцию на собственные действия. — Да, это всё ещё да. Если я почувствую, что что-то не так, я тебе скажу. — Эндрю недоверчиво искривил бровь в немом неодобрении. — Мой опыт не сладок, но это не сломало мои представления о сексе в целом. Я доверяю тебе, этому месту и себе прямо сейчас. — Ты ещё молод. — Я достаточно взрослый, чтобы убить собственного отца. Думаю, минет я сумею осознать. Хватит считать меня маленьким ребёнком в поисках пакостей и развлечений. — Натаниэль приподнялся, в очередной раз целуя Эндрю, проводя языком по мягким губам, заставляя мужчину проглатывать стоны. — Это «да», пока не станет «нет». — Я тебя услышал, дьявол. — Миньярд двумя руками стянул пижамные штаны, оставляя юношу только в рубашке и боксерах. Веснински сбился на вдохе, ощущая сильные руки на голой коже. Ладони Эндрю были мягкими и тёплыми, они успокаивали, заземляли своими прикосновениями. Миньярд впервые увидел бёдра юноши, моментально записывая образ в память, как кусочки головоломки. Тонкая кожа тоже была покрыта шрамами. Их было гораздо меньше, нежели на торсе Натаниэля, но короткие грубые полосы казались бывшими очень глубокими порезами, а очередной бледный рваный круг чересчур напоминал след от огнестрела. Один из свежих шрамов казался слишком глубоким для небольшого пореза, однако Эндрю решил оставить этот вопрос на другой момент. Накаченные бёдра легко разошлись в стороны, оставляя больше места для мужчины меж них. Миньярд несколько раз провёл руками по мягкой коже, прежде чем наклониться и оставить пару быстрых поцелуев, выбивая воздух из лёгких юноши. Проверив реакцию, Эндрю всё же освободил налившийся член, оставляя бельё как ещё один якорь. Эндрю на пробу прикоснулся губами к члену, держа его в руке. Голубые глаза непрерывно смотрели в ореховые, излучая только нетерпение и желание. — Если это какие-то экспериментальные техники, то сообщаю — они скорее мучительны. — Натаниэль тяжело дышал, приподнявшись на локтях. Обзор на полуголого мужчину между ног был восхитительным, но хотелось всё большего и большего. После очередного укоризненного взгляда на блондинистую макушку Натаниэль внезапно лишился опоры и воздуха. Эндрю одним ровным движением взял член на половину, втягивая щёки и проводя языком по головке. Медленно освободив рот, Эндрю ещё раз поцеловал бледное бедро. — Ещё комментарии? — Блять… Сделай так ещё раз… — Веснински упал на подушки, ощущая жар во всём теле. И Эндрю сделал. И не один раз. Горячий язык проходился по всей длине, задерживаясь и нажимая у головки. Эндрю втягивал щёки и аккуратно сглатывал, ощущая член у самой стенки горла. Левая рука покоилась на бедре, иногда сжимая его, ещё сильнее сбивая тяжёлое дыхание над головой, пока правая поддерживала ритм, скользя по всей длине. Эндрю медленно обвёл головку языком, на секунду задержавшись на уздечке, выбивая из Натаниэля глухой стон. Эндрю продвинулся вверх, нежно целую бедренную косточку и облизывая такую манящую кожу. Хотелось укусить, проглотить, полностью овладеть. Натаниэль потянул мужчину вверх, мягко увлекая его подбородок за собственной рукой. Очередной поцелуй казался мокрым и горячим, губы скользили и постоянно норовили зацепиться за зубы. Натаниэль прикусил нижнюю губу Эндрю, заставляя его тяжело выдохнуть, и сжать чужой член чуть сильнее, выбив ответный стон. — Я сейчас кончу, твою мать. — Натаниэль упёрся лбом в плечо Эндрю, тяжело дыша. Опираясь на руки, он почти дрожал от напряжения. — Можешь не сдерживаться, не мне здесь убираться. — Эндрю увлёк юношу в очередной поцелуй, продолжая методично приближать чужую разрядку. — Возьми ёбанные салфетки в тумбочке. Сука… — Натаниэль сверкнул яростным взглядом и прикусил мочку уха Эндрю. Юноша откинулся на локти, пока Эндрю потянулся за пачкой. После пары слишком протяжных движений Натаниэль застонал, закрывая глаза. Ему понадобилась ещё минута, чтобы окончательно прийти в себя после неожиданно яркого оргазма. — Я совсем забыл, что из нас двоих только я новичок. — Эндрю ещё раз поцеловал юношу под собой, отбросил салфетки на пол и наконец-то тоже рухнул на кровать. — Могу я что-нибудь сделать для тебя? Эндрю обвёл медленным облизывающим взглядом взъерошенного Натаниэля, пока тот решил привести своё бельё в порядок, оставляя уютную тишину для размышлений. Порой ему казалось, что этот дьявол каждый день даёт ему по новому кусочку себя, представляет ему сотни разных сторон, о которых даже не задумываешься. Вид разгорячённого юноши под ним был настолько удивительно прекрасным, что хотелось заставлять его кончать постоянно, лишь бы наблюдать за этой картинкой вечность. — Не сегодня, дьявол. — Эндрю мягко закрыл глаза, прогоняя в памяти, будто в замедленной съёмке, стоны Натаниэля. — Как скажешь. — Веснински мягко зарылся в подушку, всё ещё ощущая лёгкость и сонливость после оргазма. — Если ты не будешь ничего делать с собственной проблемкой, я предпочёл бы оказаться под одеялом и больше не двигаться до утра. — Сладких снов, негодник. *** Воскресное утро должно было быть мягким и тягучим. Плотные шторы не пропускали свет, но небольшое свечение у пола выдавало рассвет за окном. Натаниэль ждал и боялся сегодняшнего дня. Он договорился с семьёй о серьёзном разговоре на вечер. Но после череды хороших дней тёмная полоса началась именно сегодня. Видимо, менялась погода, потому что тело ныло, давно зажившие кости болели, а шрамы чесались и горели. Кровать будто душила, сдавливала одновременно со всех сторон, специально находила самые уязвимые точки, но боль заставляла оставаться под одеялом, не давая пошевелиться. В очередной раз возжелав собственной смерти, Натаниэль всё же смог тихо выйти из комнаты, чуть не свалившись по дороге от спазма в недавно прорезанной мышце. Солнце за окном казалось обманчивым, когда его тело снова хотело утащить его в могилу. Ни один врач никогда не сможет ему помочь с его болью, ни одно обезболивающее не даст ему желаемого расслабления. Он знал, что его тело — почти феномен, нормальные люди не испытывают подобного, однако он никогда не был нормальным или обычным. Натаниэль с самого детства знал, что его жизнь — лишь игра в рулетку, где и красные, и чёрные — это смерть. Каждый год казался нереальным, взятым взаймы у судьбы, но то количество боли, которое он терпел ради иллюзии жизни, сполна гасило долг. Натаниэль не знал, почему эти проблемы достались именно ему, но в его мире не было времени на жалобы. После стакана воды и двукратной безуспешной попытки найти что-нибудь подходящее в холодильнике Веснински выполз на пробежку, чтобы заставить мышцы вспомнить, что такое «правильная работа». Он надеялся, что успеет вернуться до того, как Эндрю захочет встать, но если что, свежий кофе должен задобрить даже настолько ворчливого голкипера. Сорок минут бега и упражнений прошли совсем не незаметно. Практически каждое новое движение сопровождалось приступом боли, но это была рутина, с которой Натаниэль уже привык жить за последние годы. В Воронах ему хватало утренней тренировки, чтобы разогреть все мышцы и связки, но стоило ему оказаться вне Гнезда в плохой день, как заставить его бренное тело двигаться было практически невозможно. Когда Натаниэль наконец-то дошёл до квартиры, в душе уже шумела вода, а на столе покоился пакет из ближайшей пекарни. Это казалось сюрреалистичным. Он не привык, что в этом доме есть кто-то кроме него, но Натаниэль знал, что Эндрю уже смог распознать его плохой день, и от этого растекалось жгучее тепло по венам, согревая лучше глинтвейна в рождественскую ночь. Он знал, что такое любовь, он любил братьев, и знал, что они испытывают к нему то же самое, но Эндрю… Этот мужчина заставлял его любить собственную жизнь. Человек, которого все считали монстром, разрушающим всё вокруг, отдавал всего себя, позволяя Натаниэлю просто рассыпаться на острые осколки в его руках, лишь бы тот смог собрать его вновь, заполнив место боли бесконечной заботой и теплом. Натаниэль действительно хотел просыпаться по утрам благодаря существованию Эндрю. Миньярд вышел из душа в пижамных брюках и с полотенцем на шее. Мокрые волосы были зачёсаны назад, а по мускулистому телу стекали капельки воды. Как бы Натаниэлю не было плохо, прямо сейчас он хотел чуть ли не облизать мужчину перед собой. Он выглядел слишком роскошно. — Пялишься. — Эндрю сел на стул рядом с потным Веснински. — Да. — Натаниэль сложил руки на спинке и поставил на них подбородок, лукаво ухмыльнувшись. — Горячо выглядите, мистер Миньярд. — Эндрю выгнул бровь, окидывая юношу не впечатлённым взглядом. — Как ты себя чувствуешь, катастрофа? — Ухмылка Веснински немного дрогнула, но в остальном подобие расслабленности не ушло. — Бывало и хуже. Но сегодня судороги слишком сильные, это иногда мешает. — Я видел. Будь осторожен. — Эндрю ещё раз вытер волосы и вновь поднялся со своего места. — Тебе стоит избавить меня от этого аромата пробежки. — Натаниэль лишь хмыкнул на подобное, благодарно принимая протянутую руку. По дороге в душ пришлось дважды разминать ногу, но такова плата за новое утро, её в любом случае придётся платить. *** Когда Натаниэль в очередной раз дошёл до кухни, его уже ждал разложенный завтрак. Эндрю успел надеть футболку, однако предплечья остались свободными. Хорошо, что хотя бы у одного из них сегодня хороший день. — Мне нужно будет через пару часов поехать в офис. Ты можешь остаться здесь или заняться чем-то ещё. — Веснински вдыхал фантастический аромат кофе и какого-то круассана с фруктовым салатом. — Ближе к вечеру тебя кто-нибудь заберёт, если ты всё ещё хочешь присутствовать на сборище моей семейки. — Я могу сразу поехать с тобой? — Натаниэль на секунду оторвался от чашки, ловя на себе изучающий взгляд Миньярда. — Для меня это не проблема. Но мне нужно будет работать. — Веснински отставил кофе, смыкая ладони под подбородком. — Сейчас много остаточных проблем, которые требуют моего непосредственного присутствия. И не то чтобы я хотел тебя втягивать во всё это. — Просканировав Эндрю взглядом, Натаниэль замолк в размышлениях на несколько секунд. — Если ты хочешь, я могу взять тебя с собой, но ты будешь делать то, что я говорю без единого вопроса. И нам придётся выехать пораньше, чтобы одеть тебя соответственно. Сейчас у меня гостят русские, и всё должно выглядеть прилично. — Хорошо. — Эндрю спокойно вернулся к завтраку, не обращая внимания на выставленные условия. — Но ты можешь просто поехать к семье или что-то в этом роде до вечера? — Нет, я бы хотел увидеть изнанку. Если ты мне позволишь. — Как хочешь. Правила ты запомнил. — Натаниэль спокойно отправил в рот кусочек круассана, прогоняя в голове всё, что может пойти не так. Список оказался скромным. — И да, ты не заходишь ни в одно помещение до меня. Не важно, что это за пространство, даже из машины ты выходишь после меня. — Веснински достаточно часто сталкивался с засадами, чтобы усвоить основные правила защиты семьи. — Через час выходим, ещё за машиной нужно вернуться. *** Когда спорткар припарковался около неприметного магазина в тихом переулке, Эндрю не сразу понял, где он. Если Натаниэль хотел привести его в соответствующий вид, им стоило найти какой-то достаточно дорогой магазин, судя по виду одежды самого юноши. Конечно, Миньярд знал о существовании тихой роскоши, но этот офисный район казался уже слишком «тихим». Он окинул недоверчивым взглядом водителя, что, конечно же, не осталось тайной. — Потом поймёшь. — Веснински вышел из машины, после чего любезно открыл дверь для Миньярда, которого довольно сильно смутило подобное отношение. — Манеры — это святое, молодой человек. — Натаниэль уже успел перевоплотиться в того самого властного юношу с экрана телевизора, что осуждал ФБР и негодяев, развращающих этот мир. Эндрю был обязан признать, что в подобном амплуа Веснински был чертовски горяч, как и опасен, вообще-то. Заходя в помещение, Миньярд постепенно начинал понимать выбор юноши. Магазин, который оказался по совместительству ателье, выглядел дорого. Вся одежда была только из натуральных материалов, крой соответствовал всем стандартам английского стиля, а часть зала скорее походила на уютный лаунж. — Господин Натаниэль! Как я рад Вас видеть! — Мужчина в возрасте удивительно быстро шёл навстречу гостям с широкой улыбкой. — Да, этот бордовый вам удивительно подходит. — Здравствуй, Карлос! Да, этот костюм получился отменным, главное быть с ним бережнее. — Натаниэль пожал руку мужчины, спокойно улыбаясь. — Знакомься, мистер Миньярд, Эндрю, это Карлос Эстерфильд — лучший портной Колумбии. — Добрый день, приятно познакомиться! Я всегда рад знакомым нашего господина. — Мужчина хитро улыбнулся, вызывая лёгкое фырканье Натаниэля. — Добрый день. — Эндрю ограничился коротким кивком, продолжая осматривать удивительно уютное помещение. — Так чем мне вам помочь, господа? — Нам нужна пара костюмов для Эндрю. Выходной и рабочий, скорее всего чёрные, но можно посмотреть и что-то поинтереснее. Мне кажется, кобальт или терракота могут смотреться достойно, но решать не мне. У нас не так много времени, так что тонкости можно опустить. — Натаниэль взглянул на часы и пару раз качнул головой, что-то рассчитывая. — Лучше как можно быстрее, через 80 минут мы должны уже быть в машине. А теперь Эндрю в твоих руках. Если что — зовите. — Веснински легко коснулся руки Эндрю и слегка хмыкнул, удаляясь к диванчикам. — Итак, могу ли я к вам прикасаться? Нужно ли мне сообщать о моих действиях рядом с вами? — Как только Натаниэль покинул их компанию, Карлос перешёл на деловой тон. Вопросы о границах показались чем-то сюрреалистичным в современном мире, но Эндрю оценил выбор Веснински. — Я бы хотел видеть ваши действия по максимуму, когда вы вне моего поля зрения, лучше озвучивать действия в мою сторону. На прикосновения лучше спрашивать разрешения, если я не показываю явного понимания процесса. — Хорошо, мистер Миньярд. Для начала нам будет необходимо снять ваши мерки… *** Когда Натаниэль припарковался у очередного достаточно обычного дома в центре города, Эндрю уже не удивился. Сегодня Веснински работает на теневой стороне, что прямо отрицало наличие чего-то помпезного, заметного или слишком дорогого. Конечно, за исключением их невообразимо дорогих костюмов. У главного входа в здание стояли двое высоких мужчин, которые разом поклонились, стоило Веснински только отойти от машины. Один из них сразу же поспешил открыть дверь, пока они шли по тротуару. Выглядело эффектно. Эндрю понимал, что Натаниэль не просто какой-то работник, но видеть его в амплуа грозного босса — нечто совсем иное. — Добрый день, Господин Натаниэль! С возвращением! — Мужчины всё ещё не смотрели на них, пока Натаниэль не заговорил. — Здравствуйте, ребята. Хорошо выглядите. — Веснински спокойно улыбнулся, проходя в помещение. Вестибюль выглядел как стандартный офисный центр, но вот количество людей смущало. В углах, за приёмной стойкой, около лобби — везде стояли вооружённые охранники. В федеральных хранилищах система безопасности хуже, чем в этой неприметной семиэтажке. А чтобы ты смог без приглашения пройти дальше, кажется, необходимо, как минимум, обладать телепортацией, невидимостью и абсолютной бесшумностью. — Ты хранишь здесь весь золотой фонд США? — Эндрю пытался незаметно оглядеться, но несколько раз ловил себя на том, что искал взглядом всех, у кого припрятан пистолет. — Кое-что поважнее — близких людей. — Натаниэль шёл по первому этажу, периодически здороваясь и улыбаясь встречающимся на пути сотрудникам. Тогда как все присутствующие покорно склоняли головы при виде юноши. — А ты для них кто-то вроде Бога, да? — Не думаю, но я не спрашивал. — Веснински остановился у стойки, за которой сидели очень милые на вид парень и девушка. — Подавляющее большинство работников этого здания считают себя моими должниками, но мне кажется, большая часть из них заблуждается. — Доброе утро, господин. — Девушка приветливо улыбнулась, вставая ближе к стойке. — Не вводите господина Миньярда в заблуждение, это вполне нормально — считать себя вашим должником, если вы спасли мою жизнь. — Видя немой вопрос в глазах гостя, девушка с именем «Кэрол» на бейдже решила пояснить. — Если говорить конкретно обо мне, то Господин Натаниэль предотвратил мою продажу в рабство. И мне кажется, это достаточно веская причина моих чувств. — Твоя верность уже давно покрыла все возможные издержки. Так вот, мне нужны письма из Балтимора, пришедшие сегодня или вчера вечером. Все что есть, но главное на имя компании. — Юноша спокойно облокотился на стойку, пока Эндрю решил всё же осмотреться без стеснения. — У скольких людей здесь есть оружие прямо сейчас? — Миньярд посмотрел на скучающего Веснински, пока Кэрол копошилась на столе. — Ты задаёшь странные вопросы, Дрю. — Натаниэль озорно улыбнулся. — Было бы лучше спросить, сколько единиц оружия приходится на каждого в этом помещении. Ну и спойлер, ответ был бы больше единицы. — А если не считать ножи? — Да, возможно, Веснински был прав, говоря, что Эндрю пока что не готов к его миру. — А вот их абсолютно бессмысленно считать. Давай так, минимум один пистолет есть у каждого, у кого-то по два, а у некоторых парней, как ты можешь и так заметить, есть нечто и получше. — Натаниэль с благодарностью забрал у девушки небольшую стопку конвертов и документов, после чего начал идти дальше вглубь здания, минуя центральный «вход». Он повёл их куда-то за стойку, проходя мимо фальшь-стены. Теперь взору гостя предстали ещё несколько охранников, вот они уже даже не пытались «маскироваться». У каждого из парней в руках был автомат, а на форму, отдалённо напоминающую военную, но чёрную, были надеты бронежилеты. Как по команде, все склонили головы, стоило Веснински лишь показаться из-за угла. — Почему мне начинает казаться, что я в каком-то боевике? — Эндрю всё время их дороги до лифта не переставал вертеть головой, пытаясь сосчитать бесконечное множество охранников, камер и ещё каких-то умных устройств. — Потому что ты впервые оказался в месте, не предназначенном для простых граждан США. Давай я немного введу тебя в курс дела. — Натаниэль остановился у лифта, ожидая, пока он откроется. — Сегодня ты захотел поехать со мной, а так как я решил, что ты достаточно взрослый для принятия разумных решений, переспрашивать я больше не хочу. — Как только двери открылись, Веснински зашёл внутрь, удерживая кнопку открытия дверей, пока Миньярд не зашёл внутрь, после чего двери очень быстро закрылись. — Это здание принадлежит только мне. Это не что-то от Морияма, не что-то от Натана. Этот офис я сам собирал по кусочкам, и скажу честно, очень горжусь своим детищем. Однако, главное в нём — люди. Примерно четверть числятся пропавшими без вести, ещё треть — официально мертвы, а оставшиеся, за очень малым исключением, вообще никогда не бывали в Южной Каролине. Само же здание — призрак. В реестре, на картах, в интернете, даже в секретных документах его не существует. Так что сегодня ты почти на Летучем Голландце, наслаждайся экскурсией и эффектом полного погружения. — И ты решил, что я могу это увидеть? — Эндрю чувствовал странное тепло где-то в груди, но не мог точно определить, из-за чего конкретно оно появлялось. — Эндрю, ты видел меня без одежды и волен задавать вопросы обо всём, что видишь, это уже больше того, что позволено моей семье. — Юноша стрельнул в него своим удивлённо-уничижающим взглядом. — Да, я считаю, что ты можешь войти в мой офис. Когда лифт открылся на шестом этаже, их вновь встретили люди с автоматами. В длинном коридоре через каждые две двери дежурили люди, и ни на одной двери не было каких-то отличительных знаков. Зайдя в пятую дверь слева, они попали в просторный кабинет с диваном и несколькими мягкими креслами около окон, подальше от рабочего места. — Можешь располагаться, пару часов мне нужно на работу здесь. Если хочешь небольшую экскурсию, просто выйди в коридор, любой, кого ты встретишь, ответит на все вопросы или отведёт, куда пожелаешь. В кабинете есть много всякого, чтобы поесть или выпить, этажом ниже можешь поспать, а в остальном тебе расскажут, если захочешь. Миньярд оглядел комнату, выбирая, чем можно заняться. Вдоль одной из стен стоял книжный шкаф, несколько полок которого были действительно заполнены обычными книгами, и многие были явно не на английском. В тумбочке около дивана обнаружились одеяло и подушка, в одном из закрытых шкафов был обычный холодильник, а вот второй открыть не удалось. Возникало подозрение, что тот мог быть чем-то вроде сейфа. Спустя полтора часа перебора большей части книг Натаниэля, среди которых оказались произведения, минимум на пяти языках, выпитого стакана ошеломительно дорогого бренди и прогулки по всему этажу Эндрю решил всё же осмотреть оставшийся муравейник. За прошедшее время Веснински уделил ему, дай Бог, пару взглядов, полностью погрузившись в какие-то бумажки и разговоры по телефону, так что время ещё было. — Вас проводить, мистер Миньярд? — Мужчина лет сорока, только что обошедший весь этаж, остановился рядом с Эндрю около лифта. — Может быть, провести вам экскурсию? — Я хочу пройтись, начиная с первого этажа. — Уровень формальностей и уважения, проявляемый в его сторону, каждый раз выбивал из равновесия. Никогда раньше подобные люди не обращались к Эндрю на «вы», разве что в лечебнице, но там это были лишь мимолётные фразы на входе и выходе. — Откуда вы знаете кто я? И кто вы? — Миньярд немного склонил голову, невольно ловя себя на подражании мелкому бесу. — Каждый в этом здании знает гостей господина. Я Грэг — начальник безопасности офиса, господин Натаниэль поручил мне поддержание и развитие системы почти сразу после создания этого логова. Как вы знаете, наш глава — тот ещё стратег, поэтому всё было продумано сильно заранее, благодаря чему проблем не возникает. — Эндрю уже устал испытывать неописуемое детское восхищение за последние дни. Но не мог не поражаться всё сильнее, узнавая новые крупицы информации о его чертёнке. — Стратег? Что это должно значить? — Грэг на доли секунды казался удивлённым, но постарался вернуть себе максимально нейтральное выражение лица. — Это значит, что наш мир никогда раньше не знал человека, что мог бы сравниться с Господином в его способности проворачивать нечто невообразимое, руководясь лишь планом, разработанным настолько дотошно и продумано, что становится страшно. — И что же такое он провернул? — У меня нет права разглашать подобную информацию, но я думаю, Вам Господин расскажет, если вы его спросите. — Пару секунд Эндрю сканировал мужчину на малейшее проявление неуверенности или замешательства, но Грэг оказался непробиваемым ублюдком. — Через полчаса Господин собирается провести ужин для объявления новостей. За оставшееся время я могу показать вам офис, а после проводить до нужного кабинета, если желаете осмотреться. — Хорошо. Я хочу увидеть всё. — Грэг предвкушающе ухмыльнулся, подходя к ресепшену. — Кэрол, будь так любезна, передай мне мою охапку. — Девушка озорно хмыкнула, вытаскивая из ящика огромную связку ключей, после чего без вопросов передала её в руки начальника безопасности. — Хорошей экскурсии, Мистер Миньярд, надеюсь, Вам здесь понравиться. — Эндрю лишь коротко кивнул, уже ожидая чего-то стоящего. Представление началось с подвала, в котором разместился огромный спортзал, оборудованный для подготовки спецназа, не меньше. Несколько зон для стрельбы, мишени для ножей, груши, тренажёры и даже парочка спарринговых рингов. Вдалеке занималась небольшая группа, что разом поклонилась, стоило им показаться в дверях. После разрешающего взмаха рукой, Грэг рассказал всё об арсенале для тренировок и даже дал разрешение на пару пробных выстрелов. На удивление, Эндрю оказался даже не так плох. Спустя десять минут они уже были на втором этаже, вход на который было найти ещё сложнее, чем лифт. Большая часть кабинетов была отдана под работников той самой системы безопасности и хакеров, лишь в самом конце был небольшой склад, который Грэг в итоге не открыл. Они зашли лишь в два кабинета, в которых Грэг отдавал какие-то документы подчинённым, а про остальные комнаты лишь рассказывал, пока они бродили по коридорам. Третий этаж, как и четвёртый, оказались абсолютно скучными, на них располагались мафиозные клерки, а вот пятый был уникальным даже внешне. Он был чем-то вроде отеля для своих. Несколько комнат, обставленные как обычные спальни, из которых Грэг открыл лишь одну в качестве примера. Эндрю никогда не задумывался, что в подобных местах кто-то мог бы спокойно заснуть, но откинул подобные раздумья на будущее. У них оставалось всего несколько минут, чтобы осмотреть седьмой этаж и найти финальное место назначения для Миньярда. На последнем этаже располагались конференц-залы и ещё один «деловой» кабинет главы. Он был меньше, но выглядел как стандартное рабочее место большого начальника. — Это место порки… Здесь Господин отчитывает всех, кто его разочаровал или сделал недостаточно. Подобное происходит достаточно редко, но запоминается надолго. — Грэг немного стушевался, показывая кабинет, он даже решил не заходить дальше, чем на метр. Подобное поведение чрезвычайно заинтересовало Эндрю, разгуливающего по помещению. — Что такого Натаниэль делает, чтобы ты начал бояться этого места? Не думал, что он жесток со своими подчинёнными. — Разумеется, наш Господин никогда бы не перешёл границы дозволенного… Но он… Умеет получать желаемое. — Ты предал его доверие? — Эндрю облокотился на длинный стол, складывая руки на груди. Ему было чрезвычайно интересно узнать, что же мог сделать этот чертёнок, чтобы мужчина так боялся оказаться в этом помещении. — Я ошибся и понёс справедливое наказание. Господин достаточно чётко описал мои перспективы после увольнения, если я вновь отнесусь к чему-то с недостаточной внимательностью. — Становилось лишь интереснее. Какое-то странное чувство начинало тянуть в животе после слов Грэга. — Натаниэль увольняет по причине смерти? — Это казалось достаточно логичным поведением для мафиозника, хоть Эндрю и не хотел признавать подобное. — Что? — Глаза Грэга смешно округлились, после чего он нахмурился, немного не понимая, о чём говорит парень. — Ваш босс убивает неугодных сотрудников? — Миньярд немного сжал кулак, не осознавая реакции на подобные выводы. Что-то внутри протестовало против подобного подхода, хоть его никогда и не волновали другие люди. — Господи! Нет, конечно. Безусловно, Господин Веснински может быть жесток, он — смерть нашего мира, и его прозвище полностью оправдано, однако его гнев лишь вынужденная мера. Наш Господин знает цену жизни, знает цену свободы и выбора. Если его предадут, то, безусловно, поплатятся жизнью, но если кто-то лишь не справился с работой, то его могут перевести на другую должность, понизить, взять под контроль или депортировать. У каждого есть второй шанс и возможность заслужить доверие, но этот путь пройти непросто. — Мужчина, минутой ранее наполненный уверенностью и внутренней силой, словно пытался сжаться в маленькую точку, лишь зайдя в комнату. — Этот бес ломает шаблоны вашего мира в моих глазах. — Неожиданное спокойствие растеклось по всему телу Миньярда после столь остервенелой защиты миролюбия его чертёнка. — Не только в ваших. — Грэг предпочёл всё же смыться из кабинета, вгоняющего его в дрожь, и ждал своего компаньона уже за дверью. — Ужин будет проходить в большом зале, так что я могу вас покинуть. Моя небольшая экскурсия подошла к концу. — Начальник безопасности услужливо открыл двойную дверь перед Эндрю, пропуская его в просторное светлое помещение. — До встречи, Грэг. — Миньярд немного кивнул мужчине, проходя дальше, сразу примечая Натаниэля около окна. Стоило дверям закрыться, как Веснински обернулся лицом к новоприбывшему, наконец-то заканчивая очередной разговор по телефону. Абсолютно игнорируя остальных присутствующих, Эндрю подошёл к своему парню, надеясь избавиться от нервного подрагивания где-то в животе. Однако чем ближе он подходил, тем сильнее все его внутренности сжимались. Миньярд не знал, что именно заставляло его сейчас ощущать этот трепет: чертовски пристальный взгляд синих глаз, пронизывающий до костей, доверие, которое открыл ему сегодня бес или же это чудовищное стремление парня, познавшего ад на земле, сделать всё возможное, чтобы изменить ход игры. — Как прошла твоя экскурсия? — Натаниэль окинул его внимательным взглядом, точно видя какое-то изменение в состоянии. — Всё хорошо? Что-то случилось? — Юноша немного приподнял бровь, теперь пытаясь найти ответы в ореховых глазах. — Ненавижу тебя. — Ещё ни один человек в жизни Эндрю не относился к нему достаточно внимательно, чтобы замечать подобные детали его состояния. Миньярд хотел свернуть шею бесстыжему рыжему за такие выходки. Пальцы буквально пробивало электричеством от желания прикоснуться. — Да или нет? — Натаниэль приподнял руку, но остановился в нескольких сантиметрах от чужого тела. — Да. — Эндрю проследил за каждым мимолётным движением тонких пальцев. Веснински шагнул чуть ближе, после чего еле ощутимо обхватил чужое запястье, на секунды останавливаясь, чтобы сосчитать несколько ударов колотящегося, словно в клетке, сердца. Слегка нахмурившись, юноша невесомо провёл по щеке Миньярда, после чего слегка поправил его чёлку и прервал такой желанный контакт, вновь заглядывая в глаза напротив, пытаясь отыскать самые потаённые уголки души. — Эндрю, что с тобой? — К сожалению, он не знал ответа на этот вопрос. Он смирился с лавиной чувств, что накатывала на него, стоит Веснински выкинуть какую-нибудь глупость, но сегодня всё было иначе. Натаниэль впервые по-настоящему открыл ему свою вторую сторону. Миньярд всегда знал, каков на самом деле этот негодник, прекрасно видел, насколько профессиональную маску тот носил, но только сегодня Эндрю окончательно понял, что именно такой настоящий Натаниэль заставляет его плавиться до самых костей. — Чего ты хочешь? — Я хочу поцеловать тебя, грёбанный мираж. — Эндрю сам не узнал тихий шёпот на немецком, сорвавшийся с его губ. Он знал, что они не одни, знал, что это офис долбанной мафии, знал, что не получит желаемого, но не мог солгать этим горящим глазам прямо сейчас. — Я не мираж, Дрю. — То, как обезоруживающе мягко ему улыбался этот дьявол, должно быть вне закона. Голубые омуты словно сверкали в закатном солнце, а небольшие шрамы растягивались, почему-то делая бледное лицо лишь мягче. — Да или нет? — Эндрю не сразу понял вопрос, что ещё мог сделать Натаниэль прямо сейчас? — Да…? — Веснински ещё раз мягко улыбнулся, что в очередной раз заставило Миньярда почувствовать дрожь по всему телу, а потом так же нежно дотронулся до его подбородка, немного приподнимая его. На этот раз Натаниэль ощущался как лёгкий ветер или прохладная волна, плавно разбивающаяся о берег. Не было тех острых граней, что разрывали на куски, не было огня, прожигающего насквозь, лишь доверие и трепет. В эту секунду Эндрю точно ощущал, что рядом с ним был ангел. Даже если он сокрушил небеса и покорил ад, рядом с ним Натаниэль всегда остаётся его ангелом. Ангелом-хранителем, ангелом-смертью и ангелом по имени Люцифер. Поцелуй закончился так же быстро, как и начался, оставив за собой послевкусие безграничного наслаждения. Это было лишь мимолётное напоминание о явности существования окружающего мира. — Ты — смерть. — Веснински лукаво ухмыльнулся, растягивая пухлые губы. — Да что ты говоришь. — Натаниэль усмехнулся, слегка отходя и направляясь к своему месту во главе стола. — Никогда не знал об этом… Эндрю оставалось лишь закатить глаза, следуя за парнем. Он выбрал место по левую руку от Веснински, наконец-то одаривая вниманием Рико и Марка, что всё это время наблюдали за их взаимодействием. Молодые люди, к их уважению, никак не отреагировали на проявление близости своего босса. Ни для одного из них не казалось это чем-то слишком неожиданным. — Когда будут остальные? — Натаниэль налил себе и Эндрю по порции виски, после чего расслабленно откинулся на спинку кресла. — Ичиро должен быть с минуты на минуту, остальные в течение 15 минут тоже подойдут. Разве что Алекс немного задержится, если в пробке встанет. — Марк выглядел гораздо лучше, нежели во время его визита в Пальметто. Всё же великая партия Веснински сильно сказывалась на всей команде. — А кто ещё планируется? Ты так и не соизволил рассказать нам, солнышко. — Рико рассчитывал, что после его начала работы на Ичиро он наконец-то начнёт располагать большим количеством информации о братьях, но как бы ни так. Натаниэль оказался в теневом мире ещё более скрытным, чем в Эверморе. Негодник умудрялся водить за носы всех и вся, утаивая, кажется, 95% информации обо всём, к чему прикасался. — Я не хотел, чтобы вы строили догадки до сегодняшнего дня. — Только сейчас Веснински наконец-то в полной мере показал то, насколько уставшим был. Юноша, что минуты назад так бережно и нежно прикасался к Эндрю, пытаясь положить весь мир к его ногам, лишь бы он мог чувствовать себя абсолютно комфортно, наконец-то сбросил все маски, являя миру лицо, переносящее бесконечные муки. — Как только все соберутся, я сделаю пару объявлений, а потом, за едой, буду готов выслушать все ваши претензии, предложения и тому подобное. Ну а прямо сейчас давай просто отдохнём, Ри. — Ты плохо себя чувствуешь? Может что-нибудь принести? — Рико казался слишком взволнованным, внезапно увидев правдивое состояние брата. — Оставь это, Рико. — Эндрю кинул на Морияма острый взгляд, заставляя заткнуться и бегать глазами между парочкой, что спокойно попивали алкоголь. Через пару минут, как и обещалось, пришёл Ичиро, сразу же занимая место рядом с Натаниэлем. Старший Морияма был мудрее, даже не пытаясь завести разговор, считывая состояние своего советника. Он уже оставил попытки непрошеной заботы о младшем, что так бесили Веснински последние годы в Гнезде. Морияма спокойно завели тихий разговор с Марком, обсуждая какие-то новые соглашения, пока Натаниэль всё же позволил Эндрю немного размять его пробиваемое болью бедро. Всего через 10 минут дверь вновь открылась, пропуская в помещение Стюарта и Владимира, что спокойно перекидывались тихими репликами. После появления мужчин взгляд Рико слегка ожесточился, а бровь Ичиро еле заметно поползла вверх. Натаниэль же залпом допил содержимое стакана, после чего громко поставил его на стол. — Что же, основные приглашённые пришли. Алекс присоединится, когда сможет, а я начну. — Веснински налил себе ещё один стакан виски, после чего остальные последовали его примеру, разбирая предпочитаемый алкоголь. — Попрошу всех сохранять спокойствие и не подвергать мои решения сомнению. — Это касается только нашего мира? Ты решил пока не говорить Кеву и Жану? — Рико окинул брата ищущим взглядом, но не смог пробиться ни до одного ответа. — Я не хочу, чтобы они жили до финала сезона в ощущении приближающегося конца, поэтому о завершении спортивной карьеры я расскажу им только после игры с Воронами, как и всем остальным Лисам. Сейчас об этом знают только Эндрю и Ваймак, потому что в их реакции я был уверен, а сил на купирование истерик прямо сейчас у меня нет. — Натаниэль лениво покрутил стакан на столе, наблюдая за плавными разводами на стекле. — А так как моё будущее сильно зависит и от этого решения, я принял решение посвятить их во всё происходящее через пару недель, когда вопрос Тетсуджи будет навсегда закрыт. — Уже построил планы на судьбу нашего дорого дядюшки? — Ичиро подпёр щёку, взыскивающе глядя на консильери. — Его судьба была решена в тот самый миг, когда он решился покалечить мою семью, Ро. Он заплатит за всё, и мне плевать на ваше мнение об этом. — Рико тихо хмыкнул на заявление брата, прекрасно зная, что он спросит у каждого из них, чего они пожелают для бывшего тренера за все его грехи. — Я буду отмечать день, когда эта мразь подохнет как собака. — Теперь уже Веснински хмыкнул, одобряя решение Рико. — Как я люблю ваши тёплые семейные отношения… — Натаниэль отставил стакан, бросая короткий взгляд на Эндрю, вновь подзаряжаясь бесконечным спокойствием. — Теперь к самому важному. — Все собравшиеся, за исключением старших гостей, последовали примеру младшего, отставляя напитки, сосредотачивая внимание на говорящем. — В течение десяти лет я планирую стать наследником семьи Хэтфордов. — У Рико почти выползли глаза на лоб, в то время как Ичиро лишь хмыкнул на столь резкое заявление. Младший Морияма почти сразу перестал прожигать дыру в Веснински, сосредотачиваясь на главе якудза. — Только не говори мне, что всё знал, и из всех здесь только я один слепой, которому ничего не говорили! — Рико не казался злым или разочарованным, скорее удивлённым, хотя Эндрю прекрасно мог его понять, подобная новость казалась чужеродной. Дьявол, что отдал всего себя империи брата, не должен был так легко бросать всё. — Клянусь, что мне никто ничего не говорил по этому поводу. — Ичиро серьёзно посмотрел на братьев, по очереди заглядывая в души каждого, после чего выпил остатки собственного бурбона. — Но я всегда знал, что Натаниэль гораздо сильнее, чем хотели видеть все вокруг. Ещё на банкетах, когда несносный мальчишка, что бегал от меня больше года, раскрыл целый заговор против нашей империи… Я знал, что стоит ему вырасти, и равных больше не будет. Было бы кощунством использовать Эля лишь как советника, когда я прекрасно осознавал, что он превзошёл бы и меня, и отца вместе взятых, если бы встал во главе. — Но он же твой фундамент, Ро… — Никто не знал, как точно на это стоит реагировать. Веснински действительно стоял каменной стеной перед Морияма, заставляя всю организацию работать как часы, но и слова Ичиро казались очевидными, стоит лишь подумать об этом. — Я не собираюсь разваливать всё построенное на собственной крови. Я принял решение, что действительно хочу встать у руля в будущем, но это отнюдь не значит, что я навсегда покину США. Даже не думайте, братцы-кролики. — Миньярд даже тихо хохотнул на пару с Волковым от подобного сравнения. Лишь Ичиро закатил глаза, показывая средний палец брату. — Конечно, если вы поставите мне ультиматум, я не смогу пойти против вас, было бы абсолютно бессмысленно пытаться нанести вам вред, учитывая то количество боли, что я принял на свою шкуру ради вашей защиты. — Обоих Морияма чуть ли не передёрнуло после упоминания жертв, принесённых ради их жизней. — Тем не менее, я хочу сохранить при себе то, что строил самостоятельно. Меня не сильно волнуют деньги, думаю, у меня их будет достаточно, но всё, построенное ценой моей крови, я собираюсь оставить при себе. Это Западная Вирджиния, с Эвермором, Южная Каролина с Колумбией и, безусловно, Мэриленд с Балтимором и компаниями под именем Веснински. — Мстишь фамилии Морияма за работу в режиме белки в колесе? — Ичиро горько усмехнулся, подливая себе ещё алкоголя. — Будь здесь Кенго, он бы напомнил мне, что с тобой надо быть осторожнее, не подпускать так близко… — Морияма покрутил стакан в точности как младший. — Но к его величайшему разочарованию, я даже глазом не моргну, одобряя все твои хотелки, солнце. Ты и сам знаешь, что будь твоя воля, я хоть весь мир к твоим ногам положу. — Хэтфорд и Волков с небольшим недоверием смотрели на Морияма, почти не веря в его отношение к собственной империи. — Знаю, Ро, конечно, знаю. — Веснински чрезвычайно мягко улыбался брату, что так поздно присоединился к их семье, но моментально стал неожиданно близким и родным. Ичиро с невероятным трепетом прикоснулся к щеке Натаниэля, невесомо проводя по свежему шраму, после чего внезапно перевёл взгляд на Миньярда, сидящего напротив и следящего за обоими Морияма стальным взглядом, приковывающим к месту. — Никто не поверит, но мне кажется, что я безумно завидую этому грёбанному Миньярду. — Ичиро ещё раз мягко улыбнулся брату и отстранился, позволяя внезапному недоумению расплыться по лицу Веснински, пока он бегал взглядом по лицам собравшихся, пытаясь осознать, что это всё значит. — Почему мне кажется, что тебе как раз все поверили и поняли… Что, чёрт возьми, это должно значить? — Рико лишь знающе хмыкнул на негодование Натаниэля, пока Эндрю в очередной раз пронзил его взглядом, заставляя отвести глаза вместе с Ичиро. Волков же ни капли не стеснялся ухмыляться блондину, тихо что-то прошептав Стюарту, после чего тот лишь закатил глаза. — Эндрю? — Веснински кинул на него какой-то чрезвычайно растерянный взгляд. — Я не тот, кто может делиться этой тайной, Эль. Если твои братцы-япошки готовы, они сами расскажут тебе, что значит их общий маленький секрет. — Морияма лишь грозно нахмурились в ответ на камень в их огород, но из-за идентичной внешности это выглядело скорее комично. — Если бы ты не стал мне братом, солнце, я бы сделал всё что угодно, чтобы оказаться на месте Миньярда. Я бы отдал всё на свете за это, но сейчас я просто бескрайне рад быть частью твоей семьи. — Ичиро ещё раз мягко улыбнулся Веснински, даже не пытаясь скрыть обожание во взгляде, а Рико лишь немного смущённо кивнул на подобное заявление. — Мне абсолютно не стыдно признать это. На самом деле, я уже какое-то время думал об этом. Не знаю, как твой блондичик понял это, но, по всей видимости, я плохо скрываюсь. — Ты буквально смотришь на моего парня глазами-сердечками при каждой встрече, я обязан это замечать. — Эндрю лишь фыркнул, прекрасно зная, что ни один из Морияма не станет угрозой, оба скорее погибнут, нежели причинят дискомфорт младшему брату. — Только не ревнуй. Я бы не сказал, что когда-либо был по-настоящему влюблён в твоего ненаглядного, просто люблю его больше жизни, хоть и как брата. — Взгляд Ичиро за мгновение стал бесконечно жёстким, обещающим насилие в самом страшном смысле. — Но только попробуй накосячить, и я убью тебя. — Твою же мать… — Веснински уронил голову на руки, обрабатывая внезапное откровение братьев. — Не волнуйся, солнышко, ты всегда был, есть и будешь нашим братом. Ничто и никогда этого не изменит. — Рико спокойно потягивал вино, наблюдая за происходящей драмой. — Очень радует. — Натаниэль допил уже вторую порцию виски, вновь откидываясь назад, чтобы ещё раз оглядеть всех присутствующих. — Что ж, раз все мои детища останутся со мной, продолжу вас волновать. — Веснински слегка садистки ухмыльнулся, ожидая реакции. — В группу компаний Веснински отныне войдёт один из перевозчиков Волковых. Спасибо, Владимир, за такое выгодное предложение, оно мне чрезвычайно понравилось. — Конечно, оно тебе понравилось, юный фанатик монополий. — Мужчина хмыкнул, получая настоящее удовольствия от присутствия в кругу семьи Натаниэля. Почему-то именно эти люди могли наполнить его энергией и хорошим настроением. Безусловно, он не был роднёй мальчишки, но другом точно смог стать, а это уже дорогого стоило. — Только не завоёвывай мои скромные земли, когда ещё немного подрастёшь. — Так уж и быть, начну с подчинения Индии, как истинный британец. — Веснински злорадно хохотнул, заставив Стюарта и Марка почти подавиться. — Ебанный ад! Абрам, какого чёрта? — Хэтфорд с неподдельным удивлением уставился на будущего приемника. — Какие захваты? — Рано или поздно мои аппетиты вырастут, а возможности начнут соответствовать. Безусловно, я не пойду с войском, чтобы подмять под себя чьи-то территории, но выгодные сделки способны на чудеса, дядюшка. — Волков теперь на пару с Ичиро одновременно загоготали, прекрасно зная, что если Натаниэль действительно захочет чего-то подобного, то найдёт способ, чтобы добиться этого. — Я возьму грёбанный отпуск, если ты решишь организовать новый чёртов переворот, босс. — Марк налил себе уже пятую? порцию джина, быстро осушая его всего за пару глотков. — Почему наш босс планирует революцию, а я не в курсе? — Алекс действительно сильно задержалась, но лучше поздно, чем никогда. — Наш дорогой Натаниэль просто делится планами об оккупации Индии после того как встанет на ноги в качестве следующего Хэтфорда. — Эндрю пустым взглядом проводил девушку, поведывая о великолепных планах юноши. — О, такое мне нравится! Что ещё я успела пропустить? — Алекс достаточно быстро нашла своё любимое вино, чтобы наполнить последний пустой бокал за столом. — Давай по порядку… — Марк начал загибать пальцы, расслаблено раскинувшись на кресле. — Босс решил рассказать Дею и Моро о планах только после свершения расправы над Тетсуджи. За ближайшие десять лет Хэтфорды приобретут самого крутого наследника, за которого боролись бы несколько мировых семей, будь у них возможность. Ммм… У нас останется куча работы в США, потому что кем был бы наш ангел-смерти, если бы позволил руководить этим кошмаром кому-нибудь ещё? Группа компаний Веснински выкупила перевозчика Волковых… Ну и конечно, Морияма признались, что завидуют Миньярду, и каждый из них хотел бы быть на его месте, если бы не связь сиблингов. — На последнем пункте Натаниэль ещё раз посмотрел на Эндрю, всё больше удивляясь тому, как тот умудрился понять это всего за пару встреч. — Кошмар, пропустила всё веселье. — Алекс хихикала, наблюдая за их разношёрстной компанией. — Ну а что Эндрю? Почему с нами сегодня голкипер Лисов, по совместительству причина воздыханий босса? — Девушка окинула стол ищущим взглядом. — Эй, я не должна быть первой, кто оценит его новый костюм. — Я просто буду рядом столько, сколько мне позволит наш дьявол. — Миньярд игнорировал все взгляды, концентрируясь только на Натаниэле, что смотрел на него как на первую в жизни рождественскую ёлку. — Станешь голкипером Британской сборной? — Стюард с интересом оглядывал парня племянника, пытаясь осознать, что же в нём было такое непривычное взгляду. — У меня нет ни единой причины оставаться в экси. Найду что-то подходящее, чтобы быть максимально полезным для нашего супер-пупер крутого главы. — С твоей памятью ты бы стал великолепным адвокатом для меня. Я не думаю, что смогу тратить время на изучение ещё одного законодательства. — Стюарт, у тебя появится ещё и адвокат дьявола в комплекте, не слишком жирно для вашего маленького острова? — Ичиро злорадно ухмыльнулся, наблюдая за преувеличенно закатывающимися глазами британца. — Если Абрам посчитает мальчишку полезным, что я могу сказать против? — Тут уже настала очередь Натаниэля выражать недовольство. — Кто будет цепляться к Эндрю, того накажу. Мало не покажется, говнюки. — Веснински обвёл всех жестоким взглядом, после чего мило улыбнулся и подмигнул Миньярду, заставляя того ухмыляться из-за зависти на лицах всех остальных. — Конечно, мистер романтик, мы и пальцем не тронем свет очей твоих, особенно если ты обращаешься с ним как с хрустальным. — Рико накликал на себя ещё один уничижающий взгляд, заставляя уже весь стол хихикать из-за подобного отношения Натаниэля к парню, что и сам бы зарезал кого угодно. — Даже если ты его брат, я не пожалею ножа, чтобы заставить тебя замолчать. — Эндрю окатил Рико ледяным взглядом, заставляя того ещё раз знающе улыбнуться, но всё же замолчать. — Господи, теперь их двое… — Марк удручённо прикрыл лицо руками, пытаясь понять, в какой момент Веснински так его возненавидел, что нашёл в качестве парня собственную копию. — Не дуйся, на самом деле, они — добряшки. — Алекс была куда более оптимистичной, спокойно выдерживая неодобрение всего стола. — Меня никогда раньше так не оскорбляли. — Натаниэль закатил глаза, прекрасно зная, что ведёт себя по-детски. — Этот мир никогда не будет прежним, но я не могу заставить себя жалеть об этом. — Волков был ужасно доволен своим другом. Даже если между ними была пара поколений, их взаимопонимание было чем-то невероятным. — Не могу не согласиться. — Стюарт довольно чокнулся с Владимиром, наслаждаясь всем происходящим вокруг. *** Финальная игра против Воронов стала неизбежным завершением года жизни в Пальметто. Братья знали, что так будет, и отчаянно желали разгромить бывшего тренера на поле. Тетсуджи стал ночным кошмаром каждого игрока Эдгара Алана, но сегодня его судьба будет решена навсегда. Возвращение в Эвермор должно было быть болезненным, но последние годы, прожитые под защитой дьявола, сгладили углы. Морияма приехали в Гнездо даже раньше Лисов, удобно расположившись в восточной башне. На этой неделе они окончательно решили все «послевоенные» вопросы, касающиеся Тетсуджи. Оборвать его связи, полностью изолировав, оказалось совсем несложно после исключения из уравнения основной переменной. Найти же замену — ещё легче. Стефан сам изъявил желание встать во главе Гнезда, а Натаниэль был готов доверить ему команду, хоть и оставлял своих людей для контроля. Один матч отделял создателя экси от полного уничтожения. До безобразия оранжевый автобус прибыл к стадиону за пару часов до начала игры. Команде следовало отдохнуть перед финалом сезона, а Веснински хотел забрать некоторое количество вещей, навсегда завершая историю своей усердной работы под прикрытием. Конечно, Гнездо останется под его контролем, но основных дел в нём больше не будет. — Ужин скоро доставят, можете пока в общей зоне потусоваться или с Воронами поболтать. По всем вопросам к Стефану, всё решит, а я вернусь через часа полтора. — Натаниэль доверил Жану и Кевину провести Лисов к раздевалкам. — Если возникает что-то действительно экстренное — звоните. — Юноша спокойно оглядел команду, напоследок улыбаясь Эндрю. — Если Тетсуджи хоть пальцем в вашу сторону двинет — это уже экстренный случай, к слову. — Опять идёшь проворачивать своё злобное зло? — Аарон спокойно уставился на Веснински, абсолютно не удивляясь подобным выпадам в сторону главного мудака Эвермора. — Именно так, это подобие человека заслуживает каждой крупицы моей ненависти, и я не хочу, чтобы он кому-то навредил. — Натаниэль со спокойной душой оставил команду, желая навсегда стереть с лица земли улики против его самых сокровенных тайн. Судьба — смешная штука, если так разобраться. Почему-то многие люди отчаянно в неё верят, пытаясь скинуть ответственность со своих плеч, будто кто-то другой влияет на их жизнь, будто всё происходящее не является последствием их выборов. Конечно, никто не живёт в вакууме, у всех уникальные вводные и разные конкуренты за место под солнцем, но обвинять в проблемах лишь злой рок — глупо. Натаниэль Веснински — ребёнок-ошибка. Его не должно было существовать. Вся его жизнь — сплошной вызов судьбе. Он родился из-за прихоти Кенго, выжил из-за мечты Тетсуджи, стал смертоносным оружием из-за веселья Натана, получил ключи от всех замков из-за одиночества Ичиро. Но остался стоять на ногах он только из-за себя. Потому что отказался сломаться, потому что запретил себе чувствовать боль, пока страдают его браться, потому что нашёл то, ради чего можно продолжать жить, потому что подпустил к себе того, кто увидел руины за каменными стенами и захотел их отстроить заново. Сейчас, сжигая страницу за страницей, реализовав лучший из возможных планов, Натаниэль чувствовал, что становился целее. Блокнот, исписанный обрывочными фактами, стремительно заканчивался, навсегда унося за собой все «что если» и «что делать», оставляя только реальность, в которой уже никогда не случится то, чего он боялся больше всего. Ни один человек на этой планете не должен был знать о существовании этого тайника, и теперь уже никто никогда не узнает. Ичиро и Рико уже ждали начала матча, подготовив всё необходимое для «прощальной вечеринки», а Лисы наверняка обсуждали тонкости игры начального состава Воронов. Лишь Веснински позволил себе ненадолго забыть об экси, почувствовать ту свободу, что он обретёт, как только сделает всё возможное для победы Пальметто. Он никогда раньше не жаждал победы в экси так сильно. — У тебя осталось 10 минут, Веснински. Не заставляй меня ждать твою ленивую задницу! — Ваймак тоже был на взводе, его команда впервые забралась так высоко, и он точно знал, что подобный успех не будет постоянным. Сегодня последняя игра человека, что наконец-то смог склеить его команду, пусть и через трагедии, но смог, без него никогда не будет так же, но лучше и не надо, пожалуй. — Конечно, тренер! Я всё смогу, не волнуйтесь. — Натаниэль был готов уже через 6 минут, подключаясь к обсуждению нападающих Воронов. Начальный состав Эдгара Алана казался не самым сильным, Тетсуджи прекрасно понимал, что Лисы выдохнуться к концу игры, и оставил самых смертоносных нападающих на конец игры, надеясь взять Пальметто измором. Выходя на площадку для разминки, Лисы уже знали, что сегодняшняя игра станет войной стратегий уничтожения. В первую половину Ваймак выпусти Кевина с Сетом, Аарона с Мэттом и Рене с Даниэль. Ники и Жан должны играть вторые половины таймов, а Элисон и Эндрю целый второй, Веснински же планировал выйти на конец первого и начало второго. Однако всё пошло не по плану, когда Аарона практически подкинули в воздух ради проверки тела. На пятнадцатой минуте первого тайма Кевин забил слишком красивый гол, выводя из себя одного из первокурсников Эдгара Алана. Миньярда в экстренном порядке сменили на Ники, но злость уже было не остановить. Перед самой сменой Сет забил третье очко для Лисов, но поплатился за это, распластавшись по полю. Натаниэль выходил на поле уже с пульсирующим напряжением в кончиках пальцев. Веснински хотел растоптать всех и каждого, даже несмотря на то, что это когда-то была его команда. Сегодня он жаждал победы. — Не убей никого, дьяволёнок. — Дэвид устало посмотрел на чрезвычайно возбуждённого юношу, что ждал отмашки судей, чтобы занять своё место на поле. — Мы сегодня хотим победить честно, даже если Тетсуджи заставил своих подопытных делать всё, чтобы вывести тебя из равновесия. — Конечно, это не было прямо прозрением, но такой спокойный голос Ваймака даже после небольших травм Лисов заставил Веснински выкинуть из головы пару мыслей о чём-то слишком кровожадном. — Будет сделано. — Натаниэль вышел на поле, надеясь запечатлеть это предвкушение где-то глубоко в душе. Он хотел запастись им на всю оставшуюся жизнь. Веснински сдержал обещание, он делал всё возможное, чтобы играть чисто. Даже когда нападающий Воронов намеренно запустил мяч прямо в руку Рене, он смог удержаться от вспыхивающей ярости. Ещё не время, ещё надо подождать. Совсем скоро он уничтожит причину всех злодеяний на этом кровавом поле. Первый тайм закончился со счётом 6:7 в пользу Лисов, и выбывшими Аароном и Рене. Весь перерыв прошёл в бесконечных спорах, как лучше распределить силы. Вороны хотели по одному выводить их из игры, оставив под конец уже уставшую команду. Лисы не могли себе это позволить. В итоге, на начало второго тайма вышли Сет и Натаниэль, Элисон, Эндрю, Жан и Ники. Всё шло почти по плану. Эндрю стоял неприступной стеной на воротах, бесконечно отбивая летящие снаряды, пока Сет на пару с Натаниэлем забили ещё два гола. Они смогли вырваться вперёд, осталось поддерживать результат, но Вороны тронули то, что трогать было нельзя. Джон заработал красную карточку, выводя Жана из игры. Теперь, когда Ники еле волочил ноги, защита Лисов просела, позволив воронам пробить Эндрю и вновь сравнять счёт. — Я встаю в защиту вместе с Мэттом. — Натаниэль подлетел к Ваймаку, когда Ники попросил о замене. — Я не дам им снова обступить Эндрю. — Дэвид обвёл обречённым взглядом набегавшегося Веснински. Все знали, что после исчезновения ему было труднее играть, но сейчас вариантов больше не оставалось. — Сам на поле не откинься, герой. — Ваймак слишком дёргано махнул рукой, получая в ответ зловещую ухмылку. Осталось 15 минут матча. Сет смог передохнуть несколько минут после выхода Кевина, Элисон всё ещё яростно боролась с каждым встречным, пытаясь отомстить за падение парня, а Эндрю лишь настойчивее сжимал клюшку. У них осталось 900 секунд, чтобы победить. Тетсуджи не был глуп. Как только Ники принял решение покинуть поле, он выпустил практически полностью свежий состав, надеясь раздавить малочисленных Лисов. Но Натаниэлю принесло особенное удовольствие выражение лица этого недочеловека, когда он встал на позицию защитника. Сам Морияма годами заставлял его бороться со смертью, выживая против лучших нападающих, теперь пришло время раскрыть этот факт и всему остальному миру. Десять минут тянулись в отчаянной борьбе. Обе команды стояли на своём, не желая сдаваться на финишной прямой. Вот уже 13 минут на табло не менялись зловещие 8:8. Но терпение дало трещину, когда Кевин всё же заработал желанное очко отрыва за 5 минут до конца матча. Вороны были вне себя от ярости, их приучали только к победам, у них не было права на проигрыш. Двое нападающих набросились на Веснински, пока полузащитник боролся с Мэттом. Один из опекунов Натаниэля всё же смог пробиться к воротам, нанося сразу несколько прицельных ударов. Миньярд пытался отбить все, пока противник не подобрался слишком близко. Заставив ворота Лисов гореть красным, Ворон даже не попытался снизить скорость, влетая в Миньярда. Это Натаниэль простить точно не мог. 180 секунд осталось для преодоления очередного равного счёта. Когда Вороны вновь завладели мячом, пытаясь прорваться к воротам, Натаниэль уже был готов. Он не собирался защищаться, сейчас он хотел напасть. Разорвать весь этот долбанный экси в клочья. Перехватив мяч на третьей четверти, Веснински не стал тратить время на передачи. Оставалось 30 секунд. Полминуты до конца игры в его жизни. Дьявол вложил в удар всю злость, что таилась глубоко внутри, всю боль, что он ощущал из-за долбанной клюшки в руках. Плексиглас ворот задрожал, фиксируя попадание. Натаниэль Веснински забил решающий гол в финале чемпионата, находясь больше чем в половине площадки от голкипера. Загудел гудок, высвечивая заветные 10:9 в пользу Лисов. Всё вокруг остановилось, пока не прозвучал второй звуковой сигнал. Игра закончилась. Для него — навсегда. Повреждённую мышцу свело непреодолимой судорогой после излишнего напряжения, выбивая землю из-под ног Веснински. Он свалился на паркет там же, где остановился после броска. Сейчас он уже не думал ни о чём. Вся его жизнь — бесконечная война, но одна битва наконец-то была завершена. — Чертёнок, я могу тебя поднять? — Эндрю навис над его лицом, уже впихнув кому-то из Лисов своё снаряжение. В голове Натаниэля прошла целая вечность, пока он валялся на таком привычном паркете, но на деле гудок был каких-то 10 секунд назад. — Да или нет? — Да, Эндрю, наверное, стоит убраться отсюда. — Веснински лукаво усмехнулся, всё же садясь, но не решаясь двигать ногой, что всё ещё чертовски болела. — У меня есть ещё незаконченное дело на сегодня. — Конечно, куда без этого, мой ночной кошмар. — Эндрю чрезмерно наиграно закатил глаза, подхватывая юношу под руки. — Я могу взять тебя на руки, если ты не можешь идти. — Я не уверен в стабильности своего состояния. — Держись крепче. — Миньярд даже после целого тайма на воротах без особых усилий подхватил Натаниэля под бёдра, заставив обвить собственную шею руками. Оставив шлем и клюшку Веснински на поле, Эндрю просто унёс его к раздевалке, абсолютно игнорируя рукопожатие. У них действительно были ещё планы. *** Церемония награждения была встречена овациями со стороны фанатов Лисов. Большая часть поддержки Эдгара Алана же вообще предпочла покинуть стадион. Никто не был готов к подобному итогу. Даже потеряв Идеальный корт, Вороны казались самыми сильными, но недостаточно. Первая победа Пальметто в чемпионате была вырвана зубами сквозь кровь на пути к успеху. Они справились, их команда смогла. Когда вся команда наконец-то собралась в общей комнате, Натаниэль уже был готов обрушить на них правду. Может быть, Лисы и сами догадались, но он был обязан сказать им честно. — Мне не нравится, с каким серьёзным видом сидит наш бес. Это его деловое лицо никогда не сулит ничего хорошего. — Сет плюхнулся на диван, притягивая Элисон в объятия. — Да-да, дьявол, ты что-то задумал, но мы говорим сразу, мы — против. — Рейнольдс была абсолютно солидарна с Гордоном. — Могу только позавидовать вашей наблюдательности. — Натаниэль сидел в большом кресле, пока Эндрю расположился на подлокотнике, полностью закрывая спину Веснински. — Мне действительно надо поделиться с вами некоторыми новостями. — Твою мать, я не хочу это слышать. Нас опять ждёт какая-нибудь неведомая херня. — Мэтт почти сполз на пол, драматизируя по максимуму. — Это была моя последняя игра. — Веснински даже не смотрел на команду, предпочитая рассматривать свои ногти. — Что, блять…! — Дэн зажглась как спичка, даже несмотря на усталость после самой сложной игры сезона. — Я перехожу на индивидуальный план обучения, и мои планы в других сферах жизни абсолютно не вяжутся с экси. Я очень рад, что мы смогли победить сегодня, это было важно для меня. — Ну что, дорогие друзья, я хотя бы ухожу от вас не один! — Сет безудержно хихикал из-за искренних гримас страдания на лицах сокомандников. Все они выглядели комично. — Если вы позволите, я бы периодически захаживал, чтобы немного выпускать пар, но это никогда больше не будет настоящей игрой. — Будем честны, это было ожидаемо. — Рейнольдс очень быстро справилась с эмоциями, теперь скорее размышляя над чем-то. — Было бы забавно пугать тобой первогодок. Эдакий бабайка из леса. — Делайте что угодно, хоть обещайте им кровавую расправу, всё устрою. — Натаниэль обменялся жестокой ухмылкой с Элисон, начиная весело хихикать, откидывая голову на бедро Эндрю. — Очередную хуйню сделал. Что-то не меняется… — Аарон устало закатил глаза, абсолютно смиряясь со всем происходящим. — На такой прекрасной ноте я бы хотел украсть четверть нашей команды для небольшой точки. Кевин, Жан, мне надо с вами поговорить. — Натаниэль спокойно поднялся, ожидая, когда братья последуют за ним. Эндрю, разумеется, отправился за ними. — Это то, о чём я думаю? — Как только их маленькая компания отошла достаточно далеко, Жан уставился на младшего брата, пытаясь найти ответы в жестокой ухмылке. — Сегодня должна быть великолепная прощальная вечеринка. — Веснински усмехнулся, подходя к лифту восточной башни. — Что ты собираешься с ним сделать? — Кевин, на удивление, не выглядел даже немного напуганным, скорее задумчивым. — Я хотел услышать ваши предложения. Когда-то я хотел мучить его вечно, заставляя чувствовать невыносимую боль так долго, как сможет вынести его тело, но сейчас мне стало скорее безразлично. Я достаточно отыгрался на нём за эти месяцы, теперь он ваш. — Я хочу, чтобы он умер. — Жан никогда не скрывал этого желания. — Это не обсуждается. Завтрашнее утро он уже точно не застанет. — Натаниэль наконец-то запустил всю их компанию в главную ложу башни, где их уже ждали младшие Морияма. — Я хочу, чтобы его репутация была уничтожена. Пусть люди считают его тупорылым ублюдком. — Дей был хладнокровен в своих желаниях. — В очередь. Сначала я разъебу ему пару позвонков этой чёртовой клюшкой. Говорите что хотите, я всё ещё чувствую эту чёртову боль, пусть тоже попробует — какого это. — Рико сидел на диване рядом с Ичиро, спокойно покачивая бокал с вином. — Исполню каждый ваш каприз, господин Морияма. — Натаниэль в очередной раз ухмыльнулся, доставая из шкафа утяжелённую клюшку нападающего, точно такую, какой когда-то играл Рико. — Я тоже хотел его немного разукрасить этим великолепным инструментом, но уступлю тебе, Ри. — Грёбанный дьявол. — Ичиро наблюдал за обсуждением братьев со стороны. Единственным его желанием была смерть мудака. Остальное — на усмотрение бывших Воронов, что так долго копили в себе всю ненависть. Эндрю составлял ему молчаливую компанию, уже потягивая немного виски. — Я думаю, самое время позвать нашего любимого ублюдка! — Натаниэль отправил запрос охране, чтобы они завели наконец-то Тетсуджи. Ночной кошмар Эвермора, так долго терзающий всю их семью наконец-то будет вытравлен с этого света, что может быть лучше? Натаниэль никогда не считал себя искренне жестоким, однако подобные моменты давали почву для размышлений. Может быть, он и не любил насилие, но месть — чертовски хорошее топливо. Тетсуджи уже был истощён и измучен. Он еле держался под прицелом камер весь вечер, безудержно пытаясь верить в чудо. Конечно, он знал, что после срыва Веснински он не выживет, но как же хотелось надеяться на неосуществимое лучшее. Он предал Морияма, практически не скрываясь, такое никто не смог бы пережить. — Это всё он! Я невиновен! Веснински играет за две команды, не я! Проверьте его кабинет, он хотел уничтожить нашу Империю! Я знаю, что там есть доказательства… — Тетсуджи не дали договорить. Хлёсткая пощёчина Жана заставила его голову крутануться, неприятно хрустнув. — Тебе не давали слова, ублюдок. — Моро со сдержанным отвращением на лице наконец-то сел на диван рядом с Кевином, наблюдая за открывшимся зрелищем. — Это не «наша» Империя, глупец. Она — моя. — Ичиро садистки улыбнулся, отпивая ещё глоток от своего виски. — Ты никогда не имел к ней отношения, и сейчас тоже. — Откройте глаза! Этот выродок просто запудрил вам всем мозги! Он — лжец с головы до пят, такое отродье как он не способно на верность. Он лишь играет роли, заставляя вас плясать под его дудку! Да как вы не видите! — Тетсуджи с остервенелыми глазами пытался достучаться хоть до одного человека в комнате. Мелкий Веснински вырос, превратившись в настоящего чёрта из табакерки. Мальчишка мог приручить кого угодно, на что так охотно купилась вся его «семья». — Он станет вашей смертью! ОН! Дьявол… — Натаниэль стоял позади всех, спокойно рассматривая корт, не обращая внимания на вопли бывшего тренера. Но стоило ему наконец-то повернуться к обидчику со своей лучшей ухмылкой на лице, как слова того резко закончились. — Может быть, когда-нибудь он и станет нашей смертью, но именно ты его создал. Твоя четвёрка стала смертью лишь благодаря тебе. — Ичиро, даже не видя брата, практически скопировал его угрожающий взгляд, заставляя дядю скрючиться на полу в изнеможении. — Поверь мне, тренер, любой в этой комнате даже не будет сопротивляться, если Эль решит от кого-то избавиться. Мне плевать, если это всё было спектаклем, потому что тогда это всё ещё лучшее, что могло случиться в моей жизни. — Рико присел на корточки перед обидчиком, стискивая чужой подбородок пальцами. — Можешь быть уверен, я никогда не смогу тебя забыть, но сегодняшний день навсегда станет праздником в моём календаре. — Младший Морияма немного покрутил голову дяди из стороны в сторону, наслаждаясь испуганными глазами напротив. *** В 4 утра следующего дня была выложена статья-разоблачение, посвящённая Кейли Дэй, что стала жертвой гордыни Тетсуджи Морияма. Бывший тренер Эдгара Алана был обвинён в убийстве, после чего были раскрыты его мошеннические схемы. Когда-то великий человек, стоящий у истоков экси, навсегда был помечен клеймом преступника. Общественность за жалкие минуты возвела образ Морияма в абсолют жестокости, тщеславия и жадности. Натаниэль сделал всё возможное, чтобы в мгновение ока уронить ублюдка на самое дно. А спустя какие-то жалкие часы машину Тетсуджи обнаружили перевёрнутой и сгоревшей на обочине трассы. Чрезвычайно пьяный человек не справился с управлением. Очень жаль. Весь день Лисы праздновали победу. Хоть предстоящий уход Натаниэля и немного омрачил ситуацию, все они были счастливы. Даже Ичиро, нашедший спокойную компанию в лице Аарона и Жана, хорошо вписался в их хипстерскую тусовку. Сегодня их история открывала новую главу, навсегда оставляя минувшую боль лишь в кошмарах.