Фрилансер

Я проснулся от толчка и громкого хлопка, покатившегося по всему дворцу. Похмельная голова загудела с утроенной силой, язык царапал нёбо и фрески на потолке как будто вращались в сумасшедшем хороводе. «Агнешка, душа моя, пожалуйста воды!»: просипел я. Ответа не последовало и мне пришлось, собрав все силы в кулак, сесть, а затем и встать на ноги. Да, как ни хорошо было вчера вино, но видно, под конец вечера мне было все равно что лить в глотку и похмелье меня все-таки настигло. Я встал, хлебнул вчерашнего вина, и почувствовал некоторый прилив сил. Выйдя в общую комнату, я обнаружил своих парней, вылезающих из спален и вчерашних танцовщиц, выходящих из нашей обители. - Вы, господин барон, тоже слышали этот взрыв, или это так Анри пустил ветры? – спросил Антон шутливо. - сомневаюсь, что это он, все-таки не дворянского происхождения, а так дать газу мог как минимум сын герцога. – так же шутливо ответил я. - да, мне бы такую Силу, мог бы потягаться со всеми вами вместе взятыми – подхватил сам Анри. - ладно, отставить шутки. Умываемся, собираемся и на выход по-боевому. Надо выяснить, что случилось. Сборы заняли у нас, похмельных и помятых, достаточно много времени, однако, когда Солнце окончательно вышло из-за горизонта, мой отряд был готов к выходу и поблескивал гранеными остриями копий и арбалетных болтов. В коридорах дворца царила суета и хаос. Ординарцы, слуги из свиты короля, челядь дворца носились туда-сюда и совершенно не вносили ясности в происходящее. Я заметил ординарца нашего легата и схватил его за плечо. - Поясни-ка, любезный, что случилось, что случилось? - Полностью обвалилось крыло с темницами. Его Сиятельсто господин легат проводит разбор завалов. – протараторил он и побежал дальше. Я повел свой отряд вниз, на улицу, на торговую площадь. По дороге нас встретила Агнешка, вся засыпанная каменной крошкой и пылью, но весьма бодрая. «О, Агнешка, где же ты была? Что с тобой случилось?» - я вдруг почувствовал сильнейший приступ стыда от того, что первым делом не вспомнил про эту девушку, которую вполне могло завалить в рухнувшем крыле донжона. А ведь, случись это, я бы почувствовал утрату не меньше, чем от смерти кого – ни будь из своих парней, все-таки запала мне в душу рыжая красавица. «Пошла за завтраком для вас и тут бабах, грохот, пыль, крики. Говорят, все крыло над темницей рухнуло» - ответила девушка «Вот, возьми, купишь себе что ни будь волосы прибрать, ходишь вся растрепанная.» - сказал я и протянул девушке 5 динар серебром, стараясь загладить вину перед своей совестью. «спасибо, ваша милость» - ответила она и, приняв монеты, спешно пошла в сторону наших комнат. На рыночной площади уже собралась приличная толпа из наемников, дружинников короля и местных обывателей. Я нашел глазами отряд Риана и уже хотел было подойти и узнать, что известно ему, когда на балкон в здании совета вышел король и огласил: «Мои верные воины, сегодня произошла большая трагедия. Не смирившись с поражением в честной битве, бунтовщики решили ударить нас в спину так же, как ударили в спину графа Арбо, охранявшего пленников. Кто-то убил его, подло вонзив в шею это. – король поднял над собой золотую покрытую кровью заколку, размером с небольшой стилет – получив свободу от ауры моего верного слуги, бунтовщики пробили себе путь на более низкие уровни подземелий и взорвали опорные стены, от чего часть здания рухнула и погибли многие наши товарищи. Нельзя дальше ждать, а то они так и продолжат жалить нас словно осы. Ос нет смысла бить по одной, нужно найти и уничтожить гнездо! Собирайтесь, сегодня, ведь завтра мы идем жечь гнездо бунтовщиков!» Толпа разразилась криками бойцов. Отовсюду звучали возгласы вроде «добьем врага в его логове» и «не потерпим» кричали и немногочисленные дружинники короля и наемники из горного края, и даже добровольцы из самого города Любенска, сохранившие верность короне и соблазнившиеся высоким жалованием в армии его величества. «да уж, осесть в баронстве и прогрессорствовать мне пока рано. Лишить земли и Силы живого законного владельца без его согласия невозможно, значит придется мне остаться простым наемником» - подумал я и повел своих людей собираться в новый поход. Остаток дня мы провели в хлопотах: закупили продовольствия, болтов, сменной одежды, порядком истрепавшейся за время осады. В измотанном осадой городе, да и еще при ажиотажном спросе, цены на еду и военное снаряжение изрядно выросли. На все про все ушло 30 полновесных ауреусов и почти все серебро что нам удалось затрофеить во время штурма города. Зато мои бойцы обзавелись чистой новой одеждой и оказались обеспечены провизией на несколько недель похода. Когда все приготовления были завершены, и мы разошлись по своим комнатам, чтобы провести последнюю ночь на мягких перинах в стенах дворца перед множеством дней на жестких подстилках практически под открытым небом. Агнешка так и не покинула нашу дружную компанию, она вообще старалась как можно меньше выходить из комнат. Пожелав своим парням доброй ночи, я прошел в свою комнату и лег на кровать, в которой меня ждала моя пленница. Обняв девушку, я сказал - Завтра мы уезжаем. Что ты планируешь делать дальше? Тебе есть куда пойти. Рука девушки, гулявшая по моему торсу, вдруг жестко обхватила самое дорогое, а сама Агнешка лукаво спросила - Я тебе уже надела, Барон? От неожиданности, у меня сперло дыхание, и я ответил - нет нет, ну что ты. Просто что делать молодой красивой девушке среди суровых вояк? Агнешка чуть ослабила хватку и сказала - А что мне делать здесь? Наверняка новый хозяин этого дворца заведет свою прислугу, а мне идти в портовый бордель прикажешь? Все родственники погибли, куда мне пойти? Раньше я жила здесь только по милости старого герцога, а теперь что? - я могу дать тебе денег на первое время, монеты у меня водятся. Девушка вновь напрягла руку - достопочтимый лорд, сжальтесь над бедной сиротой, возьмите меня с собой. Поняв, что спорить бесполезно, я ответил: - хорошо, хорошо, правда никакой я не достопостимый. Мой пленник бежал, а напоминать об обещании королю – себе дороже, сразу видно, о и так не в духе. А ты от куда зна… Агнешка вдруг смягчилась и подключила вторую руку, и с явной радостью ответила: - ничего страшного, у вас большое будущее, я в это верю и за вами я буду как за каменной стеной, да и в отряде я помогу, я и стирать могу, и готовить, и даже умею за больными ухаживать, училась у герцогской целительницы. - ну отлично, так кем ты работала у герцога? Но девушка не ответила, она нырнула головой под пуховое одеяло и у меня из головы вылетели все вопросы. Солнце только начало выглядывать из-за горизонта, а вся армия уже погрузилась на телеги и лошадей и отправилась в поход на второго бунтующего герцога в Подлесье. Наверняка, мятежный брат короля направился именно к нему в поисках поддержки. Первой же ночью наш походный лагерь обстреляли из луков, поднявшаяся по тревоге королевская дружина даже на своих породистых скакунах найти никого так и не смогла, только следы копыт, уходящих за горизонт. Хорошо, что мой отряд находился на противоположном конце лагеря и до нас ничего не долетело, однако погибло несколько ополченцев и ранено несколько наемников. Оставив за собой несколько могил со знаком свернувшегося змея, похожего на земного уробороса, мы продолжили путь. Днем на горизонте со стороны леса выехали несколько десятков всадников и вновь нас обстреляли из своих луков. И снова тяжелая кавалерия ринулась вдогонку, однако нас и таинственных всадников разделяло недавно вспаханное поле, и бандиты успели уйти по лесным тропкам. Королевская армия отделалась в этот раз несколькими ранеными, но и это совсем не приятно. - неужели у герцога Подлесья так много солдат, что он может позволить себе высылать отряды так далеко от собственной столицы? – спросил я у Рори - Конечно нет, Квинтус, неужели ты пропустил мимо ушей все наши байки, рассказанные в отцовском имении? Это же кочевники с юго-восточных степей, все указывает на них, типичная тактика, ударил, отскочил, типичные луки, из которых они стреляют, не слезая с седла. - Точно! Как я и сам не вспомнил? Не мало вы друг друга побили, судя по историям. - И ты скоро встретишь их в бою, и, надеюсь, не посрамишь фамилии отца. - Конечно не посрамлю! – ответил я, с ужасом представляя как в случае нашего поражения, или спешного отступления, эти дикари забавляются с моей Агнешкой. В тот же день мы увидели жирный черный дым на горизонте, это горела деревня. Очевидно, герцог Фагус решил применить тактику выжженой земли, лишить наступающую армию возможности вербовать новых рекрутов и пополнять съестные припасы. Наемники кочевники покинули это место совсем недавно, многие хаты еще горели, тут и там лежали изрубленные трупы мужчин. Что характерно, женщин и детей, среди убитых пости не оказалось. - Рори, как думаешь, куда делись бабы и дети? Может успели уйти лесами? —спросил я у наставника, проезжая мимо небогатой усадьбы и глядя на истерзанные тела барона и его ближников. - Хочется верить, но верится с трудом, гораздо более вероятно, что кочевники напали с рассветом, когда все еще только просыпались. Мужиков и людей барона перебили, а баб с детьми угнали в халифаты, тамошние владетели любят молодых и крепких белых рабынь, а из пацанов воспитывают бойцов, вбивая повиновение хозяину и самых молодых лет. Так прошло две недели. Ночью обстрел, днем налет, деревни по пути сожжены, в колодцах трупы. Каждые сутки мы хоронили по три – пять человек. Некоторые получали царапины, или более тяжелые ранения, но, хвала Великому Змею, простолюдинам королевский лекарь-маг легко закрывал кровотечения и даже лечил травмы, за которые не взялись бы многие хирурги 21 века. Аристократам, конечно, такие услуги недоступны, укротить свою ауру и дать возможность доктору провести магические манипуляции не может никто из владеющих Силой. В прочем, аристократы пока что и не нуждались в срочном медицинском вмешательстве, нас оберегают как зеницу ока, да и не так много одаренных по сравнению с простыми бойцами. Радовало одно: армия не уменьшала, а даже увеличивала свою численность, то и дело к нам выходили группки чудом спасшихся жителей деревень, по большей части молодых и здоровых мужчин, горящих желанием отомстить за родственников бандитам и их нанимателю. Наконец мы зашли на территорию Подлесья. Сожжённых деревень больше не встречалось, но людей в ни было. Герцог Фагус вывез всех со скотиной и скарбом. Начала остро ощущаться нехватка воды, колодца потравлены, запасы на исходе. Брали воду из речек и ручьев, но где гарантия, что выше по течению нет трупа человека, или зверя? Я настоял, чтобы мои бойцы обязательно кипятили всю потребляемую воду, по началу парни роптали, но в данном вопросе меня поддержал Рори, рассказав про то, как они с отрядом моего отца спасались таким же образом, когда шли маршем через болота западной империи и лишились доступа к чистой воде. Глядя на меня и самочувствие моих солдат, люди Риана и некоторые другие наемники также подвергали воду кипячению. В остальной армии люди продолжали пить воду без всякой обработки и закономерно мы стали терять людей еще и из-за дизентерии, или как эту болезнь назвали здесь – боевого поноса. Король же продолжал гнать армию к столице герцогства – славному городу Албар. По рассказам пленников, основные силы мятежного герцога вышли на Любенск с целью объединиться с гарнизоном и разбить осаждающих. Как только до Фагуса дошла весть о взятии города, он развернул свои войска и поспешил к себе, чтобы встретить нас за стенами Албара. Судя по всему, не все шло гладко и у мятежников. В армии большое количество диких кочевников, не имеющих понятия о дисциплине и то и дело выступающих за грабеж деревень. Пока они были на территории Любенкого герцогства, против грабежа деревень никто ничего не имел, тем более после того, как стало ясно, что Любенск останется за нашим кролем. А теперь Фагусу приходится тратить много времени на то, чтобы привести кочевников в чувство и удержать их от грабежа и насилия в своем собственно домене. Обе армии оказались на пределе, я с ужасом думал о том, что мы опять будем брать город, только теперь с теми людьми, кто полон молодой горячности и жажды пустить свою первую кровь. А с уставшими пацанами, которые каждый день теряют товарищей и, кроме прочего вырезали себе на портках дырку сзади, чтобы не тратить время всякий раз, когда очередной раз пробило сходить в кусты.