Полуразумный вид.

Пять лет спустя...

      - Гермиона! Слава Мерлину, ты дома! - Рыжая миссис Поттер с изяществом бегемота переваливалась с ноги на ногу, старательно изображая бег.       - Я так рада, что успела! - ответила Герми, обнимая Джинни, в одной из палат Мунго, в которой она ожидала роды.       - Ты обещала выйти замуж до того, как я стану мамой! - обвинительно высказалась Джин, сразу, как разорвала объятья. - Теперь я ещё долго не смогу быть подружкой невесты. Третий год уже тянешь, а тут вдруг решилась, а я уже арбуз проглотила.       - Брось, всё получится, мы сможем смотреть за малышом все вместе, и ты сможешь повеселиться, - возбуждено отозвалась Элис.       - Ладно, но перенеси свадьбу хотя бы на полгода, - состроив брови домиком, закончила Джинни.       - Уже, - успокоила Герми подругу. - Свадьба будет в сентябре.       - Ох, хорошо, - отозвалась Джинни и расслабилась, но тут же скривилась от спазма скрутившего её необъëмный живот. - Ты же больше не уедешь?       - Не переживай, я вернулась насовсем, - улыбнулась Герми. - Стану самой лучшей тётушкой для Джеймса.       - Если он соизволит появиться на свет, - снова скривилась Джинни.       Последние три с половиной года Гермиона с Эдвардом провели в кругосветном путешествии. Как только общественность поутихла после знаменательного суда, изменившего жизнь магических существ, благодаря Герми и Калленам, они решили немного отдохнуть и посмотреть мир. Изначально поездка планировалась рабочей, дабы проконтролировать становление новых отношений между волшебниками и вампирами, однако в процессе, поездка приобрела развлекательный характер и затянулась.       Эдвард показывал Гермионе самые прекрасные места на планете, нетронутые человеком уголки природы, знакомил с интересными людьми и по дороге, они встречались со знакомыми вампирами, чтобы направить их к Калленам, которые помогали освоить новый мир магии. Гермиона наоборот знакомила Эдварда с миром магов. Показала, как живут маги в разных странах, по-настоящему волшебные места, вроде самого крупного ботанического сада редких магических растений.       По поводу свадьбы они не переживали, потому что собирались пожениться сразу, как только вернуться домой. Только вот их поездка превратилась из рабочей в своего рода медовый месяц, потом год, а потом и три.       Вернулись они только когда узнали, что Джинни со дня на день станет мамой. Это событие Гермиона пропускать не собиралась. Тогда они обоюдно решили прервать отпуск лет эдак на двадцать и посвятить лучшие годы своих друзей, жизни наполненной любовью к родным. Было сложно осознать, что когда-нибудь все они умрут, поэтому Гермиона отказалась об этом думать и просто жила, наслаждаясь каждым днём. К тому же, волшебники живут гораздо дольше магглов, а значит и переживать придётся очень не скоро.       За эти годы, что Герми и Эдвард провели в путешествии изменилось немного. Ещё до отъезда они честно отгуляли на свадьбах и новосельях. Пока же они наслаждались друг другом, их друзья тоже предавались томному счастью. Но кое-что они всё же пропустили, хоть и следили за жизнью родных через письма и звонки.       Например, Рон и Таня, тоже укатившие в кругосветку, каждую неделю присылали открытки из разных мест. И в отличии от них с Эдвардом, которые посетили лучшие библиотеки и места наполненные магическими аномалиями, интересы их исследований касались больше подпольных развлечений, типа закрытых клубов или открытых развлекательных городков, типа Лас-Вегаса.       Роуз и Эммет уже больше полугода, как перешли на волшебную диету. Они пили кровь Малфоев, немного, около двухсот миллилитров в неделю. Благодаря кроветворному, для Люциуса и Драко это не стало испытанием, но этого количества было достаточно, чтобы поддерживать организм вампира в нужной полу форме постоянно, даже несмотря на то, что недостаток питания восполнялся животной кровью.       И да, их жизнь поменялась кардинально. Для начала они оба стали высокими ценителями изысканной еды и частенько давали приёмы в меноре. Нарси и Люциус нашли в этом большую пользу, потому что на эти приёмы постоянно приходили люди больших чинов, с нескрываемым интересом включаясь в общение с вампирами. Кто из любопытства, кто из научного интереса, а кто и просто следуя новому тренду. Это всё положительно сказалось на репутации семьи Малфой. Очень быстро они набрали былую популярность, а потом и довольно властную репутацию, которую казалось потеряли навсегда. О Люциусе говорили многое, в первую очередь, что он освободившись от гнёта Волан-де-Морта смог развернуть свою силу на полную и теперь за ним будущее. Другие же шептали за глаза, что Малфои, как были скользкими гадами, так и остались ими, поскольку смогли вовремя наладить связи с нужными людьми, типа стремительно пробивающегося по карьерной лестнице Гарри Поттера или Гермионы Грейнджер, чьë имя уже стало синонимом справедливости и закона.       Про наследника Малфоев тоже говорили немало. Он стал первым в современной истории, кто вступил в брак с вампиром. Помимо этого, он стал личным заместителем Грейнджер, и выступал от её имени, не стесняясь использовать деньги и своё имя. Кто-то был уверен, что Драко просто примазался к будущему министру магии, по предсказаниям политических специалистов диванного типа. А кто-то всерьёз считал, что Драко сам метит на это место в будущем, уверенно протаптывая себе путь через самое популярное сейчас имя в магмире.       На самом деле Драко не собирался делать ни того, ни другого. Всё что его интересовало это репутация рода, которую он поддерживал за счёт того, что помогал матери и Роуз вести приёмы, а отцу налаживать связи в министерстве. Работа на Грейнджер не имела ничего общего с этими планами. Эта работа стала его отдушиной. Он с головой погрузился в перипетии отношений магических существ полуразумного и разумного вида.       Может, услышь он лет десять назад о том, что будет от имени Грейнджер вести дела полуразумных, то он бы просто покрутил пальцем у виска или бы проклял сумасшедшего, но сейчас он понял, что эта тема настолько сложная и многогранная, как с природной точки зрения, так и с законной, что он нашёл её наиболее интересной для себя лично.       Гермиона, увидев как сильно Драко увлёкся всем этим, без сомнения предложила ему сотрудничество. Он фактически занимал её должность в то время, как она колесила по миру. Некоторые сослуживцы обвиняли его в том, что он желает подсидеть её в итоге, иногда за глаза, а иногда прямо в лицо. Только вот никто не знал, что они часами переписывались в блокноте с протеевыми чарами, разбирая каждое дело вместе, найдя друг в друге настоящего напарника.       Конечно, во многом благодаря этому, Гермиона так легко поддавалась на уговоры Эдварда отдохнуть ещё чуть-чуть. В перерывах между удалённой работой, они изучали новые места, купались в океане, много занимались любовью и просто наслаждались друг другом.       Сегодня же миссис Поттер должна была произвести на свет наследника героя всей магической Британии. Гермиона подумала, что наверное дело в этом самом статусе, раз в палату ожидания позволили впихнуть столько народа. Здесь были все Каллены, среди которых больше всего Джинн была рада Карлайлу, который на пару с заведующим отделением Мунго вëл её беременность. Счастливая Эсми, будто сегодня родится её внук. Джаспер придерживающий свою жену, которая то и дело спотыкалась, от волнения за малыша Джеймса, не выплывающая из своих видений. С тех пор как она приняла род, её дар усилился в разы, и теперь она могла разглядеть волшебников, хоть и недостаточно чëтко. На вопросительный полувздох Герми, Эдвард ответил кривым кивком, что означало, что он не видит в её мыслях ничего, о чëм стоило бы переживать. Эти двое давно научились общаться без слов, даже несмотря на то, что мысли Герми для него так и не открылись. Больше всех из них переживала Роуз. Она вообще стала излишне чувствительной, с тех пор как перешла на волшебную диету, а если дело касалось младенцев, то она едва не рычала на всех, кто смел обижать будущую мать, даже если ей просто так казалось. Эммет ходил за ней хвостом, постоянно что-то грыз типа лакричных палочек или крекеров и периодически спасал окружающих от гнева своей любимой фурии.       Помимо них в зале ожидания собрались все Денали и разномастные волшебники. Рыжая толпа перекрывала собой большую часть присутствующих. Молли не отходила от дочери в палате, остальные держались в зале, стараясь поддержать Гарри, который едва в обморок не падал от волнения. Слишком долго он мечтал о семье и детях. Своих, самых родных и самых рыжих, как он надеялся. Не было только Чарли, который после того, как уехал с Лией и с Сэтом в Румынию пять лет назад, так и не приезжал, ограничиваясь письмами. В оправдание его можно сказать, что писал он много и обстоятельно. О Сэте, который учился в колледже, о Лии, которая стала его напарником и лучшим другом, с которым они собираются сочетаться законным браком. Конечно, он обещал, что свадьба будет в Англии, у родителей, но не говорил когда, потому что по его словам, им было так хорошо вместе, что они не хотели никуда выезжать. Хотя все поняли, что они ожидали, когда Сэт получит диплом.       Джордж Уизли пришёл в больницу не один. Он задорно улыбался, подкалывал Гарри, весело шутил, всё время обращаясь к своему фамильяру, сидящему у него на руках, такому же рыжему, как и всё семейство. Каждая шуточка вкинутая в толпу сопровождалась коротким: "Да, Лисëнок?" В ответ на что вышеназванный зверь забавно фыркал.       - Уизли! - поприветствовал Джинни, вошедший в зал Драко Малфой со своей прекрасной белокурой женой. - Прекрасно выглядишь.       Джинни не выглядела "прекрасно". Её волосы были всклокоченные, хоть и причесывались каждые десять минут. Она ходила из палаты в зал и обратно в длинной ночнушке, пытаясь расшевелить мышцы и вытолкнуть ребёнка. Она всё время скрючивалась в схватках и при этом постоянно потела и краснела.       - Не говори ерунды, - огрызнулась она на Драко. - И я давно не Уизли.       - Во-первых, для меня ты навсегда останешься седьмой Уизли, уж прости, - ехидно ответил Драко. - А во-вторых, ты действительно прекрасна. Человек создающий новую жизнь, что может быть прекраснее?       - Боже, меня сейчас стошнит... - скривилась Розали, что стояла рядом с Джинни.       - Видишь, Малфой, ты настолько ядовитый, что от тебя уже тошнит некоторых, - пробубнила Джинни, вызвав у того только очередную ухмылку.       - Нет, меня правда сейчас стошнит, возразила Роуз и тяжело осела на стул, быстро подставленный Эдвардом.       - Что такое? - спросил он взволнованно, потому что из её мыслей понял, что у неё заметно кружится голова. - Как давно ты пила волшебную кровь? Может отходняк начался, меня тоже подташнивало, когда кровь Герми стала растворяться. Может ты пропустила? - однако, ещё до ответа, он понял, что ошибся.       - Нет, я сдавал кровь позавчера, - отозвался Драко.       - Вот, я же сказала, что ты ядовитый! - сказала Джинни и согнулась от боли.       - Сейчас, я позову колдомедика, твои схватки уже достаточно частые, - сказал Карлайл и исчез из поля зрения.       - Я не ядовитый, - тем временем ответил Драко медленно растягивая гласные, раздражая Джинни всё больше. - Просто кто-то, похоже, залетел наконец-таки. Вполне ожидаемое предположение, учитывая, что мы все этого ждём, как манну небесную.       Джинни даже язвительный ответ проглотила и уставилась в изумлении на Роуз. Та к слову выглядела также.       - Ты думаешь? - осторожно прошептала Роуз, боясь надеяться.       В это время к ним подошли колдмедик и Карлайл, а Джинни снова скрутило схваткой. Быстро взмахнув палочкой, колдомедик кивнул и сообщил, что Джеймс готов выйти из мамочки.       - Что произошло, пока меня не было? - удивлённо разглядывая замершие лица вокруг, спросил Карлайл.       - Мистер Сметвик, можете продиагностировать Роуз на предмет беременности? - спросил Гарри, протолкнувшийся мимо Молли, чтобы поддержать Джинни.       - Ау, ау, ау, как же больно... - простонала Джинни. - Поттер, я тебя ненавижу, и вообще это мой день.       - Да, ты права милая, всё это подождёт, - сразу согласился Гарри. - Тебе пора в палату.       - Нет, не слушай меня, я тебя обожаю, - поднялась Джинни, когда схватка схлынула. - Но ждать я не намерена, я никуда не пойду, пока точно не узнаю.       - Миссис Поттер, ваш малыш вот вот появится... - начал было Сметвик.       - Так сканируй её скорее, пока я в коридоре не родила, - рявкнула Джинни, подавляя стон.       Колдомедик даже не вздрогнул, прекрасно зная, какие неадекватные попадаются пациенты, особенно с гормональными всплесками. Поэтому решил не спорить и просто выполнил просьбу-приказ, тем более он занял не больше минуты.       - Поздравляю, - сказал он ровным голосом. - Девочка, шесть недель.       Тишина зала тотчас же наполнилась шумом. Роуз несколько секунд смотрела в пустоту, потом положила руку на свой живот, и из её глаз потекли слëзы. Эдвард слышал в её голове неожиданную тишину, будто она перестала думать, всего на секунду, когда коснулась живота ладонью, но это вдруг сильно его взволновало. Дело было в том, что он услышал другой тихий голос, будто младенец просится на ручки, боится и готов плакать, в надежде, что мама его спасёт. Почти сразу он понял, что это мысли не ребёнка Розали, который ещё и мозг-то наверное не имеет, а Джеймса, который вдруг стал думать громче от страха.       - Пора, миссис Поттер, - строго сказал Сметвик.       Он и Джинни, вместе с Карлайлом и двумя колдосëстрами ушли в палату, и он снова перестал слышать малыша, хоть и не мог никак прийти в себя.       Это был голос неродившегося мальчика, и это было потрясающе, волнительно и так завораживающе, что он впервые в жизни всерьёз подумал о том, что тоже хочет ребёнка. Хотя бы раз почувствовать себя отцом, когда-нибудь.

+++

Пять лет и ещё полгода спустя...

      - Властью данной мне магией, объявляю вас полными магическими супругами. И да будет магия благосклонной к вашему союзу! - практически пропел министерский работник, беспрерывно делая пассы палочкой, наряжая запястья молодожёнов золотыми рунами.       Как только его голос затих, зал заполнился шумом и аплодисментами, однако Эдвард не видел и не слышал ничего из этого. Всё его внимание было сконцентрировано на самых родных шоколадных глазах напротив, таких счастливых сейчас и наполненных влагой от эмоций. Он не стал дожидаться стандартного разрешения поцеловать невесту, потому что всё равно бы не услышал ничего, а потому прижал к себе теперь уже жену сразу, как только свечение магии стихло.       - Я люблю тебя! - услышал он тихий шёпот, который потонул в обрушившихся на него звуках.       - Я люблю тебя! - тихим эхом отозвался Эдвард, следя за тем, чтобы она смогла прочитать его признание по губам.       Потом их снёс поток поздравляющих, но они на веки вечные запомнили это самое мгновение, когда в статусе единой семьи, признавались друг другу в чувствах такими простыми словами, которые значили так много.       На свадьбе Эдварда и Гермионы были все, но были три категории гостей, которые негласно получили почëтный статус. Первые это магглы. А если точнее, Грейнджеры. Их ни на минуту не оставляли в одиночестве, развлекая как никого на этом празднике. Второй, это едва научившийся сидеть младенец, переезжающий из рук в руки, как счастливый талисман. Тот беспрестанно агукал и требовал внимания от каждого, кого видел, с рождения привыкший к вниманию. Малыш не был рыжим, вопреки надеждам Гарри. Джеймс был максимально похож на своего одноимённого деда, каштановые густые волосы, активные и любопытные глаза голубого цвета, как у Джинни. А ещё про себя Гарри добавлял, что ребёнок в свои полгода уже избалован больше некуда, но менять ничего не хотел, потому что всё равно был предельно счастлив.       Третья гостья, перед которой все вокруг водили хороводы, и с трепетом мечтали обмолвиться словечком, была Роуз. Её всегда холодный взгляд наполнился таким теплом и счастьем, что хотелось рыдать смотря на неё. Эммет правда никого к ней не подпускал, неожиданно обратившись из смешливого здоровяка в Цербера похлеще Пушка. Он носился по залу, стараясь устроить комфорт своей сильно беременной жене. Сама Роуз ничего не замечала, а только нежно улыбалась, поглаживая свой живот, с восторгом ловя каждое движение внутри себя. Ребёнок был очень сильным, но и Роуз не человек, хоть и плакала стандартно каждые минут тридцать. Имя они ещё не придумали, но определённо хотели что-нибудь особенное, в стиле Малфоев, к которым привязались за эти годы.       Изначально Гермиона планировала небольшую свадьбу, только самые близкие, которых и так немало. Однако, эти самые близкие взъелись на неё аки змеи и беспрестанно шипели о том, как много людей, и как долго все ждали их свадьбы. Эдвард только посмеивался, понимая, что Герми в итоге всё равно сдастся. Так и вышло, и вот помимо всех членов семьи и близких друзей, огромный зал наполняли и многочисленные работники Министерства, а также самые разномастные магические существа, которые знали и едва-ли не боготворили Гермиону Грейнджер.       Да, фамилию свою она оставила, поскольку бренд Грейнджер слишком распространён. Теперь её знали не только в Англии, но и во всём мире, потому что она своей работой изменила очень много старых законов, которые в свою очередь стали вводиться и в других странах. Многие друзья, особенно самые близкие, бесконечно дразнили Эдварда, называя его мистер Грейнджер, но его это нисколько не расстраивало, скорее наоборот, он тайно гордился этим и своей умной женой, с которой сегодня начинал новую веху их жизни.

+++

Пятьдесят лет спустя...

      - Как ты, милая? - спросил Эдвард грустно, хотя и сам был подавлен, но старался держать лицо для поддержки любимой.       Сегодня был чёрный день для Гермионы Грейнджер. Каких-то полчаса назад она похоронила своих престарелых родителей. Они ушли тихо, обнимая друг друга во сне, но этот факт нисколько не уменьшал её боли. Несмотря на то, что этого стоило ожидать, она всё равно не была готова. Сейчас в её голове крутились различные самоуничижительные мысли. Например, о том что она слишком много времени посвящала работе, которую несомненно любила всем сердцем, но всё же. К тому же, она так и не подарила им внуков, откладывая это дело, наслаждаясь многочисленными племянниками и крестниками. Только вот внуков её родители так и не получили. Они и не просили, если по правде, потому что прекрасно знали характер своей дочери. Они гордились ею и потому смиренно принимали все её желания и принципы. Сейчас она думала, а хотели-ли они внуков? Теперь она не узнает об этом, разве что спросить у Эдварда, думали-ли её родители об этом. Однако, она не собиралась спрашивать, потому что положительный ответ справедливо мог принести ей много боли.       Гермиона ещё много дней провела в неком подобии депрессии, молча принимая поддержку от родных. Она пыталась смириться с мыслью, что это всего лишь первые похороны, которые ей ещё предстоит пережить, но ни о чём не жалела. Несмотря на боль, она видела рядом любящие глаза Эдварда и других, а потому со временем пришла в норму, несмотря ни на что продолжая жить полной жизнью.       Новый день был тёплый. Ласковое солнце согрело свежую траву на большом поле, где по новой традиции её огромной семьи, все её члены собирались каждый год. Это может показаться странным для кого-то, но день был выбран не случайно. В этот день пятьдесят лет назад состоялся первый громкий суд, результатом которого вампиры избавились от статуса "полуразумный вид" для магических существ.       С тех пор, многое менялось, укоренялись законы и корректировались отношения вампиров и волшебников, чтобы сейчас вампиры стали полноправными членами общества не только на бумаге, но и в умах людей. Однако, конкретно для них именно этот день стал отправной точкой новой жизни.       Гермиона сидела на шезлонге под солнцем, с бокалом холодного коктейля, наблюдая за такой разномастной толпой. Эдвард возился с оравой малышей, которая в этом году пополнилась ещё на две головы. Элис и Джаспер наконец тоже решились завести ребёнка, как они надеялись единственного на ближайшие сто лет. Только вот, их надежды не оправдались, а дар предвидения дал нехилую осечку, и у Элис родились две девочки близняшки, с золотыми кудрями Джаспера и острыми вздëрнутыми носиками, как у Элис. Эдвард в них души не чаял. Может дело было в том, что они единственные из волшебных деток, чьи мысли он прочитать не мог совсем, а может в том, что они были одинаково очарованы своим крëстным вампиром, светящимся сейчас, как диско-шар на солнце.       Чарли приехал с женой четырьмя детьми и своим первым внуком. Все, как один, рыжие и загорелые. Несмотря на возраст, Чарли всё также выглядел внушительно. А вот по поводу Лии можно было сказать, что она сильно повзрослела. Понятно, что магический брак их уравнял, и теперь она взрослеет наравне с мужем. Только вот, это заметить можно было, сильно присматриваясь. Яркое незамутненное счастье во всём её облике скрывало все признаки возраста. Зато Сэт выглядел не старше двадцати лет, и, кажется, он сделался хвостиком за самой красивой полувампиршей, по версии "Ведьмополитена" - Кассиопеей, самой старшей дочери Эммета и Розали. Гермиона даже представления не имела, как запечатлëнный волчонок будет завоёвывать самую избалованную из всех Малфоев. Она была не только первой дочерью Роуз и Эмметта. Ещё она была первой внучкой Карлайла и Эсми, первой племянницей Элис и Джаспера, а так же крестницей Эдварда и Гермионы. Выросшая в Малфой-меноре, имеющая всё по первому требованию, но при этом подражая в поведении матери и Нарциссе, она стала истинной представительницей Малфоев, как гордо провозглашал Драко. Только вот её выбор профессии всех удивил. Во-первых, она стала первой полукровкой, которая отучилась в Хогвартсе, во-вторых, стала самым молодым мастером зельеварения, переплюнув в этом несменного чемпиона многих десятилетий, Северуса Снейпа. И наконец, сейчас возглавила исследовательскую лабораторию по исследованию утерянных рецептов зелий и созданию новых составов самых разных направлений, причём больше тяготея к медицине, под влиянием любимого деда Карлайла.       - Кэсси похоже совсем не против профессора Клируотера у себя на побегушках, - сказал подошедший блондин, лет тридцати пяти на вид. Он был ухожен, статен, высок и непонятно почему до сих пор сухой, учитывая что на него капают слюнями все свободные представительницы магической магБритании.       - Драко? - удивилась Герми, потому что не заметила, как тот подошёл. - Я уж думала вы не появитесь. Где Скорпиус с Алом?       - Понятия не имею, они не появлялись дома уже неделю, - с усмешкой ответил Драко.       - О, кто-то перестал контролировать своего давно взрослого сына??? - захихикала Герми.       - Не поверишь, но да, я смирился, - вздохнул Драко и действительно выглядел умиротворëнным. - Хочет жениться на мужчине, да ещё и на Поттере, пусть, я поддержу. Правда придётся срочно легализовывать такие браки.       - Ничего в этом такого нет, с чем бы мы не справились, - расслабленно улыбнулась Герми.       - Эммет, ну сколько можно? - крикнула Роуз через всю поляну. Гермиона проследила за её взглядом и рассмеялась, когда увидела, как Эммет снимает с дерева мальчика лет шести, который очевидно науськаный отцом залез на самую верхушку, а слезть побоялся, вцепившись в ствол стихийными магическими путами.       - Не мешай мне воспитывать своего единственного сына, женщина, - отозвался Эммет, и они с маленьким Стефаном рассмеялись и спрятались в кустах, замышляя очередную шалость.       Розали только глаза закатила под смешки окружающих и вернулась к прерванному разговору с Эсми и Карлайлом. Вокруг этой компании было много детей разных возрастов, большая часть из которых принадлежала Роуз и Эммету. Они, как только получили возможность иметь детей, казалось не могли остановиться. Кассиопеи было уже тридцать четыре года, а у неё уже было восемь сестёр и один самый младший брат, который от отца вообще не отлипал. Кажется, будто они успокоились после появления сына, но никто не мог предположить, как надолго.       - Кстати, Грейнджер, я собираюсь уехать на Аляску к Денали на пару лет, - вдруг вышел из задумчивости Малфой.       - Это как-то связано с тем, что ты отпустил сына строить свою жизнь так, как он пожелает? - с любопытством спросила Гермиона.       - В каком-то смысле... - неуверенно улыбнулся Драко.       - Мне придётся искать подменного заместителя, - раздражённо проговорила Герми, хотя примерно понимала, куда он собрался. Эдвард говорил, о чëм всё чаще думала Ирина в их нередкие встречи.       - За это можешь не переживать, я всему обучил Броуди, он меня заменит, - уверенно сказал Драко.       - Ладно, - вздохнула Гермиона. - Только имей ввиду, когда вернëшься, то заменишь меня на посту.       - Куда-то собралась, госпожа Министр? - удивился Драко. Он-то думал, что ему ещё не скоро посчастливится занять её место.       - Да, думаю я готова, - ответила она и посмотрела с теплом на своего мужа, развлекающего близняшек. - Пора завести своих детей.       Эдвард тут же вскинул голову и с робким счастьем посмотрел в глаза Гермионе. Конечно, он подслушивал, как ещё ему понять свою жену, когда не слышишь её мыслей. Она только шире улыбнулась, прекрасно зная, что тот всегда её слушает, даже если она говорит о том, что его совершенно не интересует.       - Оу, а вот мы пока не очень торопимся заводить детей, - хмыкнул Драко. - Только вот учитывая выбор Скорпиуса мне всё равно нужен второй наследник. Только может позже, сильно позже. Вот отдохну в снегах, и у меня появится это время.       - То есть ты действительно готов стать вампиром? - осторожно спросила Гермиона.       - Одна мысль, что я однажды оставлю её, не даёт мне дышать, - сказал Драко. - К тому же, у Лавгуд же всё вышло в лучшем виде, значит и я справлюсь.       - Да уж, из Луны вышла странная вампирша, даже по меркам Лавгудов, - захихикала Гермиона, и Драко не смог её не поддержать, вспоминая какая Луна была забавная после обращения.       - Как думаешь, вампир на посту министра... - задумчиво спросил Драко. - Магический мир выдержит?       - Куда они денутся! - уверенно сказала Герми. - Ты, я и Гарри потратили много сил, чтобы приручить их, так что теперь можно задавать тренды.       - Как ни странно, я с тобой согласен, но странно вот что, - чуть скривился Драко. - Я не чувствую по этому поводу превосходства, а скорее удовлетворение и довольство проделанной работой.       - А ещё твоя чистокровная задница скоро станет магическим существом, - добавила Герми, отмечая странности в поведении Малфоя. - Ты точно уверен? Неужели так сильно любишь её?       - Больше жизни, больше гордости, больше всего, - улыбаясь ответил Драко, потом посмотрел в небо, прищурившись от солнца и добавил с ехидством. - Ты меня испортила Грейнджер...       - Я здесь не причём! - захихикала она.       - Оглянись, - сказал он улыбаясь, действительно совершенно не типично для представителя рода Малфой, хотя сейчас даже у Люциуса часто можно встретить такое выражение лица. - Ты очень даже причём. Ты и твоя открытость, гриффиндорское бесстрашие и любопытство привело нас всех сюда. Ты сделала всех нас счастливыми. Каждому здесь присутствующему всё равно на то, что будет в будущем, потому что ты научила нас жить сегодняшним днём, и истинно верить, что каждый из нас строит то будущее, которое хочет не в планах, а здесь и сейчас занимаясь собой и своими родными, любимым делом или бездельем, как Рональд, например, - не удержал он подколки и ухмылки. - Знаю, звучит не очень умно из уст слизеринца, но мне нравится так жить, и давно всё равно насколько это разумно или может полуразумно?..