Отпусти

      Азамат вернулся домой заполночь. Васька ждала его в постели и уснула с включенным телевизором. Но услышав шорохи из прихожей она тут же пробудилась и сладко потянулась. Кудзаев в ужасном расположении духа швырнул пакеты с контейнерами ресторанной еды на кухонный стол и ушел в ванную, громко хлопнув дверью.       Василиса, встревоженная таким поведением мужчины, вскочила и завязывая тоненьким пояском шелковый халат, пошла выяснять в чем дело. — Родной, все в порядке? , — постучалась она в санузел, где скрылся Ми. — Да, — недовольно рявкнул он. Девушка пожала плечами и ушла на кухню.       Через несколько минут Аза вышел из ванной комнаты и первым делом отыскал в квартире Ваську. — Вот теперь всё хорошо, — он подошел со спины и прижался голым влажным торсом к спине девушки. — Ай, холодно! , — та развернулась, хохоча, и стала смахивать с лица мужчины капли воды после душа, чтобы поцеловать — мне показалось, ты был без настроения. — Угу, — промычал он в поцелуй и прижал Ваську за талию, — устал, как собака.       Вокруг был приглушенный тусклый свет, из звуков — только глухие отголоски музыки от телевизора в спальне. Кудзаев, в одних лишь боксерах, покрытый мелкими капельками воды, целовал девушку настойчиво и жадно, но потом вдруг замедлился и стал прощупывать языком рот и пальцами кожу Василисы. Обхватив ее сильной рукой за талию, мужчина легким движением усадил Игнатьеву на кухонный гарнитур. Она скрестила ноги у него за поясницей и крепко обняла за шею. — Я хочу тебя прямо сейчас, — выдал Азамат шепотом, глядя в глаза Васьки, он не планировал этого делать сегодня, но что-то в нём щелкнуло и мозг отключился из-за ее женственности и сексуальности.       Вместо ответа, Васька улыбнулась и, прикрыв глаза, снова поцеловала мужчину. Она поглаживала его мускулистые широкие плечи, шею и лицо, покрытое густыми черными волосами отросшей бороды. Азамат оперся руками на столешницу и надвигался на девушку, придавливая ее к стене. — Не здесь же, — Васька отпрянула и вытянула руки в грудь Азамата. — Пойдем, — он обхватил ее за запястье и, сняв со стола, повел в спальню. Остановившись у кровати, Кудзаев встал напротив девушки, что смотрела на него снизу вверх и ждала его дальнейших действий. Он засунул руки под воротник легкого халатика и обхватил сильными ладонями ее плечи. Под халатом была такая же легкая и невесомая ночнушка, только длина ее была чуть короче. Азамат, вытащив большие пальцы наружу, а ладонь оставив под тканью, повел руки вниз, по рукам к ее кистям, тем самым снимая халат с Василисы. Они смотрели друг другу в глаза не моргая. Движения Кудзаева были настойчивы, но осторожны и медленны. Он мог бы сорвать одежду одним рывком, в привычной ему манере, но не хотелось. Его чувства к Ваське были трепетны. Он наслаждался моментом и оттягивал тот самый сладкий миг предстоящего соития. Она была в его руках словно хрупкий нежный цветок, который ему доверил сам Господь. И Кудзаев так сильно боялся его сломать или повредить лепестки, что действовал очень уверенно, обдумывая каждое движение и следя за ее реакцией, но не спеша, смакуя действия.       После того, как халат оказался у ног девушки, Азамат погладил ее плечи вновь, провел ладонями по рукам и вернулся к шее, почувствовав на ее нежной коже мелкие мурашки, он взял ее лицо в руки и поцеловал, вкладывая в этот жест все свои эмоции, что переполняли его в этот момент. Признаваясь честно самому себе, он осознавал, что подобное ощущает впервые. Сейчас он не жаждет ебли и жесткого траха, как всегда. Сейчас он хочет ее чувствовать. Тепло ее тела, ее взгляд на себе, ее запах… Он жаждет заполучить ее всю, без остатка, но главное, самое-самое главное отличие от обыденной ебли было в том, что он не хотел, чтобы после секса она исчезла, как происходило со всеми его шлюхами.       Он хотел, чтобы она осталась с ним, укрыла его заботливо одеялом, согрела, поцеловала перед сном в нос или лоб, не слюняво и пошло, а заботливо и нежно, чтобы приласкала, утешила, убаюкала… А он бы скрутился комочком на ее груди, как двухмесячный котенок и замурлыкал от тепла и уюта.       Она делала так каждый вечер и Азамат подсел на эти действия крепче, чем на кокаин или мариванну. Мужчина теперь жизни не представлял без ее нежности…       Он целовал ее настойчиво и жадно, обозначая этим поцелуем ее принадлежность ему. Василиса вцепилась в сильные жилистые руки, что удерживали ее голову за щеки и уши и с такой же страстью податливо отвечала на поцелуй.       Азамат сел на кровать и за руку притянул Василису на свои колени. Он не сводил глаз с ее лица, красивого, с аккуратными чертами, вздернутым носиком, большими глазами и раскрасневшимися от ласк губами.       Васька оседлала его сверху, ощущая промежностью его стоящий немалых размеров член. Она стала ритмично двигаться на мужчине, параллельно целуя его и массируя руками плечи. Аза застонал и остановил ее. — Привстань, — просипел он сорвавшимся от напряжения голосом. Она послушно приподнялась, уперевшись ладошками в его плечи. Кудзаев моментальным движением стянул с себя трусы и тут же запустил ладонь в трусики Василисы. Там было горячо, гладко и влажно. Он отодвинул ткань белья в сторону, обхватил ее за поясницу и медленно насадил на свой член. Игнатьева прикрыла глаза и непроизвольно издала тихий скулящий, жалобный стон. Азамат обеспокоенно заглянул ей в лицо, но не перестал придавливать ее тело к своему паху. Девушка крепко обняла Азамата за шею и впустила в себя полностью его прибор. Когда она села окончательно, Аза сделал небольшую паузу и прерывисто дыша спросил шепотом: — Все хорошо? — Да, — шепнула та в ответ и прильнула к его губам, начав плавно двигаться верхом на мужчине.       Было приятно, перехватывало дыхание от удовольствия и сладости, приторной сладости, что сконцентрировалась в паху, внизу живота и нарастала там в геометрической прогрессии. Азамат никогда не испытывал подобного во время секса. Даже будучи сильно обнюханным. Это было что-то новое, неизведанное, невероятно приятное. Он будто впервые занимался этим с девушкой. Но даже свой первый опыт он не помнит настолько ярким и приятным.       Была доля правды в этих домыслах: он действительно впервые занимался любовью.       Когда Васька уже уверенно скакала на нем, не сдерживая стоны, Аза зажмурился и еле держался, чтобы не кончить так сразу. — Помедленнее, малышка, я не выдержу, — измученно прошептал он и поцеловал в шею. Василиса замедлила темп.       Снова эта нега, снова это тянущее, с приятной болью сладострастное чувство. Когда Азамат близился к финалу, он хватал девок за горло и долбил, что есть сил, не взирая на крики от боли и мольбы остановится. Но сейчас нежно гладил ее хрупкие плечи, шею, желая ощутить бархат ее кожи. Оставлял короткие, горячие поцелуи, не засосы и укусы как всегда, а нежные и мягкие поцелуи. Он не то, чтобы держался и скрывал свои тайные прихоти, а хотел быть с ней именно таким. По его мнению, Вася не предназначена для грубости. Она — для любви и нежности. Отдаваясь этим искренним чувствам и эмоциям, Азамат не заметил, как долго он изучал ее лицо во время соития. Они смотрели друг другу в глаза и двигались в такт. Зрительный контакт длился довольно долго и, не выдержав такого интимного действа, Кудзаев прижал девушку к плечу, положив ладонь на ее затылок, уткнулся губами в ее ухо и с громким стоном кончил не вынимая члена из девушки…       У него никогда не было мурашек во время оргазма, а сейчас даже навернулись слезы. Это было более чем приятно. Это было невероятно. Теперь, он считает, что все акты, что были ДО неё — полнейшая херня и пустая трата времени. Именно с ней, здесь, сегодня, он по-настоящему узнал, что такое секс, что такое удовольствие и каково это, спать имея чувства к партнеру.