Ран Хайтани. Несовершенная любовь.

Сообщение от Ран Хайтани: "Давай сделаем паузу в отношениях. Я всё ещё люблю тебя, все в порядке, но боюсь за твою безопасность. Должен был об этом подумать почти год назад, но слишком глуп был и есть. Прости." Сообщение от: Сенджу♡ "Привет! Слушай, встреча немного перенесется на следующую неделю. Я руку сломала. Брат теперь бегает возле меня, переживает, ахха, а я всего лишь руку сломала!! Представляешь? Поэтому давай ко мне придешь после школы на следующей? Обещаю заставить Такеоми купить нам вкусностей и свалить из дома на два часа." *** Прошло больше недели с тех самых слов, написанных Раном в сообщении, сменившее сладкую пелену счастья на горькую реальность. Девушка понимала, что такое могло случиться, но в глубине души отказывалась в это верить, желая проснуться от кошмара, что ей предоставила судьба. Первые дни вовсе не находила себе места в собственном доме, ведь любая вещь напоминала о парне, ибо Т/и имела привычку делать фотографии и распечатывать их, а после клеить на стенку, хоть и опасно было делать из-за матери, однако тайный отдел в шкафу был обклеен фотокартами Рана и девушки. Где они улыбались, целовались и просто были счастливы. После же того решения Хайтани стало смотреть на них ужасно больно, ведь никто не знает чем закончится эта пауза и будет ли её завершение вообще. Утирая слёзы, что предательски начали скатываться по бледным щекам, девушка закрывала тот самый потайной отдел шкафа и начала собираться. Как бы плохо не было, но нужно навестить Сенджу, которая просила прийти к ней ещё давно. Т/и не задумывалась, как раньше, что надеть, будет ли всё сочетаться, просто надела спортивный костюм, ботинки да куртку. Не помнит даже когда в последний раз красилась, хотя это её любимое дело, что так успокаивало, но своё маленькое спокойствие она нашла в учёбе, нырнув в неё с головой. Уж лучше она переведёт свою негативную энергию в что-то другое, помимо слёз и причинения себе боли физической. К несчастью для девушки, солёные ручейки никак не хотели заканчивать разливаться по всему лицу, когда уже вышла за порог дома и направлялась на автобусную остановку. Ещё, как будто назло, пошёл мелкий снег, что крайне редкое явление для Токио, тем более в ноябре, но погоде судей нет. Музыка в наушниках быстро надоедала, пока доходила до остановки, дабы добраться до подруги как можно скорее, но, благодаря именно разным мелодиям, она заглушала поток мыслей, не дающих спокойно прожить хоть день. Они всё лезли и лезли в голову, повторяя одно и то же: «Ты была плохой, поэтому он решил паузу сделать. Просто обуза для Рана, чего ты хотела? Ему нужна боевая, а не нюня, что за себя постоять не может!». Даже то, что сам Хайтани много раз говорил, что и правда она та, кто ему нужна была, что любит больше всего в этом мире и не однократно это показывал – просто не помогало. Сейчас ей не на что отвлечься, даже мимо проезжающие машины не дают заострить на них внимания, они ей кажутся прозрачными, их нет, лишь гул от шин, моторов чутка слышится через наушники. Из потерянного состояния выводит автобус, что подъехал и остановился перед носом, открывая двери, дабы люди зашли. Из холодной улицы попасть в тепло вроде и приятно, но в тот же час противно, ведь дышать становится вовсе нечем. Благо на это можно закрыть глаза, ведь автобус был полупустой и свободный мест было достаточно много, так ещё и любимое место у окна не занято, можно даже подумать, что день не такой уж и ужасный. Заплатив за проезд и сев на сиденье, сняла наушники, ибо боялась пропустить нужную остановку, а точнее её объявление водителем. Пейзаж за окном так и манил, эти новостройки хоть и серые, но притягивают своей некой красотой, хотя это может быть из-за того, что девушка последние дни ощущала один негатив, скрываясь на тетрадь по праву и матеря очередной глупый закон страны. Хотелось посмеяться с этого, только вот помешали сделать это, а именно подсевший рядом человек, видимо, день и правда не шибко удачливый, учитывая ещё то, что Т/и и удача – это настолько дальние родственники, что сравнить можно с теми, которых видел один раз на свадьбе троюродной сестры прабабки по линии отца, что ушёл за хлебом. Сделать вид, что не заметила данного человека – был самым лучшим вариантом, однако он заметил её. Он так смотрел на девушку, как маньяк на жертву, Т/и аж подумала, что сейчас начнут спрашивать куда едет, что будет делать на месте назначения, только вот настораживало одно… Даже периферийным зрением девушка заметила, что это парень, он весь в чёрном лицо полностью прикрыто, а руки в карманах. Ничего необычного же, холодно, каждый греется как может, но всё равно девичье сердце начало биться чаще обычного, будто бы испугалась, ещё учитывая то, что за ней, возможно, и так следят. – Успокойся, – парень подал голос и повернул голову к Т/и. – Не ожидал тебя тут увидеть, Т/и Т/ф, думал, что плачешь дома в подушку, ха-ха, Он? Что тут делает тот, кто пытался так отчаянно запугать её, вывести из строя? Всё, что сейчас происходит, его рук дело? Девушка думала, что этот голос услышит в кошмарах и там он же останется, увы, всё не так просто в этой жизни. – Санзу, чего тебе? – делая вид безразличия, даже не поворачивая голову к нему, отвечает на его издёвки. – Как это? Такая одинокая дама загадочно смотрит в окно автобуса и что-то тихо бормочет себе под нос… Разве можно не подсесть? Мышка, ты меня разочаровываешь, – Харучиё тихо посмеялся, что его только услышала Т/и. – Как там Ран? Ах да, вы расстались, а нет-нет, пауза, как сейчас модно говорить. – Съебаться отсюда не хочешь, под колёса там? Да, пауза, а значит, что я тебе более не нужна, не так ли? – девушка уже не стеснялась резких слов, было всё равно, что сделает с ней. Да и посмеет ли он в автобусе, при виде старушек, что думают о клумбах и подростков, как и они, которые между собой тихо болтают. – Отвали, Санзу, игры закончились. – Ничего не закончилось. Ты по-прежнему нужна мне, ведь Хайтани-то всё ещё пылает к тебе чувства, злой ходит, будто бы в зад не трахнули, как он желал, – блондин всё никак не мог унять свой смех, что по итогу пара пассажиров повернулись в их сторону, уж больно некультурно вёл себя. – Наивная, как и всегда. Безумно доверчивая. Не так просто устроена жизнь и то, что ты называешь любовью, аж тошно. Т/и вообще не понимала сути этого разговора и чего он хочет добиться. Вроде бы и запугивает, как лев бедную лань в своим зубы, а вроде бы просто предупреждает… Девушка не хочет слушать этот бред, однако наушники не осмеливается вставить в уши, ведь может пропустить остановку, что возле дома Сенджу, также и некоторые слова, вылетающие из уст Санзу. Благо на данный момент оттуда вытекает реальный бред про группировку, про то, что там все слабы, в том числе и Хайтани, которые непонятно почему стали короля, не заслуживая такого звания. Желание ударить его в челюсть и кинуть в нокаут было колоссальным, только вот голова подавала адекватные импульсы и сигналы самосохранения. Если бы не они, то явно автобус превратился в зону драки, где проигравшей особой была бы точно Т/и. Прилежная ученица, нелюбимая временами дочь и почти что бывшая девушка, вот так бы написали на могильной плите. Что уж, прекрасная смерть, ничего не скажешь. – О, вот моя остановка, спасибо за беседу, иди далеко и надолго, не заблудись, пока-пока, – объявление о нужной станции прям заставило вдохнуть полной грудью до того момента, пока Санзу не вышел за девушкой. – Ты… Ты ебанный сталкер! – Чего орёшь? Мне тоже сюда нужно. Не будь о себе такого огромного мнения, ты не та, за кем я буду бегать, чтобы узнать что-то. Почти что. Ты сама своим поведением показываешь мне всё, – Т/и не видела через его маску, но он явно улыбался. – Бывай, с шавками только не связывайся… Последние слова Харучиё были мимо ушей, звучали где-то далеко-далеко, будто бы через испорченный телефон. Хватит думать о больном на голову человеке, хотя ещё поспорить на этот счёт можно кто же из них ебанутее, нужно идти к подруге, у неё явно есть о чём поговорить, чем залатать душу. Быстро написав Кавараги о том, что с минуты на минуту она будет на пороге её дома и пусть выгоняет Такеоми оттуда как можно скорее, ускорила шаг, время то хоть и дневное, но после приключений, что были минут пять назад, страшно и в такой час ходить. Ответ от подруги поступил моментально, видно, что она уже её заждалась. Пока холодный ветер дул в лицо сильнее из-за ускоренной ходьба, а кончики пальцев замерзли настолько сильно, что даже шарф держать не могли, девушка думала лишь о подруге. Наконец-то кто-то другой в её голове, помимо Рана, засевшего там и пустившего корни как сорняк. Легкий румянец постепенно покрывал щёки, хоть Т/и не успела дойти до дома Сен-Сен, но уже болезненно колол, будто кто-то дёргает их. Нет, всё же Хайтани-старший в голове и каждый нейрон в мозгу выдавал воспоминания, проектируя как в кинотеатре на огромном экране. Чувство того, как он бережно брал её лицо в свои руки, поглаживая щёки большими пальцами, а позже целуя в чуть ли не красные участки кожи, искренне улыбаясь. Говоря то, что остается навечно в голове как наилучшее, обнимая крепко, почти до хруста костей, но было это совсем не больно, а наоборот приятно. Так было заметно, что скучал после долгой разлуки… Ударив себя по такой же красной коже на лице, что была в флешбеке, уже стучится в двери квартиры Сенджу. Так задумалась, аж позабыла как быстро течет время в час мучающих мыслей на прогулке. Макушка с волнистыми волосами тут же показывается перед носом, но нужно было чуть опустить взгляд вниз, чтобы полностью увидеть подругу, а не только её красивые волосы. – Ну сколько можно ждать?! Ты бы знала чего стоило Оми отсюда выпроводить, аж обещание дала, что обсуждать его не буду… Но он всё равно ничего не узнает, так ведь? – этой хитрющей улыбке девушка не смела перечить и, обнявши Кавараги, вошла внутрь, попутно снимая с себя верхнюю одежду с ботинками. Это квартира похожа была на смесь бойцовского клуба и обители девочки-принцессы, на которую Сенджу похожа, если не знать, что она может с ноги вынести взрослого мужика. А так да, принцесса чистых кровей, никак иначе. Фиолетово-розовая головушка бегала туда-сюда по залу, то и дело занося чай одной рукой, а в зубах пачку печенья и ещё чего-то. Т/и хотела помочь, однако эту пчёлку не остановить, поэтому пришлось просто сесть на диван и ждать пока хозяйка перестанет сдавать кросс по квартире и наконец-то приземлит свою пятую точку рядом с подругой. Долго ждать не пришлось, слава всему святому, и Кавараги упала рядом, уже начиная лепетать без умолку. Это только дарило улыбку девушке, так ещё и горячий чай грел замерзшие после улицы руки, а в меру сладкое песочное печенье просто было приятным дополнением их посиделки. – Так вот, потом Такеоми мне говорит, чтобы я повременила с тренировками, как рука заживёт, а Вакаса его перекривил и сказал, чтобы я сама решала, – Сенджу смеялась. – Эх, деды… Но люблю их, переживают. – Я бы тоже как твой брат сказала и скажу. Сен, не надо напрягаться, мало ли что, – Т/и переживала за здоровье своей близкой подруги. – Ради меня хотя бы будь осторожнее, дурная. А нет, ебанутая, прости, мы же о тебе говорим. Кстати, что ты мне хотела рассказать? Ну ещё недели две назад. – Я? Ничего, просто искала предлог, чтобы встретиться, а то ты как червь книжный в те законы и кроме них да Рана своего ничего не видишь, - после упомянутого имени девушка сменилась в лице и Сен заметила это. – Та-а-ак! Что этот идиот сделал?! Мне ему в ебало дать? Давай я ему пару костей сломаю, он явно херню сделал какую-то. Т/и не знала стоит ли рассказывать Сенджу об этом, хоть они и не чужие люди друг другу, но всё равно как-то страшно. Сама не знает толком причин, Ран промолчал на этот счёт, ничего не писал после, просто пропал, оставив одну с болью. Может ему тоже не по себе, страдает, в своей комнате даже не притрагивается ни к чему, как и его возлюбленная, не ест толком, как и она, хотя это лишь слепые догадки. Девушка не узнает этого, если не спросит, ведь Хайтани и не расскажет ничего, но это старший, а вот младшего можно было помучить с этим, но, снова же, Т/и не будет делать этого из-за уважения к Рану. Так много разных «за» и «против» с этой ситуацией, будто носит с одной стороны в другую, как при кораблекрушении, будто сознание засыпает и вновь просыпается. Уголки губы подрагивают в фальшивой улыбке, глаза слезятся, что приходится часто моргать, а грудь вздымается, пытаясь отогнать вторую панику за день. Она смотрит на Сенджу таким взглядом, дабы та поняла, что лучше не надо ничего спрашивать, всё сложно. Кто, как не близкая подруга, поймёт по взгляду что нужно делать? Вот и Кавараги прижалась ближе к девушке, поглаживая правой рукой, которая была без гипса, по рукам, что начинали дрожать, даже поднесла к губам и оставляла на них невесомые поцелуи. Сенджу чрезвычайно мучительно видеть её такую, свою родную подругу, что как старшая сестра, в которой нуждалась почти всю жизнь она, пока не познакомилась с Т/и. Хотелось прижать ей её, заверить, что тут она в порядке и может хоть кричать, материть вселенную, будучи совсем бесполезной в делах любовных. Чего греха таить, глубоко внутри Сен надеялась, что Т/и скажет когда-то, что Ран где-то оплошал, сделал вовсе не то, что должны делать нормальные парни со своими девушками. – Я не знаю, что случилось, но мне жаль. Мне больно видеть тебя такую, почти в слезах, трясущуюся как при минус сорок на улице без куртки… – Кавараги как могла так и поддерживала, ведь у неё вообще не получается это. Она старается. – Он поставил паузу в отношениях, я не знаю… Точнее, я знаю примерную причину, но почему так больно, Сенджу, почему? Пыталась отвлечься, делать вид, что всё в порядке! Всё ни черта не в порядке! Я хочу тупо размазать саму себя по стенке, – уже на крик срывалась Т/и, прижимая подругу ближе к себе и рыдая, прям как в день, когда ей преподнесли этот ужасный подарок. Теперь Кавараги не знает что и чувствует по отношению к Рану. Она знала, что Т/и искренне полюбила его, а про чувства Хайтани слышала лишь по рассказам подруги, даже по ним понимала, что он не врёт. Ещё и её старший брат начал «охоту» за Т/и, а Ран старался как мог защищал. Может эта пауза и есть защита? Глупая и ненадежная, даже Сенджу понимала это, но каждый сражается за своё как может. Кавараги в этот момент смягчила персональное мнение о короле в его же пользу, понимая отчасти его, также осуждая всё же за такое решение. – Послушай, золотко моё, он тебя любит, – подняв двумя руками заплаканное девичье лицо через боль, улыбнулась. – Я в это верю, я это знаю и я всегда права. Скоро всё закончится, считай это проверкой на то… Как вы долго можете быть друг без друга. Ты уже волком воешь и он явно также делаешь. Всё, слёзы убрала! Печенье в рот и настраиваемся на позитив! – Сенджу даже сделала движение как какой-то монах, чем заставила улыбнуться Т/и. – Спасибо тебе… – утирая слёзы, сказала девушка. Сенджу не ответила никак на слова благодарности и всунула печенье в рот подруге, чтобы та занялась делом, а не ревела в три ручья. Т/и рада что у неё есть такой человек как Кавараги, но она её очень удивила тем, что уверяла, что всё будет в порядке, при этом терпеть не может Рана. Видимо, поняла их, этих двоих идиотов, отдавших друг другу свои сердца. Теперь у светловолосой задача отогнать весь негатив, заставлять Т/и улыбаться и просто провести ещё немного времени вместе, пока не пришёл старший брат. – Короче, мне те две недели назад признался парень. Слушай! Я это рассказала Оми, а он, видимо, Ваке… И что думаешь? После этого он забирает меня со школы всё время. Ещё чуть и подумаю, что влюбила его в себя. Хотя он очень красивый… Сильный… Подрасту и тогда подумаю, – с хохотом рассказала Сенджу историю, окончательно переводя внимание Т/и на себя. Кавараги продолжала рассказывать разные истории со школы, активно, как могла, жестикулировала, эмоции так и вырывали из неё. Ей главное видеть улыбку на лице родного человека и тихий смех, что вылетает из уст, наполняя всю комнату. Т/и в свою очередь полностью доверилась этой искорке, всем её словам… Уж больно сильно она убедительно говорила, что нельзя было не поверить в такую, возможно, ложь или же настоящую правду, всё узнается совсем скоро. Только вот их грандиозные рассказы и обмывание костей всем, кому можно и нельзя, прервал старший брат Сенджу, зайдя с грохотом в квартиру. – Ну и холодина же там! Сен, ты у… – бедный Такеоми не успел договорить, что хотел, как в него полетела подушку прямиком из зала. – Такеоми Акаши, я же сказала, что у нас гости! Предупреждай или стучись в дверь! Я думала, что грабители! – на самом деле Сенджу знает звуки шагов Такеоми и различает где он, а где недруги. – Чайник горячий, если что присоединяйся к нам… Ни стыда, ни совести, попросила же забыть дорогу домой на пару часов… – обратилась она к Т/и. – Я всё слышу! – крикнул старший Акаши прямиком с кухни. – А твой брат веселый… Будем тебя сейчас обсуждать, смотреть детские фотографии, где ты под себя ходила, ха-ха, – Т/и приобняла Сенджу за плечи и снова улыбнулась. Кавараги, а точнее младшая Акаши, слегка покраснела, но уже смирилась со своей участью быть опозоренной. Однако сейчас пойдёт и на такое, лишь бы улыбка не исчезала…