Ран Хайтани. Несовершенная любовь.

16.04. ----------- Выходя из здания, что именовалось, как база Поднебесья, старший Хайтани и его товарищ, Какучё, хотели лишь упасть в тёплую постель, что манила явно их куда более, чем грозный Изана. Как бы сильно не уважали и не возносили к богам его, всё равно уставали от заданий, что в последнее время лишь прибавилось. Ладно бы были те, где нужно смешать врага с грязью, но, увы, лишь искали информацию, как псы. Хитто нравилась такая работа, а вот Рану – нет. Возмущаясь другу, долговязый активно жестикулировал, что Какучё приходилось из раза в раз уклоняться, дабы в лицо случайно не прилетел кулак. Благо второй король уже привык к такому за пару лет дружбы, службы Курокаве рука об руку. – Я даже не могу спокойно в туалет сходить, кажется, что на туалетке будет написан адрес, куда идти в этот раз, честно, – Ран снова махал кулаками, однако Хитто схватил его за руку, останавливая. Если бы где-то рядом проходила помешанная на яой манге школьница, то явно бы подумала, что может потом произойти по типичному сюжету, но не тут то было. – Ты слишком бурно реагируешь, Ран, успокойся, – единственный зрячий глаз, казалось, горел красным огнём, ведь, всё-таки, не может долго правая рука главы выслушивать такое о своём короле. – Радуйся, ведь доверяет он тебе важное, на самом-то деле, а ты разнылся. Неприятно слышать такое, особенно от того, кем восхищаешься и уважаешь. Такое ощущение сразу же, будто бы мешают с грязью, хоть Какучё ничего плохого и не имел в виду, просто не умеет подбирать слова верные, многие привыкли, как и сам Ран, однако же каждый раз попадается в свою же ловушку, принимая всё буквально. Даже Шион, которому голову срывает, когда о нём что-то не так говорят, никак бы не среагировал, но и Ран так сделал, слегка раздражённо вздохнув, отводя взгляд куда-то в сторону базы, откуда выходило ещё много людей. Увидев Кисаки и Ханму, недовольно фыркнул, не мог терпеть этих двоих, особенно мелкого, ведь Шуджи ещё мог хотя бы быть смешным, эдаким клоуном на полставки, Тетта же не нравился всем королям. Он, как видел Ран, всегда ошивался возле Изаны, что-то приговаривал и за столь короткий срок, что состоял в банде, добился неких вершин, что для многих из низов лишь снилось, ведь не каждый за такой период стоит рядом с боссом, а тот даже совета спрашивает как будет лучше. Какучё тоже не был в восторге при виде их, хотя держался молодцом, учитывая, что его кулаки уже то сжимались, то расжимались. Не принимают этот дуэт, как бы они не старались всем угодить, как бы Кисаки не подлизывался. – Не ною я, блять, просто заебался, – Ран закатил глаза, отвечая и поворачивая к импровизированной парковке. – Вообще-то ноешь, Хайтани, хах, – знакомый голос их ждал за углом, как бабайка в детских сказках, – как баба причём, поверь, – вновь-таки этот парень тоже не имел в виду что-то обидное. В Поднебесье после общих собраний, что проходят крайне редко, где и короли, и пешки, есть будто бы негласное правило между главными: «Не подъебал кого-то – собрание зря было проведено». Вот и черноволосый не прошёл мимо этого некого закона в кодексе, не смог удержаться, когда услышал отрывок из разговора Хитто и Рана. Улыбаясь, как довольный кот, парень направлялся в ту же сторону, что те двое, при этом шёл вальяжно, будто бы по красной дорожке, чувствовал явно себя выше всех тут, хоть и не занимал позицию небесного короля. – Коконой, говорили, что ты налажал в этом месяце со счетами, это правда? – Ран подхватил настроение Коко и просто слегка улыбнулся ему. – Что такое? Мне Изана тако-о-ое говорил. – Да завали ебало, Ран, ничего такого не было, это лишь слух. Хайтани знал прекрасно, что Хаджиме терпеть не может, когда упоминают о его работе, а точнее, есть ли там ошибки, ведь абсолютно всегда он делает всё идеально, не к чему даже придраться. Однако Ран не упускает возможности, как и сам казначей, при каждой встрече подколоть его, так сказать, обмениваются любезностями. Один раз парень так дошутился, что Коко не выплатил ему половину суммы от сделки, что проводил старший, ссылаясь на то, что тому приснилось всё, когда тот был с похмелья. – Конечно, как я так мог! Ха-ха, Хаджиме, не делай такое лицо, умоляю, – Хайтани прикрыл рот рукой в перчатке, тихо посмеиваясь, тем самым зля Коко, который и так не особо добродушно смотрел на него. – Прекратите, причём таки оба, не позорьтесь, – вокруг людей все больше и больше, все спешат забрать свой транспорт и уехать прочь, поэтому Хитто поспешил им напомнить о том, чтоб закрыли свои рты. – Коконой, не ведись уже на это, сколько раз он тебя уже так ловил. Хаджиме закатил глаза, казалось, что и как кот зашипит на Рана, что не мог скрыть улыбки. Странно, что в таком поднятом настроении он, ведь буквально минут пятнадцать назад Курокава завалил всех заданиями, какими-то делами, особенно приближенных. Сам же глава будет заниматься кое-чем, о котором никто не знает, кроме, конечно же, Кисаки. Мечтал ли временами Ран скрутить ему шею? Да, и не один раз. Вроде бы собрание прошло тихо и спокойно, но тошнотворное состояние осталось, поэтому всеми способами и пытается вернуть себе привычный боевой настрой. Что-что, а избивать очередной источник информации, чтоб получить её, нужно при параде, дабы не портить имидж группировки, да и не хочется портить настроение и брату, который должен скоро подойти после разговора с Шионом, что так хотел поболтать с младшим довольно долгое время, но никак не могли встретиться из-за графика и тупизма Мадараме, а точнее его гребанной забывчивостью. – Риндо как и всегда? – находя взглядом своего железного коня, Хаджиме перестал быть таким, каким его видели буквально минуту назад, он вновь серьёзен, как будто перед ним тонна важных бумаг. – Как… О, вот и он, золушка моя бежит, туфли теряет, - Ран уже стоит возле двухместного байка, смотря на брата, которой смешит к нему, попутно всё ещё что-то приговаривая Шиону. – Эй, ты скоро? У меня ещё планы были. – Во-первый, пошёл нахуй. Во-вторых, отменяй их, у нас срочное поручение в нашем районе. Говорил же тебе позже идти, а ты разнылся и ушёл, не слушая далее, – Риндо запыхался, выглядел не особо радостным, видимо, и его планы растоптали, как подснежник по весне. – Мадараме с нами, быстрее управимся. Блондин, что стоял рядом с младшим Хайтани, примерял новый кастет, что купил буквально недавно, ещё не был потертым, как все его предыдущие. Многие его называли бешеной псиной, ведь в драках он не контролировал себя от слова совсем. Если Хайтани ещё хоть грамм человечности имели, то вот он – нет. – Ай-йя, давайте быстрее! – Шион уже не может ждать, кричит на братьев, ибо и право имеет. Он, как и старший из них, тоже король. Ран теперь вовсе без настроя. Так надеялся иметь хоть час свободный, ведь сегодня особенный день, что аж бабочки появлялись в животе на доли секунд. Только вот… Они сразу же умирали, с каждой минутой, даже секундой, их становилось меньше и меньше. Тонкие пальцы под белоснежной тканью хрустели, а взгляд не сулил ничего хорошего, лучше обходить Рана десятой дорогой, ибо теперь он точно не в духе. Это заметил и брат, который знал про сегодняшний день и, как будто предвидел данную ситуацию, спокойно выдохнул. Показав Шиону, что он уже может выезжать и ждать их около места встречи. Блондин с энтузиазмом уехал, уже чувствуя, как по кистям течёт кровь, чья-то слюна, остаются на предмете самообороны рваные куски кожи. Всё же, в Поднебесье мало адекватных. Риндо, садясь на «заднее» сиденье байка, даже немного победно улыбается, Ран бы точно пропал без такого замечательного братишки, что по более романтик, нежели старший. Глядит на старшего, ждёт, пока дойдёт до него, как до жирафа, что ещё не всё потеряно. – Ты долго думать будешь? Курьер же должен к ней приехать в… Который там час? – младший посмотрел на наручные часы, что крайне редко носил, и молвил: - Уже время как раз подходит к нужному, к времени доставки, что ты заказал пару дней назад, тугодум, – что-то Риндо сегодня особо красноречив к брату, будто бы и не боится того, что дома может получить. – А? – лишь сказал Ран, усевшись на своё законное место, глянув на Ринни. – Чего сказал? – Ты, блять, издеваешься?! Годовщина у тебя в отношениях, но почему-то больше всего делаю я. На самом деле Ран всё помнил, просто не мог не позлить чутка Риндо, а после уже сказать, что всё помнит и всё должно быть в порядке. Его гложило лишь то, что девушка, которая никогда никакую дату не забывает, помнит абсолютно всё, как и весь гражданский кодекс от корки до корки, даже не позвонила или не написала банальное сообщение «С нашим праздником!». Может быть парень зря надумывает себе, однако даже льстит это ему, как бы странно не звучало. Она забыла, а он, как самый лучший в мире парень, помнит такую памятную дату для них. Вот пусть ей впервые будет стыдно, а не парень будет ходить да извиняться, пора бы поменяться ролями хоть на день. Перед тем, как завести мотор, попрощаться со всеми и тронуться с места, повернулся к младшему брату и, прям как в детстве, потрепал по голове, делая гнездо. Желто-голубые волосы сразу же запутались в некоторых местах, Риндо явно не был этому рад, но громкий смех Рана остановили его от волны мата из уст. Хайтани-старший вспомнил фрагменты из их жизни, когда они были ещё совсем ребятами, толком не знали настоящего вкуса этой жизни, шли по странному пути. Риндо всегда поддакивал Рану, шёл за ним, боялся и восхищался, пытался быть похожим, да и старший не был против этого, вечно делили одежду на двоих, даже тату парное сделали. Многое изменилось с тех времён, но не ненависть Рина к тому, когда трогают его волосы. У братьев это ещё одна общая черта. – Спасибо, я всё помню, просто думаю, когда же мелочь вспомнит обо всём. Даже привет сегодня не удосужилась написать, с такими темпами подумаю, что меня разлюбили, – проворачивая ключ, мотор ревёт, оповещая многих на парковке, что братья Хайтани, страх Роппонги, выехали. – Даже так ситуация обстоит, не знал, брат, – держась за багажник, Риндо и сам усмехнулся. Он, как и Ран, не ожидал такого от подруги. – Может тоже сюрприз тебе думает? Не знаю, там полуголая ждать будет у нас в квартире, ты же ей дал запасные ключи… Тогда я к своей после задания поеду, чтоб вас не смущать. Прошу лишь об одном: трахайтесь у тебя в комнате. – Вот же скажешь, ха-ха. Нет, посмотрим, что будет… Интересно, что же Т/и сейчас делает? Девушка же в тот момент, пока братья мчали на поручение от босса, активно что-то кому-то рассказывала. Были бы родители дома, так точно бы получила бы выговор. Второй женский голос в квартире был звонким, дружелюбным, будто бы грел в зимний холодный вечер. Т/и чуть не разлила кружку с чаем, когда резко подскочила с дивана, услышав интересную новость. Глаза её расширились от удивления, от шока и радости за подругу, с которой так редко видится, а реже неё – только со сном. – Да тише ты! Ещё не факт, что пойду, – Кавараги еле удержала чашки на столе, пока её подруга радуется больше, нежели сама блондинка. – Пойдёшь! Ты же так хотела когда-то попасть на бой на ринге с кем-то, кто явно сильнее тебя на вид. Сенджу, я хоть и переживаю, но верю в тебя и твои силы, видела же как ты одной левой… Этого… Вакасу! Вот, Вакасу уделала, а он явно сильнее тебя был, – Т/и упала возле Сен на диван, быстро обнимая её. – Ты умничка. – Он поддавался, с самого детства так, пф, – блондинка улыбнулась, ведь было безумно приятно, что подруга так поддерживает, переживает, аж настроение на действия появилось. Т/и будто бы целый день витала в облаках, даже не заметила, как учебный день закончился, как подруга пришла к ней в гости спонтанно. Было ощущение того, что что-то забыла сделать, но что именно – никак не приходило в голову, что последнее время забита лишь экзаменами и учёбой в целом. Лишь Кавараги, которая до ужаса соскучилась по компании Т/ф, скрасила эти недели, ведь Ран с каждым днём всё меньше пишет, чаще игнорирует, либо специально не замечает некоторых сообщений. От этого было как грустно, так и больно, но после того, как неделю терпела игнорирования, сама перестала первая писать, либо звонить. Как два козла они. Ран же на самом деле не просто так всё делает этого, однако девушка не узнает этого, пока он сам не скажет. Вот из-за этих недоговорок, молчания они и страдают вместе, а ведь раньше всё было иначе, писали по сто-пятьсот сообщений друг другу в день, особенно летом… Может и в этом году будет всё также? Нужно дожить сначала. – Поддавался или нет, это сути толком не играет, – забирая кружку из рук Сенджу, чуть отпивает ещё слегка теплый травяной напиток. – Блин, я явно что-то забыла сегодня… Блять, понять не могу. Девушка хоть и смеялась половину вечера с подругой, хоть и общалась, но всё равно её не покидало чувство чего-то забытого. Скидывая всё на усталость за прошедшую неделю, чуть постукала себя по щекам, чем чуть рассмешила Кавараги. Подруги знают привычки друг друга, но каждый раз будто бы забывают их специально, дабы по-новому удивляться, вот и это такой случай, когда Сенджу сначала поджала удивленно губы и чуть прищурилась, а затем залилась звонким смехом. – Т/и-ша, не устану смеяться с тебя, когда ты так задумываешься, – благо блондинка успела допить чай, перед тем, как кружка выпала из её рук. – Тебе отдыхать нужно, а не вечно торчать в библиотеках, за страницами учебника. И в чём же Сенджу не была права? Хоть она и сама загоняет себя многим, про что Т/и не знает, ибо девушка о многом умалчивает, не желая, чтоб подруга беспокоилась ещё о чём-то. Улыбаясь, беловласая встала и подошла к Т/и, крепко обнимая. Из-за разницы в росте получилось так, что та уткнулась в грудь девицы, но отстраняться не собиралась. Т/ф, уже привыкшая к этому, лишь также крепко прижала Сен-Сен к себе, это было нужно им двоим. – Ты права, но экзамены себя не сдадут, вступительные не напишутся, – с придыханием сказала высокая девушка, касаясь мягких волнистых волос подруги. – Ты бы за себя переживала, за Такеоми, – не стала упоминать другого старшего брата её, дабы не испортить вечер. – Такеоми?! Ха-ха, не смеши! Я лучше за Вакасу переживать буду, а не за него, – Кавараги вновь посмеялась, вызывая такую же реакцию и у девушки. – А что? Он твой брат. Когда была в последний раз у вас, то он явно переживал за тебя, за твою сломанную руку, почему бы и тебе не переживать за него? – Оми и без меня справляется, у него другие ценности, – теперь её улыбка натянута, видно, что не хочет дальше эту тему поднимать. – Я хочу есть, приготовь что-то, - и тут же вновь она падает на мягкий диван, оставляя Т/и посреди зала с полуоткрытым ртом. Делать нечего, девушка и сама голодна, поэтому даже не возмутилась просьбе Сенджу, пройдя на кухню. Хотелось чего-то легкого, свежего, как раз после учебы заходила на рынок, где продавали свежие овощи, такие яркие и сочные, что хотелось откусить их прям на прилавке, приходилось сдерживаться. И вот, этот момент настанет… Достав из холодильника нужное и помыв, взяла нож и уже принялась за нарезку весеннего салата. Когда готовишь, в голову приходят куча мыслей, так случилось и с Т/и. Почему-то перед глазами отрывки с прошлой весны, когда они с Раном ходили гулять в дни цветения сакуры, когда солнце только-только начало греть так, что можно было ходить лишь в кофтах, а не в тёплых зимних куртках. Улыбка на лице моментально стала теплее, глаза засверкали, как звёзды в ночном небе городском. Их редко можно увидеть, но, когда замечаешь, – понимаешь насколько они прекрасны. Нож громко ударяется об доску для нарезки, а в голове всё равно лишь парень, даже звуки никакие не убирают мысли о нём. Всю неделю не думала о Ране, а в последний выходной перед самыми тяжелыми днями решил залезть в голову, дергая за ниточки воспоминаний, чтоб не забывала о нём. Вот и после весны пошло лето в мыслях, по спине, казалось, прошёлся легкий тёплый ветерок, хоть все окна закрыты, а на макушке почувствовался поцелуй, которого, увы, на самом деле не было, но так всё реалистично было, аж мурашки по телу пробежались. Хотелось бы, конечно, чтоб это было реально всё, но всегда есть «но». Девушка скучает, сама пытается это скрывать, однако это не получается, чувства её к нему намного сильнее стали за всё то время, что они вместе. Овощи все почти дорезаны, осталось лишь переложить всё в большую миску и заправить слегка оливковым маслом, только вот девушка засмотрелась в стену. В мыслях цветы, падающие с небес, делая землю разноцветной, вкусно пахнущей свежестью, прям сказка. Где-то пролетают птицы, напевая свою неизменную мелодию из раза в раз, что никогда не надоест, особенно утром, когда ветер аккуратно развивает шторы из-за открытого окна, свежий воздух проникает в комнату, а сон только покинул хозяйку, оставляя приятные воспоминаний, что забудутся совсем скоро, но это не столь важно. С кухни пахнет блинами с черникой и свежим кофе, этот ароматный шлейф заставляет встать и пойти в другую комнату, где стоит парень. Его тату видны во всей красе, ведь верха на нём нет, а волосы красиво лежат на широких плечах. Т/и бежит обнимать его со спины, но он исчезает. Очередная мечта, что никак не исполниться. Остаётся лишь фантазировать, так бы и простояла ещё кучу времени, однако Сенджу своим громким голосом вывела из транса. – Ты скоро? – Иду-иду! – ответила девушка, моргая десятки раз, дабы выгнать столь тёплые мысли до конца вечера. – Поставь стол ближе! Заправив салат, Т/и взяла с собой всё нужное, чтоб есть его, и направилась в зал. Только она сделала шаг, как в дверь кто-то позвонил. Противная трель звонка бесила всегда, поэтому быстро поставила миску и тарелки в зале к Сенджу, которая сразу же напала на еду, как с голодного края, хотя она всегда таковой была, и подбежала к двери. Смотря в глазок, не поняла, кто же стоял за дверью. – Кто? – твёрдо спросила она, уже потянувшись до зонта, что стоял возле входной дверь, так, на всякий случай. – Доставка цветов. Вы же Т/и Т/ф? – голос мальчишки лет шестнадцати послышался из-за двери, и удивлённая девушка решилась открыть. – Я, но я ничего не заказывала, может ошиблись? Доставщик ничего не ответил, лишь вручил бумагу, чтоб та подписалась, и, покланявшись, отдал большой букет ромашек и гипсофилов, да такой, что Т/и еле взяла его в руки. Недоумение, шок – были первыми эмоциями при получении, но она поблагодарила парнишку, который поспешно убежал с подъезда. Дверь тут же закрылась, всё произошло слишком быстро, даже понять не успела, что же сейчас произошло. Смотря на невероятной красоты букет, вертела его, чтоб хотя бы отправителя узнать, ведь доставщик ничего не сказал, возможно, забыл. Аромат белых цветов с желтой серединой ударил в нос, когда опустила голову, дабы вдохнуть его, а гипсофилы щекотали щеки, касаясь их. Глазами изучала каждый листик, каждый цветок и лепесток, и тут заметила всё же небольшую бумажку и, взяв её в руки, прочитала: «С годовщиной нас. Люблю тебя». Вот про что она забыла… Румянец от стыда сразу же ударил по щекам, хотелось провалиться под землю, ведь Ран помнил про их праздник, а она, как дура, забыла обо всём. Представляя, как же Рану обидно может быть, нервно вздохнула. Девушка ведь не подготовила ни подарка, ни даже банального сообщения не отправила за весь чёртов день. Как? Просто как она могла забыть такую значимую для неё дату, а идиотизм с сериала, например, в какую секунду главный герой поцеловал девушку, так схватывала налету. Прикусывая губы и смотря на букет, не могла и придумать, что дальше делать, но подруга, что прибежала, когда Т/и уже долго не было, мигом дала ей немой ответ. – Ну ничего себе! – прожевывая еду, Кавараги выдала: – От Рана? Что за повод? – Годовщина наша… О которой я забыла… – закрывая лицо цветами, присела на корточки. – Мне безумно стыдно, Сенджу. – Без паники. Во-первых, – проглатывая листья салата, Сен вытерла уголки губ, – напиши ему сообщение с благодарностью. Во-вторых, в нём же поздравь и его, сказав, что его подарок будет ждать позже, опаздывает, а там авось что-то придумаешь, – Кавараги заулыбалась во все тридцать два. Подруга была права, да и выхода другого не было, поэтому, взяв телефон с переднего кармана пижамных штанин, долго не решалась написать Хайтани-старшему. Устройство горело ярким светом от экрана, заставляя чутка щуриться, но нужно делать всё то, что сказала Сенджу. Чат нужный открыт, вверху виднеется фотография Рана, сделанная почти год назад и настолько сильно полюбившеяся девушке, что ввсё ещё не меняет её, осталось ввести символы и всё, но страшно. Вдруг обижен и не прочитает? Вдруг что? Вдохнув полные лёгкие воздуха, печатает всё, что думает, да приукрашивает слабым враньём, без которого, увы, тут никак: «Привет, милый. Поздравляю нас с таким первым нашим праздником! Ты знаешь, что с речами у меня слабо, поэтому я просто хочу поблагодарить тебя за то, что мы уже год вместе, как пара, и много лет идём рука об руку. Я тебя безумно сильно люблю, Ран, и скучаю до боли в груди. Надеюсь, что скоро встретимся. Прости, что не сделала сегодня такой же шикарный подарок, как и ты мне, за который я также тебе благодарна, обещаю, что ты свой получишь чутка позже, хорошо? Люблю, целую, обнимаю. Ещё раз с праздником!» С тяжестью на душе отправляет сообщение и его тут же читают, но не отвечают. Видимо, и правда обидела. Убирая телефон и уходя с цветами на кухню, дабы поставить их в вазу, даже не замечает Сенджу, которая пытается приободрить и успокоить. Т/и снова налажала. ///