Story of My Life

Шото слышала истории о “Тиндер”-свиданиях, что закончились обручальными кольцами и клятвами в вечной верности и любви до крышки гроба. Для Шото это не истории, а сказки. Ведь сегодня-завтра дымка эйфории рассеется и по голове ударит реальность. Тодороки не горела желанием вступать в отношения. Но пару лет назад она дала обещание Фуюми, что будет ходить хотя бы на одно свидание в месяц. И чтобы обязательно это было свидание с рестораном, кино, кофе и прогулками по паркам, а не секс на одну ночь. Тодороки не хотела расстраивать сестру тем, что в двадцать девять лет она не замужем и без детей, поэтому и оказалась здесь с мужчиной, у которого рот не закрывался ни на минуту за час их “свидания”, не считая тех случаев, когда ему нужно было глотнуть своего Гиннеса. Свайпнув вправо, она планировала весело провести вечер, выпить в ближайшем баре и поговорить обо всём и не о чём, а закончить этот вечер в постели. Но её планам не суждено было осуществиться. Перед ней сидел вполне симпатичный широкоплечий молодой человек с чёрными волосами, выразительными зелёными глазами, ровными белыми зубами и трехдневной щетиной. На нём была идеально выглаженная голубая рубашка с парой расстегнутых верхних пуговиц, заправленная в тёмные брюки. Он явно был во вкусе Тодороки. И что же не так? Всё было прекрасно, пока он не открыл рот. И как только первое слово вылетело из его рта, всю привлекательность и сексуальное напряжение как ураганом унесло. Этот тип мужчин очень знаком Шото: они всегда выставляют себя в наилучшем свете. Все окружающие должны им в рот заглядывать или пасть в ноги (или раздвигать их, тут ситуативно). Они эксперты во всём - для них незнание чего-либо равносильно смерти. Они самые симпатичные - все должны лицезреть их внеземную привлекательность. Они самые лучшие любовники. А вот тут загвоздка: если мужчина действительно хорош в сексе, то он не станет кричать об этом на каждом углу. Кричат те мужчины, которые зачастую выучили одну технику и видели пару тройку фальшивых оргазмов и теперь считают себя богами в сексе, мол “Я читаю женщину, как открытую книгу”. Шото, закинув ногу на ногу и подперев рукой подбородок, огляделась по сторонам. Остальным посетителям в баре явно было веселее, нежели ей. В углу компания из четырех девушек радостно запищала и захлопала в ладоши, когда пятая девушка с розовыми волосами устроила импровизационный танцпол перед их столиком. За другим парочка пыталась друг друга сожрать. И кто их учил так плохо целоваться? В противоположном углу трое парней играли в дартс. У Шото появилась мысль просто встать и пойти поиграть с этими парнями в дартс на желание, всё равно Мистер Всезнайка вряд ли заметил бы её исчезновения. За всё это время он ничего у неё не спросил. Она запросто могла бы его ограбить и не бояться, что её поймают, ведь Всезнайка ничего копам не смог бы сказать, кроме номера телефона и внешности. У Шото была её маленькая тёплая квартирка, обожаемая работа, на которой она помогала детям, кошка Бомба, подписка на Netflix и пара вибраторов в прикроватной тумбочке. Ей жилось прекрасно, и лучше она останется одна, чем рядом с таким субъектом. А если ей надоедало использовать пингвинчика, то она отправляла Кацуки Бакуго пару СМС, и тогда они обеспечивали друг другу хит-парад крышесносных оргазмов в ближайшей дежурке. Как это у взрослых называется? Секс по дружбе? Снятие напряжения? У этого много названий, но суть одна. У Шото была даже поганая идея выставить Бакуго в качестве своего парня перед Фуюми, чтобы та наконец отстала. Пусть это останется планом “Б” на случай полного отчаяния. Тодороки мысленно молилась всем богам, чтобы её телефон зазвонил, но тот предательски молчал. Неужели ни одна мамаша не забила тревогу, что у её ребёнка внезапно начался кашель? Неужели никому не нужна её помощь? Ещё никогда в жизни Тодороки не желала, чтобы банальные детские сопли спасли её от скуки. — Представляешь, однажды на работе у одной клиентки началась истерика. Она начала орать и вопить, будто её убивают, плакать и бросаться на людей вокруг. От этих слов у Шото даже проснулся интерес. — Все бегали вокруг неё, успокаивали, а она ни в какую. Ну истеричка, что с неё взять, — он надменно закатил глаза. — Я бы с ей не церемонился и всадил бы инъекцию Галоперидола в бедро и дело с концом. Шото тяжело выдохнула. Ещё один умник, который насмотрелся медицинский сериалов и теперь считает себя врачом. Видимо, студенты-медики хернёй в университетах занимаются. А десятки лет учёбы, это так, чтобы можно было потом пожаловаться. И тут зазвонил её телефон. Чудо сегодняшнего вечера! Она потянулась к сумке и вытащила его. Это из приемного. — Алло. — Доктор Тодороки, на скорой везут семимесячного младенца с непрекращающимся поносом, — начал женский голос на том конце. — Я буду через двадцать минут. Пока начните вливание. К моему приходу пусть будет готов общий анализ крови и биохимия. — Тодороки отключилась, резко встала с места и начала спешно собираться. — Мне нужно идти. Это с работы. Ребёнка везут на скорой. — А ты врач? — с запинкой спросил несостоявшийся ухажер. — Угу. Педиатр. И на будущее: если будешь хвастать своими познаниями в фармакологии, то хотя бы погугли перед тем, как говорить. Галоперидол - рецептурный препарат; он на строгом учёте и далеко не каждый врач может его назначать. Даже если и получится его ввести внутримышечно, то эффект наступает минут через 5-10, смотря какая дозировка. Это в кино буквально на кончике иглы, а в жизни не до экшена. Всего хорошего. С этими словами она положила на стол две купюры, развернулась и ушла с широкой улыбкой на лице, оставляя его в недоумении и с раскрытым ртом. Один нарцисс поставлен на место, осталось ещё пару миллионов.