Arrivederci

Сюэ Ян напевает незатейливую мелодию, пока ковыряется отмычками в замке. Настроение просто чудесное: задание несложное, оплата хорошая. Мэн Яо пару дней назад заключил выгодный контракт с корейцами на поставку оружия, и теперь надо всего-навсего убрать переводчика (читай, свидетеля). Сюэ Ян хмыкает: его цель наивна до ужаса, паренек догадался о предмете завуалированного разговора только к концу встречи, Мэн Яо долго ржал, пока рассказывал, как округлились тогда его наивные оленьи глазки. Замок щелкает, и Сюэ Ян выпрямляется, потягиваясь. Так-с, осталось самое интересное. Он достает из-за пояса пистолет с уже накрученным глушителем и толкает дверь, заглядывая внутрь. Его никто не ждет, и это, с одной стороны, льстит, ведь он взломал квартиру достаточно тихо, а с другой стороны — немного раздражает, потому что в чем прикол убийств, если жертва не бегает от тебя, истошно крича и моля о пощаде? В коридоре стоят лакированные ботинки, значит, неудачливый переводчик уже вернулся домой с работы, как и рассчитывал Сюэ Ян. Он проходит в квартиру, прикрывая за собой дверь, и прислушивается. Тихо, только вода в ванной журчит. Похоже, цель решила облегчить работу патологоанатомам и помыться самостоятельно. Как мило с его стороны. Сюэ Ян на всякий случай быстро проходится по квартире, убеждаясь, что им никто не помешает, и подходит к приоткрытой двери в ванную. Журчание как раз прекратилось, а значит, клиент готов. Сюэ Ян уже собирается войти в ванную и пришить невезучего переводчика, но замирает у приоткрытой двери. Сквозь щель виднеется занимательная, но несколько неожиданная картина: молодой парень, скорее всего, ровесник самого Сюэ Яна, сидит в наполненной водой ванне. В одежде. В недешевых, между прочим, офисных брюках и в белоснежной рубашке, рукава которой закатаны до самых локтей. По всему помещению витает пар от горячей воды, на симпатичной мордашке — выражение вселенских мучений, а в тонких, музыкальных пальцах зажато лезвие от бритвы, которое паренек примеряет к собственному предплечью. Неожиданно. Кажется, мольб о пощаде в этот раз не будет. Пальцы несчастного подрагивают, и Сюэ Ян с интересом наблюдает за его метаниями. Интересно: решится ли? Парень резко выдыхает и замахивается, явно собираясь резать запястья поперек. Такого непрофессионализма Сюэ Ян не выдерживает и толкает дверь в ванную, вальяжно входя в помещение и протягивая: — Вдоль режь, так надежнее. Парень вздрагивает, лезвие выпадает из его пальцев и медленно опускается на дно ванны. Переводчик этого не замечает, ошеломленно смотря на Сюэ Яна. Тот усмехается, демонстрируя свои клычки: он знает, насколько пугает его жертв такая улыбка. Однако парень секунду спустя расслабляется и кивает: — Спасибо. И здравствуйте. Пока Сюэ Ян стоит с таким выражением лица, какое бывает у мультяшных героев, когда им по щам переезжают сковородкой, парень поднимает лезвие со дна и откладывает его на край раковины. Сюэ Ян встряхивается, возвращая себе видимость невозмутимости, и приподнимает бровь, смотря на лезвие: — Передумал? Губы парня трогает легкая улыбка, и он отрицательно качает головой: — Что вы, ни в коем случае. Я просто предположил, что вы пришли меня убить, — он кивает на пистолет в руке Сюэ Яна. — А с моей стороны будет очень некрасиво лишать вас работы, которой вы, судя по всему, крайне наслаждаетесь. Если я вдруг ошибся в своих суждениях, то прошу меня простить, я могу и сам все сделать. Сюэ Ян с секунду буравит его взглядом, а потом плюхается на крышку унитаза, почесывая висок дулом пистолета и не отрывая глаз от услужливого выражения лица напротив. — Пиздец ты странный, — выносит он диагноз. Улыбка переводчика становится шире. — Мне многие так говорят. Меня, кстати, Сяо Синчэнь зовут, а вас? — Сюэ Ян, — честно признается тот. Придумывать псевдоним абсолютно бессмысленно, если ты планируешь пристрелить собеседника через пару минут. — Очень приятно, — кивает Сяо Синчэнь. В ответ ему лишь фыркают. Приятно ему, конечно. Всем вообще приятно встретиться с тем, кто собирается тебя грохнуть. Сюэ Ян вновь чешет висок дулом, задумываясь о том, что Мэн Яо умудрился подобрать себе переводчика еще более пришибленного, чем он сам. — Можете, пожалуйста, не делать так? — вдруг просит его Сяо Синчэнь. — Как «так»? — Ваш пистолет. Не подносите его, пожалуйста, так близко к своему лицу, я бы не хотел, чтобы вы ненароком пострадали. Тем более, вы пришли сюда из-за меня, и в случае чего я буду чувствовать ответственность за вашу смерть, что было бы крайне неприятно. Сюэ Ян смотрит на него, как на умалишенного, а потом откладывает пистолет на бачок унитаза и вытаскивает из заднего кармана джинсов помятую пачку сигарет. Странный этот Сяо Синчэнь. Убивать его сиюминутно уже не хочется, а вот изучить, как экзотического зверька — вот это да. — Я закурю, ты не против? — неизвестно зачем спрашивает Сюэ Ян. Как будто его когда-либо интересовало чужое мнение. — Конечно, — пожимает плечами Сяо Синчэнь, а потом хихикает. — До рака легких я все равно уже не доживу. Глубоко затягиваясь, Сюэ Ян прикрывает глаза от наслаждения. И потому что с закрытыми глазами думать проще. Он все еще надеется, что сейчас этот переводчик вскачет и попробует сбежать, и вот тогда убивать его будет гораздо веселее. Но тот по-прежнему сидит в воде, с интересом рассматривая своего неожиданного гостя, и пауза странно затягивается. Не неловко, просто непонятно: вроде как, один пришел убить, второй не против, так нажми на курок и разойдемся, в чем проблема? Но что-то мешает. Впервые такой интересный экземпляр попался, грех его быстро в расход пускать. — А ты в честь чего вскрыться-то решил? — решает разбавить тишину Сюэ Ян. — Представляете, я всю жизнь хотел помогать людям, — с каким-то нездоровым воодушевлением начинает Сяо Синчэнь. — Переводчиком стал, чтобы объединять людей разных стран и культур, чтобы товары, медикаменты и всякое такое могли получить люди из самых разных стран. И вот до недавнего времени я вел проект, где в документах было только слово «товар» и номера, мне сказали, что обсуждают отправку медицинского оборудования. Смешок сдержать не получается: — И ты поверил? — Я всем верю, — пожимает плечами Сяо Синчэнь. М-да, действительно блаженный какой-то. — А если бы я сказал, что не стану тебя убивать, поверил бы? — Конечно, — кивает Сяо Синчэнь, и пока Сюэ Ян несколько раз переводит неверящий взгляд с него на пистолет обратно, продолжает. — Так вот. В итоге на последней встрече вдруг оказалось, что я помог каким-то мафиози заключить договор на поставку оружия. Я так виноват перед всеми невинными людьми, которые могут из-за этого пострадать! А ведь мой наниматель казался очень милым человеком: улыбался так по-доброму, ямочки эти… Сюэ Ян хмыкает. Ага, ямочки. Иногда ему казалось, что эти ямочки сам дьявол придумал, чтобы его боссу мозги людям проще пудрить было. — Это Мэн Яо, та еще крыса. Сколько лет на него работаю, столько жду ножа в спину. Я почти уверен, что он однажды решит, что опасность того, что я о нем знаю, перевешивает мою пользу, и грохнет меня как-нибудь по-тихому. Сяо Синчэнь смотрит на него с сочувствием: — Ох, очень жаль, это довольно тяжелые морально условия труда. Вы не думали уволиться? — Чтоб он меня сразу пришил? — приподнимает бровь Сюэ Ян. — Тут за границу валить надо, желательно как-нибудь по-тихому и внезапно, а то ж он все прознает. Идея приходит внезапно, но кажется поистине гениальной. Сюэ Ян тушит окурок о крышку унитаза и прищуривается: — А какие ты языки знаешь? Сяо Синчэнь хлопает глазами, не ожидавший такого вопроса. — Помимо китайского? Корейский, японский, английский и итальянский. — А-а, parlo italiano. Pizza, pasta, — понятливо кивает Сюэ Ян, демонстрируя свои обширные познания. Сяо Синчэнь улыбается широко и смотрит на него с таким умилением, что даже у Сюэ Яна сердце екает. Блаженный, конечно, но симпатичный ангелочек. Очень даже. Так и хочется его на что-нибудь незаконное искусить. Или непристойное. Непристойное, может, даже лучше. Но пока надо сосредоточиться на той возникшей идее, постепенно перерастающей в план. — Вылезай-ка, — командует Сюэ Ян. — Вода, небось, уже замерзла. Сяо Синчэнь смотрит на него с сомнением: — Я, конечно, не профессионал, но мне кажется, что лучше будет застрелить меня в ванной. Плитку отмывать гораздо проще, чем те же обои или ковер, а я не хотел бы доставить неудобства следующим владельцам квартиры. — Ты дебил? — не выдерживает Сюэ Ян. — Не собираюсь я тебя убивать. Вылезай, говорю, жопу отморозишь. Тот неуверенно поднимается, заставляя поток воды хлынуть с его мокрой одежды. — А почему не собираетесь? — решает уточнить он. Сюэ Ян в это время оглядывает помещение и, обнаружив полотенцесушитель, сдергивает с него махровое полотенце. Приятное на ощупь. — На, — протягивает хозяину квартиры, который растерянно принимает его, вылезая из ванны. — Потому что ты поможешь мне ливнуть из страны. А то я, на самом деле, по-итальянски ни бум-бум, — признается так, будто успел убедить Сяо Синчэня в обратном. — А Италия страна подходящая: тепло, вкусно, от Китая далеко, так что Мэн Яо нескоро меня найдет. И без работы я не останусь: там свои мафиозные кланы есть, а еще я готовлю неплохо, на случай, если захочу род деятельности сменить. Покушать там тоже любят. — Но как же моя вина перед потенциальными пострадавшими из-за той сделки по поставке оружия? — Искупишь ее, когда поможешь мне бежать и спасешь мою шкуру от лап Мэн Яо. Будешь практически как мать Тереза. Сяо Синчэнь, слушая его, начинает вытираться прям поверх одежды, все еще выглядя крайне растеряно. Сюэ Ян смотрит на него нахмурившись: — Ты в мокром, что ли, шастать собрался? Раздевайся. Парень покрывается аппетитным румянцем. — Может, отвернешься? — Не-а, — ухмыляется Сюэ Ян. — Я пока не настолько тебе доверяю, чтобы поворачиваться спиной. Сяо Синчэнь краснеет еще сильнее, но все-таки стягивает брюки. Рубашка оказывается достаточно длинной, она прикрывает ягодицы и заканчивается чуть выше середины бедра. Ноги у Сяо Синчэня стройные и длинные, по ним очень хочется провести ладонями снизу вверх, забираясь под подол рубашки и дотягиваясь до упругих ягодиц. Сюэ Ян прикусывает губу, откровенно на него пялясь. Да, компанию для побега он выбрал более чем подходящую. — Пойдем, симпатяжка, — Сюэ Ян хватает его за руку и утягивает прочь из ванной, тот только и успевает схватить полотенце. Сяо Синчэнь особо не сопротивляется, и его на буксире затаскивают в спальню. От смущения он уже идет пятнами, и когда задает вопрос, немного заикается: — З-зачем мы сюда пришли? По лицу Сюэ Яна расползается крайне похабная ухмылка: — Потому что здесь у тебя есть сухая одежда. А ты о чем подумал, котик? Тот прячет лицо в ладонях, стыдливо поглядывая на Сюэ Яна промеж пальцев. — Давай, переодевайся, — подталкивает его к шкафу Сюэ Ян. — Пока ничего жизненно важного не отмерзло. Сяо Синчэнь кивает, достает из шкафа трусы, джинсы и белую футболку и отворачивается, принимаясь расстегивать пуговицы на рубашке. Сюэ Ян смотрит, с удовольствием наблюдая за оголяющимися частями тела. Когда Сяо Синчэнь остается совсем нагим, Сюэ Ян не может сдержаться и облизывается, оглаживая взглядом аккуратные ягодицы. Сяо Синчэнь то ли от холода, то ли от ощущения на себе хищного взгляда, покрывается гусиной кожей. — Замерз? — вкрадчиво интересуется Сюэ Ян, подкрадываясь ближе. — Немного, — отзывается Сяо Синчэнь несколько боязливо. — Надо сделать чаю. С конфетами. Сюэ Ян замирает, не дойдя до него пару метров. Ладно, все равно навряд ли этот блаженный трахается на первом свидании. Любую встречу, на которой Сюэ Ян не убивает своего собеседника, можно считать свиданием, не так ли? — Не знаешь, разрешены ли в Италии однополые браки? — невзначай интересуется он. Сяо Синчэнь, успевший натянуть одежду, оборачивается, смотря на него крайне удивленно: — К чему ты это? — У тебя охрененная задница, и ты готов делиться со мной конфетами. Это определенно характеристика мужчины мечты. Тот смущенно улыбается и заправляет прядь волос за ухо. — С 2016 года однополые пары там могут регистрировать гражданские браки. Сюэ Ян довольно хмыкает, закидывая ему руку на плечи: — Тогда решено. Пьем чай с конфетами, потом ты собираешь манатки, и мы сваливаем в Италию. Arrivederci, сучка Мэн Яо!