Их время

По телевизору идёт очередной фильмец, насквозь пропитанный атмосферой чудес и Рождества. Джона лежит на мерно вздымающейся груди своего любимого и тихонько рассказывает какую-то историю, которая как-то связана с происходящим на экране. На Адама это действует как убаюкивающее мурчание и он находится на грани с реальностью. Но вот пепельный замолкает, переключая внимание. Русокучерявый бубнит что-то себе под нос, незаметно забираясь руками под футболку Джоны. Тот вздрагивает от неожиданности прикосновения и краснеет. Да, теперь фильм отходит на задний план, становится фоном. Слегка холодные пальцы касаются стремительно нагревающегося тела, проводят по ребрам, приятно будоражат кожу. Пока парень заикается и не может из себя толком слово выдавить, Адам вовсю ухмыляется и умиляется его смущению. Джона поднимает голову, ставя подбородок на ключицу лежащего под ним Мюррея, и вперивается своими зёрнышками-глазами в кристаллы голубых. Освободив свою руку из плена одеяла, он лёгонько, подушечками пальцев, касается щеки своего любимого. Мгновение, движение — и вот, приподнявшись на дрожащих локтях, Маршалл нависает над голубоглазым. На слегка бледную кожу и веснушчатые щёки тут же осыпаются поцелуйчики. Но юноше, что попал под этот любвеобильный 'обстрел', хочется большего. Смугленький паренёк снова вздрагивает: его лицо нежно обхватывают руки, невесомо выбравшиеся из-под футболки. Адам и сам тянется к нему. Они соприкоснулись носами, хмыкнули и прильнули губами друг к другу, растворяясь в поцелуе. Медля и нехотя, парни всё же прерываются. В лёгких приток прохладного воздуха незакрытой форточки, с которым уже смешалось ощущение горячего дыхания партнёра. Джона опускается, снова накрывая туловище парня собой, приложившись ухом к его грудной клетке чтобы слушать биение взволновавшегося сердца. Адам же зарывается в его ломкую шевелюру, перебирая пальцами и пропуская меж них серебристые пряди. Рядом с любимым человеком всегда уютно; и вот, кареглазый убаюкивается и начинает посапывать. Это весьма и весьма умиляет. Русый целует его в макушку и, засыпая, шепчет: —Люблю тебя, Джо.