Лунная ночь

Когда Пугачева ушла в душ, мужчина занялся сервировкой стола. Остывший кофе был вылит в раковину, и сейчас Фил стоял возле плиты, варя новый напиток. Образовавшаяся густая пенная шапочка в турке сигнализировала о готовности кофе, и Киркоров, сняв турку с огня, разлил по бокалам напиток. Затем протер стол тряпочкой, расставил тарелки. Подостывшую яичницу украсил рукколой и пармезаном. Завтрак дополняли горячие тостики с сыром. Уже устроившись за столом, он ждал свою любимую, чтобы они могли вместе позавтракать. Чувство голода, проснувшееся столь внезапно после бурной близости, певец глушил кофе с сахаром. - А-а-а, - вышла из душа прима с чалмой на голове, - не дождался меня все-таки! Уже трапезничает! - улыбнулась она и сладко чмокнула его в губы, подойдя к экс-супругу. - Да нет, Аллусенька, ты что? Я как раз тебя жду. А кофе - это так, чтобы аппетит сбавить, - ответил ей Филипп. Алла затянула потуже вафельный халат Филиппа, который ей был явно не по размеру и, поправив чалму на голове, села за стол. Фил поухаживал за дамой, налив из молочника сливки в кофе. Он помнил - она, как и прежде, любит кофе с двумя кусочками сахара, которые предусмотрительно положил еще на этапе варки. Сделав глоток из маленькой арабской чашечки, Пугачева блаженно облокотилась на спинку плетеного кресла, закрыв глаза. Кажется, она даже помолодела - глубокие морщины стали менее заметными. Вот тебе и рецепт вечной молодости - секс в сочетании с природой. Воздух, ворвавшийся к ним в комнату сквозняком с террасы, приятно продувал, освежал. Филипп взял тостик с сыром и поднес к ее носу, дав вдохнуть аромат свежего хлеба и сыра на нем. Прима открыла глаза, учуяв запах слегка сладкого сыра и, улыбнувшись, взяла предложенный ей бутерброд. - Надо же, как заморочился! - сказала певица, откусив кусочек, - А яичница моя где? Выкинул, что ли? Филипп открыл усовершенствованное блюдо и театрально придвинул ей. Алла улыбнулась, сделав глоток кофе. Он сам был очень голоден, потому не стал тянуть - тост с сыром и его порция яичницы были съедены почти что за минуту. - Аллусь, - обратился к ней Фил, сделав глоток кофе, - а где сейчас дети? - У Алины. Она согласилась взять их на пару дней, но скоро ей самой надо уезжать по делам. - А дальше как же? У меня ведь здесь фестиваль, я обязан присутствовать на мероприятиях. Должен быть здесь еще три дня, я не могу улететь. - Киркоров, ты как всегда! - насмешливо улыбнувшись, ответила прима, - Прямо ностальгия пробирает! Сначала работа, потом семья. Ни черта ты не меняешься, мальчик мой! - Алла встала из за стола и, подойдя к нему, небрежно чмокнула его в макушку. - Алл, я ведь серьезно… Делать-то что будем? - Ну раз ты разрешил пожить им в твоем особняке, так может, сразу их туда и поселим? У тебя же целая свита домработниц, нянечек. Водитель будет возить их в школу. Ну, а когда ты закончишь работу здесь, полетим вместе в Москву. - А до этого?.. - с осторожностью уточнил певец. - Ну а до этого, если ты, Филипп Бедросыч, не возражаешь, поживу-ка я с тобой! - Алла снова поцеловала его в макушку и нежно потрепала по волосам, - Будет наш с тобой медовый месяц. Все как тогда - счастья полные штаны, гастроли… - А как на публике появляться? - А как бы ты хотел? Можем скрывать. Можем не комментировать. Можем рассказать. - Я бы хотел с тобой всегда быть. Везде. Как тогда… - Три счастливых дня… Было у меня с тобой… - театрально напела Пугачева. Филипп молча встал и нежно обняв свою женщину, поцеловал ее. - Я очень люблю тебя, Аллусенька, - тихо прошептал Фил. Они вместе. Снова. И уже навсегда.