Ведь человек по-сути скот

Чуткий слух уловил тяжелые шаги, раздавшиеся около двери в подвал. Ацуши затаил дыхание в ожидании директора. Мальчик знал наверняка что это был именно он, ведь все няни приюта носили обувь с хоть и маленьким, но каблуком, который весело чеканил по плитке во время их шага. И как бы Ацуши не храбрился, не говорил себе мысленно что он готов к встрече с директором, он не был, вряд ли когда-нибудь действительно будет готов. Мужчина вызывал в нем страх и отчаяние одним лишь фактом своего существования. Длинные, монотонные шаги раздались в подвале, когда мужчина подошел к клетке мальчика с отсутствующим выражением на его лице. Лицо это было настолько не выразительным что скорее напоминало Ацуши посмертную маску, заботливо отлитую умелым мастером, который не только смог передать узнаваемые черты, но и каким-то невообразимым образом заставил отражение мертвого человека говорить. Может это было лишь его воображение из-за отсутствия в подвале какого-либо источника света помимо звезд в небе которые дарили комнате свет благодаря огромной, обнесенной решеткой дыре в потолке — Вставай. От этого голоса по спине пробежали мурашки. Мальчик, чуть не пискнув, встал и подошел к прутьям клетки в ожидании слов директора. Он молился чтобы он просто дал ему работу и отдал предпочтение наиболее важным делам, по сравнению с тем, чтобы мучить его. Его маленькие, покрытые тонким слоем запекшейся крови пальцы были спрятаны за спиной. — Сегодня ты должен вымыть полы во всем приюте. — проговорил жесткий голос. В этот момент он возликовал в душе. Все складывалось в его пользу! Он сможет обойти все те места что он запланировал и забрать то, что ему нужно, а может даже больше. И то, что он посчитал ужасной неприятностью введу того, что задание ему выдал директор, могло так же послужить ему неплохой картой в рукаве, ведь так почти наверняка ни одна из нянечек не будет его тревожить, а если его поймают за рытьем в кладовой, он может соврать что просто убирался по приказу директора. Ибо няни, даже самые бдительные никогда не пойдут уточнять что-либо у директора, разумно полагая что страх перед наказанием у Ацуши намного сильнее чем его желание выбраться из приюта. Не то чтобы они не были правы. Даже сейчас, лишь обдумывая свой план, мальчик на мгновение вздрогнул. — Да, сэр. — Ацуши постарался придать своему голосу как можно больше подчинения. Хотя, если говорить честно ему не пришлось сильно стараться в этом. Страх был основной эмоцией, которую он ощущал на протяжении всей своей пока еще недолгой жизни. Директор кивнул и достав чуть подвергшуюся коррозии связку ключей открыл замок клетки с протяжным скрипом. Мальчик вышел из клетки и пройдя по ступенькам позади директора, оказался наконец в коридорах приюта. После этого мужчина закрыл дверь в подвал той же самой связкой ключей и оставил мальчика, направившись в свой кабинет. После того как директор наконец пропал из вида, парень позволил себе чуть вздохнуть от облегчения. Сохранив напряжение в коленях и спине, что не могли испарится на уровне инстинкта самосохранения. Ну, теперь у него было время и возможность начать осуществление своего плана. Первым делом он направился в кладовую, взяв оттуда ведро с тряпкой, чтобы убираться параллельно с сбором нужных вещей, ведь времени на все ему может банально не хватить, да и странно это будет если его увидят два раза в одном месте. Он набирает воду в общей ванной параллельно отмывая свои руки. Рубашку он трогать не стал, кровь, итак, запеклась и сейчас на самом деле больше походила на обычную грязь. Взяв тряпку в руки, он начал мыть коридор двигаясь в сторону хранилища. Достигнув его, он открывает тяжелую, железную дверь и сразу же натыкается на одну из «надзирательниц» этого приюта. — Что ты делаешь тут, паршивец? — вещает грубый, немного отдающий сталью голос. Глаза так и горят не скрываемым презрением, а сухие руки с выпирающими суставами сжаты в кулаки указывая на злость. Либо ее уже кто-то успел разозлить до его прихода, либо женщина просто ненавидит даже идею того, чтобы пересечься с Ацуши. Ацуши кивком указывает на ведро и тряпку, на что няня громко фыркнув, удаляется бормоча что-то о том, что мальчишке не помешает побольше работы. Да, конечно же это было второе. Кто еще мог раздражать простым фактом своего существования как не он? Мальчик пробегает взглядом по металлическим полкам, на которых в кучах собраны вещи, игрушки, ботинки, а иногда и откровенный мусор в виде куска фанеры или табурета с одной ножкой. Хранилище напоминает больше свалку, в кучах и их расположениях на полках нет никакой закономерности. Так же, помимо абсолютного хаоса на полках явным минусом является то, что свет просто ужасный, тусклый и почти не помогает в ориентировании. Видно руководство экономит не только на детях, но даже на свете для сотрудников. Какая-то степень злорадства все же возрастает в нем, но также быстро она исчезает, как только он вспоминает о своей работе. Вздохнув и взяв себя в руки, мальчик начинает пробирается через железные стеллажи, расположение которых образуют запутанный лабиринт. Обыскав несколько нижних полок Ацуши к своему удивлению и неимоверному счастью, находит рюкзак с чуть потрепанными лямками, но без видимых дырок. Он пыльный и явно видал лучшие времена, но у него приятный оттенок фиолетового. Взяв его с собой и продвинувшись дальше, он обнаруживает поношенные ботинки, куртку, которая явно ему велика, возможно она принадлежала молодому взрослому. Засунув руку в карман куртки, он нащупывает зажигалку. Интересно, кому принадлежала эта вещь? Он достает ее, бережно рассматривая под тусклым, мигающим светом. Зажигалка подтертая и надписи на ней больше не различимы. Потёртости механичны и не созданы временем. К своему небольшому удивлению, он находит различимые инициалы. Единственное что не затерто наждачкой. Красивая золотая буква О. Рядом когда-то была еще одна буква, но ее стирали даже более яростно чем остальные надписи. Но, не суть важно. Зажигалка хорошая находка решает он для себя, засовывая ее обратно в карман в кармане. Куртка не смогла бы поместится в рюкзак, не смотря на его размер, поэтому он свернул ее и закрепил на ручках. Пройдя, а вернее страдая на корточках моя пол, не забывая при этом разгребать на стеллажах детские игрушки и обувь он натыкается на протертые, черные штаны. Рядом с ними валяется непримечательная игрушка… Чего-то. У него есть уши и длинный хвост, но на самом деле не понятно, что это было за животное. Игрушка выглядит, откровенно говоря, ужасно со всеми ее заплатками, глазами пуговицами и растянутым туловищем. Но, почему-то Ацуши ужасно хочется взять ее в руки и прижать к себе. Он не подавляет порыв, беря ее и покачивая. На мгновение что-то щелкает. Ацуши пихает вещь вместе со штанами в рюкзак, стараясь не думать о том насколько это глупо — брать с собой чью-то старую, детскую игрушку. Не думать о том, что берет он ее, потому что она выглядела одиноко. Там же он находит белую рубашку. Правда она настолько пыльная что сначала Ацуши подумал, что она серая. Встряхнув ее, он чихает и шмыгнув носом убирает и ее. Что ж, дальше смысла идти на самом деле не было. Далее стеллажи становились все более и более запутанными и тратить на них свое время было бы глупой затеей. Да и кто знает в насколько ухоженном состоянии находятся подпорки. Не хотелось бы прочувствовать на своей спине несколько сотен килограммов вещей и стальных полок. Пройдя назад по мокрому следу от тряпки, он закрывает тяжелую дверь хранилища. Следующей остановкой была бы кухня, правда пройти туда с рюкзаком — невозможно, а расставаться с ним глупо, потому что ему все еще нужно будет сходить в класс для занятий вышивкой, чтобы достать куски ткани и спицы. И поэтому, маршрут был немного видоизменен. Наметив для себя путь, он подходит к классу. Войдя туда, его встречает резкий запах нафталина и благовоний. Совершенно непонятно, откуда он берется и чувствительный нос мальчика приходит в замешательство. Класс не используется. Конечно, приют не создавал это место для реальной пользы детям. Оно было создано для проверок, которые не смотря на коррупцию и взятки все равно время от времени происходили. Пройдя в класс, он открывает застекленный шкаф. Что ж, очевидно он не может взять новые, хорошие спицы и ему приходится взять самые на его вид не используемые. Захватив так же кусок бечевки и ткани, на ощупь напоминавшей его форму он благополучно запихивает все в рюкзак. Места в нем все еще предостаточно. Выйдя в коридоры, он может почувствовать запах еды. Мальчик прикусывает губу, стараясь сдержать свой желудок от урчания. Работники кухни ненавидят его, как и остальной персонал, так что еды он не получит от них, а красть нет смысла, все сразу, итак, итак, подумают на него. Сняв рюкзак с плеч, он ставит его за декоративную статую некого философа. Может еще кого, не то, чтобы он сильно вникал в это. Заходя в столовую, он протирает полы, после переходя на кухню, которая находятся в задней части. Не обнаружив там людей к своему превеликому счастью, он, быстро закончив с полом, открывает раковину. Достав оттуда старый точильный камень, он чуть съёживается, вспоминая как этот самый камень прилетел ему в подбородок, когда повар подумал, что Ацуши пришел украсть что-то с кухни. Ну, справедливости ради, теперь он и правда ворует. Хоть и не еду. Нож он взять не решился. Все они были хорошо заточены и явно использовались. Не понятно, для чего учитывая, что всех в приюте кормят одинаково, серой кашей и хлебом. Пихнув камень в карман, парень ретируется в коридор стараясь больше не думать о ножах и еде. Стоп. Если прошел обед… Он мог бы пойти в общежитие незамеченным. После обеда других детей сгоняли в северное крыло. Он не знал, что именно они там делали, он ни разу туда сам не ходил. Теперь он мог просто стащить деньги вместо того, чтобы пытаться выбить их. Хоть мальчик и был сильнее, но он не доедал и ходил простуженный что давало… Определенные преимущества. Прокравшись в общежитие, парень направился в крыло мальчиков. Девочки тоже не стеснялись выражать неприязнь в его адрес, но они хотя бы пытались делать это тихо, в своих компаниях. Что у них не особо получалось. Если быть до конца честным. Но, они хотя бы не орали Ацуши в спину что он урод. Да и побаивался он заходить в комнату девочек… Кто знает, что там творится. Обшарив несколько тумб у детей постарше, парень насобирал в общей сумме несколько тысяч йен. Сумма смешная для Йокогамы, но для Ацу который в жизни не держал денег это казалось огромным сокровищем. Стараясь придушить свою совесть, которая снова, как и в подвале попыталась возразить, он засунул деньги в карман. Он поспешно ретировался через кривые коридоры на второй этаж, в прачечную. По пути снова захватит свой рюкзак. А, после спускается с обратной стороны кампуса чтобы выйти в уже знакомое пространство, ведущее к подвалу. Там, выдернув из огромного напольного горшка пальму, явно декоративную, но все равно почему-то присыпанную реальной землей, к удивлению, самого Ацуши. Взяв кусок ткани из рюкзака, он обматывает деньги и кладет их на самое дно горшка, потом накрывает их рюкзаком и в последнюю очередь пальма встает на свое законное место. Излишки земли собираются в ведро и вместе с водой отправляются в унитаз. Оставалось теперь пойти к директору и сказать, что работа исполнена. Идея эта сразу заставила Ацуши дрожать, но взяв себя в руки он направился к кабинету. Постучав ровно три раза и отсчитав до десяти, мальчик зашел внутри. Такой знакомый для него кабинет, был залит солнечным светом, что совершенно не передавал тех ужасных вещей что, творились в его стенах. Прокашлявшись, дабы не всхлипнуть Ацуши докладывает директору, сидящему в роскошном кресле что с работой он закончил. Не похоже, что мужчина особо слушает, но он кивает, что мальчик воспринимает как принятие. Мужчина поднимается с грубым скрипом от кожи на его кресле. Ацуши молча идет за ним следом снова готовясь окунуться в тьму подвала, в котором он будет думать, как перетащить вещи из-под пальмы в подвал, когда его закроют. Одна из нянечек подбегает к директору и шепчет ему что-то в ухо. Что бы это не было, это явно не что-то хорошее, лицо мужчины заметно суровеет. Прошептав проклятия в сторону человека, имя которого мальчик не расслышал. Директор разворачивается лицом к Ацуши. — Иди в подвал сам. Я закрою его позже. Мужчина не дожидается даже кивка и быстро уходит вместе с женщиной под ее торопливые и нервные вздохи. Мало сказать, что этого НИКОГДА не происходило. Его никогда не оставляли одного, всегда под четким надзором заковывали в подвале. Сердце делает кульбит, когда Ацуши резко приподнимает пальму и достает рюкзак. Очевидно, это его шанс на миллион, и он уж точно не повторится. Он бросает вещи в подвал и следует туда сам. Быстро, не зная как много времени ему дано, Ацуши отодвигает один из камней в подвале, под которым скрыта дырка. Какое-то время назад он пытался вырастить здесь цветок, но холод и не самое большое количество дневного света не сыграло в этом роли. Впихнув туда свои раздобытые пожитки и накрыв камнем, Ацуши наконец выдыхает. Вещи спрятаны. Это все еще выглядит странно, но он делает ставку на то, что никто не будет осматривать стены и разглядывать какие камни находятся выше уровня земли. Странно. Краем глаза Ацуши замечает кусок стекла, валяющийся на полу подвала. Он смотрит наверх. Что ж, это явно упало через решетку. Возможно, дети были на прогулки и решив, что он еще в подвале, начали кидать вещи? Несколько раз это уже происходило. Но, он большой и острый. Где бы они вообще взяли настолько огромный кусок? Возможно три цуня если его глаза не обманывали его. Он не был слишком хорош в расчетах. Рассмотрев кусок получше, он приходит к выводу: это не стекло. Это — осколок меча. Наверху отчетливо слышен поворот ключа, свидетельствующий о том, что Ацуши подвал заперли. А как же клетка? Мальчик огляделся, да директор очень спешил и явно нервничал, но не спустится в подвал чтобы закрыть прутья? Забыл? Нет, это невозможно. Что-то тут не так. Осколок меча, ругающийся директор, взволнованные нянечки и полная тишина. Чтобы это не было — Ацуши это не нравится. Очень не нравилось.