Don't call my name ******

Фактически, Нираги своё слово сдерживал: к блондину рваться перестал, но пытался окружить заботой даже на расстоянии, как только мог, в своей неизменной манере заваливая подарками. И даже искренне радовался как маленький ребенок, когда первую курьерскую доставку - корзину с цветами и фруктами - не надели курьеру на голову. Но строчить смс и названивать было всё так же боязно, что вот уже точно не было типичным для мужчины. Он всё ещё хранил в себе воспоминания тёплого тела, которое позволил обнимать Чишия в тот вечер, когда сломал ногу, и трепетно проигрывал это ощущение у себя в голове, когда рука чесалась позвонить, и ему становилось гораздо спокойнее. Делать это ему предложил Порш, когда они с Кинном везли его, затравленного и хлюпающего носом от совсем не мужественных соплей, домой после концерта в квартире Чишии. Предстоящего разговора он очень боялся, до нового нервного срыва, но по советам уже Кинна решил сконцентрироваться на других вещах, что, к удивлению, начало давать неплохие плоды. Кинн забежал в кабинет с крафтовым пакетом и довольной ухмылкой, тут же кидая его Нираги в руки. - Изменяет! Она тебе всё же изменяет! С садовником, как в сопливой драме, представляешь! Нираги от подобной новости аж прихрюкнул, подавившись воздухом, и с наслаждением начал рассматривать фотографии горячего секса своей жены и их садовника. Как же хорошо, что они тогда взяли его на работу! - Прекрасно! Сегодня же покажу их её папочке! Кинн одобрительно кивнул головой, гордо прошествовав за бутылкой коньяка к винтажной тумбочке, такое надо было срочно отпраздновать. *** - Всё будет хорошо,- Пит пропускал сквозь пальцы черные волосы Вегаса, запоминая кончиками подушечек их шелковистую гладкость, тот вымученно стонал в стол, на котором покосилась его голова. - Надо было остаться с ним тогда, вот я бы ему... - Что-нибудь сломал и усугубил ситуацию, Вегас. Чишия - не маленький ребёнок, успокойся уже! - в его голосе прозвучали непонятные холодные нотки, от которых директора обдало мурашками по холке. Пит недовольно и резко отстранился, выпутав руку из плена длинной шевелюры и, передернув плечами, ушёл из кабинета, бросив что-то о том, что Мангорн, тянущий сейчас бремя капитана, сдерёт с него три шкуры за опоздание. Вегас непонимающе уставился на хлопнувшую громче необходимого дверь. - И что я, блять, сделал не так? *** Порш массировал пищащему от боли Яю травмированную и раздражённую руку. - А работать в перчатках с травмоопасными тканями тебя в твоём гейском универе не учили? - Подозреваю, это проговаривали только тебе в твоих свингер-клубах. - Ой, начинается, я этому научился в медицинском. И зачем я тебе рассказывал о своих прошлых похождениях? - Я вот тоже задаюсь этим вопросом, не то чтобы мне было интересно это слушать! - Ставлю месячную зарплату на то, что вы с Мангорном ебётесь в миссионерской! - Знаешь ли, предпочитаю смотреть в лицо своего мужчины, когда он меня трахает, а не отворачивать очередного пассивчика к стенке и лезть рукой в его жопу. - Ой, ну было-то пару раз, что ты завёлся! - он особо сильно жамкнул руку, больше в отместку, отчего раскудахтавшийся Яй притих, недовольно зыркнув на Порша. Тот удовлетворённо улыбнулся повисшей тишине, оставив руку в покое, и потянулся за бинтом, но их дружескую идиллию нарушил свалившийся как гром на голову Вегас, забежавший без стука в кабинет. - Я где-то проебался?! - Подозреваю, в том моменте, когда появился на свет - заворчал Порш, поднимая с пола бинт и с горечью выкидывая его в мусорку. - Нет, это был подарок глупому человечеству! *** Нираги толкал коляску по парку, счастливый как психопат, неверящим взглядом смотря, как у его ног сидит живой и настоящий Чишии, спокойно высматривающий уточек у пруда. Он ловко достал из бокового кармана запечатанную в шуршащую плёночку булку и заговорил. - Подвези к кромке пруда, пожалуйста. Нираги как китайский болванчик закивал сам себе и повёз парня по асфальтовой дорожке к уточкам, уже думая о том, что в дом, который он обязательно купит парню, повышая ставки на свои подарки - и неважно, будет Чишии жить с ним или нет, - он вкрячит ёбаный пруд и столько уточек, лебедей и рыбок, сколько захочет мужчина. Нираги остановил коляску у кромки, садясь рядом на траву в своих дорогих дизайнерских шмотках, на которые сейчас ему было абсолютно плевать, хотя полтора часа назад он с муками выбирал их дома перед зеркалом. - Как жена? - Нираги сморщился так, будто ему в лицо выдохнул сигаретный дым отвратительный ему человек, может, та самая жена или её любимый папочка. - Подал документы на развод, но не переживай, с тобой ничего не случится, официальная причина не в моей измене, а в том, что её поёбывал наш садовник, её папа долго с ней ругался за мои оскорблённые чувства и переписал завещание, отдав мне весь незаконный бизнес и активы, а ей - часть отмытого и легального. В плюсе остаёмся мы оба. Нираги подозревал, что был многословен как никогда, но он, опять же, под святые пиздюли Порша и Кинна решил быть с любимым максимально честным и вывалить ему всё и даже больше, чтобы показать, как сильно он раскаивается и сожалеет обо всём, что успел натворить. - Выкрутился, значит? - Нираги лишь кивнул и, почувствовав прохладный ветерок с воды, стянул с себя кофту, накидывая её на ноги парня. Чишия на это лишь скривил губы в ухмылке, - Думаешь, что всё у тебя под контролем и ты король мира? - Не думаю, - честно выдохнул Нираги - мужчина, которого я очень люблю, страдает. - Ммм, я всё-таки не первый любовник, есть ещё? Нираги подозревал, что разговор будет не из приятных, и, как он думал, подготовился. Но оказалось, что нет. - Я про тебя, ты - мужчина, которого я люблю. - Давай честно, меня не устраивает и пугает перспектива того, что однажды я выйду на кухню нашего общего дома, будучи твоим парнем или мужем, а ты мне вывалишь информацию о том, что изменяешь, и я снова иду на хер. - Мужем, - Нираги расплылся в широкой, слегка туповатой улыбке, - твоим мужем, красиво звучит! Чишия тихо рассмеялся, видя, с каким дурацким лицом сидит гроза наркотрафика их страны. - Ты меня вообще слушаешь? Там не только про это было. - Я не любил её и был с ней, как ни странно, из-за её папы, правда. Не знаю, как доказать, любил я один раз, сейчас и тебя. Ты веришь, что я в лепешку ради тебя расшибусь? - Надолго ли? - Да, навсегда. - Мне от тебя не отделаться? Будешь меня преследовать? - Буду. - Ты в курсе, что это не романтично, а даже страшно звучит? - Я в курсе, что ты тоже меня любишь. Из-за этого я буду бороться до последнего. Может, не видя этого, я бы действительно отступился. - Пиздишь, - Чишия улыбнулся и, перетянувшись через кресло, обнял голову Нираги, прижимая к своей груди. Тот затаил дыхание от неожиданности, расплываясь ванильной лужей у ног Чишии. - Я прощён? - Издеваешься? Конечно нет! - парень говорил искренне, но улыбался, прекрасно понимая, что он уже на пути к прощению и принятию. - Что мне сделать? - Не знаю, дать мне время? - А, можно, мы вместе поживём? - Не наглей. - Ну, пожалуйста! - Пока мне документы о разводе не покажешь, нет. - Будут готовы в ближайшее время! Я уже присмотрел нам домик одноэтажный в хорошем районе, чтобы тебе было комфортно там реабилитироваться после травмы. - Нираги... - Хочешь туда пруд с уточками? Или рыбками? Я могу ещё лебедей заказать, там очень красивая лужайка, думаю, дня за 2 её перекопают и запустят туда уточек, что скажешь? - Хочу уточек. - Отлично! Как раз к тому моменту будут готовы документы на развод. *** Нираги нервно расставлял на подносе зеленый чай, воду, печенье и как вишенку на торте баночку с успокоительными, параллельно психуя оттого, что путался на кухне, плохо ещё ориентируясь, где что лежит. Закинув всё на деревянную подставку, он тяжело выдохнул, стерев с висков пот, и пошёл в сторону их с Чишии спальни, стараясь не опрокинуть всё на паркет. Чишия нашёлся на том же месте, на котором был, когда отправил своего Цербера за чаем. - Ты как? - Мне легче, прости, - спортсмен подтянул колени к груди, побито смотря на всё ещё пылающий алый след на щеке Нираги. - Ничего страшного. У тебя стресс, нога, а теперь ещё и переезд, это нормально для первой ночи в новом доме. Ты имеешь право и на свои чувства, и на свои сны. - Не представляю, сколько раз ты сейчас через себя переступил, чтобы сказать мне такое. Нираги весь сжался, зажмурившись, считая до 10, пока Чишия рассматривал в панорамное окно укутанный ночью и звездами вид их сада и блестящие огоньки на водной глади. - Тебе это знать не обязательно. - Всё сам порешаешь? - Да, - Нираги аккуратно, чтобы ничего не пролить, поставил поднос на тумбу у подушки спортсмена и, вручив ему кружку с тёплым чаем, раскрутил банку таблеток, закинув парочку себе в рот и дав две Чишии. Тот, благодарно кивнув, выпил их вместе со всем чаем залпом, отставляя кружку на тумбочку, а Нираги аккуратно убрал одеяло с ног парня, укладывая загипсованную на мягкий матрас, и поцеловал гладкое бедро, нежно проводя кончиками пальцев по ногам парня. - Что мне сделать, чтобы тебе больше не снились такие сны? - вспоминать, как парень 20 минут назад проснулся с громкими криками об измене, не очень чётко понимая, где сон, а где реальность, и влепил паникующему Нираги звонкую пощёчину, было неприятно и почему-то мерзко. Наверное, от осознания собственного проёба, масштабы которого до этого момента не так явно разворачивались в черноволосой голове, и беспомощности. - Удивишься, если скажу, что дать время? Чишия провел ладонью по буйной голове на своих ногах, и Нираги неожиданно стало легче.